Географ глобус пропил

Мне книга и понравилась, и разозлила.

Меня отвращают 90-ые! Мерзость, страх, потеря ориентиров, разруха (в головах и клозетах), шмотки, резкое разделение на бедных-богатых, пьянство, грязь.

Но это не относится к самой книге, а только ко времени.

А книга должна была рассказать как человек, пройдя испытание девяностыми, может остаться Человеком.
Проблемы нравственности, психологизм, описываемое время, в котором я уже жил, делают эту тему очень притягательной.
Плюсую за поднятую тему, ярко описанные атрибуты времени, реалистичность персонажей.
Главный герой - молодой интеллигент, с юмором.
Вроде, всё есть, можно наслаждаться книгой. Но тут, как раз, и не сложилось у меня.

Подробнее о том, что не понравилось.
Главный герой!

Шутки-прибаутки Служкина совсем дебильные, раздражали!

Его слабость, нежелание заработать для семьи, подаётся как высшее достижение. Это, мол, гордость такая - "пойду учителем за копейки, не имея ни желания, ни умения, а у друга Будкина работать не буду, чтобы независимость сохранить. И в другим местах тоже". Ну-ну. 

Любовный треугольник здесь многогранник, углов не сосчитать! Главного героя хотят почти все! Две старые школьные подруги им отвергаются. Одна слишком развратная и доступная - ниже его достоинства, другая, слишком чисто-воздушная (но к поцелуям не зовущая) - не хочется дружбу чернить. Училка Кира отвергла его сначала, так потом Служкин ей отплатил той же монетой. Герой! Главное, пришёл-разделся-помылся, но в последний момент гордость проснулась. Ну да ладно.
Жена его не хочет, и не похоже, чтобы он этим сильно тяготился. Попытка уступить её другу и сохранить хорошие отношения с обоими очень странна. Это благородство в стиле князя Мышкина. А точнее, просто идиотизм. Но Надя и Будкин оказались умнее и не приняли жертвы. Правда, с опозданием.
Была ещё Лена - к ней у него тёплые платонические чувства, там без варианта. Тем более что Служкин всё равно бы не "испачкал" свою первую светлую любовь.
Вообще, вот это чистоплюйство (оно же Достоинство, по замыслу автора) и раздражало. Посколько было мнимым.

Теперь о девочке Маше, которой на секундочку четырнадцать лет. Вот её да - хочется! Она чиста, невинна, не измазана мерзостью этого мира (которая так отталкивает гг). Я не ханжа, от "Лолиты" не плевался. Оставим в стороне легитимность страсти Служкина, Б-г ему судья! Дело сейчас не в том, что думаю я, общество, уголовный кодекс. А в том, что сам Служкин твердо убеждён, что эта страсть (или Любовь, как он её называет) преступна. И при этом он использует всё своё обаяние, служебное положение (звучит как на народном суде :)), обстоятельства и даже самый грязный метод - алкоголь, чтобы раз за разом пытаться добиться желаемого. Постоянные рассуждения в стиле "быть или не быть?" отвратительны. Принц Гамлет пермского уезда! Каждый раз что-то его останавливает (причем далеко не всегда это его совесть!). И под конец, Служкин решает довольствоваться осознанием того, что он сам отказался. Такое вот благородство.
Вот он - моральный стержень, позволивший гг пройти огонь, воду и медные трубы девяностых.

Кстати, о воде. Весь этот поход - ужасная безответственность. Да сам гг и не позиционирует себя как Педагога-Наставника, Проводника по реке и по жизни. И в этом он честен (с собой, как минимум). Он просто Человек, который остаётся собой, и подаёт пример (далеко не всегда положительный). А уж другим решать, что с этим примером делать. Но проблема, что не все мальчишки и девчонки (а также их родители) понимали, что В.С. не берёт на себя никакой ответственности в этом походе, кроме, разве что, чисто географической. И Служкин не мог не понимать, что другие доверили ему свои жизни или жизни своих детей (простите за пафос).
Хочется затронуть и безответственность в преподавательской деятельности, но я и так расписался.

Из положительных качеств - любовь к дочке и смелость (пацана защитил, алкашей на реке не испугался).

