Избранные произведения в 2 томах

Після перегляду серіалу "Спіймати Кайдаша" давно хотіла перечитати книжку, щоб нагадати сюжет і порівняти, наскільки серіал відрізняється від книги. Виявилося, що таки дуже близько до тексту знято. Якщо, звісно, відкинути ці всі сучасні нашарування, як автомайстерня Кайдашів, Мотря-бухгалтерка і школярка Мелашка. Слухала в додатку абук. Дикторка часом дуже високим голосом читала репліки героїнь, але загалом начитка гарна.

Під час перегляду серіалу заважало усвідомлення того, що герої обмежені рамками книги, що сім'ям нікуди роз'їхатися. І в часи, коли відбувалися події книжки, так дійсно і було. Тому в сьогочасних реаліях це виглядало трохи дивно, бо що заважало Мотрі і Карпу виїхати до Богуслава. Мотря зі своєю освітою і Карпо зі своїми золотими руками легко б знайшли роботу в місті. А от у книзі і серіалі дивною виглядала Кайдашиха, яка чи то від нещасливої долі, чи то від природи таке стерво, що чіпляється до обох невісток і мучить їх ні за що. Ну ладно до Мотрі вона могла відчувати заздрість, що вона з багатої сім'ї і дуже нарвана, але Мелашка їй що зробила? І у книзі Мотря показана як людина, яка не готова терпіти знущання, яка сама не змовчить, і її образ змінюється ближче до кінця, то в серіалі вона з самого початку якась мегера. Сини в книжці взагалі якісь бліді. Фокус на жінках, але чоловіки не роблять нічого, щоб захистити дружин чи матір.

Книга про токсичних родичів, які не шанують кордони одне одного, не поважають почуття, не роблять нічого, щоб іншому було комфортно серед інших. Про те, як хтось один почав, а інші підхопили і не можуть спинитися і отруюють себе і всіх навколо. Часом ці всі бійки і сварки виглядають кумедно, але якщо подивитися зі сторони, то це геть не смішно. Але загалом книга не втратила актуальності й досі.

Цікаво було прочитати про паломництво баби Палажки до Києва до Лаври. Такий був тоді спосіб подорожування і розваг, лише так могли відпустити робітника чи робітницю, бо інакше чого їздити і витрішки продавати просто так? А якщо мандруєш щоб помолитися, то це благе діло і можна. І минуло майже 150 років, а й досі тисячі людей їдуть до різноманітних церков, хоча можна їхати куди хочеш, але ці установки досі міцно сидять в головах.

Яскрава українська мова, дотепні жарти, український колорит селянського життя, блискучий гумор Івана Семеновича Нечуй-Левицького - все це в циклі оповіданнь про бабу Параску і бабу Палажку. Дуже сподобалося читати ці твори, як і "Кайдашеву сім`ю" та "Дві московки". Ці оповідання, мені здається, будуть актуальні і через сотні років, бо вічна проблема батьків і дітей, свекрух і невісток, сусідів і сусідок, заздрісників, брехунів та пліткарок, але й тема любові, дружби та добра. А скрізь жартівливі слова - мудрість віковічна нашого народу, його сила.

