Мой лейтенант. Зубр

Великая Отечественная Война и Вторая Мировая Война - эти темы всегда вызывают мой интерес, хотя зачастую читать о том времени сложно, особенно, если книга не просто берет войну фоном романа для усиления драматизма и романтизма, а когда книга основана на реальных событиях реальных людей, их воспоминаниях, чувствах, эмоциях, радостях, горях, гордости, трусости...
Я уже читала книги подобного рода, но преимущественно эти произведения были написаны сразу после войны или же чуть позже.
Книга "Мой лейтенант" написана в 2011 году и поэтому она отлична от многих книг того времени, отлична от того, что рассказывали нам в школе, отлична от стандартных историй ветеранов, встречающихся со школьниками в преддверии 9 мая. Гранин в своей книге показал совсем другую сторону тех событий, без украс, чрезмерной романтики, без красивой лжи. Причина, по которой эта правда всплывает только сейчас, думаю, всем ясны и нельзя винить тех, кто рассказывал и показывал нам совсем другую войну, совсем другую победу.
Гранин рассказал о том, что бежать на врага не всегда было геройством, но иногда и осознанным самоубийством, о том, что только смех может победить отчаянный страх.

• Вы пишете про себя?
• Что вы, этого человека уже давно нет.

  Однако в процессе чтения, мы понимаем, что Гранин на войне и Гранин после войны - два разных человека. И все таки он пишет про себя, у автора прекрасно получается взгдянуть на себя со стороны, где-то осудить, где-то похвалить и вполне адекватно и объективно отнестись к тому, Гранину, которого больше нет.

И я боюсь!
Поэтому вот такие правдивые книги, искренние, без прикрас и с честным отношением ко всей глупости, неподготовленности, отчаянности очень важны. От того, что я прочитаю и в очередной раз узнаю, о том, как жестока была наша власть, как порою юные совсем солдатики сдавались, что не все были героями, что были среди них и слабые, и завидующие сытости тех же немцев, отпускам американцев, теплой одежде.
Вся эта неприглядная правда еще больше заставляет гордиться нашей страной, нашим народом, нашей победой!

Несомненно,произведение очень достойное:правдивое,искреннее ну и,"отрезвляющее".Взгляд простого солдата,неприкрытая правда из окопа..Но почему-то,я не могу пока дать оценку этой книге,уж очень много "но",и "а вот если бы..." возникло для меня после прочтения.Много тем и моментов для "переваривания",которые пока не могу принять,понять и прочувствовать.
Тем не менее,прекрасный слог,читается легко,несмотря на смену времени и повествование с двух точек зрения.
И еще,не совсем понятно,автобиографическая эта повесть или нет.
Одна из тех книг,которая заставляет подумать и содрогнуться от правды и подробностей той войны.

Начиналась книга именно так как и должна она была начинаться, с описания порыкивающего Зубра. И долгое время именно этот эпитет и использовался в книге. Впрочем, позднее он был заменен Колюшей. Кстати, неожиданное сочетание. Колюша - это кто-то маленький или хотя бы начинающий юноша, но такого уж никак не назовешь Зубром. Так или иначе, из-за этой маскировки я, на протяжении всего повествования, внимательно вслушивалась и пыталась запомнить настоящие фамилии учителей этого самого Колюши, чтобы попытаться доискаться до корней, до прототипа. А тогда я еще воспринимала это произведение как биографичное только отчасти, как и "Мой лейтенант". Но позже автор сам сознался и в максимальной приближенности к правде, и в фамилии героя - Тимофеев-Ресовский.
Но несмотря на максимальную достоверность, которой пытался добиться автор, эта книга не перестала быть художественной. Ее нельзя приравнять к произведениям из серии ЖЗЛ: родился-учился-женился-работал-умер. Сам Гранин не отрицает того, что вовсе не пытался разобраться в содержании работ Тимофеева, и совсем не пишет о них. Он просто был знаком с выдающимся человеком, и именно это вдохновило его на написание книги, а не достижения героя на пусть и такой непростой для СССР ниве генетики.
Талантливые люди не всегда, но часто одарены в разных областях, всесторонне. По крайней мере они легко преодолевают ближайшие стыки наук. Они многогранны, переполнены идеями, послушаешь их полчасика, а кажется, будто постоял в июльскую жару у освежающего фонтана. Люди не столь одаренные, наталкиваясь на какую-то идею, стараются молча выпестовать ее, делясь лишь с немногими и бережно оберегая от чужих жадных взглядов и загребущих рук. Ведь это их единственный шанс написать докторскую, сделать себе хоть какое-то имя в научной среде, немного продвинуться. Более того, особенно с американской подачи, стало модно идеи продавать. Но Зубр щедро посыпает ими окружающих. Как же так, где же здесь нестыковка? Почему его не обворовывают? А все просто. Этот гениальный мозг создает их слишком много, не хочет сидеть как собака на сене, и с удовольствием делится с окружающими. Но увы, выслушать идею можно, а вот осмыслить со всех сторон, проработать, создать на ее основе работу - задача не каждому по силам. Это метко отметил и автор:

Именно заметив неординарность личности, выбрал ее Гранин для своего повествования. Об этом и пишет он в начале, что описывает человека, к которому всегда тянулись другие, кто имел свой кружок, кто всегда старался помочь другим, кто смело шел против течения.
Тема лысенковщины не нова в литературе, хотя и не слишком часто пишут именно о генетике. По крайней мере мне вспоминается только великолепное произведение Дудинцева "Белые одежды". Но в "Зубре" совершенно неожиданный взгляд из Германии. Первый раз я сталкиваюсь с описанием того, что под самым Берлином был немецко-русский научный институт, что он продолжал работать и в военные годы. Зубр вел себя отчаянно смело в таких обстоятельствах еще спасая других ученых, укрывая евреев. Но тем не менее понятно и отношение к нему после окончания войны. Ведь даже сдавшиеся в плен считались предателями. Что же можно было говорить о человеке, который столь долгое время работал на вражеской территории. И лишь чудом можно считать, что его как крупного ученого все же хватились, разыскали в лагере, спасли от голодной смерти и вновь дали возможность работать. В продолжавшиеся годы лысенковщины работать над генетикой. И огромным везением то, что именно на нем Кольцов остановил свой выбор, отправив в Германию и спас таким образом от разгромного 37 года.
Конечно, столь яркая и неосторожная личность вызывала зависть, ревность и в творческих рядах. И Гранин не постеснялся взять интервью у его противника Д., который писал на Зубра доносы. В этом интервью он попытался раскрыть мотивы, которые двигали его ярым противником, и описать саму эту личность. Автор был уверен, что никакие слухи и грязные намеки не смогут опорочить крупного ученого, а лишь ярче оттенят условия, в которых он работал.

Какое-то мистическое совпадение в том, что я ЭТУ книгу дочитала как раз утром 22 июня. Вот странный у меня дар - такие вот совпадения случаются.
Что сказать...
Читалось сложно. И тут еще и, как мне кажется, малость стиль подкачал. Хотя... это я уже придираюсь, поскольку многие события описаны как-то скуповато. Но стоит чуть вчитаться и начисто забываешь о недостатках.
Война длилась 1816 дней. Там было все - потери (о которых, как пишет Гранин, не любили говорить) и удачи, радости и горе. Каждый из тех дней достоин отдельной... ну, если писать именно книгу памяти, то как минимум отдельной страницы. И там не будет пустых листов.
Про один такой день автор пишет подробнее остальных. И - нет, это не 22 июня. Это 17 сентября 1941 года. День, когда фашисты, оказывается, МОГЛИ войти в беззащитный Ленинград. Участок фронта был открыт - иди, не хочу! Не вошли. Почему? Не было приказа от Гитлера. Почему он такой приказ не отдал? Неизвестно. У автора нет ответа на этот вопрос. Вмешалась ли судьба или высшие силы? Как бы то ни было, Ленинграда фашистам не удалось ни взять, ни стереть с лица земли. И немец Густав, который уже в мирное время побывал там и видел Невский проспект, Аничков мост и белые ночи, порадовался сему. Понял, наверное...
Да, книга о войне. Но, как можно судить по аннотации, по другой войне. Той, о которой не писали книг другие авторы, о которой не снимали фильмов. Гранин своеобразный писатель. И, конечно, он не мог не написать - ТАК.
Необычно.
Сильно.
Местами жестоко.
Отдельно хочется отметить, что Гранин единственный писатель на моей памяти, кто упомянул и жизнь фронтовиков ПОСЛЕ войны. Как им было тяжело. Как трудно было всей стране. Как добровольно-принудительно из вдов выколачивали эти "трехпроцентные займы". Кстати, моя бабушка, доживи она до выхода этой книги, могла бы тоже кое-что порассказать. И моя пока еще живая тетя - о послевоенном своем детстве. Я кое-что от тети слышала, и могу заявить - Гранин не выдумывал. Это было. И об этом нам тоже надо помнить. Особенно сейчас...

Откровенная, страшная, неудобная и некрасивая правда о войне, написанная странным языком, как-будто выдавленная сквозь стиснутые зубы. Мурашки бегут, то и дело подходили слезы. Оставалось загадкой- Как же мы выиграли, ведь не могли мы так сильно измениться от героев того страшного времени- оказалось, нет, не изменились- такие же. Такие же чувства были у них, так же и я боялся бы, закрывал глаза, болся смерти и ждал своей шальной пули. Сколько времени прошло- многое забыли, многое предпочли забыть, а тут как глоток правды- настоящей, незапачканной, горькой и жестокой. Как же им было тяжело там, как через всё это смогли пройти и как в итоге искалечиличь не их тела, а души. Тяжело.