И на десерт - алкоголь. Я сам не пьющий, и поэтому мне тяжело, может быть, понять. Пол года назад читал "Триумфальную арку" и диву давался количеству кальвадоса и прочего алкоголя, употребляемого главными героями. Но "Географ" всех переплюнул (или перепил)! Конечно, алкоголизм гг - полноценный персонаж этого произведения. Это тот антисептик, которым герой дезинфицируется от пакостей этой жизни. Но чтобы вообще не просыхать?
Ну ладно сам гг и его друзья. Но Женщины? Дети? Старики? (Последних я для красного словца добавил. В книге их нет. Да там никто и не доживёт до старости).
Дети пять дней пьют только водку! И это "лучшие" из девятиклассников!

Еще неприятно удивила излишняя театральность некоторых эпизодов в ущерб логике. Ну для примера - зачем Угроза оказалась мать Маши?
Что, если бы она застукала гг с чужой девочкой, ему не пришлось бы увольняться? Ничего бы не изменилось. Или просто гг понял, что такой тёщи у него просто не может быть (по двум причинам). А до этого он ещё планировал что-то?
Угроза никогда бы не отпустила свою дочь в этот поход!

В итоге - тяжелая книга о тяжелом времени.
Но лично для меня, гг не смог достойно пережить его, оставаясь Человеком.
А поскольку в этом вся суть книги, то понятно, почему она меня так разозлила!
Хотя, всем героям сочувствуешь. Значит всё-таки есть в этой книге какая-то сила?!

И это всё про главного героя. Который кажется вначале несчастным, потом жалким, а к середине вообще отвратительным. Живущий в богом забытой пермской глубинке, он стремится только к одному – залить шары. Желательно водкой. А с кем, как, почему – неважно. В собутыльники сойдёт любой сомнительный друг. Враг, брат, кот, дерево. Медленно качаясь на волнах алкогольного самоуничижения, Виктор всё глубже и глубже опускается на дно. Жизнь его катится исключительно по инерции, растеряв остроту и смысл по ухабам бытовухи.

Жена, с которой их связывает исключительно четырёхлетняя дочь, презирает его и уже год как выгнала из супружеской постели спать на диван. Думая не тем местом, коим надо бы, главный герой безнадёжно таскается – бегает здесь неуместно, слишком бодрое слово для этого вялого слизняка – за всеми подряд знакомыми девушками в надежде на секс из жалости да по старой памяти. Сумасбродка из школьных лет, с которой у Виктора на выпускном была горячая ночка, сохнущая по другому мужику наивная клушка, и обросшая детьми, как баржа ракушками, бывшая первая любовь и раскрасавица всея школы.  А под конец географ в свои пьяные затридцать вообще позарился на четырнадцатилетку! Хорошо что, хоть не все мозги совсем пропил, а только глобус – сам дал себе от ворот поворот, несмотря на то, что глупенькая Машенька уже была готова сама раздеться и возлечь третьей лишней между географом и его бутылкой.

Но обождите, здесь жжёт напалмом по моралям и совести не только Географ! Всё его окружение, все до единого знакомые развлекаются на досуге блудом и алкоголизмом. У меня реально был момент, когда я успела запутаться в именах-отчествах, кто есть где, и кто с кем хочет переспать.  Какое-то броунновское движение – все недовольны тем, что имеют, и хотят жену/мужа соседа. А соседки, узнав об измене, лишь прибухивают поболе нормы и пожимают плечами. И продолжают потом той же компанией, в полном составе, отмечать праздники и выезжать на природу, всё такие же равнодушные к себе и собственной жизни.

Это какой-то срез русской чернухи для подробного препарирования? Или автор пожелал передать безнадёжную тоску российких глубинок? Где бежать куда-то или от кого-то некуда. А чаще всего – просто бессмысленно, ведь куда бы ты не пошёл, ты везде возьмёшь с собой себя. И так и колышутся на ветру утекающих в пустоту лет эти иссохшие раньше времени души со скисшими заживо сердцами...

