Встретил в 8 номере журнала Fanтастика рецензию Елены Хаецкой на «Хроники Томаса Ковенанта». И задумался. Удивила меня в рецензии оценка главного героя. Такое ощущение, мы разные книги читали. Впрочем, это бывает:) Вот что уважаемая рецензент пишет про Томаса Ковенанта: «...угрюмый, озлобленный мизантроп, человек, главным чувством которого стала ненависть. Он даже не тоскует по жене, ему просто нужен секс. Физиологически. ...гипотетический спаситель продолжает вести себя гнусно: использует любого, кто готов ему помочь. Звериное желание выжить затмевает разум Ковенанта. Если вы надеетесь на перевоспитание героя -- вас ждет разочарование. От начала и до конца Томас все тот же отталкивающий персонаж». Теперь от себя. Прошу прощения. Это у Ковенанта звериное желание выжить? Э... простите, где? Может, я что-то пропустил? Сказано жестко и вообще не о нем, в том-то и дело. Ковенант не самый приятный товарищ, это да. Но он живой совершенно. То есть, он болен проказой, его все оставили, он все время вынужден следить за тем, чтобы не поцарапаться или не удариться, каждый миг на жесткой самодисциплине. И в волшебной стране, куда его вытащили, Ковенант ведет себя странно -- не радуется исцелению (он думает, что это иллюзия -- и это иллюзия, потому что когда он в конце возвращается обратно в наш мир, он снова прокаженный), он угрюм, недоверчив, раздражителен и прочее. Но он действительно заставляет себя жить. Потому что при проказе все бросить -- проще всего. Он уже был на грани отчаяния. И остается на этом краю все время. Томас Ковенант Неверящий, потому и Неверящий. Волшебная страна погибает, и временные победы ее не спасут. То есть, вот эти все оптимисты, которые добрые, славные, умные, храбрые и благородные, опускают руки, в отчаянии кидаются в самоубийственные атаки, а угрюмый недоверчивый Ковенант будет страну спасать -- когда, казалось, все уже потеряно. Потому что он привык жить в зоне отчаяния. Его этим «неизлечимо» не удивишь. И он страну своим «неверием» спасает, как ни странно.

С первых же строк «Проклятие лорда Фаула» увлекает необычным сюжетом: главный герой, весьма удачливый писатель вдруг заболевает проказой. Болезнь эта, как известно, неприятна не только тем, что отмирают нервы и любая царапина может привести к гангрене и ампутации, а еще и категорической неприязнью в обществе. Вот и Томас Ковенант мало того, что потерял два пальца на руке, загремел на полгода в лепрозорий, где свыкся с ролью вечного изгоя, и потерял жену (и сына, но это пофиг), так еще и утратил способность платить по собственным счетам — кто-то коварно вносит за него платежи, лишая несчастного последней связи с людским обществом. Разгневанный и оскорбленный, Томас собирается с силами, приходит в город, имеет неприятную встречу с местными жителями и странный разговор о фундаментальных вопросах этики с городским нищим и, пока раздумывает обо всем этом замечает, как на него несется машина...

...перенося свежепрокаженного в таинственный фэнтезийный мир, в котором его принимают за воплощение легендарного героя, а его обручальное кольцо — за мощный артефакт, способный управлять никому не подвластной магией.

Пока читатель, взволнованный таким сеттингом, на полной скорости переворачивает страницы, едва успевая слюнявить пальцы, обозленный на весь мир Ковенант вопреки всем ожиданиям отказывается принимать этот новый, где никто не знает, что такое проказа, а потому не понимает, почему с Томасом нельзя разговаривать, мир за реальность, справедливо полагая, что тот ему мерещится, пока он в коме после столкновения. Он как бы пускается в один полный опасностей путь, а потом в другой, но как-то без удовольствия, терзаясь сомнениями и не желая не только принимать навязываемую роль героя, но и привязываться к явно дружелюбным окружающим.

