Гобсек. Шагреневая кожа

Моё первое знакомство с титаном французской литературы началось с этого небольшого рассказа. Юный граф Эрнест де Ресто влюблён в дочь виконта Камиллу и намерен на ней жениться. Однако несмотря на его знатное происхождение, приятную внешность и прекрасное воспитание, родители девушки против этого брака - у графа за душой ни гроша, ведь его мать спустила все семейные деньги на своего любовника, а фамильные драгоценности заложила суровому ростовщику Гобсеку... Такова официальная версия. Что же случилось на самом деле нам поведает стряпчий Дервиль, который лично участвовал в той невероятной махинации ради спасения наследства и доброго имени юного графа.

Дальше...

Это история о том, как низко могут пасть люди самого высокого происхождения, и что даже самые закостенелые скряги порой совершают благородные поступки. Рекомендую к прочтению!

Начинать знакомство с автором с небольшой повести оказалось хорошей идеей, смогла оценить стиль автора и при этом поняла, что для меня Бальзак не войдёт в число авторов, которых можно взять в любой момент. Может быть "Гобсек" не то произведение, которое в полной мере отражает мастерство автора, но на меня оно произвело угнетающее впечатление.

Гобсек это старый ростовщик, у него нет семьи и близких, а на момент его знакомства с Дервилем, который ведёт повествование, он был в достаточно почтенном возрасте (что-то около 70 лет). Профессия старика отложила на нем свой отпечаток и он всему назначает цену, будь то дружба или супружеская измена. Но при этом Гобсек имеет какое-то благородство, поэтому разных бесед удостаиваются люди оказавшиеся в нужде и те, кто промотал свое состояние за карточным столом или на бесконечных приемах. Старику будто доставляет удовольствие демонстрация его власти над именитыми гражданами, но я почему-то не могу его винить в этом, эти граждане заслуживают пренебрежения. Но жизнь не длится вечно, так какая память останется о Гобсеке.

Не могу сказать, что Гобсек видится мне злодеем, хоть некоторые его поступки были весьма жестокими. Но разве стали бы люди хорошо относиться к доброму ростовщику? При этом он же смог подружиться с Дервилем, которому предоставлял займ для открытия юридической практики. Честно говоря, мне очень понравилась сцена, где ростовщик объясняет, что давал займ на общих правах, чтобы Дервилю не пришлось чувствовать неуместную благодарность. И по сути в каждом поступке этого человека можно найти смысл, он даёт советы и все они дельные, но некоторые просто не могут вынести правды.

Финала Я ждала с замиранием сердца, потому что богатства имеют свойство накапливаться, если попадают в руки такому скряге, а наследников у него нет. И меня поразило в самое сердце, потому что каким бы умом не обладал человек, когда приходит его час ему не остаётся ничего, кроме как смириться с неизбежным. Переписка последних дней жизни Гобсека показывает, как он цеплялся за свою власть и как эта власть обернулась разбитыми черепками, и когда один уходит из жизни, другие просто продолжают жить.

Я была очень благосклонно настроена к «Шагреневой коже», потому что слышала о ней только хорошие и даже восторженные отзывы. Но первые страниц сто я не могла выдавить из себя никакой эмоции, кроме скуки. Хотя нет, скука – не то слово, оно слишком нейтральное, а мне было прям плохо, мне было утомительно читать Бальзака.

Насколько же он многословен — причём излишне многословен — там, где обычному человеку понадобится два примера, Бальзак не обойдётся и десятью. Он будет писать, и писать, и писать, пока не выскажет все, что он думает, пока не выдаст всю информацию, которая хранится у него в голове; нужна она читателю, не нужна — это дело десятое. И ладно, если бы его многостраничные многодетальные описания, по которым умелые реставраторы могут полностью восстановить декорации, в которых происходит действие, прерывались бы какими-то легкими диалогами, чтобы можно было передохнуть и подышать свободно, но диалоги подобны описаниям — герои науськиваемые автором и говорят, и говорят, и говорят... и все их голоса сливаются в один сплошной шум. И кажется, что ты сидишь вместе с ними в прокуренной комнате и слушаешь их бессмысленную болтовню против своей воли, и все, чего тебе хочется, чтобы они навсегда замолчали.

Вот настолько может задушить книга, в которой на сотню страниц всего две страницы сюжета.

К середине книги у меня устал не только мозг, но и рука — невозможно столько фраз подчёркивать и выписывать, но меня бесила каждая вторая, и я не могла остановиться!