В начале книги кажется, что отвратителен здесь только географ. В середине понимаешь, что это не книга, а какой-то заповедник потерянных и несчастных душ. После последней страницы остаётся лишь мутное чувство тоски, ментальное похмелье, которым тебя словно через буковки заразил автор. И непонятно, зачем вообще было это чтиво написано, какую высшую мысль оно несёт, и в чём вообще его сакральный смысл. По собственному признанию любящая Будкина Надя возвращается к ненавистному географу и дальше тянуть лямку ради какой-то "видимости" нормальности. Сам географ вылетает из школы и продолжает пассивно пропивать жизнь. Все несчастные таковыми и остаются, не в силах разорвать усталыми руками порочный круг прижизненной Сансарры. Заведено, что все книги куда-то ведут, движутся, как ручьи к морю. Это аксиома. Персонаж толкает сюжет из точки А в точку Б, обрастая по пути житейской мудростью/друзьями/богатством/опытом, нужное подчеркнуть. Здесь же... герои топчутся в тупике и упираются в стену.  Всё тупорыло, бессмысленно и безнадёжно. Единственное, ради чего я пободалась в эту тоскливую амбразуру – это язык автора. Написано живо, щемяще, образно, с оригинальными словесными изворотами. Столько житейской тоски, столько самоиронии и скисшей гордости стоит за этими абзацами... Видно, что автор не лишён таланта складывать слова, но муза захватывающих идей обошла его стороной в тот день, когда он засел за "Географа".

Виктор Сергеевич Служкин - добрый, честный, преданный, но при этом одинокий, ранимый, любящий выпить житель глубинки. Друзья-одноклассники вокруг него такие же простые обыватели, с несбывшимися надеждами, странными дружескими связями. Ну так и время действия романа - маленький городок на Каме в 90-е годы.

Виктор Сергеевич идет работать в школу преподавателем географии в девятые классы. Педагогического образования у него нет, но учителей не хватает и его берут. Естественно, как учитель он ноль, но зато свой в доску, интересно рассказывает о жизни и такой же непосредственный как и его ученики.

Служкин стремится не только вбить в головы "красной профессуры" хоть что-то из школьной программы, а научить их сплоченности, справедливому отношению к жизни, почувствовать необходимость друг в друге. И здесь самым показательным является поход с зондеркомандой на катамаране по притокам Камы. Тайга, бурные реки, величие природы и при этом необходимость выживать только вместе и сообща (найти дрова для костра, приготовить еду, помогать тем, кто слабее). Победа Служкина очевидна - ребята самостоятельно справляются с преодолением Долгановского порога около Межени.

И это позитивная часть романа - балагурство и подкупающая честность Служкина по отношению к ребятам, смешные случаи в походах. Но все это происходит в таких декорациях тоски, отчаяния и безысходности, что к концу книги уже и не остается никаких моральных сил - выматывает до предела.

Жизненной перезагрузки у Служкина не случилось - из школы он уходит, с женой живет для галочки, может только пить бросит. Будущее его печально - он все так же одинок.

Если бы не возрастной ценз, то у книги были бы все шансы стать классикой школьной программы в разделе «литература конца 20 века», но с этим, видимо, придется подождать.
Я не буду пересказывать содержание, описывать сложные образы как на уроке литературы (а здесь, действительно, сложные образы).
Я расскажу о том, что лично мне удалось вынести из этой книги как читателю, а, собственно, для этого и нужны сложные книги - чтобы делать из них выводы и открывать что-то новое. Я отношусь к более позднему поколению, для меня тема перестройки - это рассказы родителей, я уже живу в мире, которые построен на других ценностях. В нашем мире странно, что главный герой Служкин просто плывет по течению, как на катамаране на реке в своем походе с учениками, с ним происходят всевозможные неприятности, но он не пытается их предугадать или предотвратить. Нам это странно, нам проповедают, что нужно быть активными, успешными, всесторонними, «выходить из зоны комфорта» утром, в обед и вечером. Как это ничего не делать? Как это смириться с тем, что ты неудачник? Книга длинная, читала я ее не очень быстро, так что у меня была возможность поразмышлять над этим. Выводы оказались неутешительными. Перестройка не перестройка, а вокруг нас масса таких Служкиных, уставших от бесконечных «надо», которые сыпятся на них как из рога изобилия. При этом Служкин, этот «лишний человек» современности, совершенно внутри не мертвый. Он ищет любви и понимания, именно за любовь ему нужно зацепиться, чтобы у жизни был хоть какой-то смысл. Но все поиски непременно приводят его к чему-то плотскому и приземленному, скоротечному и уже много раз пройденному. Этот вечный поиск приводит его даже уже к чему-то совсем недостижимому - к девятикласснице Маше. И так же разочарованно уводит и от нее. Останется только бесконечная пьянка и унылый круговорот незатейливых любовных многоугольников.
Если оглянуться вокруг, то можно увидеть много таких Служкиных, конечно, не возведенных в абсолют до такой степени, как это сделал Иванов, но все же. Ну и резюмируя, о чем все-таки эта книга лично для меня? О том, что в каждом человеке до последнего остается что-то живое и настоящее.

