Сладкая отрава

— Ромео Тарчинини, учтите раз и навсегда, что не для того мои родители произвели меня на свет в условиях самой строгой гигиены, не для того берегли меня от всех детских болезней, не для того я блестяще прошел весь курс наук в Гарварде, чтоб в один прекрасный день стать мишенью для остроумия мелкого полицейского служащего, самодовольного и бездарного!

— А я, синьор, вырос в лачуге, где нас было семеро в одной комнате, я переболел всеми болезнями, какие может подцепить мальчишка. Я схоронил большую часть своих братьев и сестер, а моя мать в сорок лет была уже старухой. Я учился мало, ведь надо было работать, чтобы платить за учебу и помогать тем из наших, кто еще остался в живых, и вот почему я не потерплю, чтоб какой-то папенькин сынок, который только и потрудился, что родиться на свет, который слишком заносчив и эгоистичен, чтоб понять, каково другим живется, имел наглость меня учить!

— На очень долгом опыте, синьор, мы научились не принимать жизнь слишком всерьез, как это делаете вы. Вы верите в машины, а мы верим в человека. Вы воображаете, что можно проникнуть в тайну преступления с помощью физики и химии, а мы думаем иначе. Для нас убийство — просто один из видов несчастных случаев; для нас это прежде всего человеческая драма. Вы беретесь постичь его посредством техники, а мы пониманием, и в конечном итоге, синьор, я уверен, что варвары как раз вы, потому что признаком варварства может быть не только отсутствие техники, но и засилье ее!

— Ну, знаете ли! Если я вас правильно понял, вы считаете американцев дикарями?

— Вот именно, синьор. На мой взгляд, вы замкнули цикл развития человечества. От варварства каменного века вы пришли к варварству века роботов. Правда, надо отдать вам справедливость: вы опередили весь мир в этом движении к изначальному мраку!

— Мы ведем следствие, как нам кажется лучше, и не американцам, которых наши же предки понаделали в тех краях…

— Вы оскорбляете Штаты, синьор!

— Не смешите меня! Ваша молодость, которой вы так гордитесь — кто же ее создал, как не мы, наши эмигранты? Вы нам всем обязаны, синьор Лекок, всем, потому что ваши хваленые Соединенные Штаты еще не родились, а мы, итальянцы, уже двадцать пять веков творили историю и все еще не имели права отдыхать! Когда вы сделаете столько же, тогда и являйтесь со своими советами.