Нана. Рассказы

Первые страницы книги переносят нас на театральную премьеру, более того кажется, что весь Париж ждет дебюта молодой и перспективной актрисы. Хотя Борденав и характеризуют её, как бездарность постановка имеет успех, а честнее будет сказать, дебютантка. С этого момента начинается триумфальное шествие Нана, нет, не как актрисы (таланта у нее все же нет), а как содержанки и, скажем прямо, проститутки.
Начиная с главы второй, у меня было стойкое ощущение, что все герои романа катятся, не останавливаясь, с отвесного обрыва вниз. И нет даже малейшего выступа, за который они могли бы (или хотели) задержаться. И я вместе с ними спускаюсь все ниже и ниже, противное чувство.
Золя сравнивает Нана с начала с золотой мухой, а в конце с саранчой, которая пожирает все на своем пути. Мне показалось, что в большей степени похожа на паука, который плетет сети и выжидает очередную свою жертву, а когда высасывает из неё всё, что можно было, отбрасывает в сторону и ловит следующую. И нет у паука раскаянья или сознанья, что поступает как-то плохо - это его образ жизни, иначе он жить не может. Так и Нана в своем монологе жалуется и говорит, что она же добрая, никому зла не желала и никого разорять не хотела, а если кого-то что-то не устраивало, то она никого не держала, но нет денег - нет любви. И, самое удивительное, она абсолютно искренна в своих словах, она верит в них.
Она взрослая женщина с психологией ребенка. Страшное сочетание, потому что нет никакого чувства ни ответственности, ни долга. Даже собственного сына Луизэ она воспринимает как какую-то игрушку: захотела - взяла поиграться, надоел - отставила без денег. Когда-то смотрела передачу про обезьян, так некоторые обезьяны выкрадывают у матерей детенышей, чтобы поиграть в дочки-матери, после чего детеныши умирают, потому что кормить мачехе их нечем. Вот и Нана в своем развитии недалеко ушла от приматов.
Мужчины просто поражают, причем все. Неужели оно все того стоило? Может быть я сильно перечитала советской литературы, но у меня стойкое ощущение, что если бы они тяжелым трудом зарабатывали свои деньги, они бы так легко с ними не расстались. И здесь, как это не странно, я согласна с Нана. Они также во всем, что произошло виноваты, как и она. Нана развращала их собой, они её деньгами и вседозволенностью. И непонятно, что еще страшнее. А ведь с Фонтаном она вела себя совсем иначе, не скажу, что его поведение образец для подражания, но она относилась к нему так, как он это ей позволял.
Единственный персонаж, который меня порадовал это Зоя. Если бы она обладала внешними данными Нана, какая куртизанка бы вышла.

Да уж, этот роман вряд ли давали читать не толькор юным девицам, но и благородным семейным дамам. А если каким вдовицам или раскрепощенным держательницам салонов и попал он в руки, то, думаю, кроме возмущения показанной грязью, он ничего не вызвал.
Насколько же актуален/интересен он сейчас? Думаю, не слишком. Это то произведение было остро-социальным в свое время, обличало буржуазные классы, с их подгнившей моралью. По сути, тут на один уровень ставились актеры из кафе-шантанов, кокотки, проститутки, и банкиры, маркизы, графы. Все они - потребители этой веселой и разгульной жизни, вся она создана и для них тоже.
Свою главную героиню Золя откровенно не любит и не уважает. Если в начале романа можно еще тешить себя некоторой иллюзией, но после он все сильнее и сильнее подчеркивает ее дурной вкус, легкомыслие, транжирство, тягу к мотовству. Она разрушает все, к чему прикасается, не замечая этого и не признавая своей вины. Мужчины для нее лишь орудие, созданное для того, чтобы приносить ей удовольствия. Они должны давать деньги, если же дельги заканчиваются, то и мужчину отшвыривают, переключаясь на другого. При этом она совершенно непосредственна и мила, даже удивляясь, как можно считать иначе. То ласкаться, то яриться, нормальная для нее смена настроения. И, конечно, все та же тяга к жизни тех слоев, откуда она вышла. Встречи со случайными мужчинами, гулянки с прежними подругами.
Автор, конечно, явно гипертрофирует, дойдя до кульминации и указывая размеры состояний, которые поглощала героиня. И, в то же время, умудрялась вечно сидеть без денег.
Это качественная классическая проза, но, честно говоря, читалась книга очень тяжело из-за бессмысленности повествования, из-за такого описания катящегося к краху мира, где даже высшая знать думает только о том, как бы кого-то надуть, чтобы разбогатеть и спускает все эти деньги в салонах красоток, а за окном уже слышны крики о войне.