Редкостная дрянь. Ощущение, что меня макнули в лохань с помоями. Замучилась читать, было ужасное желание поскорее сбежать из этого притона.
Зачем эта книга была написана? Показать эпоху 90-х через призму человеческих отношений? Глядя на персонажей Иванова, у меня сложился только один вывод. Что это не трудности 90-х в виде разрухи и упадка сделали жизнь людей дерьмовой, а сами люди, все эти алкаши, быдло, изменщики и моральные уроды, сделали свою жизнь дерьмовой и загнали 90-е в вонючее болото. Где хоть какой-то исторический контекст? Прочитав "Географ глобус пропил", вы так и не узнаете, что же это было за время. Какие были экономические, социальные, политические факторы, с какими бытовыми трудностями и проблемами сталкивались люди ИМЕННО ТОЙ эпохи. Яркие зарисовки повседневности, детали, из которых складывался бы глубокий образ исторического периода. Ничего этого здесь нет. Никакого ощущения времени.

Служкины, Будкины - они бухают не потому что на дворе 90-е, а потому что по-другому не могут. Они изменяют и шляются по девкам всего города, потому что ОНИ по-другому НЕ МОГУТ. Все эти люди сидят в смердящем болоте, потому что НЕ ХОТЯТ ничего менять. За их алкоголизмом и дерьмовым характером не стоит никая личная трагедия или драма. Да, в русской глубинке на севере люди спиваются. Но не от хорошей жизни, а потому что заняться больше нечем. А у главного героя Служкина есть работа. Работа Учителем, на которую он пришел, не имея на то никакого профессионального или человеческого права. Потому что он - в крайней степени безответственный человек, неумеющий себя контролировать. Который позволяет себе пить с учениками водку, бить их в лицо, брататься с ними, вести детей в поход, в котором они чуть не погибли, напиваться в этом походе до потери сознания. Который позволяет себе лапать 14-летнюю ученицу за грудь, смеет говорить о какой-то любви, когда недавно побывал у 3-4 баб дома, абсолютно без разбора. Который забыл забрать маленькую дочку из садика, потому что увильнуть за бывшей одноклассницей в расчете на поцелуй ему важнее.

Впрочем, главный герой отдает отчет своей никчемности и емко описал свою жизнь в 1 предложении: "Никакой точки опоры в жизни, болтаюсь туда-сюда… "
Действительно, болтается как говно в проруби и не может никуда прибиться.

Говорить, что эта книга жизненная, о каждом из нас, о простом человеке - значит признавать в себе беспомощного алкоголика-философа и романтизировать безнадежное расеянство. О каждом из вас? Значит вы тоже из числа жен-терпил, которые жалеют, что не сделали аборт, волочат десятилетиями бремя "лишь бы сохранить семью", "пусть хоть какой, но муж"? Значит вы тоже из числа тех учителей, которые взращивают новое поколение дегенератов, оставивших критическое мышление на дне бутылки? Значит вы тоже привыкли мотаться по постелям бывших одноклассниц и коллег? Нет уж, увольте. То, что такие типы нас окружают - это правда. Но с каких пор это стало нормой и обычной реальностью? Даже в северных глухоманях можно найти хоть что-то светлое. И опять же - все эти Служкины при работе, имеют семьи, живут не на улице - у них нет объективной причины становиться такими уродами.

И в этой книге ВСЕ герои такие. Отвратительные быдловатые хамы, безответственные отбросы общества, которые только бухают, трахаются и размышляют о смысле жизни. Недобитки 90-х, самые удачливые из которых сейчас занимают управленческие должности и разводят коррупцию. Недобитки 90-х, превратившиеся сейчас в 40-50-летних мужиков, которые ездят на рыбалку побухать и бросают бутылки из окна машины. Ничего кроме отвращения, брезгливости и раздражения они у меня не вызывают. Постоянные присказки и поговорки Служкина просто выводили меня из себя.

