My Cousin Rachel

Если он не может стоять на ногах, он должен научиться.

Я не путешественник. Мой мир - это вы.

Что вы мне предложите? С путеводителем в руках околачиваться  по соборам и музеям? Общаться с незнакомыми людьми, дабы расширить мой кругозор? Уж лучше предаваться размышления дома и глядеть на дождь

Однажды войдя через окно, я стал слишком вольно обращаться с дверьми.

Когда люди умирают, горечь уходит вместе с ними.

Я стал так похож на него, что мог бы сойти за его призрак.

Я хотел спасти ее от нее самой, но не знал как.

Я положил пальцы ей на горло и сцепил их кольцом; теперь она не могла пошевелиться и только смотрела на меня широко раскрытыми глазами. Казалось, я держу в руках испуганную птицу, которая, если я чуть сожму пальцы, немного побьется и умрет, а если ослаблю — вырвется на волю и улетит.

...в целом свете нет ничего легче, как просто сидеть напротив нее и курить трубку.

Больше всего на свете я хотел заставить вас страдать. Смотреть, видеть, как вы страдаете. А потом, полагаю, отпустить вас.

Иначе что общего могло быть между нищенкой с берегов Арно и кузиной...

Однажды, совсем недавно, я уже видел глаза, в которых застыло такое же выражение древнего как мир страдания. И в тех глазах светились сдержанность и гордость, соединенные с такой же униженностью, такой же мучительной мольбой.

Но мог ли я бояться той, которая не доходила мне до плеча, в ком не было ничего особенного, кроме чувства юмора и маленьких рук?

По лицу Сикома можно было изучать все оттенки выражения уязвленного достоинства.

Вся беда в том, Филипп, мальчик мой, что я до смешного привязан к дому.

Неожиданное может быть восхитительным и наоборот - всё зависит от обстоятельств.

Мне тридцать пять,- сказала она, - а для женщины это всё равно что девяносто девять.

Люблю тишину после ухода гостей. Стулья сдвинуты, подушки разбросанны, всё говорит, что люди хорошо провели время. Но возвращаешься в опустевшую комнату, и всегда приятно, что всё кончилось, что можно расслабиться и сказать: вот мы и снова одни.

В огне есть особая, очистительная сила. Ничего не останется. Пепел не в счёт.