Хорошие солдаты

Они пришли дать Ираку мир, порядок и процветание, или то, что они привыкли понимать под порядком и процветанием. И оказались на другой планете — где мусор не сортируют по бакам, а просто живут в нем, где ненависть сильнее разума и здравого смысла, где освободители могут пройти по освобожденной стране только с прикрытием авиации, где даже те, кто хочет сказать им спасибо, делают это тайно, и где им самим некого и не за что благодарить. Даже те, кто ушел оттуда живым, никогда больше не будут живым...

Жанры

Рейтинг LiveLib

4,2

53 оценки

5
43%
4
43%
3
11%
2
0%
1
2%

Ваша оценка

Прочитали 59Хотят прочитать 145

Рецензии

lenysjatko13 декабря 2020 г.
Ненормальное как норма.
Дэвид Финкель, американский журналист, получивший Пулитцеровскую премию, написал удивительно честную книгу. Книгу, где нет места сантиментам и спекуляции чувствами. Есть только правда, от которой переворачивается все внутри.
О войне в Ираке я знала мало, поэтому Хороших солдат взяла просто из любопытства. Но кто же знал, что написанное возымеет эффект разорвавшейся бомбы и позволит взглянуть на происходящее под другим углом - не со стороны средств массовой информации, а с общечеловеческой позиции, которой, по сути, чужды подобные проявления агрессии.
Но давайте обо всем по порядку.
В 2007 году автор отправился в Ирак и прожил 8 месяцев в расположении батальона 2-16. Это было время "большой волны", о чем с гордостью вещал с экранов телевизоров американский президент Джордж Буш.
Солдаты, не жалея себя, сражались за то, чтобы дети в этой негостеприимной стране могли чувствовать себя свободными. Чтобы они выходили из собственного дома и не боялись, что их похитят.
Почетная миссия, но так ли дела обстояли на самом деле?
В реальности Ирак - это бесконечная жара, города, утопающие в мусоре, без электричества, без нормальной канализации. Дороги с названиями, от которых стынет в жилах кровь - например, Дорога мертвой девочки.
Или улицы Багдада - после религиозных чисток на востоке, с позициями Аль-Каиды - на западе.
И в этой разрухе они должны были

помогать иракским силам безопасности наращивать свою численность, свои возможности и свою эффективность с тем, чтобы иракцы смогли взять оборону страны в собственные руки.
Ну, а что если эти самые силы по-настоящему ничего не хотят, кроме денег и услуг? И крутятся подозрительно близко от мест запуска СФЗ в то время, как хорошие солдаты за них умирают?
Да, война, когда сидишь перед телевизором, выглядит совсем иначе. Она рассматривается сквозь призму политических интересов, а там потери - это всего лишь цифры.
Но в этой книге перед читателями предстают живые люди. И они, поверьте, не только хорошие солдаты. У каждого из них есть мечта. Их любят и ждут де-то на родине - матери, отцы, жены, дети.