Подчеркиваю - я сейчас говорю не о всем поколении 90-х, а конкретно о том типаже людей, который автор показал в книге. И я не против отрицательных героев в литературе. Более того, я люблю книги, где нет ни одного положительного персонажа и их гнилые характеры показаны так психологично и глубоко, что я просто аплодирую стоя. Но это не тот случай! Персонажи Алексея Иванова не вызывают восхищения своей проработкой, потому что они не имеют под собой психологической базы. Они отвратительные люди, потому что другими они быть не могут. Потому что автор их сделал такими.

Единственное хорошее, за что я могла зацепиться - это школьная тематика. И в начале было интересно посмотреть, как новый учитель будет справляться с трудными учениками. Некоторые моменты отдают ностальгией и напомнили мне о моем детстве: сделать солнышко на качелях, кататься с горки на куске линолеума - все это такое знакомое, наше. Но потом началась какая-то дичь. Даже любовная линия между учителем и ученицей (что могло мне понравиться, но в меру) меня отвратила. Настолько нелепо и низменно это показано. Автору не удалось показать и разницу поколений: что 30-летний Служкин, что 14-летний Градусов - все одно. Разговаривают на одном языке, мыслят в одной плоскости, как-будто даже жизненный опыт имеют одинаковый. Эпизод с походом, где можно было развернуться и выделить Служкина как наставника и лидера, тем более что он "заядлый" походник и ему есть чему научить ребят, превратился в попойку на лужайке.

Никаких оправданий происходящему у меня нет. И я искренне не понимаю, что полезного, хорошего или приятного может дать чтение этой грязи.

Килька плавает в томате,
Ей в томате хорошо.
Только я, ядрена матерь,
Места в жизни не нашел.

Какая-то странная и неожиданная параллель возникает после прочтения. Действительно неожиданная, в том числе и для меня самого: "Большой Лебовски". Однако, здесь наличествует соответствующая разности между российской и американской ментальностью и реальностью переполюсовка акцентов. То, что в США было трагикомедией о похождениях веселого раздолбая, здесь становится комикотрагедией. Честный человек не хочет брать на себя никакую ответственность и отчаянно плюет на каждую ступеньку социальной лестницы, и, как для любого честного русского человека, его ахиллесовой пятой становится алкоголь. Главный герой отчаянно затыкает дыру от отсутствующей воли бутылкой водки, но это ведь никоим образом не помогает! Обстоятельства его, конечно, фиговатые, но ведь нельзя же до такой степени не сопротивляться обстоятельствам. Как в любимом анекдоте интеллигенции: "Везде все плохо, дайте мне другой глобус". Друзья, но ведь так и другой глобус тоже можно пропить.
И это все разворачивается на фоне зверской симпатии к главному герою. Потому что он действительно честный и хороший, умный и остроумный, только слабовольный. Жалко его.

P.S. Да, и почему-то если главный герой в русской литературе между делом пописывает стихи, мне это кажется невольным реверансом "Доктору Живаго".

Очень люблю Иванова, но к этому роману шла слишком долго. После экранизации (с любимым актёром, между прочим) совсем не хотелось её читать. Не ждала ничего хорошего, собственно говоря. Но оказалось, что книга – это совершенно другая история. Нет, не так. История была всё та же, но восприняла я её совсем по-другому.

Камнем преткновения был образ ГГ - неприкаянного Виктора Служкина, которого случайным ветром занесло в школу. Признаюсь, со всей прямотой, я ведь тот самый завуч, Угроза Борисовна, которая во многих вопросах организации школьной жизни принципиальна и оттого скучна. «Не бывает таких учителей, не бывает таких ситуаций» - кричало всё во мне при просмотре фильма. Прочитав книгу, признала, что учитель из Служкина вышел замечательный. Несмотря на полный беспорядок в мыслях, на отсутствие дисциплины на уроках и на странные подходы в обучении подрастающего поколения. Его уроки интересны, а методы воспитания вызывают споры. Но пришла я к этому, только читая вторую часть романа – безумно красивую часть о невероятно красивой пермской природе. Отправляясь в поход с ребятами и Служкиным, я ждала показанного в фильме какого-то фарса и безумства происходящего. Но, рассказанная от лица самого Виктора, эта часть книги оказалась трогательной, искренней и (кстати) поучительной. Слушая внутренние монологи героя, многое для себя начинаешь открывать в его отношении к жизни. В общем, я была потрясена. И именно эта, вторая часть книги, позволила мне принять Служкина, который до этого вызывал только отторжение.