Про "Кайдашеву семью" я узнала лет 10 назад, когда приехала в гости к своей подруге в Киев. Она повела меня в театр  со словами, что "это классика украинской литературы и я обязательно должна это увидеть". Обстоятельства сложились так, что за ту поездку в Киев в театре я была дважды, и оба раза на "Кайдашевой семье" (2 разные постановки с разными актерами, и в разных театрах). Представление было полностью на украинском языке, но особых проблем с пониманием у меня не было, а только тысячи эмоций от увиденного.
Я была под большим впечатлением от "Кайдашевой семьи" и вот, много лет спустя, решила освежить память.
Иван Нечуй-Левицкий был яростным украинофилом и писал исключительно на украинском языке. Я пыталась найти повесть на своем родном, русском, но у меня так ничего и не вышло. Лично для меня это не самая большая проблема, как-никак, я прожила долгие годы на границе с Украиной и научилась хорошо понимать украинский язык.
Главные герои повести - это члены Кайдашевой семьи.
Омелько Кайдаш и Маруся Кайдашиха - довольно зажиточные крестьяне, они не богаты, но и не бедны; у них неплохой дом и крепкое хозяйство.
У Кайдаша было 2 сына, Карпо и Лаврин, оба они красивые и статные парубки, которые в свое время женились и привели в отчий дом своих жен. Вот тут-то и началось веселье, когда под одной крышей оказались три семьи. Разве могут на таком маленьком пятачке ужиться три хозяйки, три совсем разные женщины?
Хоть действие повести и происходит в 19 в., проблемы у героев актуальные и современные:
Жилищный вопрос;
Проблема отцов и детей;
Отношения свекрови и невестки;
Наследство.
На дворе 21 век, а в семьях все те же семейные дрязги и конфликты. Повесть позволяет взглянуть на ситуацию со стороны, а в каких-то местах она даже поучительна.
В повести происходят трагические события над которыми бы впору заплакать, но написана она  очень живо и с юмором, что в конечном итоге не понятно от смеха эти слезы, или от печали.
Все герои повести - вышли из под пера автора очень яркими и самодостаточными. Сатира и писательское мастерство Левицкого заслуживают высшей похвалы.
"Кайдашева семья" рассказывает о простых людях, об украинской деревне и украинском менталитете, о быте и жизни крестьян на примере одной семьи. Удивительно, но почти 1,5 века спустя она не кажется архаичной, а, наоборот, включает в себя самые злободневные темы.

Мы пальцами указывать не будем,
Но многие ли помнят в наши дни:
Кто проповедь прочесть желает людям,
Тот жрать не должен слаще, чем они.
Как поэтично, спокойно и элегически начиналась эта сельская история с таким уютным патриархальным названием…Как полнилась сочувствием моя симпатия к молодому отцу Харитону и его трудолюбивой пчёлке Онисе. Как хихикала я над неудачливым ухажером-академистом Балабухой, который катился с горы наперегонки с гарбузами и укатился-таки к своей Олесе.
Как вдруг, откуда ни возьмись, хозяйственность перерастает в скопидомство, бережливость в жадность, красота в неприличный флирт, ученость в нудность. И ты не знаешь, кому сочувствовать, все одинаково, но по-разному, испорчены, порочны и непохожи на духовный пример для человечества. А потом беда и опять читатель сопереживает по-человечески этим же неидеальным, но несчастным людям.
Автора цензура ругала за сатиру на духовенство, а я ее тут не вижу. Ирония, откровенность, смех и грусть - это я здесь увидела. Сразу понятно, что автор описывает очень близкую ему среду (в биографии даже сказано о некоторых фактах с дамами, которые похожи на женских персонажей). Все это происходит в окрестностях реального города с таким подходящим названием Богуслав. Я же не читала подобной книги, посвященной двум семьям именно священников, не про монастырь, не про семинарию, а про вот такую обычную повседневную жизнь, деревенскую и городскую. Они женятся, справляют праздники, шутят, ругаются друг с другом, делают пакости и глупости, любят родную природу, огорчаются, варят варенье, венчают, крестят, стареют и хоронят.
Как будто жизнь с ними прожила на берегах речки Рось. Попы, крестьяне, гусары, евреи, немцы, помещики и батраки, все во главе с архиереем оживают на книжных страницах.
Колорита добавляет россыпь поговорок, пословиц и шуток, которая очень оживляет неторопливое в целом повествование. Одних кушаний перечень на несколько страниц! Ах, боже мой, сколько же они пьют, я бы умерла столько пить и есть! Такие, бывает, прожорливые гости приезжают без спроса, что комичные ситуации неминуемы. В конце концов могут гостей выпроводить со словами «Боимся, как бы нам уже уши не объели!» А у иных хозяев и корки не допросишься.
Много недостатков у персонажей, но жадность духовенства – это, наверное, главный грех, который действительно осуждается автором как причина народных страданий. Он явно сочувствует крестьянам, вынужденным платить все возрастающую плату духовных нужд, да еще и попам барщину отрабатывать. Тем не менее, особого счастья это в книге священникам не приносит.
Жаль, что это единственное произведение, которое я нашла на русском языке, но и оно есть только в бумажном виде. Впрочем, настолько в библиотеке непопулярное, что его списали. Мне же понравилось и за него даже обидно, так что попробую его перевести в электронный вид. Пусть обретет новую жизнь!

