А. С. Пушкин. Евгений Онегин. М. Ю. Лермонтов. Герой нашего времени. Поэмы

Пушкин - такой милашка! В сотый раз перечитываю Евгения Онегина, и каждый раз вот эти вот его милые строчечки (в скобочках), типа отступлений или обращений к читателю, кажутся такими милыми, домашними. А эти сноски! Эти сноски, которые он сам писал после публикации Онегина и прочтения первых отзывов критиков, в которых он подсмеивается и троллит критиков. Он смешной!
Люблю его очень.
Совсем не хочется ничего вспоминать из школьной программы, просто хочется читать и читать. Пушкин - ассоциация с детством, домом, уютом, теплым чаем и дождичком.

О чем поэма? Мне кажется не о свободе как благе. Что за свобода от которой умирают на третий день?
Эпиграф : вкушая, вкусих мало меда, и се аз умираю. В смысле - чуть-чуть попробовав жизни, умираю.
Вообще, любой тест на знание творчества Лермонтова несложно пройти с высоким показателем, если выбирать из предложенных фрагментов стихотворений темы смерти, могильного покоя, тянущих на дно природных стихий. Про холодный сон преждевременной могилы - значит он.

Я считаю, что поэма эта о неприспособленности затворника к мирской жизни. Об ужасе отсутствия выбора. Об отчаянной попытке изменить жизнь, образ которой жестоко навязан судьбой.

Был ли Мцыри пленником? Монастырь ведь не тюрьма и наставника своего он называет отцом, искренне раскрывая ему душу перед смертью. Что-то подсказывает мне, что если и был он пленником, то не монастыря, а жизненных обстоятельств.

Мог ли поступить иначе? Ну, например, сказать наставнику, что не хочет быть монахом, что хочет быть пастухом, плотником или еще кем-нибудь. Или, решив бежать из монастыря взять с собой еду, хотя бы на первое время. Наверное, мог, если бы подумал. Складывается впечатление, что Мцыри полудикий юноша, живущий инстинктами. Инстинкт вырваться в просторы гор и рек, за стены монастыря, инстинкт сражаться за себя, половой инстинкт. Если следование инстинктам это свобода, то тогда да - герой Мцыри умер от неумения, незнания, неимения средств жить на свободе. Умер без сожаления, жизнь в монастыре была ему ненавистна.

Три дня обитания в дикой природе. Единения с ней. Борьба с барсом. Ведь были же на нее силы! Любование девушкой. Умел бы соблюдать условности - может быть и не пришлось умирать.

Вот и автор не любил условностей. Только автор - избалованный барчук, избегающий их от пресыщенности и хандры, а Мцыри - потому что просто не знал как их соблюдать. Мцыри любил жизнь, хотел жить, исповедь его про жизнь, с которой он не справился, но которой страстно желал. Автор не любил…

Знаете, а ведь не читал я эту книгу в школе. И, думаю, ничего не потерял. Не потерял, потому что не имел обыкновения читать в том возрасте, потому что интеллектуально, да и психологически тоже, не созрел для таких произведений. А вот теперь я сделал это. Прочитал! :)

Подоплекой к прочтению стала беседа с одним приятелем, который очень яростно и жестко высказывался о романе и о Печорине в частности... Суть негодований была в том, что сие произведение следует исключить из школьной программы по причине его (Печорина и романа) аморальности, дурным ситуациям и проч.

Ну что же, пора бы высказаться... Меня роман не поразил, не вызвал ровным счетом никаких эмоций. Кроме гнева. Характер и личность Печорина, героя и нашего времени, настолько знакомы, что, собственно, удивляться нечему! Оглянувшись вокруг, посмотрев по сторонам, найдешь столько этих Печориных, что "мама не горюй"!

Да, внутри Печорин совсем другой, он понимает, что поступает не красиво, не к лицу ему такие поступки, не мужские они! (уж простите за банальности) Он совершенно здраво и по трезвому оценивает все события: отношение к женщинам, отношения с приятелями, окружением... Но, выходя из своей квартиры ведет себя, как паскудина! Именно так!

Я не верю, чтобы в человеке было столько противоречий. Зачем не быть, а казаться? Зачем весь этот пафос? Ведь понимает, паскудина, что возвращается ему все. Ни друзей, ни любимой рядом... Скитается по свету, как не прикаяный... Бессмысленно, гадко, противно от него.
От чего трепещут женщины? От красоты наружней? От размеров кошелька? Я уверен, что эти девушки (женщины) заслуживают именно того, что с ними происходит в романе. Это не любовь. Это либо влюбленность наивная, либо мерзость, диктуемая наружностями, а не внутренними порывами...

