Мастер и Маргарита

Теперь его уносил, удушая и обжигая, самый страшный гнев, гнев бессилия.

Мысли понеслись короткие, бессвязные и необыкновенные: «Погиб!..», потом: «Погибли!..» И какая-то совсем нелепая среди них о каком-то бессмертии, причем бессмертие почему-то вызвало нестерпимую тоску.

everyone will receive in accordance with his beliefs.

"Мы расстались так, будто расстались вчера, как будто знали друг друга много лет. На другой день мы сговорились встретиться там же, на Москве-реке, и встретились. Майское солнце светило нам. И скоро, скоро стала эта женщина моею тайною женой."

"Да, любовь поразила нас мгновенно. Я это знал в тот же день уже, через час..."

Свободного времени было столько, сколько надобно, а гроза будет только к вечеру, и трусость, несомненно, один из самых страшных пороков. Так говорил Иешуа Га-Ноцри. Нет, философ, я тебе возражаю: это самый страшный порок.

"...Но я человек и силен только потому, что Ты существуешь и во всякую минуту я могу обратиться к Тебе с мольбой о помощи".

"...Боже-е, боже-е, как тошно и противно. Не буду, клянусь, никогда мешать водку с вином".

"...Слово - Петлюра...  утром с газетных листков оно капало в кофе, и божественный тропический напиток немедленно превращался во рту в неприятнейшие помои."

"...Говорю это я апостолу, а сам мигаю взводу – мол, баб-то турните временно, а там видно будет. Пущай пока, до выяснения обстоятельства, за облаками посидят".

— Немцы побеждены, – сказали гады.
— Мы побеждены, – сказали умные гады.

Свет с четырех часов дня начинал загораться в окнах домов, в круглых электрических шарах, в газовых фонарях, в фонарях домовых, с огненными номерами, и в стеклянных сплошных окнах электрических станций, наводящих на мысль о страшном и суетном электрическом будущем человечества, в их сплошных окнах, где были видны неустанно мотающие свои отчаянные колеса машины, до корня расшатывающие самое основание земли.

...каждому будет дано по его вере.

стрелял, стрелял в него этот белогвардеец и раздробил бедро и обеспечил бессмертие...