Думает сам про себя Рафаэль. То есть Бальзаку мало отобрать у женщин все качества от силы и честности до твердости и мужества, он еще и женственность хочет присвоить, чтобы доказать, что даже в этом мужчины круче и лучше! Замечательно! Потрясающе!

Сразу чувствуется, как же Бальзаку не давали и как же он от этого бесился. То есть на каких-то пустых мальчиков смазливых вы внимание обращаете, а на меня, такого великого и гениального нет?! Вы просто дуры и не понимаете, что упускаете! Ну да, ну конечно.

Что там еще говорит нам наш герой, наша Рафаэлка? Ах да, он говорит, что «сколь бы прекрасна ни была женщина, он не сможет ее полюбить, если она нищая». Ему прям нужны бархат и шелк, пол в мраморе и небо в алмазах. Но женщина, которую он полюбит, должна быть готова пожертвовать всем своим миром, всем своим титулом и богатством ради него. Потому что «нет истинной любви без полного самопожертвования». Но если она все бросит и кинется тебе прислуживать (как и подобает женщине, потому что гениальному уму заниматься всеми этими бытовыми мелочами ну не к лицу, а женщине — в самый раз), то обратится нищей и перестанет быть тебе нужна!

Рафаэль! Зайка моя, послушай, что ты несёшь! Но он не слушает меня! Он слушает Бальзака! А зря! Ясно же, что Бальзак его ни до чего хорошего не доведёт. Он просто доведёт. Например, до

Белла бы сказала, что это невероятно романтично, но она и «Грозовой перевал» считает историей невероятной любви, а я же говорю, что Рафаэль — больной ублюдок! Потому что он считает, что не делает ничего плохого и полностью в своем праве, ведь он любит эту женщину! И вообще, она должна спасибо сказать, что он просто смотрел, а не пошел на поводу у своих желаний... о чем он позже будет сожалеть. Он прямым текстом заявляет: «Блин, зря я тогда сдержался». Просто... Я последний раз так горела с главного героя только в «Замке Броуди». И если там меня удерживала мифическая надежда на возмездие, тут, хотя я была уверена, что персонажа не ждёт ничего хорошего — он заслужила трагический конец каждым своим действием, каждым своим словом, я не знаю, зачем продолжала читать, ведь чувствовала — расплата не принесёт мне никакого удовлетворения.

Я буквально домучила эту историю, хотя больше, конечно, себя, чем историю, зато поняла, что к Бальзаку я больше на пушечный выстрел не приближусь!

Идея в основе произведения простая, финал предсказуем, но шли мы к этому финалу таким длинным и вообще не обязательным путем... и в этом, как мне кажется, весь Бальзак! Если ему предложат три дороги, он выберет самую длинную и заковыристую, если предложат три слова, он выберет самое длинное и желательно, чтобы значение этого слова знали только он и составитель толкового словаря, тогда он может, как раз на случай, если читатели этого слова не знают, накидать еще десять-пятнадцать ассоциаций и размазать мысль, которая уместилась бы на одной странице, на сто.

Вот вроде маленькая книжка, всего триста страниц, но это были самые долгие триста страниц в моей жизни.

«Шагреневая кожа» – философский этюд Оноре де Бальзака, опубликованный в 1831 году и открывающий одну из важных линий его грандиозной Человеческой комедии.

По сюжету, главный герой, Рафаэль де Валантен, получает загадочный лоскут шагреневой кожи, исполняющий желания. Но всему есть своя цена.

У меня были очень смутные воспоминания по поводу первого прочтения книги, однако я понимала, что философские этюды не самые мои любимые у Бальзака. Я шла к книге с пониманием, что знаю сюжет и финал.

Композиция разрозненная: действие в настоящем постоянно прерывают воспоминания. Скачки между слоями жизни Рафаэля иногда утомляют, но объясняют логику его поступков.

Слог – это то, за что я обожаю Бальзака. Пишет он очень красиво, я прям наслаждаюсь. Иногда он увлекается описаниями, да, но хочется перечитывать фразы вслух.

Рафаэль – классический герой сюжета про сделку: эгоистичный, сломленный, отчаянный, желающий мгновенных благ и готовый не замечать тех, кто рядом. Его поведение местами раздражает, но оно всё же человеческое. Полина же тихая противоположность всей этой суете желаний. Персонажи второстепенные яркие и достаточно гротескные. Также появляется Растиньяк, персонаж нескольких романов Бальзака.