Это произведение поведало мне о том, что ни в коем случае, и не при каких обстоятельствах нельзя быть двуличным, мерзким, гадким паскудиной. О том, что все гады однозначно получат по заслугам и не надо питать иллюзий на счет "авось прокатит"! Нет!

Финал абсолютно справедлив! Только вот есть одно "но". И заключается оно в том, что слишком не справедливо закончилась дуэль, друзья! И так заканчиваются многие и многие дуэли в нашей жизни, когда по не понятным причинам их выигрывают паскуды! Видимо кому-то ближе именно они...

Вы не поверите, но я взялась перечитывать роман в стихах А.С.Пушкина «Евгений Онегин». Впервые со школьных времён.
Имя великого русского поэта во всём мире ассоциируется с этим произведением, так как оно ключевое в творчестве Александра Сергеевича.
Давайте вспомним героев романа, главных и второстепенных.
Евгений Онегин – молодой повеса, денди, сегодня бы его назвали светским львом. Он не работает, а только прожигает свою жизнь на различных балах.
Татьяна Ларина – «белая ворона», жаждущая большой и чистой любви.
Второстепенные персонажи (используемые автором для фона и иногда для контраста): Полина Ларина (мама Татьяны и Ольги).
Ольга – сестра Татьяны, полная её противоположность, любительница развлечений.
Ленский Владимир – знакомый Онегина, сосед Лариных и Онегина. Вспыльчивый, темпераментный молодой человек, мечтает жениться на Ольге.
Зарецкий – друг Ленского, присутствует на дуэли.
Филипьевна – нянечка Тани Лариной.
Алина – сестра Полины, тётя Татьяны и Ольги, старая дева.
Князь N – муж Татьяны, порядочный и достойный человек. Евгений ему даже в подмётки не годится.
Пушкин поднимает в своём романе важные жизненные темы: любви и дружбы, преданности, воспитания и смысла жизни.
На фоне всех героев выделяется Татьяна. Она удивительна, необыкновенно порядочна и верна, не идёт на поводу у своей страсти. Образ Татьяны Лариной по своей сути является новаторским, потому что впервые в литературе был предоставлен женский образ, наделенный мужскими чертами характера наряду с традиционно женскими. Мужскими чертами я называю волю, неприятие правил поведения типичных барышень, их образа жизни с вышиванием крестиком и бальными танцульками.
Самыми симпатичными персонажами для меня стали Князь N и Филипьевна, не считая Лариной Татьяны.
Евгений – неприятный мальчик, которому нечем заняться, и вся его хандра от ничертанеделания. Александр Сергеевич одарил его слишком большой честью, назвав своё главное произведение «Евгений Онегин».

Как все-таки приятно вновь очутиться на Кавказе. Увидеть Пятигорск и ненадолго заглянуть в Кисловодск. Узреть красоту гор. Я с большим удовольствием читала эту прозу. Тем самым постоянно пыталась растянуть это удовольствие. Спасибо Лермонтову за такие прекрасные описания, хоть их было и немного. Погрузиться в воспоминания всегда приятно. Что касается самой прозы, то я думаю, в каждом из нас есть доля Печорина.
Роман М. Ю. Лермонтова «Герой нашего времени» явился читателям в качестве зеркального отражения эпохи и ее «пороков», собирательный образ которых представлен в лице главного героя – Григория Александровича Печорина. Лермонтов рисует крайне неоднозначную личность, в которой гармонично сочетаются такие черты, как необычайная тонкость души, незаурядность личности, необыкновенно острый ум и в то же время, как ни странно, крайний индивидуализм, нездоровое честолюбие, отсутствие душевной простоты и даже «демонизм».
Григорий Александрович Печорин противопоставляет себя, свою собственную возможность управлять жизнью силам судьбы. И именно в этой борьбе раскрывается тема судьбы в романе. Черты характера Печорина обусловливают то, что он категорически отказывается верить в предопределенность событий, происходящих в жизни. Будучи убежденным эгоцентристом, он абсолютно уверен, что сам вершит свою судьбу, планирует собственную жизнь. Одной из проблем, раскрывающихся в рамках темы судьбы, является постоянное своевольное вмешательство Печорина в жизни окружающих его людей. Такое вторжение в частную жизнь является скрытым способом самореализации главного героя.

в главе «Бэла» ценой прихоти Печорина стали не только жизнь «княжеской дочери», но и судьбы многих других героев, таких как Азамат, Казбич, отец Бэлы.