Первая же часть книги показалась мне какой-то сумасшедшей с её взвихренными отношениями персонажей. Вся эта свистопляска со сменой половых партнёров при полной невинности самого Служкина: он до того любит свою жену, что готов не просто спать на диванчике, считаясь с её охлаждением, но и предоставить ей зелёный свет в отношениях со своим другом. Сложилось впечатление, что все одинокие, брошенные, разведённые и обиженные женщины видят в простаке Служкине лёгкую добычу и лёгкую мишень для отмщения. Не тем, кто их обидел, а самой жизни.

Я не знаю, каким секретом владеет Иванов, но книги его умеют брать читателя в плен. И в этот раз я вполне довольна захватчиком)

Очень понравилось. Ну вот прям очень. Конечно, на трезвую голову многое здесь смотрится не слишком натурально, типа, в жизни так не бывает, автор намеренно сгущает краски ради красного словца и тэдэ. Может быть и да. Но не отменяет того факта, что книга может запасть вам в душу.

На мой взгляд, это книга-перевертыш в том плане, что там есть две совершенно разные мировоззренческие линии, сосредоточенные на одном персонаже. Главный герой, Виктор Сергеевич Служкин, может вызывать (и вызывает) диаметрально противоположные эмоции. Герой на бытовом уровне и на уровне метафизическом - это две большие разницы. На бытовом - это довольно мерзкий типчик, активно закладывающий за воротник и трахающий всё, что движется, желательно, чтобы двигалось в его сторону и с бутылкой в руках. У этого мерзкого типчика есть жена, уставшая от жизни Надя, и очаровательная четырехлетняя дочка Тата. Типчик устраивается работать в школу учителем по географии, куда его, без соответствующего образования, берут только потому, что на носу 1 сентября. Учитель он еще тот, его не уважают коллеги, не боятся ученики, на его уроках вечно стоит дым коромыслом, а научить своему предмету он не в состоянии, так предмет этот ему не слишком интересен. Куда интереснее выпить портвейна с подругой детства Веткой, накиряться с другом детства Будкиным, попробовать залезть под юбку к прелестной Кире Валерьевне да и просто покурить в форточку. Если смотреть на Служкина обыденным бытовым взглядом, то ничего кроме омерзения он не вызывает. А знаете, таким взглядом я на него и смотрела. И такое странное чувство возникло во время чтения, что вот же мне повезло, а ведь был в жизни момент, одной ногой я уже вляпалась в такого же служкина, непризнанного гения с несостоявшейся судьбой и беспорядочной половой жизнью. Но повезло, Бог отвёл. И той жуткой беспросветной безнадёги у меня не случилось. А могло. И читала я с таким жутким чувством узнавания моей не свершившейся судьбы, что несколько раз книгу откладывала именно из-за градуса внутреннего моего напряжения.

А можно посмотреть другим взглядом с другой стороны. И знаете, я смотрела. И я увидела человека, который этому обществу и этому миру не нужен. Он - лишний. Он - не делец, не силовик, не чиновник. Он - вообще-то поэт, но разве миру нужны поэты? Нет, Пушкин, конечно, "нашевсё", но так ли нужны нам поэты? И здесь суть даже не в написанных на клочках бумаги стихах, а в во внутреннем потенциале, который мог бы развиться в великого поэта, выдающегося биолога или замечательного педагога. Но это очень материальный мир, у которого нет времени заниматься каждым потенциальным гением. И много их, этих гениев, влачащих самую скромную, порой убогую жизнь от зарплаты до зарплаты, от сегодня до завтра. Или наоборот, живущих легко и весело, занимающихся чем-то несложным и необременительным. Но и те и другие чувствуют, знают, что есть что-то еще, что-то очень важное, какая-то эфемерная суть, которую не ухватишь, и живи они в другом, более духовно развитом мире, то смысл их существования был бы именно в том, чтобы ухватить эту суть и показать другим... А может быть, он просто алкаш, и я всё это придумала...

