Rosencrantz and Guildenstern are Dead

Цитата позаимствована у Стоппарда, она наиболее полно описывает мои ощущения от пьесы. Помню, мама положила мне её на стол, постучала пальцем и ушла. «Розенкранц и Гильденстерн? - припомнила я. - Это же беспутные студенты, однокашники Гамлета! А с ними-то что? Судя по всему, померли. Тоже! И не стала читать. Ещё бы, думаю, про могильщика-юмориста отдельную пьесу написали.
Оказалось, не «тоже»! Умерли эти двое в результате весьма поганой интриги, бросающей зловещую тень на светлый трагический образ принца датского. А я, грешна, этот нюанс всякий раз пропускала, как восьмиклассница, которая в «Войне и мире» читает исключительно «мир».
Как мы (и я теперь тоже) знаем от Шекспира, Клавдий послал с парочкой и принцем письмо английскому королю. С тайным приказом, чтобы тот немедленно казнил племянника. Гамлет изменил приказ, и полетели головы бывших товарищей. С одной стороны, хамство с их стороны, знали ведь, что везут. С другой: а что делать им было? Принц — псих, предупреждать бесполезно, ещё покусает, как бухгалтера Берлагу! А вернее, сдаст санитарам, то есть, королю. Может, казнь для него — гуманное решение, вроде эвтаназии. А у Гамлета, наоборот, выбор был.
Или не стоит подходить к древней истории с современными моральными мерками.
Автор и не подходит. Его Розенкранц и Гильденстерн производят впечатлением мёртвых с самого начала, судя по сумеречному состоянию их сознаний. Хоть хоррор снимай. Откуда они явились, куда направляются — приходится им то и дело напоминать, даже свои имена они периодически путают. Собственно, комический элемент пьесы лично для меня этим исчерпан.
Всё остальное показалось мучением то ли безумцев, то ли над заблудившихся в чужом приключении покойников. Что, собственно, для театра абсурда — абсолютно нормально.
Даже понравилось! И вот, почему.
Приятели не знают, что с собой делать. И с нами, на сцену попадающими редко, такой тоже случается. Знакомое, неприятное ощущение потерянности: «Чувствую себя точно зритель – скверное дело. Это выносимо, только ежели свято веришь, что сию минуту явится кто-нибудь, кто тебя заинтересует». Такие эпизоды создают доверие между читателем и автором. Дальнейшие утверждения (про кровь и риторику, про «Правдиво только то, что принимается за правдивое. Такова плата за существование. Человек основывается на предположениях») понимаешь и принимаешь без особого внутреннего протеста.
Лучшим моментом считаю финальную кульминацию, откровение о сути смерти.
«Это не кровь и не вопли и падение тел – смерть состоит не в этом. Просто дело в том, что человек больше не появляется, и все, – сейчас вы его видите, сейчас – нет, и правда только в том, что в эту минуту он здесь, а в следующую уже нет, и он больше не вернется – просто уход, скромный и необъявляемый, – отсутствие, становящееся весомым по мере того, как оно длится и длится, – пока, наконец, совсем не придавит».

Дочитала и некоторое время сидела в недоумении. Надо сказать: опыт театра абсурда есть, трагедией с ног не собьёшь. «Плохой конец прискорбен, хороший – безрадостен. В этом смысл трагедии». Но ощущение не до конца понятого замысла осталось. Обязательно посмотрю постановку или экранизацию, может, полегчает.

Вообще мне пьеса понравилась, правда. Остроумно, местами очень, трагедия теперь повторяется как фарс.
Другое дело, что все сущностные вопросы классиками уже подняты, все сложные коллизии этого мира описаны, все великие персонажи созданы. У классиков героями были такие, как Гамлет, ищущий основу бытия, не жалеющий ради этого ни свою, ни чужую жизнь, не боящийся ни жизни, ни смерти. В нынешнюю эпоху создать героя, хотя бы в чём-то подобного Гамлету, невозможно. В эпоху постмодернизма героями произведений становятся Розенкранц и Гильденстерн, маленькие человечки, на судьбу которых 400 лет назад никто и внимания не обратил.