Бурлачка...
Не так давно был Бурлак...
Не подумайте ничего плохого из области современности.))) Просто недавно был прочитан "Микола Джеря" и почти по горячим следам было закончено чтение "Бурлачки".
И снова Нечуй-Левицкий строит свое произведение вокруг родных мест, которые уже мелькали в "Миколи Джері" - Стеблив. Вроде бы можно сделать автору укор о повторении, но нет... никаким образом не хочется делать замечаний, а только похвалить за замечательное произведение.

Судьба главное героини Василины не так печальна как у Джери.

Уж простите но периодически сравнения будут....

Дальше...

У Паляников большая семья... много ртов и мало денег, но беспросветной голытьбой их не назовешь. Живут по-маленько.
Василину никто не оскорбляет как Джерю и бурного характера у нее нет как у Джери. Ну все не так, что бы идти бурлаковать. Жизнь все перекрутила и пошла Василина в строковые (временные работники) и на свою беду девичью нашла там посесора-расспутника, да и полюбила.

А дальше что пересказывать.... разбитое сердце, обида, ненависть и долгий путь молодой беременной девушки в новом статусе - покрытка:

• Минулося твоє дівування! Ось твоя дівоча честь! - крикнув до неї один парубок, піднімаючи вгору у руці довгу розкішну косу.- Тепер ти покритка. Оце тобі пани та паничі!

И тут снова как не вспомнить Джерю его путь подобно лежал на Стеблив, на сахарню, но Васелина выбрала не сахарню, а суконную фабрику.
Даже везет им одинаково у Джери в Молдавщине хороший хозяин к рыбной ловле приставил, так и у Василины нашлась пусть сомнительная но опора в лице Марии.
Вроде как Мария и спасла покрытку от барака фабрики, но приучила к спиртному и что хуже не разберешь... но не бывает плохого без хорошего... ЗА беспрерывными пьянками приметил Васелину примерный хозяин и выдержанный человек Иван из мелкой шляхты.

Борясь за Васелину с другими бурлаками и зеленым змеем не отступился и выдержал многое, за что и был вознагражден состоявшимся семейным счастьем, а Василина наконец обрела новую семь и вернулась к своим родителям законным мужем.

Читайте, наслаждайтесь и переживайте не менее моего!!!

И как традиция небольшой словари к этому произведению.

Посесор - промисловець, який не був дворянином, але з метою розвитку виробництва мав право купити дворянські землі (маєтки) відповідно до посесійного права (закону).

* Посесійне право передбачало умовне володіння селянами або землею, тобто селяни і земля не могли відчужуватися від даного підприємства (їх не можна було продати окремо від підприємства).

Посесійне право діяло на українських землях, що знаходилися в складі Російської імперії, з 1721 до 1861 р. Землею посесори володіли до 1917 р.

Мыкола Джеря... как много хочется написать... и опять таки все путается в голове...

Жизнь Мыколы можно разделить на два этапа: до отмены панщины и после. Большая часть жизни и повествования рассказывает о жизни при панщине. Точнее о том как Джеря не выдержал ее тяжести и сбежал бросив мать, жену и ребенка. Сказать бы что он ее физически не выдержал, да вот и не скажешь, работать Мыкола умел и хотел. Тут видно все же моральная составляющая сыграла ключевую роль.
Дат в книге нет, но можно импровизировать... Отмена панщины - 19 февраля 1861. В книге пишут, что Джеря больше двадцати лет бурлачил, но не тридцать. Соответственно из дома ушел где-то в промежутке от 1831 до 1841 года...
И совсем не большой период в книге это более-менее спокойная старость. Это после 1861..
Место действий село Вербивка (возможно вымышленное), вблизи вполне реальной речке Роставыци в Житомирской области.
И вот с этого места двинула судьба Мыколу аж на сахарню (сахарную фабрику) в Канивщину, в Стеблев. Затем на Черкащину и снова на сахарную фабрику.
В херсонские степи попал после Черкащины и из степей его путь лежал в Бессарабию.
Бессарабия стала для Мыколы на подобие земли обетованной, не подумайте о рае на земле, но именно в этом месте он не думал о том, что надо идти куда-то дальше, а это в его случае о многом говорит. И именно в Бессарабии он работал до самой отмены панщины. Это время автор очень ярко описал, столько ярких красок для Бессарабии нашлось, что и диву даешься.