В главе «Максим Максимыч», которая в хронологическом ряду глав стоит последней, мы видим встречу двух старых приятелей, а именно самого Максима Максимыча и Печорина, но, учитывая сдержанность и даже некоторую холодность Григория Александровича, очень сложно охарактеризовать их отношения как дружбу, хотя реакция второго отчетливо дает понять, что человека ближе и роднее для него не существует. И в очередной раз Печорин надламывает чужую жизнь, но в этот раз уже по причине ощущения собственной потерянности, бессмысленности собственного бытия.

Что касается главы «Тамань», то это, пожалуй, самая загадочная часть романа «Герой нашего времени». Когда читаешь эту главу, остается множество вопросов. Но, вспомнив о характерных чертах Печорина, указанных ранее, быстро находишь ответы. Простое эгоистическое любопытство героя впоследствии разрушило «мирный круг честных контрабандистов». В этой главе Печорин впервые признается в том, что в данном случае он сам был во власти судьбы, а не просто действовал под влиянием обстоятельств: «Как камень, брошенный в гладкий источник, я встревожил их спокойствие и, как камень, едва сам не пошел ко дну!»

В главе «Княжна Мери» тема судьбы наиболее полно раскрывается в сцене дуэли Печорина и Грушницкого. Главный герой романа идет на схватку не с человеком, а с философско-религиозным убеждением. В данном случае ценой его крайне глупой самоуверенности могла стать его собственная жизнь. Однако стремление к самореализации заставляет Печорина забыть о здравом смысле. В очередной раз пытаясь доказать единоличную власть над своей жизнью, он убивает человека. Но Грушницкий далеко не единственный человек, чью жизнь обрывает Печорин в этой главе. Григорий Александрович также становится демоном для очаровательной Мери, которую герой влюбляет в себя ради самоутверждения.

И, наконец, последняя по счету глава романа, но далеко не последняя по степени важности – «Фаталист». Само название говорит о том, что тема судьбы будет основной для этой части. Центральный образ главы – поручик Вулич – погибает из-за бессмысленной игры со смертью и слепой веры в предопределение. Его смелость граничит с безрассудством, а инстинкт самосохранения, кажется, и вовсе отсутствует. Но и Печорин в этой главе не упускает шанса помериться силами с судьбой, когда врывается в дом, где сидит вооруженный казак-убийца. Итак, несомненно, в романе присутствуют моменты триумфа Печорина над предопределенностью, но победа в поединке героя с судьбой все же остается за вторым участником схватки. И ярким доказательством этого является смерть Григория Александровича Печорина «где-то в Персии».

Но, стоит заметить, стал он таким не сам — таким его сделало общество. В своем дневнике Печорин писал, что в детстве он говорил правду, но ему не верили. И он стал лгать. Он пытался любить весь мир, но над его благородным стремлением смеялись, и он стал этот мир ненавидеть. «Моя бесцветная молодость протекла в борьбе с собой и светом: лучшие мои чувства, боясь насмешки, я хоронил в глубине сердца: они там и умерли… Я сделался нравственным калекой…» — пишет Григорий Александрович в своем дневнике.
И достаточно много в наше время таких же людей, как Печорин — умных, амбициозных, но презирающих всевозможные чувства, кроме, разве что, ненависти. И Лермонтов будто в воду глядел, называя свой роман «Герой нашего времени», — ведь в каждом веке, в каждом времени найдется такой вот герой, похожий на Печорина, человек, который все никак не найдет себя.

Хорош наш Пушкин, хорош. Настолько, что его разбирать и анализировать нет никакого желания. Просто хочется иногда брать с полки и скользить по строфам.

Так что позволю себе лишь зацепиться за некоторые аспекты, увиденные при очередном перечтении.

Первое – занятно наблюдать за реализацией дворянской мечты. Пространство страны, разбитое на практически несвязанные самостоятельные хозяйства – поместья, обеспечивающие своих хозяев всем необходимым. А они ведут праздную жизнь, посвященную поискам занятий, разгоняющих скуку. Балы, лакеи, юнкера и тот самый хруст французской булки. Если отвлечься от отечественных реалий, заменить крепостных на арендаторов, то этот мир окажется точно таким же, как, например, в Гордости и предубуждении (1813).

Иллюстрация Е.П. Самокиш-Судковской, 1908 (?)

Крайний вариант этой утопии был реализован в Речи Посполитой, но, оказалось, эта автономизация дурно способствует целостности государства.

Второе – удивительно занятно наблюдать все эти множественные, постоянные и, наверняка, абсолютно понятные современникам ссылки на литературу того времени. Парадокс состоит в том, что та литература отмерла, не вошла в канон, а следующее поколение, как раз вот этот Пушкин и его младшие современники, этот самый канон начинают.