На протяжении веков в классической литературе судьбы персонажей, подобных титанам, прослежены, про ураганы, бушевавшие у них в груди и сносившие крыши у всего мироздания, всё написано. В эпоху постмодерна подбираем осколки и рассматриваем их под микроскопом.

Так что же эти осколки? Розенкранц и Гильденстерн? Может, они не менее интересны, чем воспетые великие герои, ведь все люди равны, чем они хуже Гамлета, может, им тогда просто не повезло. А если им дать шанс, поместить в центр мироздания, пардон, пьесы, может, они в величии сравняются с Гамлетом. И судьба их трагична, чем же их трагизм не равен гамлетовскому? За что они погибли, ведь они не сделали ничего плохого, они несчастные щепки, которые полетели, когда рубили лес?

Не получилось. Конечно, их жаль и всё такое, но сколько-нибудь значимых героев из них не получилось, куда их не помещай, хоть в какой центр пьесы или центр событий, хоть в центр Вселенной, открытий для читателя они не преподнесут, не те личности. Ну что ж, колесо Фортуны, тьфу, то есть сансары, вертится, времена сменятся ещё раз, может, Розенкранц и Гильденстерн дорастут. И вопросы научатся ставить не менее сложные, чем «быть или не быть», а пока что они не научились задавать даже наводящие вопросы, чтобы исполнить поручение короля.

И судьба не оставляет им выбора, их путь предопределён, с момента, когда за ними прискакал королевский посланник, брошенная монета всё время падает одной стороной, и ни одного шанса на изменение судьбы.

«Они считают нас мебелью? Я этого не потерплю!».
Розенкранц и Гильденстерн так и не узнали, что же такое с ними произошло: «Не иметь никакой информации – и такой конец – и даже сейчас не получить объяснения...»

А объяснение простое, вспомним Шекспира – «Что он Гекубе? Что она ему? Что плачет он о ней?». Иными словами, а что им Гамлет, и зачем он им, они везут приказ…

Пьеса прочитана в преддверии просмотра спектакля театра Великобритании «Олд Вик».

P.S. Спектакль понравился. Гораздо больше, чем фильм с Олдменом и Тимом Ротом. Постановка каноническая, костюмы, декорации, мизансцены, всё идеально, как указано в пьесе. Розенкранц, Гильденстерн и Актёр просто великолепны. Диалоги Розенкранца и Гильденстерна проговариваются блестящей скороговоркой, их перебранки просто блеск, получается очень динамично.

"Розенкранц и Гильденстерн" мертвы - это нечто среднее между "Гамлетом" и "В ожидании Годо". Переосмысление первого через призму приемов, взятых из второго. Комментировать что-то настолько абсурдное, но в то же время реальное - сложно. К этому тексту, можно подступиться по-разному, как к бурному потоку: можно попытаться нащупать в нем опору, потоптаться рядом и, махнув рукой, отвергнуть его, решив, что пути "внутрь" нет, а можно не думать ни о чем, нырнуть в него и позволить чужим мыслям заполнить твою голову. Стоппард претенциозен, - несомненно - но все же, учитывая год написания, ему можно простить все. К тому же, мысли эти весьма по существу.

Бессмысленные, третьестепенные, даже самому Шекспиру не нужные персонажи, выведенные в первый ряд. Они не знают ни откуда они пришли, ни куда они идут, ни даже кто они - ничего не напоминает? Можно долго распинаться о метафоричности,
но эта пьеса из тех, которые нужно прочувствовать самостоятельно, чтобы полностью понять. Как английский юмор, кажущийся смешным лишь в контексте, так и текст Стоппарда повлияет лишь целиком. Хотя, надо признать, разобрать его на цитаты все же действительно хочется - автор это позволяет в полной мере.