Мы даем жару
, - утверждает Буш.
А что скажет тот, кто лежит в госпитале и не знает вернется ли домой? У кого ампутированы конечности и обожжена кожа?
Тот, кого уже не дождутся родные, потому что в "хамви" попал снаряд и его кровь растеклась по пыльным улицам Ирака?
Или выживший, который просто не может спать - к нему во сне приходят призраки друзей, которых он не спас.
Вот такую реальность изобразил Дэвид Финкель - безусловно талантливый человек.
После последнего эпизода - "бала рейнджеров", - я еще долго молчала, уставившись в одну точку, потому что все слова казались пустыми и напрасными. Они не передали бы суть, да и сейчас они практически ничего не значат...
Эта книга написана просто, но именно этим и задевает.
Наверное, о самых больших испытаниях так и стоит рассказывать...
Читать далее
108
1,8K
KiriGirisu1 августа 2012 г.
Они не успели ничего почувствовать...
Но не это было главное. Главное — что их убили.
Я ничего не понимаю в международной политике, я не могу однозначно ответить, правы ли были США и страны коаллиции, войдя в Ирак.В поисках ответов я и взялась за книгу Дэвида Финкеля "Хорошие солдаты".
Были опасения, что со страниц прошагают воины без страха и упрёка,хорошие парни, несущие свет демократии и свободы затюканым Саддамом аборигенам. Но Дэвид Финкель, иностранный корреспондент The Washington Post и пулитцеровский лауреат,не опустился до джинсы. Это документальный рассказ о четырнадцати месяцах выживания батальона 2-16 морской пехоты под командованием подполковника Ральфа Козларича на базе Рустамия в Западном Ираке, «миленьком таком дерьмовом поганом райончике». И поверьте, окунуться в дерьмо им пришлось в прямом смысле.
Батальон прибыл в Ирак на гребне "Большой волны" в феврале 2007 года.Стояла задача "помогать иракцам зачищать городские районы и поддерживать в них безопасность, содействовать им в защите местного населения". То есть массированные боевые действия не планировались, но кровь лилась с обеих сторон, нарастала напряжённость, непонимание, раздражение
Он научился говорить: хабиби, что означает «дорогой друг».
Он научился говорить: шаку маку (что нового?), шукран ли суаляк (спасибо за вопрос) и сафия дафия (солнечно, тепло).
Шли месяцы. Встречи стали скучными, похожими одна на другую. Все те же жалобы. Все те же эгоистичные требования. Все то же отсутствие реальных дел.
Он научился говорить: марфуд (отвергаю) и кадини лиль джанун (это меня сводит с ума).
Настал июнь.
Он научился говорить: куллю хара (все это — дерьмо, чушь собачья) и шади габи (тупая обезьяна).
Июль.
— Аллах иа шилляк, — сорвалось у него с языка. Чтоб Аллах взял тебя. Чтоб ты сдох.
Один месяц - одна глава. Эпиграф из речей Джорджа Буша и будни базы, запротоколированные по-минутно.
Финкель жил на базе, выезжал с рейнджерами на задания, видел их в боевых условиях, посещал раненых в госпитале, присутствовал при поминальных службах в доме молитвы, фиксировал психологические перемены, происходящие с людьми.
Разве можно убить человека и оставаться в норме? Или увидеть, как убили, и оставаться в норме? Это не по-людски было бы.
Изменяются привычки, пристрастия, появляются навязчивые идеи:
Он ни в коем случае не должен стоять в своей комнате половиной ступни на полу, а другой половиной на купленном им, чтобы в комнате было уютнее, дешевом ковре, потому что однажды он вот так постоял, и в тот же день у них погиб солдат.
Они уже не верят победоносным реляциям президента, они называют командира за глаза Лост Коз — «Гиблое дело» и просыпаются с мыслью, кто погибнет сегодня - я или друг.
В семьях солдат тоже идёт война - с одиночеством, отчаянием, страхом потери. Помогает держаться лишь упрямая надежда.
Разница между этими войнами была огромная, и каждый нёс свои тяготы, по существу, в одиночку.
Четыреста двадцать дней, четырнадцать погибших и вот они пришли к финишу
Когда вертолеты взлетали, люки все еще были открыты, и обзор был отличный, так что Козларич мог бросить последний взгляд на «большую волну». Но он предпочел закрыть глаза. Да, они победили. Он был в этом уверен. Они действительно стали той самой разницей. Все действительно шло хорошо. Но он насмотрелся досыта.
Книга-протокол, книга-раппорт, книга-раскадровка, книга, в которой «вы увидите, как хороший человек разваливается у вас на глазах».
Я ничего не понимаю в международной политике. Одно я знаю точно: война - это большая подлость по отношению ко всем людям, независимо от мотивов для её начала.
«Искать оправдания войнам — все равно что искать оправдания насилию. Как ни приукрашивай свои мотивы, в конце концов остается только жгучий стыд за себя»
Читать далее
60
517
Flight-of-fancy7 октября 2013 г.
Слишком много разных способов описать эту войну — вот в чем загвоздка.
Конгрессу понадобилось два дня слушаний.
Протестующим понадобилась «лежачая акция».
Джорджу У. Бушу понадобилось всего три слова: «Мы даем жару».
Козларич обошелся двумя. «К несчастью», — напечатал он, начиная следующую фразу, и правда этих слов подвела черту под плохим днем.
Я, как, наверное, и большинство жителей нашей страны, крайне мало знаю не только об Ираке, но и об Иракской войне. Хотя, пожалуй, более справедливым будет немного другая формулировка этой мысли: я ничего не знаю об Ираке, помимо тех мелочей, что знаю об Иракской войне. И если само государство пока не стало предметом моего интереса, то вот военные действия (особенно на фоне ныне происходящих в Сирии событий) заинтересовали необычайно. Именно так мне в руки и попала эта книга, именно с этого и началось мое знакомство как с Ираком и его жителями, так и с Дэвидом Финкелем и американскими морскими пехотинцами из батальона 2-16.
И чтобы сразу не сорваться на гневные возгласы в сторону политиков всего мира, начну рассказ о впечатлениях от знакомства с другого хвоста.
Во-первых, Финкель – большая умница и настоящий Журналист. Именно так, с большой буквы: можно было нагрузить рассказ слезодавительными драматичностями, можно было заполнить его патриотическими лозунгами, а можно – рассказать как было, без приукрашивания, но и без нагнетания. Финкель пошел последним путем, за что ему мое безграничное уважение.
Во-вторых, все тот же Финкель – замечательный рассказчик. У меня ни разу не возникло непонимания описываемых им ситуаций, как частенько случается, когда читаешь описание боевых действий. То, как он рассказал об окружавших его людях – отдельная тема. Не буду долго и нудно рассказывать обо всех подробностях, скажу только одно: представляемый мною во время чтения Ральф Козларич полностью совпал с тем, каким я увидела его на фотографии. Показатель, согласитесь.
В-третьих, как ни банально, мне бесконечно жаль всех людей, кто оказался втянут в эту мясорубку. С точки зрения политики и экономики я могу себе обосновать, зачем Америке понадобилось во все это дело лезть, но вот с точки зрения гражданской я не понимаю ничего. С детства нас учат, что человеческая жизнь бесценна, а управляющие государствами тем временем играются в солдатиков. Для власть имущих это «минимальные показатели смертности», а для простых людей – больше двухсот семей оставшихся без детей, братьев и отцов. Для военных «безопасность растет», для гражданских – нескончаемое постоянное ожидание смерти, длящееся годами. Для политиков – статистика, процентное соотношение, для простых людей – жизнь и смерть.
Крайне непростая книга, оставляющая после себя комок в горле и ощущение беспомощности что-то в этом мире изменить. Крайне жестокая книга. И крайне правдивая. Хотите увидеть, как хороший человек разваливается у вас на глазах? Тогда вам сюда.
Читать далее
13
278