После прочтения "Западни" , повествующей о судьбе родителей Нана, я с огромным нетерпением ожидала сольное выступление Анны Купо. И таки дождалась.

Народная мудрость не зря гласит: "Яблочко от яблони недалеко катится". Странно было ожидать, что по щелчку пальцев Нана сможет отринуть свою наследственность, окружение и ранний опыт, и выбьется в люди. Хотя она и попытается.

В арсенале молодой кокотки были идеальное белое тело и непреодолимый животный магнетизм. Отсутствие высокого ума, прозорливости и неспособность подолгу держать внимание на чём-то или на ком-то скажется на длительности её успеха. Обладая шикарными внешними данными, которые привлекали всеобщее внимание, она не могла закрепить своё влияние и направить его на что-либо важное или себе полезное.
Взбалмошный капризный ребёнок лишь внешне переродился в женщину. Его не интересуют ни власть, ни деньги, ни влияние.

Сама оставаясь ребёнком, Нана не способна исполнять свои материнские обязанности и обращается с сыном Луизе, как с игрушкой: захотела — поиграла, надоел — бросила. Единственными, на кого не распространялась разрушительная сила порочной Венеры, оказались её коллеги — Атласная и Фонтан. Отнюдь, они сами обладали над ней неограниченной властью.

Золя безжалостен и беспощаден. Он бьёт наотмашь:

Нана. Кто же это? Популярная главная героиня для французской литературы 2-ой половины XIX в. "падшая женщина", жертва классового общества, дама полусвета? а может это моральный урод с телом и волосами прекрасной Венеры?

Кто-то найдет здесь чувственный роман от Эмиля Золя, а кто-то морализаторский. Кто-то увидит в образе Нана мстительницу "за мир ее породивший, мир голытьбы и отверженных", а кто-то вульгарную кокотку с "птичьим умом", которая "царит над всеобщей глупостью".
Но фактом остается то, что мы попадаем в пучину разврата и разложения французского общества, где полностью отсутствуют какие-либо моральные принципы и идеалы, где царствуют похоть, алчность и душевная пустота, где все: от принцев крови до мелких буржуа, финансистов и офицеров пресмыкаются у ног публичной женщины, где тело повеливает душой. Вместе с главной героиней и ее прислужниками мы падаем в пропасть, откуда нет возврата, мы обрекаем себя, на загнивание и угасание.
Этот роман самый скандальный в цикле "Ругон-Маккары" (9-й), в котором Эмиль Золя пытался не просто показать сатиру социальную, политическую и религиозную, но и как тонкий исследователь человеческих душ, попытался проследить результат наследственности. А соглашаться или не соглашаться с автором, каждый должен решить для себя сам.

Нана. Она актриса. И не только на сцене.
Порочна? Талантлива?
Можно и так: порочный талант. Отрава!
Да, да, у нее талант – себя подать, себя продать.
Так все-таки, отвратительна или поразительна?
Чего в ней больше?

Собственное мнение о главной героине оставляю при себе. А здесь позволю привести одно сравнение. Все эти графы, принцы и прочие господа во фраках, напомнили мне (уж извините) свору кобелей вокруг течной суки.

Нет, недаром Борднав называет свой театр борделем. Прекрасное сравнение, прямо в точку. Сам Золя неоднократно, не употребляя уже напрямую подобных сравнений, дает почувствовать это применительно не к одному театру, а к обществу в целом. Автор мастерски передает возбуждение, извращенное и разнузданное желание, чувственный угар. О да, запахи! Ими пронизан весь роман. И как апофеоз – аромат женщины.
Аромат, от которого рушится мир…

«У вас нежности нет: одна правда, стало быть - несправедливо.» Ф.М. Достоевский

Реалистично до отвращения. Вся низость, пошлость и грязь жизни парижской куртизанки выписана яркими красками в мельчайших подробностях. Золя без сомненья художник слова. Нарисованные им картины предстают перед читателем, как живые, во всей красе - будь то модный торговый центр, хиреющая лавчонка разорившегося торговца, напоминающие бордель театральные подмостки, гостиная светской дамы или жалкий притон, последнее прибежище падшей женщины. И он не перестаёт удивлять своей разносторонностью - трогательная история молодой вдовы, разрывающейся между завладевшими ею чувствами к женатому мужчине и любовью к дочери ("Страница любви"), захватывающая история ловкого предпринимателя, создавшего целую торговую империю в центре Парижа ("Дамское счастье"), и вот теперь история публичной девки… Она не овеяна ореолом романтичности, как "Дама с камелиями" Дюма-сына. Здесь нет страстной всепоглощающей любви, как в романах Бальзака. Чаще всего на ум приходило сравнение с "Ямой" Куприна. Но у Куприна не менее реалистичные описания жалкой, полной разврата жизни в публичном доме, вызывают горькое чувство сострадания к этим несчастным существам. У Золя же лишь брезгливое чувство неприятия. Все без исключения герои отталкивают своими пошлостью, жадностью, глупостью, распущенностью. Отталкивают не потому что мы сами лишены подобных недостатков, а потому что автор рисует их без всякой симпатии или сочувствия, правдиво и жестоко.

