Моцарт. В двух томах

– Его величество желает повеселить своих любимых подданных. Он считает, что мир, каков он есть, слишком серьезен.
Это на самом деле означает, подумал Вольфганг, что у Иосифа на уме какая-то новая реформа, и во избежание недовольства он хочет зрелищами отвлечь внимание своих подданных.

Подражание есть самая искренняя похвала.

Вся беда в том, что у принцессы совсем нет денег, и двор её скорее напоминает приют для сирых и убогих, нежели королевскую свиту. Если бы все поцелуи, которыми она одарила моих детей, и особенно Вольферля, превратились в гульдены, мы стали бы богачами. Но, как Вам известно, ни с почтовым смотрителем, ни с хозяином гостиницы поцелуями не расплатишься.

Не следует полагаться на монаршью милость. Рано или поздно всё приедается и находятся новые фавориты.

Легкая музыка тоже может быть прекрасной, если написана в в естественной, плавной, непринужденной манере и при этом правильно построена. Такую музыку писать труднее, чем гармонически сложные вещи, непонятные широкой публике, или произведения, в которых благозвучные мелодии, но которые так трудно исполнять. Разве Бах умалял свой талант, сочиняя подобную музыку? Ни в коем случае. Безукоризненная композиция, правильное построение- вот что отличает талант от посредственности даже в легких вещичках.

Любые печали приходящи,а жизнерадостность и бодрость духа непременно возьмут свое.

В глазах Вольфганга блестели слезы, но он не плакал. Никто не должен догадываться, как много значит для него эта часть. Того, что он сказал музыкой, вполне достаточно.
Те, кому приходилось страдать, поймут его.

Когда Вольферль исполнял свой сольный номер, в комнату вошел кот, любимец архиепископа и, мурлыча, направился к Вольферлю. Вольферль перестал играть, улыбнулся, погладил кота, посадил его рядом с собой на табурет и снова заиграл с того самого места, где остановился.

Гармоничное сочетание красоты и правды сейчас никем не ценится. Чтобы заслужить аплодисменты, нужно писать либо примитивно и банально – и тогда создашь произведение, доступное даже кучеру, либо уж так намудрить, что оно будет нравиться именно недоступностью понимания.