Роман поднимает множество вопросов: что ты готов отдать ради желания? Существует ли счастье без ограничения? Философские размышления местами тяжеловатые, почти затянутые. Но в этом и суть.

Лёгкости тут нет. Чтение требует сосредоточенности, особенно когда герои начинают философствовать. Иногда было скучновато, особенно учитывая, что я уже знала развязку. Финал очевидный, я бы даже сказала, предсказуемый. Закономерный. Даже для тех, кто будет читать в первый раз.

«Шагреневая кожа» – сильный, грустный, философский роман. Это притча о желаниях, которые всегда требуют платы, даже если тебе кажется, что эта плата невелика.

Такая интересная аннотация... и такая книга. Хотя сама история и не плохая, но думала и описания будет что-то вроде "Бойся своих желаний".
Рафаэль мучается муками бедности и перед прыжком в Сену, он заходит в Лавку Древностей. Какое было прекрасное описание этих вещей. Я думала с этой книгой будет полный восторг, но потом пошли политические, любовные, финансовые рассуждения. Местами было очень увлекательно и интересно, а местами готова была бросить. Но! я дочитала и не пожалела. Хоть конец мне и показался какой-то нелепых, но ожидаемый.
Очень было интересно наблюдать за человеком, который может пожелать все, но боится что-то желать.

Когда речь идёт о такой масштабной личности, человеке широкой души, коим несомненно являлся автор «Шагреневой кожи, при всём желании, не получается быть беспристрастной. Бальзак весьма щедр на детали, рассуждения и описания, которые временами могут показаться изнурительно-утомительными, навевать сон… Лапидарность не является сильной стороной автора, но меня это нисколько не смутило (витиеватое словоблудие – наше всё).

Оноре изумителен: убедителен, мудр, лукав, ироничен. Времена и нравы описаны во всей красе. Метафоричность слога выше всяческих похвал. "Шагреневая кожа" - настоящий кладезь для цитатоманьяка:)

Подобно тем клячам, на которых уже не действуют удары бича, он не вздрогнул бы ни при каких обстоятельствах, он оставался бесчувственным к глухим стонам проигравшихся, к их немым проклятиям, к их отупелым взглядам. То было воплощение игры. Если бы молодой человек пригляделся к этому унылому церберу, быть может, он подумал бы: «Ничего, кроме колоды карт, нет в его сердце!»

…мы провозгласим тебя королем вольнодумцев, которые ничего не боятся и прозорливо угадывают намерения Австрии, Англии или России прежде, чем Россия, Англия или Австрия возымеют какие бы то ни было намерения!

Послушай, — сказал он, — как все молодые люди, я тоже когда-то думал о самоубийстве. Кто из нас к тридцати годам не убивал себя два-три раза? Однако я ничего лучше не нашел, как изнурить себя в наслаждениях. Погрузившись в глубочайший разгул, ты убьешь свою страсть… или самого себя. Невоздержанность, милый мой, — царица всех смертей. Разве не от нее исходит апоплексический удар? Апоплексия — это пистолетный выстрел без промаха. Оргии даруют нам все физические наслаждения: разве это не тот же опиум, только в мелкой монете? Принуждая нас пить сверх меры, кутеж вызывает нас на смертный бой. Разве бочка мальвазии герцога Кларенса не вкуснее, чем ил на дне Сены? И всякий раз, когда мы честно валимся под стол, не легкий ли это обморок от угара? А если нас подбирает патруль и мы вытягиваемся на холодных нарах в кордегардии, то разве тут не все удовольствия морга, минус вспученный, вздутый, синий, зеленый живот, плюс сознание кризиса? Ах, — продолжал он, — это длительное самоубийство не то, что смерть обанкротившегося бакалейщика! Лавочники опозорили реку, — они бросаются в воду, чтобы растрогать своих кредиторов. На твоем месте я постарался бы умереть изящно. Если хочешь создать новый вид смерти, сражайся на поединке с жизнью так, как я тебе говорил, — я буду твоим секундантом.

— Слушайте, господа!.. СПОСОБ УБИТЬ СВОЕГО ДЯДЮШКУ. тcc! (Слушайте, слушайте!) Возьмите сначала дядюшку, толстого и жирного, по крайней мере семидесятилетнего, — это лучший сорт дядюшек. (Всеобщее оживление.) Накормите его под каким-нибудь предлогом паштетом из гусиной печенки… — Ну, у меня дядя длинный, сухопарый, скупой и воздержный. — О, такие дядюшки — чудовища, злоупотребляющие долголетием! — И вот, — продолжал господин, выступивший с речью о дядюшке, — в то время как он будет предаваться пищеварению, объявите ему о несостоятельности его банкира. — А если выдержит? — Дайте ему хорошенькую девочку! — А если он?.. — сказал другой, делая отрицательный знак. — Тогда это не дядюшка… Дядюшка — это по существу своему живчик.