Теперь перейдем к разным словам, которые запали в голову и не хотят оттуда выбираться пока не изложу их на "бумаге"...

Дальше...

Первое слово - бурлак.

Ну вот всю жизнь я ассоциировал это слово с тяжелой наемной работой, но именно в одной специфике - тянуть баржу по реке. Говорят слово бурлак и раз перед глазами картина "Бурлаки на Волге" Репина.
И так оно и есть:

Уже автоматизм какой-то? а тут, как любят говорить, разрыв шаблонов. Бурлак это просто тяжелой наемный труд на любой работе в этом произведение.
И тут уж никак без дополнительного источника...
Перевод с украинского на русский дает слово бродяга.
И еще подробностей...

Бурлак

В "Толковом словаре живого великорусского языка" В. И. Даля русское бурлак объяснено как "крестьянин, идущий в чужбину на заработки, особенно на речные суда", а украинское бурлак, бурлака - неженатый, холостой, одинокий, бездомок, шатун, побродяга".

Русское слово бурлак широко известно. Артели бурлаков поднимали с помощью бечевы и лямок суда по рекам против течения. Бурлацкий промысел сохранялся в России до середины XIX века, когда тяжкий труд бурлаков был вытеснен паровой машиной.

Совершенно ясно, что первичным значением слова бурлак было -"одинокий, неженатый, шатун, побродяга". Именно из одиноких, бездомных людей составлялись в основном бурлацкие артели. В Бессарабии, где прежде действовало особое валашское земельное право, это слово также получило специальное значение социального термина. Там бурлаками назывались холостые (и вдовые, не имеющие детей) люди, живущие отдельными хозяйствами.

Макс Фасмер признал толкование слова бурлак затруднительным и поставил вопрос о его возможном происхождении из верхненемецкого burlach "(крестьянская) община, гражданское право", ошибочно признавая исходным значение "рабочая артель с твердым уставом", что противоречит логике развития семантики этого слова. Не являются достоверными и объяснения из гипотетических русского бурло "крикун, шумный человек", татарского бурлак "вьющий бечеву или веревку" (из тюркского bur- "вертеть, крутить") или скандинавского buring, отраженного в ойконимах Буряги, Буреги, Бурези в Новгородской, Псковской, Смоленской и Минской губерниях, возможно, связанного со шведским "волок" (см.: Фасмер М. Этимологический словарь русского языка. М., 1986. Т. I; Етимологічний словник української мови, Киев, 1982. Т. 1).

Все эти этимологии игнорируют первичное значение "бродяга", которое является единственным у крымскотатарского слова быралкъы. Р.Г. Ахметьянов считает, что русское бурлак имеет тюркское происхождение и сопоставляет его со старотатарским буралгы "бродяга", башкирским боралкы "пришелец", казахским и каракалпакским буралкы "чужак, чужой, пригульный, примкнувший из чужого стада (о скоте), безродный бродяга", образованными от глагола бурал- "поворачиваться, кружиться", "загибаться, отогнуться", "ходить около, ходить взад-вперед" (Ахметьянов Р.Г. Общая лексика материальной культуры народов Среднего Поволжья. М., 1989).

Киргизкое буралкы "слабый, недоразвитый, истощенный (о животном)" также образовано от глагола бурал- "извиваться, закручиваться, завинчиваться", "ослабевать". Ногайское буралкы значит "извилистый" и отражено в топониме Буралкы йылка (Извилистая балка) в Карачаево-Черкессии, между аулами Адиль-Халк и Эркин-Юрг.