Все рецензии

Цитаты

KiriGirisu1 августа 2012 г.
Гребаная грязь.
Гребаный ветер.
Гребаная вонь.
Проехали мимо гребаного буйвола.
Проехали мимо гребаного козла.
Проехали мимо гребаного иракца на гребаном велосипеде, и пускай, на хер, кашляет от гребаной пыли, которую подняла колонна.
Гребаная страна.
Поравнялись с девчонкой, которая стояла одна и махала им. Волосы грязные, лицо грязное, красное платье — единственное, что было сейчас за окном цветного, — тоже грязное, и, поскольку она все махала и махала колонне, а теперь Козларичу персонально, ему надо было решать.
Он повернулся лицом к окну.
Медленно поднял руку.
И помахал гребаной девчонке.
Читать далее
3
174
KiriGirisu1 августа 2012 г.
— Есть тонкая грань между тем, что для нас приемлемо, и тем, что неприемлемо. Тонкая грань. Если ты командуешь людьми, тебе положено знать, где остановиться. Но как я могу это знать? Нас что, армия учит контролировать свои эмоции? Нас что, армия учит, как поступать, когда рядом друг истекает кровью?
Может быть.
Вероятно.
— Нет.
3
281
KiriGirisu1 августа 2012 г.
Честно говоря, к потерям привыкнуть невозможно. Я бы так, пожалуй, сказал: у нас имеется внутри словно бы емкость для плохих новостей, емкость с отверстиями в донышке, и со временем она опорожняется. Другими словами, понимаете — я, конечно, говорю о человеческих эмоциях, и я хочу сказать, что есть предел тому, сколько плохих новостей ты можешь воспринять. Емкость наполняется. Но если тебе перепадает сколько-то хороших дней, она опять пустеет
2
135