В этом плане «Евгений Онегин» выглядит как палеонтологический справочник, копающийся в этих знакомых понаслышке Грандисонах, Клариссах и Ловласах. Справедливости ради стоит упомянуть, что Скотт и Байрон оказались по эту сторону геологического пласта, по крайней мере, в моем восприятии.

P.S. Милое издание «ИДМ» снабжено очень атмосферными (простите за банальность) иллюстрациями начала XX века пера (или кисти) Елены Петровны Самокиш-Судковской. Они сами по себе литературный памятник.

P.P.S. Издание «ИДМ» стоит покритиковать за отсутствие обычно публикуемых отрывков X главы и «Путешествия Онегина». Просто с ними издание ощущалось бы более полным.

Долго у меня рука не поднималась к написанию отзыва. Как можно замахнуться критикой на Пушкина!? Ну, думаю, ладно, и это вовсе уж не критика, а так - просто мнение, далеко не профессиональное.

Я никогда не была фанатом стихов, и, мне кажется, не держала их в руках со школьных времен. По заданию нужно было выбрать произведение из школьной программы, и после недавнего спектакля "Сирано де Бержерак", преведшего меня в восторг, отдала предпочтение Онегину именно за форму. И, пожалуй, именно к ней, к форме, у меня вопросов нет, есть только личное наблюдение: читать стихи нужно в тишине и в полном погружении, что в моем случае не так-то просто. Любые звуки, особенно чьи-то разговоры, отвлекают и сбивают с рифмы или с мысли.

Александр Сергеевич - великолепный поэт. До сих пор кажется невообразимым, то, как он наполнял тексты и рифмой и смыслом и получал полноценный роман! Вот может-таки поэтому роман, "осложненный" формой, мне кажется таким "простоватым" по содержанию. А может и не только благодаря форме, а ещё и жизненном опыту автора - ведь персонажи, очевидно, являются прототипами его современников, если вообще не самого автора.
По итогу я не вижу историй любви, я вижу лишь истории скучающих аристократов, инфантильных аристократов, недалеких аристократов. Да, не скрою, я всегда уже заранее предвзято отношусь к сюжету, где никто не работает, где мужчины разъезжают по городам с неясными целями, развлекая себя зваными ужинами, а дамы, томно и загадочно вздыхая, ожидают замужества. Я бы могла закрыть на это глаза, если бы прониклась лирической составляющей! Но не в одну влюблённость я не поверила, возможно, как раз-таки из-за сжатости и "резвости" их наступления, и, соответственно, ни одна из их развязок меня не тронула. Если ещё в быстро вспыхнувшее чувство скучающей девушки Татьяны, которую окружают романтичные истории из её книг и порядка десяти неказистых соседа, я могу поверить, а также в то, что свой неудовлетворенный интерес она могла поддерживать всё это время предметами домашнего обихода своего избранника. Но что за гром и молния поразили других участников, в том числе и самого Онегина - для меня загадка! Два танца, три смешка? Красивое платье и величавый вгляд?

Однако, при том, что для влюблённости мне, как будто бы, не хватило данных, меня поразило невероятное количество таких верных и точных высказываний о человеческой натуре! Подумалось, что Пушкин был весьма наблюдательной и, скорее всего, весьма циничной натурой, а вовсе не романтичной, как казалось мне в детстве!

В заключение: прекрасное произведение в гениальной форме, мне кажется, идеально подходит именно для школьной программы, для людей, которые ещё верят в любовь с первого взгляда, способных разглядеть драму происходящего, не преисполненных жизненным опытом и скептицизмом!

Одним из часто задаваемых вопросов является возраст главных героев «Евгения Онегина». Сегодня я не буду писать рецензию в полном смысле этого слова, а скорей проведу анализ встретившихся мне мнений во время поиска ответа на сей вопрос.

• Владимир Набоков КОММЕНТАРИЙ К РОМАНУ А. С. ПУШКИНА «ЕВГЕНИЙ ОНЕГИН»

Таким образом, по мнению Набокова, Татьяне 17 лет, Ольге 16 лет, Ленский – 20?, Онегин – 26.

2. Пушкинские упоминания.
Александр Сергеевич в письме к Вяземскому от 1824 года в ответ на замечание о противоречиях Татьяниного письма проговорился: «...письмо женщины, к тому же 17-летней, к тому же влюбленной!».
Опять таки Тане 17 лет.

