Заповедник и другие истории

Точнее известного прохвоста и забулдыги об этой повести и не скажешь.
«Самым высшим в мире искусством» Довлатов обладал вполне.

Итак, в правом углу ринга - Сергей Донатович, широко известный своим хлёстким и невероятно метким стёбом. В левом углу – практически непобедимый Совок, отправивший в эмиграцию (нокаут?) таких тяжеловесов как, скажем, Бродского, Набокова, Пастернака. Есть ли шансы?

О Довлатове, например, известно, что своё мастерство он оттачивал в строжайшей дисциплине и с тщательным педантизмом: отличительной чертой творчества автора является то, что в подавляющем большинстве его предложений все слова начинаются с разных букв. Не хотел, мол, писать много. Хотел писать изящно. И у него получалось.

Потому приготовьтесь: бой будет неравным, но интересным.

«Пойдемте, товарищи. Шагом марш до следующей цитаты!»

Это моя первая книга Довлатова. В целом положительные впечатления после прочтения, разве что удивила (не знаю пока в хорошем или плохом смысле) его своеобразная писательская стилистика,показавшейся мне довольно необычной для русской литературы.
Само содержание впечатлило ещё сильнее. Больше всего то, что в книге отсутствуют положительные и отрицательные герои. Вроде как зэки - воры, мошенники и убийцы с другой стороны и надзиратели ничем их не лучше, а в ряде случаев и хуже, и почти каждый из них в итоге заслуживает места на тюремных нарах. И мысль он свою развивает в таком ключе: была бы это литература или реальная жизнь, тюрьма или воля однозначно нет ни отрицательных ни положительных персонажей.

Вот и выходит, что каждый из нас по своему прав и виновен.

Даже не то что понравилось, я просто почувствовала, что нашла еще одного "своего" писателя. Стиль очень напомнил Ю. Полякова, такой же сатирический и грустный. На первый взгляд книга выглядит даже сборником анекдотов или анекдотических зарисовок:

"Впоследствии меня обстоятельно проинструктировали. Туристы из Риги -
самые воспитанные. Что ни скажи, кивают и улыбаются. Если задают вопросы,
то, как говорится, по хозяйству. Сколько было у Пушкина крепостных? Какой
доход приносило Михайловское? Во что обошелся ремонт господского дома?
Кавказцы ведут себя иначе. Они вообще не слушают. Беседуют между собой
и хохочут. По дороге в Тригорское любовно смотрят на овец. Очевидно,
различают в них потенциальный шашлык. Если задают вопросы, то совершенно
неожиданные. Например:
"Из-за чего была дуэль у Пушкина с Лермонтовым?"

Но Довлатов еще глубже и грустнее. Повесть сама очень "пьяная", не знаю уж насчет других произведений. Главный герой - интеллигент - приезжает работать экскурсоводом в Михайловское. Мы кстати с мамой туда который год собираемся - поглядеть на пушкинские места. Хотя описание автором этого места, конечно, малопривлекательное (кондовые экскурсии, "мы любим Пушкина, потому что он великий поэт и гражданин", подлинность многих мест разрушена - "не было Керн на ее аллее" и проч.). Интересно, что герой романа - человек, которого жена уговаривает ехать в Израиль и бежать из страны советов - приезжает именно в пушкинские места. Ведь Пушкин для нас все равно что символ "русскости". Герой книги остался в России. Довлатов уехал. Книга как выражение тоски по родине.