Помню, как однажды в сериале увидела Диккенса, улепётывающего от призраков, но даже тогда он не хотел верить, что это взаправду, что духи существуют и охотно контактируют с миром живых. Это была очень забавная сцена, потому что я тогда воспринимала Диккенса как одного из «жрецов» реализма, неспособного писать не только о фантастическом или смешном, но и о добром. В сериале он, конечно, ратовал за разум и отвергал иллюзии, но сценаристы оказались безжалостнее:
Я всегда выступал против фантазий. Конечно, мне, как и всем людям, нравятся иллюзии, но я понимаю, что это ИЛ-ЛЮ-ЗИИ! Реальный мир — это совсем другое. Я посвятил себя борьбе с несправедливостью в обществе, я считал, что делаю доброе дело, а теперь вы говорите, что реальный мир — пристанище духов и приведений... Это значит, что я напрасно потратил свою жизнь.
Чарльз Диккенс, «DW» (1s3e)
Было очень смешно, и, конечно, спасибо ребятам, что не довели его до самоубийства. Однако хорошо смеётся тот, кто смеётся последним: ведь у Диккенса и впрямь есть книга под многообещающим названием «Дом с привидениями». Книга написана в соавторстве с близкими друзьями: Уилки Коллинзом, Элизабет Гаскелл, имена которых нам хорошо знакомы, а также мало известными сегодня Хесбой Стреттон — писательницей в христианской традиции, журналистом Джорджем Августом Сала и поэтессой Аделаидой Энн Проктер. В «Доме» не оказалось приведений, зато он полон иллюзий и призраков прошлого, сожалений и непреходящей боли. Да, я получила щелчок по носу, но в целом оказалась не так уж и не права: никакой фантастики, минимум смеха и немного доброты.
Краткое содержание:
1. «Смертные в доме» — Чарльз Диккенс.
2. «Призрак комнаты с часами» — Хесба Стреттон.
3. «Призрак двойной комнаты» — Джордж Август Сала.
4. «Призрак картинной галереи» — Аделаида Энн Проктер.
5. «Призрак буфетной» — Уилки Коллинз.
6. «Призрак комнаты мастера Б.» — Чарльз Диккенс.
7. «Призрак садовой комнаты» — Элизабет Гаскелл.
8. «Призрак угловой комнаты» — Чарльз Диккенс.
Когда открывала повесть, знала только о том, что Диккенс написал её «в содружестве», но без подробностей, в каком порядке, как и с кем. Поэтому седьмой рассказ — про «Призрака в садовой комнате», — как мне казалось, был стопроцентно написан Диккенсом, стихи про «Призрака картинной галереи» — какой-нибудь викторианской феминисткой, «Призрак буфетной» появился на свет благодаря какому-нибудь писателю — любителю приключения, интриги и экшн (то есть не Диккенсу), а про «Призрака комнаты с часами» рассказывала какая-нибудь очень милая женщина. Так оно и было, за исключением «Призрака в садовой комнате». Казалось бы: история в духе судебного журналиста, суд, преступление, жадность, подающий большие надежды и лоснящийся от хороших манер сын родителей-фермеров, которые трудились не покладая рук, чтобы дать сыну всё самое лучшее, и которых он же презирал, и т.д., и т.п. Но нет, оказалось, что Элизабет Гаскелл пишет ничуть не хуже Диккенса (о чём я и без того знала, но не догадывалась раньше, что они могут быть настолько похожи) и что «Большие надежды» были опубликованы на год позже «Дома с привидениями». Что это? Дружеское поддразнивание или соавторство идей? Как знать, как знать.