Ахметьянов также считает прототипом русского бурлак незафиксированное тюркское бурлак (от глагола бурал). Форму бурлак можно считать вторичной относительно формы бурлака в украинском языке, которая легко угадывается в тюркском буралкы, быралкъы "бродяга". Однако тюркское бурлак вполне можно усматривать в тюркском этнониме бурлак: узбекское племя бурлак; кишлаки Бурлак, в названии которых отражен каракалпакский этноним, в Булунгурском и Джамбайском районах Самаркандской области Узбекистана; караногайское племя бурлак на Кубани; татарские деревни Бурлак-Вейрат и Бурлак-Тама в бывшем Перекопском уезде в Крыму» в названиях которых отражены ногайские этнонимы.
В.А. БУШАКОВ, кандидат филологических наук
Украина, Аскания-Нова (Херсонская область)

ПРИ́ЙМИ, ів, мн. Життя в чужій родині. Образно. Хоч і були обидва колгоспи рівноправні на будові ГЕС, проте ворошиловці почували себе в приймах у «Сьомого Жовтня» (Ю. Янов., II, 1954, 170).

Бра́ти (взя́ти, прийма́ти, прийня́ти) в при́йми кого — прийняти кого-небудь у свій дім як чоловіка, зятя чи сина. — Та й Олена ж казала, що хазяїн бере його у прийми, та се вже певно, що він любить хазяйську дочку (Кв.-Осн., II, 1956, 37); Нимидора справила сирітське весілля, без батька й прийняла зятя в прийми в свою хату (Н.-Лев., II, 1956, 244); Бу́ти (жи́ти і т. ін.) у при́ймах — жити в домі дружини. Зять [Джерин] мусив змовчувать: робив усяку угоду Джері, бо він був у приймах і постерігав, що Джеря п’є з горя (Н.-Лев., II, 1956, 258); Зять Семен повернувся з гітлерівського табору безруким інвалідом, живе у старого Проця в приймах, бо держить старшу Процеву доньку Марію (Ю. Янов., І, 1954, 118); Прізвище гучне, а тремтиш.. В приймах відсиджувався? Лісовим повітрям треба дихати. Бо загинеш (Баш, П’єси, 1958, 38); Пристава́ти (приста́ти, іти́, піти́ і т. ін.) в при́йми — оженившись, поселятися в домі дружини. Хай пристає [зять] у прийми, хай молоді на очах у старих учаться хазяйнувати: оддамо їм усе (Мирний, III, 1954, 22); [Черепань:] Дочку заміж віддаю… Зять дворянського звання, з колишніх баронів. Герби спродав, іде в прийми до мене (Мокр., П’єси, 1959, 283); Проси́тися (проха́тися, попроси́тися) в при́йми: а) проситися жити в домі дружини. Живе Текля самотня під горою, і ніхто не загляне в той куток. До неї й прибився Юхим на початку зими, у прийми попросився (Ле, Ю. Кудря, 1956, 293); б) проситися до когось, щоб бути разом або робити разом що-небудь. Парубок тут же поклав собі рибалчити, і як тільки човник черкнувся об берег, побіг до Омелька прохатися у прийми., — Візьміть же мене на річку (Л. Янов., І, 1959, 306); — Геть, не заважай мені, — гукає Маковей сусідові-зв’язківцеві, що проситься до нього в прийми.. Може, це я вже останній окоп рию, для історії залишу! (Гончар, 1, 1954, 357).

Словник української мови: в 11 тт. / АН УРСР. Інститут мовознавства; за ред. І. К. Білодіда. — К.: Наукова думка, 1970—1980. — Т. 8. — С. 629.
Источник

Тут даже цитат из книги:

Третье слово - халявы.

Ассоциации при чтении: явно видно что это связано с обовью, но обиходное выражение халява (бесплатно) постоянно крутится на языке.
Помимо всего этого тема "халявы" уже имело свое объяснение в иврите, но как оказалось не имеет под собой серьезных объяснение и остается на уровне легенды.