PS:

а мною ни разу не упомянут постмодернизм, ура!

"Мы можем вам выдать кровь и любовь без риторики или кровь и риторику без любви; но я не могу дать вам любовь и риторику без крови. Кровь обязательна, сэр, – все это, в общем, кровь, знаете ли."

У Шекспира Розенкранц и Гильденстерн – предатели. У Стоппарда – несчастные люди, не понимающие, как они могли попасть в такой переплет, и не имеющие сил сопротивляться судьбе. Это два обычных, даже заурядных человека, – но только они выглядят нормальными людьми, все остальные персонажи шекспировской трагедии предстают одержимыми безумцами, занимающимися внутрисемейными «разборками», не смущаясь ничьим присутствием.
События происходят главным образом параллельно действию пьесы Шекспира с краткими появлениями главных героев «Гамлета», которые разыгрывают фрагменты сцен оригинала. Между этими эпизодами главные герои обсуждают ход событий, не имея о нем непосредственных знаний.

Отличная абсурдная пьеса еще и основанная на "Гамлете". Так вот, если вы не читали произведение Шекспира, то вам тут делать нечего, а лучше еще прочесть о театре абсурда – так будет идеально. Пару слов об экранизации: шикарный актерский состав, да и фильм снял сам же Том Стоппард, очень рекомендую, если вам понравилась пьеса.

С тех пор как я посмотрел блестящий фильм 1990 года, все собирался прочитать пьесу. Уже годы минули, и я решил, если не сейчас, то когда? Том Стоппард сделал незначительных шекспировских героев из Гамлета – главными и перевернул классическую трагедию в комедию абсурда.
По началу их диалоги отдают тупизной, потом они начинают задаваться вопросами бытия в своебразной форме. Так что хоть это и получается отсылкой к Гамлету, но на их табуреточном уровне.
Еще эти двое, для собственного успокоения совести, делают удобные выводы своих поступков. Очень показательно. Можно и себя таким образом увидеть. Серьезно, посмотреть внутрь себя.
И помоему из всего это сумасбродного действа просто выплывает Сэмуэль Беккет (“В ожидании Годо”).
И, похоже, все там существуют в сюрреалистическом мире, кем-то управляемом.
Хотите, божеством, а хотите драматургом, режиссером. От того и монетка каждый раз падает всегда “на орла”. Весь мир – театр, в конце концов.

Дорвалась. Я не знаю, чем меня так привлекают абсурдистские произведения. Почему так восхищают всяческие тонкие намеки, аллюзии и реминисценции (пасхалки, ага). И с чего бы вдруг на сей раз я оценила (к моему удивлению) философствования и всяческие абстрактные рассуждения. Том Стоппард в этой пьесе выступает как продолжатель традиций театра абсурда. Ели вы любите Беккета или Ионеско, то вам всенепременно стоит прочитать и это. Хорошо бы еще наверное Гамлета накануне, но может и не обязательно, все мы его хоть немного помним. Книга читается быстро, хотя в самом начале всенепременно буксуешь и тонешь в размышлениях, но потом разгоняешься и удивляешься, что все так быстро закончилось. И фильм прекрасен, да, однозначно смотреть.

На мой вкус, эта пьеса – как чипсы или картошка фри… Вредно, жирно, во рту пожар и изжога начинается – но, вот же зараза, оторваться никак нельзя…

За «Розенкранц и Гильденстерн мертвы» я принялась, конечно же, после прочтения (впервые после школьной программы) «Гамлета». Нужно отметить, фильм, снятый по этой пьесе, я не смотрела, так что подобного рода сравнений не будет.