Второй рассказ — «Призрак комнаты с часами» — самый трогательный, сентиментальный — но это как раз свойственно призракам прошлого. Девушке, живущей в этой комнате, «явился призрак» Стеллы Хорли — взбалмошной кокетки, так и не накокетничавшей ничего путного в личной жизни к 25 годам, — которая рассказывает, как взялась за нелёгкое дело: очаровать честного, умного человека и выйти за него замуж. Это решение изменило её жизнь не только потому что, в конце концов, девушка обрела счастье, но и потому что рассталась с иллюзиями о себе и о мире, понесла заслуженное наказание и получила не менее заслуженное прощение. Ни за что бы не догадалась, что автор рассказа — христианская писательница, но поразмыслив вижу, что это именно так. И чем дольше я размышляю, тем больше Хесба Стреттон мне нравится (главное, не читать её книги).
Третий рассказ — «Призрак двойной комнаты» — при всей своей викторианскости, очень близок современным произведениям: всё не то, чем кажется, и однажды вам может присниться, что вы видите сон о своей жизни. Альфреду Старлингу явился призрак лихорадки, и его трясло всю ночь до такой степени, что приснилась собственная жизнь — тварь жалкая и дрожащая. Не самый интересный, рассказ всё же занимателен художественными приёмами, которые использовал Дж.А. Сала.
«Призрак картинной галереи» — четвёртый рассказ — предстаёт перед читателем в стихотворном виде. Стихотворение — милое, море — Средиземное, монахиня — сущий ангел (Анжела), иллюзии — присущие каждой девушке, прощение падшей — сказочное. Поехали дальше.
Рассказ Уилки Коллинза (пятый) — «Призрак буфетной» — насыщен морем и приключениям, кругом шпионы и враги, Южная Америка и огонь. Там Нат Бивер рассказывает о том, что когда-то служил на корабле, который доставлял в Южную Америку порох для союзников, но враги всех убили, а его самого связали и бросили в трюм с остатками пороха, оставив наедине с горящей свечей. Не берусь пересказывать, какие душевные муки он испытал, однако же выжил и почти здоров, подумаешь, немного боится свечек в подсвечниках. Рассказ интересен с психологической точки зрения, ведь его «призрак» — это посттравматической расстройство — состояние психики, интересное во все времена (а уж в викторианские тем более). То есть достоинствами «буфетного призрака» являются и насыщенность событиями, и психологическая достоверность. Уверена, что Коллинза я теперь всегда буду воспринимать именно через эту полупрозрачную призму.
Окаймляющая, точнее, собирающая воедино «призрачные сокровища» шкатулка-история написана Диккенсом — это первый рассказ «Смертные в доме» и последний — «Призрак угловой комнаты». Шестой рассказ — про «Призрака комнаты мастера Б.» — является связанным с ними, но не дающим прямого развития. Диккенс придумал интересную подоплёку, чувствуется, что стиль его письма — зрелый, а эмоции героя, живущего в комнате мастера Б., — основаны на личном опыте. Возможно (судя по композиции), Диккенс хотел, чтобы этот рассказ был кульминацией «Дома с привидениями», его центральным произведением и главным секретом, — или считал, что так оно и было. Возможно, диккенсоведы именно так и считают, ведь невозможно переоценить вклад писателя в это произведение. Но на мой взгляд, самым сильным и самым загадочным в нём является «Призрак садовой комнаты», о котором я писала выше.
В итоге у «Общества друзей» получилась интересная книга, неоднозначная и неоднородная, что, впрочем, делает её только лучше и оставляет простор для осмысления. Я бы даже назвала это концептуальным сборником, главной идеей которого являются людские заблуждения, страхи, суеверия, желания, надежды и иллюзии. На эту тему можно было распрягаться долго, но авторы ограничились восьмью историями, — и этого действительно хватает, чтобы понять концепцию. К слову о концепции, на самом деле их две: иллюзии и Рождество (все истории вертятся около этого праздника). А вот призраков, привидений или духов в книге нет, что может сильно разочаровать. Но Диккенс бы со мной, конечно, не согласился, ведь он всегда предпочитал реальный мир — миру иллюзий. И это разумный выбор.
Ушла читать книжку про магию, покойников и приключения
54 понравилось