3. Статья из просторов интернета, которая дала мне место для раздумий. Приводить целиком не буду, так как терпеть не могу плагиат, если интересует статья целиком, то ссылка https://obana.at.ua/publ/6-1-0-144.
Самое главное выделю следующее:

Автор статьи задает главный вопрос: откуда же взялась в романе ТРИНАДЦАТИЛЕТНЯЯ девочка, о которой думал наш герой, получив письмо Лариной? Кто она? Няня Татьяны?

Так же цитирую вышеуказанную статью:

4. Исследования Лотман Ю. Роман А.С. Пушкина «Евгений Онегин». Комментарий.

Кого интересует это произведение, вот ссылка на онлайн библиотеку https://www.gumer.info/bibliotekBuks/Literat/LotmEO/index.php

Так что вопрос по поводу возраста Татьяны остается открытым. Я, наверное, больше склоняюсь к 17-летнему варианту, хотя и вправду, у Пушкина ничего случайно не бывает, поэтому оставлю себе толику сомнений.

СПОЙЛЕРЫ!
Горькая книга. Вызывающая множество неотвязных мыслей и вопросов. Особенно их было много,когда читала "Княжну Мери". А ведь когда мне впервые попал в руки "Герой нашего времени",я чуть не уснула именно над этой частью. Да и остальное в журнале Печорина мне было не слишком интересно. Разве что история Бэлы - такая печальная,стремительная и короткая - привлекла мое внимание еще тогда – в подростковом возрасте. А сейчас я понимаю,что произведение Лермонтова нужно читать вдумчиво, пропуская через себя. Так я прочла его только вчера. Эмоции совершенно разнообразные – от восхищения Печориным (ну да,признаюсь,я могла бы с успехом занять место что княжны Мери,что Бэлы (не дай Господи,впрочем),да и кто не мог бы? Только святые девушки,мне кажется.) до одного-единственного,непрестанно срывающегося с губ вопроса: «Григорий Александрович,почему вы такой козёл?» Да,вот именно козёл. Ну я не знаю,как иначе его назвать,не знаю! Чтобы показать всю гамму моих чувств,рассмотрим случай с Бэлою. Вот Печорин ее «укрощает». Он говорит: «Я нанял нашу духанщицу. Она знает по-татарски,будет ходить за нею и приучит ее к мысли,что она – моя!» Это так возмутительно! Ну разве Бэла вещь,игрушка,лошадь как тот Карагёз,что стал калымом за нее?! Я,понятное дело,киплю от негодования. А вот уже его нету,пропал и Бэла страшно тоскует,думает о всяких несчастьях,что могли произойти с Печориным. А я разделяю ее чувства полностью. Как будто я на ее месте. Читая же последние сцены,видя Григория Александровича у смертного одра Бэлы,я снова ощутила то же,что и эта несчастная девушка – любовь к нему,такую же сильную и отчаянную… Но тут он снова превращается в истукана! И я,захлопывая книгу,громко и внятно произношу: «Козёл!». Такие вот эмоциональные качели. Хотя,я же понимаю,что Бэле пришлось бы очень худо,останься она в живых. Это не подлежит сомнению.
Так же было и с «Княжною Мери»,следовательно, нет нужды утомлять читателя повторами. Мне еще давно врезались в память строчки в конце этой части: «Она была бледна как мрамор,только глаза ее чудесно сверкали:

• Я вас ненавижу… - еле слышно выговорила она. Я поклонился почтительно и вышел.» И вот тут я ощутила себя на месте княжны. Немудрено. Совсем немудрено.

Merci pour votre attention,mes amis!

Восторг и упоение. Читаю роман в третий раз и не то, что также, а с каждым разом всё больше и больше восхищаюсь.

Тешу себя надеждой, что я не совсем уж невежда, но восклицать "То-то был поэт" не перестаю. Я поражаюсь, как так можно писать. Роман в стихах такого объема и накала страстей, невероятно. Роман живой, он написан на всегда актуальные темы. Декорации сменяются с течением времени, а характеры и проблемы остаются теми же. Строки стихов льются со страниц как песня, это так красиво... Для меня это произведение - верх мастерства. Наверное достаточно восторгов, немного об издании, в котором я читала роман.
Повторюсь, что читала роман в третий раз, но впервые в издании с иллюстрациями и комментариями. Год назад из Большого Болдина, где, кстати, была в основном написана восьмая глава романа, мной было привезено прекрасное издание, которое помогло значительно глубже погрузиться в произведение и понять посылы автора. Не сказать, что все объяснения мне пригодились, многое я понимала самостоятельно (может какие-то комментарии из школьных времён даже отложились), но были всё-таки слова, значения которых я неправильно понимала. Так что всем советую хоть раз перечитать произведение с комментариями.