У каждой женщины найдется любовник, о котором можно поплакать, только не все имели счастье, как ты, потерять его на эшафоте. Ах, гораздо лучше знать, что мой любовник лежит в могиле на Кламарском кладбище, чем в постели соперницы

Ну, разве это не восхитительно? Вопрос риторический:)

Теперь по существу.
Первая часть произведения пришлась по душе гораздо больше. Главы, посвященные «песни торжествующей любви» с Полиной, показались чрезмерно экзальтированными, а переходы между эпизодами недостаточно плавными и последовательными. Не могла отделаться от ощущения, что первую половину книги Бальзак писал неспешно, наслаждаясь процессом, смакуя каждую строчку, а потом опамятовался – и понеслось… Нервно, немного скомкано, словно впопыхах, как будто торопясь закончить роман и сдать рукопись в срок.

Наиболее яркими и запоминающимися показались сцены:

• оргии у Тайефера;
• тайного наблюдения Рафаэлем за Теодорой в её опочивальне (казалось вот-вот вылетит птичка, как в мемах про невесту, справляющую малую нужду стоя, с поднятым стульчаком);
• опытов учёных мужей в попытках деформировать кожу онагра.

  Стиль жизни повесы Растиньяка – характерная особенность тех времен. Эта своеобразная «жизнь взаймы», на вексель (платить портному – вздор и глупость) перекликается в моём сознании с образом Стивы Облонского из «Анны Карениной», несмотря на то, что разница между этими романами 40 лет.

  В «Шагреневой коже» автор ставит перед читателем свой главный вопрос: какой же образ существования предпочесть? Выбрать жизнь короткую, но яркую, словно праздничный фейерверк, проходящую в оргиях по принципу: «Лучше умереть от наслаждения, чем от болезни», который исповедовали Акилина и Евфрасия? Или же придерживаться стратегии старика (до ослепления страстью к танцовщице): «желание, или хотение, во мне мертво, убито мыслью; действие или могущество свелось к удовлетворению требований моего организма.Коротко говоря, я сосредоточил свою жизнь не в сердце, которое может быть разбито, не в ощущениях, которые притупляются, но в мозгу, который не изнашивается и переживает всё»?

  Каждому из нас предстоит ответить на него самостоятельно.

Мне кажется, что этой книгой началась моя библиотека. Я жил в деревне и ходил в школу, а брат уже учился в Минске. Я не замечал у него какой-либо любви к чтению, но какие-то книги он из города привозил. Первыми книгами были "Милый друг" и "Жизнь" Мопассана и "Шагреневая кожа" - тоненькая книга в мягкой обложке. Я было начал ее читать, будучи студентом. Начало понравилось, а потом я увяз в первой главе, как блоха в патоке и бросил.

И вот вторая попытка. Я вновь начал вязнуть в первой главе, но будучи опытным и матерым трутнем , сумел пролезть через вязкий текст и вуаля - открылся замечательный текст и сюжет  потек бурным потоком в открывшееся навстречу ему сознание.

Книга понравилась. Я все сравнивал Бальзака с другими известными французскими писателями. Дюма -чистый беллетрист. Гюго - реалист с элементами беллетристики. Золя - поэт людского дна и его пороков. А вот Бальзак отличается и претендует на элитность и звание певца парижского бомонда , со своей философией, витиеватостью и пространными рассуждениями.

Что до сюжета. Он , как мне показалось, даже не иносказательный. Вся наша жизнь и судьба - словно та шагреневая кожа. И от наших желаний и поступков зависит, как быстро она начнет сокращаться. Мне тоже понравились рассуждения антиквара - демона в начале книги

Все формы этих двух причин смерти сводятся к двум

глаголам желать и мочь. Между этими двумя пределами человеческой

деятельности находится иная формула, коей обладают мудрецы, и ей обязан я

счастьем моим и долголетием. Желать сжигает нас, а мочь -- разрушает, но

знать дает нашему слабому организму возможность вечно пребывать в спокойном

состоянии. Итак, желание, или хотение, во мне мертво, убито мыслью; действие

или могущество свелось к удовлетворению требований моего организма. Коротко

говоря, я сосредоточил свою жизнь не в сердце, которое может быть разбито,

не в ощущениях, которые притупляются, но в мозгу, который не изнашивается и

переживает все.