А еще хочу сказать, что пишет Алексей Иванов просто потрясающе. Описания пермской природы - его конёк. Походная часть романа - шедевр русской словесности, равно как и любые эпизоды, когда герой обращает внимание на окружающий его мир. И когда читаешь такие описания, то понимаешь, сколь велика и прекрасна наша земля, и это величайший дар - жить на ней. И очень символично, что лучше всех это понимает Служкин, обычный интеллигентный алкаш.

А еще там хорошо про любовь.

Я очень долго откладывала знакомство с творчеством Алексея Иванова. И вот, наконец, решилась — взяла в руки одну из самых известных книг писателя, и... и не смогла добраться до середины. Мне не зашло от слова совсем.
⠀
Но подождите делать поспешные выводы — я расскажу, что именно мне не понравилось, и вы вполне можете со мной не согласиться. Сразу оговорюсь — я не смотрела фильм, и пока не планирую этого делать, поэтому все мои мысли именно о книге.
⠀
Главный герой — Виктор Служкин. Отец семейства, остро нуждающегося в деньгах, который устраивается в школу учителем. Ведёт уроки он откровенно так себе — справиться с девятиклассниками ему не удаётся. Сам Служкин — слабохарактерный, увлекающийся, ностальгирующий по юности, часто использующий в речи дурацкие "присказки".
⠀
Вокруг ГГ — пилящая его жена, глубоко пьющие бывшие одноклассники, флирт с коллегами в школе, постоянные обсуждения половых похождений всех вокруг (кто, сколько, с кем), бесконечные пьянки, разгромные уроки с девятыми классами, вылазки в лес с ними же.
⠀
Сюжет, как таковой, в романе отсутствует. Он сосредоточен именно на описании атмосферы, которая понравится и будет близка не каждому.
⠀
Возможно, "Географ..." ориентирован на тех, кто может поностальгировать по 90-ым. Что ж, с этим спорить я не смогу — в 90-ые я успела только родиться. Думаю, те, кто смогут сопереживать герою, осознавая трудности того времени, смогут и оценить роман по достоинству.
Вполне вероятно, что для "зумеров" он просто устарел, и тема "маленького, но стойкого человека" потеряла былую актуальность.

Это даже не книгу читаешь. Это проживаешь жизнь. И временами свою.

Утром ставишь чайник, режешь бутерброды, потом вспоминаешь, что в кране нет воды, а последний запас превращается в кипяток для кружки "краснодарского". Ведешь ребенка в сад, а по дороге его тысяча «почему» и твои бестолковые ответы невпопад. Машешь вслед уходящему автобусу и, в который раз, опаздываешь на нелюбимую работу….

Потом в одночасье махнёшь на всё рукой и уже с рюкзаком, тянущим назад плечи, стоишь на перроне. Прислонившись к стеклу электрички и выбивая дробь лобешником, мчишься к ней, матушке-природе. Она приютит своего блудного сына, погладит своей косматой хвойной лапой, вдохнёт в тебя галлоны чистейшего воздуха и ни о чём не спросит.

Приятное уху потрескивание костра, наконец-то уснувшие комары, и маленькие хвоинки вперемешку с яичной скорлупой вылавливаешь из кружки с почти остывшим чаем.

Это была твоя история, или почти твоя. У Виктора Служкина своя история. Жена, дочь, друг, работа, ученики…. Свои провалы, неудачи и в тоже время моменты счастья.

Книга уж очень житейская, о простом и каждодневном. Что было вчера, сегодня, что будет завтра. Знакомство с Алексеем Ивановым меня впечатлило! Всё было легко и на одном дыхании. Знаете, когда стоишь на платформе, а мимо тебя поезд, и только окошки успевают мелькать.... Так и с этой прозой.

И пусть для кого-то это стрёмная бытовуха, мне привиделась своя философия.

Быть может, я не поняла любовные многоугольники Служкина, но на мою оценку книге это не повлияло. Сам Географ, конечно, пьянь и лентяй, но добр и обаятелен. В него сложно не влюбиться.

А ученики Виктора Сергеевича – это уникумы из серии "и смех, и грех". Чего стоит Люся со своим "дак чо", Тютин с историями про деревенских мальчиков или псих Градусов.

Отдельная благодарность автору за невероятную красоту природы и ощущение того, что ты "свой", ты там, рядом.