Писать о “Зубре” сложно, вероятно, именно из-за невероятной цельности образа, стоящего в центре этой книги – сложно говорить о книге, а не о личности. Пересказывать исторические факты, о которых идёт речь, смысла не вижу, к тому же, о них уже достаточно сказано в других рецензиях. Восхищает, как Гранину удаётся создать цельный образ учёного, передав при этом и те проиворечия, которые были в его характере – эти противоречия тоже как бы становятся частью неделимого целого. Очень ценны интонации живой речи, которые сохраняются в тексте – Гранин пишет, что он пользовался и магнитофонными записями, и непосредственность разговоров ему удалось перенести и на бумагу.

Иногда правда взгляд спотыкался о какие-то детали, касавшиеся не самого Зубра, а эпохи, в которую он жил, быта, окружавшего его – с ними автор обходится также размашисто, изображая их крупными мазками и яркими красками. Возможно, тот масштаб, который он выбрал для изображения личности Зубра, для других людей и мелких деталей оказывается менее подходящим.

Но в целом книга очень понравилась. Именно то, что я хотела почитать, когда оставляла эту заявку в флешмобе.

Вот это и есть – spirit of old school, такой, с которым желторотым м.н.с. только по книгам и познакомиться. О чем же книга? О крупнейших ученых-генетиках, биологах, физиках, чьи имена, овеяны легендами и вписаны в учебники и энциклопедии. О бесконечной борьбе за постижение первопричин, за постижение механизмов эволюции, невзирая на обстоятельства и времена. Увлекательная борьба, где общекомандный зачет лучших умов мира идет в общую копилку человеческой мысли. И все это – через биографию Николая Владимировича Тимофеева – Ресовского, неординарного и яркого. Он - участник гражданской войны и ведущий научный сотрудник германо-советской лаборатории (!) во время той самой войны, человек могучего интеллекта и здоровья, потомок авантюристов и сам – авантюрист, патриот и не выездной гражданин мира, признаваемый ведущими мировыми научными центрами. В общем, личность неоднозначная, сложная – но читать о нем было действительно интересно…

Я довольно давно хотела прочесть эту книгу, в прошлом году она была редкостью в магазинах, к нам привозили всего по несколько штук, и их тут же расхватывали.
Что же так влечет к ней?
В книге показана правда войны, окопы без прикрас.
Повествование отрывистое, словно зарисовки, записи из дневника, фронтовые будни перемежаются с довоенными воспоминаниями. Много написано о послевоенном времени: восстановление города, поиски работы, возвращение к нормальной жизни... Но внутренние разломы не просто залечить, вернуться к обыденности тому, кто видел смерть и сам убивал.
Страшно и тяжело...

Сложно формулировать мнение о книге признанного маэстро. Но с другой стороны - никому же нет никакого дела до того, что я думаю, а значит, я ничем не рискую и скажу, что показалось.

А показалось мне, что книга сырая: изложение неструктурированное, не в меру назидательное, порой честное, порой сомнительное. И главное - вечная нотка оправдания.

Пожалуй, из всех глубокомысленных изречений автора достойно внимания размышление о причинах провала отечественного автопрома:

Из энциклопедического словаря крылатых фраз и выражений В. Серова:

При чтении вспоминались Валентин Катаев - Алмазный мой венец и Светлана Алексиевич - Время секонд хэнд – от второго «многоголосье», но звучащее при этом более добро, а от первого – лирично-душевное начало. История жизни учёного-генетика, по ощущению – яркого холерика, трудоголика, порой своеобразного выдумщика (привлечь инспектора пораньше через «умыкание», помощь с розыгрышем иностранца, проведение заседаний в воде) судя по всему с очень тяжёлым характером. Его жизнь в отечестве и за рубежом. Попадание в эпицентр двух событий – жизнь в Германии при Гитлере, а после на родине во времена, когда дело жизни считается лженаукой. Красиво показан контраст начальников в СССР: благодаря одному удалось передать знания ученикам, другой порушил интеллектуальное (духовное) воспитание. Запоминающейся оказалась история эксцентричного ученика-завистника, который пытался повлиять на авторское написание истории, переведя её в художественное состояние и даже попытавшись перетянуть одеяло на себя, сместив протагониста истории. Ещё понравилась мысль про духовные корни, то семейные, то научные (глава 10), которые помогают в человеческом развитии и позже будет вспомнит А. С. Пушкин с самостоянием. Из интересного ещё про точку, которая в человеческой судьбе – праатом, из которого вырастает новая вселенная; жизнь шире результатов, которыми не всегда получится помериться.