Seta

Не поняла эту книгу, как и не поняла то, почему написано, что это самый прекрасный роман о любви.
Единственное, что осталось после прочтения книги - это какая-то некая шелковистость. Как-будто сама книга насквозь пропитана шелком.
Да, А.Барикко, видимо, очень любит делать своих героев особо умными. Нет, они не знают все на свете, ничего не изобретают. Просто вечно что-то понимают с полувзгляда, что обычному человеку не понять. И иногда они странным образом отгадывают, именно отгадывают, события, которые происходили с ними относительно недавно.

Небольшой роман с сюжетом, раскручивающимся по спирали о шелкопрядах, немного о Японии, немного о любви... Скупой язык итальянского автора похоже больше места оставляет фантазии читателя, чем занимается художественными описаниями происходящего действия. Множество повторных описаний одного и того же - то ли принцип действия спирали, то ли попытка раздуть и так небольшой роман.
Самое интересное в романе, пожалуй, любовь Элен к мужу - всепрощающая и понимающая.
В целом простенько, читается быстро, мыслей в голове не оставляет. Может быть, это иногда и полезно :)

по началу тошнотворная манера, напомнившая тошнотворного "Пчеловода", внушала серьезные опасения. к середине опасения унялись, к манере пообвыклось. другая песня.

не будем говорить о семьях, а в любви так. это счастье может быть разным: держать руку любимого человека, даже если его сердце далеко; пережить в воображении страсть, которая не воплотится..
а тоска - все одна. что по любви незнакомки, чей голос никогда не слышал, чье прикосноение ощущал лишь однажды. что по любви человека, с которым прожита жизнь.

все-таки это хорошо - когда весь мир в одном человеке, как у Элен, а не делится пополам - на голос и лицо. а счастливо, конечно, - это если и у этого одного человека мир только один, тот самый.

О чем эта книга? О Любви, о Мужчине и Женщине, о Жене и Муже, о традициях, о судьбе...
История не нова - они любят друг друга, но им не быть вместе. Не нова, но не банальна. Не банален язык - язык, слог автора изумителен. Он пишет, как будто надевает бисеринки на нитку, слова, фразы льются как тот самый нежнейший японский шелк, который описан в книге. Повествование неспешно и легковесно, слова и целые фразы повторяются, но каждый раз с другим смыслом.
Книга оставляет тончайшее послевкусие, "послеощущение", словно рядом пролетел мотылек и коснулся твоей щеки крылышком. Книга как самый нежный поцелуй любимого человека, который надолго останется в воспоминаниях. Книга, которую можно читать зимним ненастным вечером, свернувшись в клубок в кресле у огня - она согреет; книга, которую можно читать знойным летним днем у озера - она добавит свежести слабому ветерку. У нее нет особого времени, нет специального места, она сама в себе целостна, в ней все - и время и целый свой мирок, в который войдешь ненадолго, но который уже не забудешь.

Мне бы только мой крошечный вклад внести,
За короткую жизнь сплести
Хотя бы ниточку шёлка...

Flёur

Слова - лишние. Вздохи - лишние. Прикосновения - лишние. Всё это неправда. Остался только воздух, невесомый, как шёлк. Осталась только тишина, тонкая, как шёлк. Только взгляд, нежный, как шёлк. Только несколько изящных иероглифов на желтоватой бумаге: "Вернитесь - или я умру". Только дождь за окном.

Я здесь, я могу коснуться тебя, это шёлк, ты чувствуешь? это мое шёлковое платье, не открывай глаза, и ты познаешь мою кожу...

И ни слова больше.