Существует мнение, что слово «халява» произошло от ивритского «халяв» — «молоко». Обыкновенно утверждается, что в царской России (а именно в Одессе) существовал обычай согласно которому в пятницу вечером детям в ешивах выдавалось бесплатное молоко, которое они, естественно, называли на иврите «халяв» и т. д. Или же ссылаются на другую «издревле бытующую традицию», согласно которой богатые люди в той же Одессе и в ту же пятницу жертвовали молоко на нужды людей бедных, последние, естественно, называли этот обычай простым ивритским словом «халяв» и т. д.

Несмотря на свою бесхитростную привлекательность, эта распространённая версия совершенно невозможна в связи с несколькими обстоятельствами.

Обстоятельство первое: «халяв» означает молоко на современном иврите, который не только не был разговорным языком где-либо в Российской Империи конца ХIХ — начала ХХ века, когда слово халява было зафиксированно в русском воровском арго, но даже и в литургической традиции ашкеназских евреев одесского региона, где оно могло быть знакомо отдельным представителям самой высокообразованной прослойки еврейского общества по сугубо письменным источникам, данное слово озвучивалось бы как «ху́лев», с ударением на первом слоге. Даже гипотетическая тpaнсформация слова ху́лев в слово халя́ва противоречит самым базовым принципам диалектологии.

Обстоятельство второе: нет никаких свидетельств в пользу того, что среди евреев Российской Империи когда-либо существовал обычай раздавать детям по пятницам бесплатное молоко. Не описан пока этнографами и обычай делиться молоком представителями различных классовых слоёв еврейского общества.

Обстоятельство третье: прежде чем перескочить от еврейских детей в русское арго, слову халяв надлежало войти в еврейский разговорный язык, т. н. идиш; однако слова такого в идише зафиксировано не было, а «хо́левэ» (с ударением на первом слоге) означает на идише семантически малосвязанное сапожное голенище.

Обстоятельство четвёртое и последнее: даже если бы еврейским детям раздавали бесплатное молоко и они кричали бы вослед уезжающему молочнику заведомо непонятную тому лексему «халяв-халяв», предстоит ещё объяснить каким именно образом слово это было подслушано носителями русского воровского жаргона и принято ими к ежедневному употреблению. В силу вышесказанного, следует признать, что современное ивритское происхождение слова халява, как и многих других слов, может показаться логически обоснованным лишь сторонникам к сожалению распространённого в некоторых кругах мнения, будто российские евреи XIX века в быту пользовались современным ивритом, но это определённым образом расходится с историческими данными.

Поэтому более очевидным является версия, согласно которой современное значение слова халява перешло от значения голенище сапога (имеющегося в словаре Даля). Распорка халяв была простой, но нужной работой.

Также возможно, халява, происходит от польского cholewa — голенище. Дело в том, что бедные шляхтичи, в том числе служившие или воевавшие в России «брали на голенища» — то есть закладывать в сапоги мелкие подарки, еду или просто то, что можно взять бесплатно, «на халяву».

Попутно предшествующим имеет место версия «чукотского происхождения». В ней говорится, что слово «халява» произошло от слова «хайлява», принадлежащему одному из наречий чукотских народов, «хайлява» означает женщину лёгкого поведения.
cyclowiki

Перевод...

Четвертое слово - москаль
Употребляется в тексте только во втором значении

Певно, таку геніальну повість важко критикувати, але я, профан у цій справі, спробую виконати дану місію.

З першого рядку видно моє захоплення даним твором, просякнутим справжнім живим українським колоритом, тими недоречними серед печалі і смутку сатиричними жартами, тою живою мовою і справжнім українським духом. Проте серед комічного перед нами постає трагедія українського народу – зубожіння душі через постійне звернення до матеріальних благ, розлад між братами. Через це ми можемо бачити алегорію на український народ в цілому. Окрім цього, даний витвір може похизуватися й кількістю історичних фактів із життя тодішніх селян. Повість просякнута надзвичайно яскравою, як вогонь від свічі, атмосферою, яку важко передати на словах. Читання починається з дивного піднесення, ти одразу очікуєш чогось надзвичайного, і – о чудо – ти смієшся на всю хату, що аж шибки трусяться.