Накал саморефлексии накаляется, странички переворачиваются все медленнее, но инерция такая штука, что читатель-таки одолевает книгу, узнав в последних строках, что Томаса Ковенанта-таки сбила машина (или нет?) и все, что мы только что с таким трудом преодолели, ему приснилось (или же нет?), и на википедии, что это только начало и дальше обещают больше и лучше.

А пока потрясенный читатель переваривает всю эту информацию и, под явный хохот автора, пытается понять, тварь ли Ковенант дрожащая или все правильно сделал, где-то по самому краю его сознания проходит мысль: «Главный герой собрал кучу попутчиков и идет к горе, полной лавы, где сидит главный злодей. У героя при этом есть могущественное кольцо, которое потихоньку сводит его с ума. Они долго и мучительно идут туда, а обратно... oh, wait! ...а, не, на лошадях. Фуух, совсем другое дело».

И под самый Новый год дочитал "Проклятие лорда Фаула" (Lord Foul's Bane, 1977 г.в.) Стивена Дональдсона (1947 г.р.). Перевод существует один-единственный - И. Аргунова, 1997 года издания.

Роман - первый том трилогии "Хроники Томаса Ковенанта, Неверующего" (The Chronicles of Thomas Covenant the Unbeliever; 1977-2013), которая, в свою очередь, входит в цикл о Томасе Кавинанте, состоящий из двух трилогии и одной тетралогии. Всего десять романов и один рассказ, из которых 6 первых романов переведены на русский, рассказ перевели и выложили в сети, а финальные 4 романа пока остались без перевода. Собирался едва ли не со студенческих лет. На читалках эта трилогия кочевала как минимум лет десять. И вот, наконец-то... Но, увы, тут меня не ждало чудо.

Книга скорее расстроила, чем порадовала. Может дело в слабоватом переводе (вообще пока не встречал нормальных переводов родом из 90-х), но я почти уверен, что ранний Дональдсон, не смотря на все похвалы ценителей, весьма слаб и малоинтересен. Переводчик скорее усугубил ситуацию, но вряд ли мог её настолько испортить. На 500 с лишним страниц - полное отсутствие какого-либо любопытного сюжета, событий, баталий, юмора, отношений, героев. Есть наш прокаженный, который всё время бухтит, отказывается, потом падает, задевает и что-то происходит благодаря роялю.

Возможно, для времени конаноподобных героев меча и эльминстероподобных героев магии, сам герой и мир были любопытными. Томас Кавинант - прокаженный, не верящий в этот мир, отказывающийся как-либо участвовать в его жизни. Сама идея и отдельные аспекты героя - интересны, но психологическая достоверность хромает на обе ноги. В него не веришь точно так же, как и он в Страну (да, местный мир называется вот так просто).

Эта самая Страна описана как-то так, что при весьма симпатичных моментах (например, миролюбие здесь встроено в саму основу, убийство противоестественно, здоровье существ и их эмоции очевидны окружающим и так далее; одним словом - Эдемский сад без ревнивого Яхве), она на ощущается живым миром. Это скорее какой-то набор "хотелок" за всё хорошее сразу. Примерно такой же набор "за всё плохое" - со стороны антагониста, лорда Фаула и приспешников, живущих на какой-то нижней части мира, за разломом. При том, что я одинаковый любитель как серо-бурого мира Ведьмака, так и мира прямолинейного и безупречного паладина Спархока, но тут скорее дело не в чёткой дихотомии белое-чёрное, а в том как плохо, непоследовательно и недостоверно это всё сделано.

Лучшая работа Дональдсона - "Нужды Морданта" (1986-1987), которую читал дважды и готов порекомендовать. И новый роман "Седьмая казнь" (2017) мне тоже весьма понравился, хоть его и ругают почти все без исключений (в том числе, нахваливая Ковенанта). А вот первый роман автора - слабый, скучный, практически беспросветный. Не могу его рекомендовать, только если вы, как и я, давно хотели почитать, а до этого - полюбили Дональдсона за другие произведения. Я не бросил только из уважения к автору за книги, о которых написал выше. Сейчас пытаюсь читать второй роман, впечатления получше, но лишь едва.