О сюжете (и своем месте в нем) прекрасно рассуждает Розенкранц:

Тот же «Гамлет», только наоборот – изнанка, закулисье основного театра событий. Розенкранц и Гильденстерн – эдакие «двое из ларца, одинаковы с лица», призванные (продолжаем аналогию с русскими сказками) «пойти туда, не зная куда, сделать то, не зная что». Впрочем, именно эта неопределенность, некоторая аморфность главных героев порой раздражает – они как мухи, застрявшие лапками в густом сиропе. Хотя даже с самой первой сцены – забавная игра в орлянку – рождается чувство ирреальности, полусна-полуяви – такое, что даже сложно определить где восток и какое сейчас время суток.

Временами повествование веселит - но это не добрый юмор, вызывающий улыбку - это сатира, смех со злыми глазами. Источник этой сатиры - Актер. Его умелое владение словом, размышления о смерти - настоящий и сыгранной - обращают читателя (и зрителя) к реальности, в то время как Гильденстерн и Розенкранц - нет, Розенкранц и Гильденстерн! - оставляют ощущение наигранности и театральности.

Кстати говоря, ни один персонаж в пьесе в принципе не вызывает сочувствия, хотя я принималась за чтение с твердой намеренностью открыть для себя Розенкранца и Гильденстерна как благородных жертв обстоятельств. Увы, из этого ничего не вышло. Читать временами было мерзко, иногда я раздражалась, порой недоумевала или подсмеивалась над героями. Но чтобы проникновенное сочувствие - нет уж, увольте. Хотя нельзя отрицать и другой крайности - оторваться было нельзя... До самых последних реплик. И немного горчащее послевкусие остается на долгое время.

Весьма забавная пьеса - узнала, наконец-то, откуда это пресловутое "кровь, любовь и риторика") По ощущениям напомнило что-то среднее между кэролловской "Алисой", пьесами Шварца и, собственно, оригинальным "Гамлетом". Много интересных высказываний главных героев, некоторые даже не успевала отмечать, уж больно порой ими насыщен текст) Часто они абсурдные и алогичные, но в то же время действительно есть в них что-то интересное и цепляющее. Одним из них, собственно, вполне можно описать и их самих, и саму книгу:

А еще какая там была прекрасная в своей абсурдности игра в вопросы! Обязательно опробую ее как-нибудь с кем-нибудь в поездке или в любой другой ситуации, когда делать нечего и все слова вроде бы уже сказаны, а молчать все же не хочется!..

Том Стоппард. Розенкранц и Гильденстерн мертвы

Удивительно как долго в нашем клубе не появляется глубокомысленных строк Бродского с не менее глубокомысленными комментариями. Исправляю))
Сначала был фильм. Ну, это как водится. С прекрасным гунявым переводом (1990) и с такими актерами, что не прочесть книгу постфактум значило потерять многое.
Пьеса оказалась не менее хулиганской и безбашенной, чем фильм (автор-то один). Не пытаясь спойлерить, поскольку с текстом-оригиналом в исполнении Шекспира знакомы все, ну или почти, скажу, что сюжет остался тем же. Только смотрим мы на него не глазами венценосной семьи и их приближенных, а глазами двух нелепых и растерянных друзей Гамлета, которым известно только одно: "Нас призвали!" Кстати, фраза Розенкранца, произнесенная устами Гэри Олдмана "Хочу домой..." практически полностью раскрывает суть пьесы. Два совершенно нормальных, заурядных и местами занудных человека попали в какой-то бешеный мир кровосмесительства, мести, безумных выходок, убийств и надругательств. При этом, они знают, что "их призвали", что это их долг - находиться именно в этом месте. Только не могут понять зачем. Знакомое состояние? Мне - да!
Цитатами могу кидаться бесконечно! Но не стану злоупотреблять вашим вниманием. Всего пару-тройку))

Ах, да! Чуть не забыла! При чем здесь Бродский? Он перепер эту пьеску на родной язык. За что лично я ему благодарна уже почти тридцать лет)) Как вам, вот такая ремарка, например:

О, сила владения словом!