Вот и все

Это мое первое знакомство с творчеством Бальзака, и думаю, что вполне удачное.
Вначале «Шагреневая кожа» показалась мне этакой смесью Иоганн Вольфганг Гёте - Фауст и Уайльд Оскар - Портрет Дориана Грея .
Главный герой - Рафаэль де Валентен, за шаг до самоубийства обретает бесценный талисман - шагреневую кожу, который может испольнить любое желание. Правда, как говорят: "За все нужно платить", и здесь цена - годы жизни. Чем сильнее желание, тем ближе смерть. Несмотря на то, что герой становится почти всемогущим, он никак не может использовать эту силу. Его желания, если такие и остаются, те, которые он не в состоянии превозмочь (а он ведь так старался!), столь мелки и незначительны, что кажутся жалкими.
Мне понравилось, как автор изображает весь этот холодный и жестокий высший свет, далекий и презренный. Здесь безразличны к людям, хотя с фальшивой улыбкой могут приветствовать вас столь же фальшивыми словами, а затем, оскорблять и насмехаться за вашей же спиной. Люди - бездушны, полностью подчинены своим большим и малым страстям, желаниям или грехам.

Везде и всюду здесь балом правит эгоизм. Хотя эгоизм графини Феодоры мне чем-то симпатизировал. Наверно, тем, что она, окруженная сонмом поклонников, лишь мучила их и не спешила под венец. Этакий здоровый эгоизм, который ущемляем самолюбие всех этих фартов и проходимцев. Не сказать, конечно, что она права, но во многом ее поведение видится мне не только попыткой потешить собственное самолюбие (тем, что ее должны были все обожать и боготворить), но и этакий вызов обществу, где она смеется над ним. Нет, ну правда же.

А вот Полина меня раздражала, если честно. Несмотря на всю свою "большую и чистую" она не смогла, не увидела, что нужна мужу, что его нужно поддержать, удержать от падения в бездну. В общем, мне по душе больше хладнокровная графиня, чем эта "наивная простушка".
Местами меня немного напрягали философские отступления автора, так, что иногда я теряла нить происходящего. Книгу слушала в великолепном исполнении Евгения Терновского - очень понравилось, рекомендую к прослушиванию, очень атмосферно и захватывающе читает.

Ещё одна книга, которой я не могу поставить оценку. Ну а как оценивать, если я совершенно ничего не поняла. Было нудно, ужасно скучно, страницы тянулись крайне медленно. Ставить за это негативную оценку такому автору просто рука не поворачивается. У меня есть пара предположений, почему у меня Бальзак не пошел:
Я в конец отупела от чтения современной литературы и классику мой мозг просто отказывается воспринимать.
Просто не мой автор, не время, не место, слишком маленькая для него. Возможно читать с температурой было тоже не самым лучшим вариантом. Наверное если бы я не была "прикована" к постели, я бы мучила эту книгу несколько недель. Сколько раз я заснула под эту книгу, просто не пересчитать.
В конце концов, домучив эту книгу я решила почитать краткое содержание, которое меня вполне удовлетворило.
Сама задумка про кусочек "волшебной" кожи, которая уменьшается, когда исполняется твоё желание и тем самым приближает час твоей смерти, интересная . НО эти бесконечные эпитеты, метафоры, различные художественные приемы и обороты сводят с ума и ты просто теряешь нить повествования.
История любви меня тоже не впечатлила, смертельный исход тоже был предсказуем.
В общем и целом, может быть, когда-нибудь я попробую либо перечитать Кожу либо что-нибудь другое, но явно не в ближайшее время.

Гобсек очень похож на отца Евгении. Но в отличие от второго у первого не было семьи и была какая-то философская наклонность. Правда, ему это не сильно помогло... Финал такой же - золота до черта, да не кому не нужно... Нет, конечно нужно, деньги всегда имели всех поклонников, каких только могли, но свалившееся на голову наследие, для которого не было потрачено никаких сил еще никогда не давало положительных эффектов.
Книга на удивление увлекательная, за счет своего маленького размера - ты просто садишься и за раз испытываешь живенькое приключения в виде чужой драмы.
Мне несомненно понравилось и я несомненно люблю Бальзака.