Гумористична трагедія, як це не дивно, яскраво характеризує автора і епоху, під час якої він жив. Вона присвячена звичайним людям, «людям з перчиком», селянам з їх напівхристиянським віруванням, яке обросло язичницькими обрядами, народу, який пережив величезні лиха і вижив.

Яскрава повість генія не залишає байдужим нікого. Один із прикладів того, що українська література жива і змогла вистояти все: від звичайної цензури до стихійного знищення.

Нечуй-Левицький у моїх спогадах лишився шкільно-хрестоматійним автором «Миколи Джері» – завзятого борця за волю народу або університетсько-юмористичним оповідачем українського побуту на стосунків людей. Мені хотілося вірити, що саме гумористичне начало й є основою творчості письменника. Даремно. Я помилялася, і це повністю доводять не читані мною раньше «Старосвітські батюшки та матушки».
Нечуй-Левицький виявився ширшим за мої уявлення, цікавішим, більш епічним і, в одночас, більш сучасним за деяких нинішніх «геніїв пера».
По-перше, повість увібрала у себе більше 40 років життя головних героїв. Їх декілька, як і часів оповіді. Не зважаючи на лінійність описів, паралельно розгортаються дві лінії життя двох родин, в центрі яких постаті двох жінок – Онисії та Олесі.
Так, не зважаючи на всі реалії, Нечуй-Левицький обрав за головних жінок.
Перша - проста паніматка, роботяща та завзята, іноді істерична Онисія, яка дає раду і господарству, і чоловікові, і архієреєві. Непосидюча та практична, вона чітко розуміє, що їй до вподоби, яким має бути її життя, від того й гарбузує Балабусі. Але під старість стає нестерпно жорсткою, навіть жорстокою.
Друга – ніби панна, лінкувата, не практична та «романтична» Олеся. Яка, попри все, зуміла верховодити чоловіком і, навіть, розчавити своїми уявленнями життя доньки Насті. Звісно, заміж їй треба було, бо дома ще одна сестра, краща за неї, але молодша. Некоханий чоловік і коханий москаль а потім, вже в п’ятдесят чи то поляк, чи то німець. Білила та вата під платтям, папироски та відсутність розмов про смерть, весела компанія і дочка заміжня за підстаркуватим вдівцем з трьома дітьми.
Дві жінки живуть в різних умовах, переймаються різними проблемами, знаються кожна з цікавими їй людьми. Та одне у них спільне – вони свободні й невільні одночасно, але вони мають стрижень. Залізний.
Я читала і не могла відірватися. І той самий Нечуй-Левицький відкрив ще одне своє лице.

Твір просто геніальний! Автор з особливим мистецтвом розкриває читачам особливості українського менталітету: сратись з усіма навкруги, навіть з рідними, з будь-якого приводу, при цьому шукаючи винуватих будь-де, тільки не у власній поведінці, словах та вчинках! Зумовлено це відсутністю волі та бажання йти на компроміси (буде, як я сказав, або ніяк, але відсутнє усвідомлення, що інша сторона також так думає) І як показує сьогодення, на жаль,  книга та її посил не втратили актуальності(

Щодо самих героїв книги, то прослідковується дуже неприємна риса майже кожного із них:  відсутність  бажання комунікації з іншими. Кожен сам собі пан, а інший  назначається прислужником, але цей "прислужник" не погоджувався на такий розклад та роль, тому визріває конфлікт: свекрухи та невістки, дорослих синів та батька, молодшої невістки та свекра зі свекрухою, навіть, молодшої свекрухи та її чоловіка. Кожен сам собі щось вирішує, робить, а на інших плювати, ніби сам живе, а навколо нього не живі люди, а речі або прислуга. Читати це, звичайно весело, оскільки, призводить до конфлікту героїв, завдяки якому твір цікаво читати та розкривається геніальність автора, але коли ти живеш між такими ж кайдашами з дитинства і до цього часу, це взагалі не весело.