Поэтому не 5 баллов, а только 4.

Лучше и не скажешь, если речь идёт об этой книге. Невероятный талант Золя, достойный преклонения. Давно не читала таких историй, от которых хочется сплюнуть, про героиню которых думаешь «гореть тебе в аду вечным пламенем», а с последней страницей книги только и можешь сказать «да воздастся каждому по делам его».

Как же отвратительно! Читали вы когда нибудь книгу с одной лишь мыслью: поскорее бы это все кончилось? Или может вас охватывала вдруг на середине повествования такая смертельная тоска и отвращение, что хоть на стену лезь? Книга о французской кокотке Нана как раз и вызывает такие чувства. Это вторая книга из цикла, которую я прочитала. «Западня» тоже произвела на меня впечатление, но там про другое, там тоже про слабость человеческой натуры, но, в сущности, про простых людей, «квартирный вопрос только испортил их». Но вот Нана - это уже злая сатира, тут обличаются не только человеческие пороки, но и упадок всего общества того времени.

Здесь одной лишь слабостью человеческой натуры автор не ограничивается, в книге  отвратителен весь придуманный (ли?) образ этой женщины, и ничто в ней не вызывает читательскую симпатию.

Не знаю, намеренно ли Золя постоянно подчеркивал полноту Нана, ведь в те времена толстушки были неким эталоном красоты, но сейчас сам образ этой женщины лишь усугубляется лишним весом - невольно представляешь себе не женщину, а настоящий каталог всех возможных пороков: ожирение, леность, праздность, глупость, алчность, пошлость, развращенность…. Хотя мне все же в определенный момент стало жаль главную героиню - в тот самый момент, когда она намеревалась начать праведную скромную жизнь, но - увы - выбрала для этого не того партнера. Ах, сколько счастливых возможностей таит в себе наша судьба, сколько шансов на порядочную и честную жизнь, и как трудно идти по этой сложной дороге, и как легко оказывается свернуть на легкую и беззаботную тропинку разврата, которая катит человека с горки и неизменно упирается в тупик. Так же случилось и с Нана, падение которой, казалось бы, предопределено уже с первых страниц. Правда, под конец книги лично мне уже и самой хотелось, чтобы эта женщина, причинившая столько зла, кончила свою жизнь в какой-нибудь парижской канаве.

Золя не жалеет ни одного из своих героев, напротив - все их несчастья вполне ими заслужены, здесь нет ни одного праведника, но есть лишь люди, которые тщательно скрывали свои пороки под личиной богатства, набожности, добродетели, но встретились с Нана, которая пожалуй лишь подтолкнула каждого из них, но упали они уже сами.

Очень небольшие спойлеры.

.
Очередной роман Эмиля Золя, прочитанный мной, на этот раз не вызвал таких эмоций, как предыдущие два. С одной стороны это немного странно: тема-то «остренькая» - похождения знаменитой куртизанки, а с другой - местами написано достаточно скучновато, ведь сейчас этим никого уже не удивишь.

Нана - дочь Жервезы из «Западни» и сестра Этьена из «Жерминаля». На протяжении всего романа читатель наблюдает, как Нана берет приступом Париж, параллельно ломая судьбы своих любовников как неразумный ребенок. Но - тех, кого Нана разоряет, совсем не жалко, ибо большинство ее любовников сами испорчены пороком. А те, кто не испорчен, тот слишком слаб для того, чтобы вызвать уважение. Разве что Жоржа можно пожалеть - глупенький мальчик, ох, не ту девушку он выбрал, ох не ту....

Роман мне понравился. Вначале, правда, я немного потерялась в количестве имен куртизанок и их ухажеров, и кто с кем спал - очень уж пестрая компания собралась в романе, дамы и кавалеры меняют партнеров чаще, чем меняют ночные сорочки.

Понравились и мелкие нюансы, которые как бы намекают, каков будет конец романа: и нестирающееся пятно крови на пороге спальни Нана, и кобыла, названная ее именем, которая приходит на скачках первой, но в итоге сгорает в конюшне.

А в конце я заметила тот же прием, что автор использовал в «Терезе Ракен» (первый роман Золя) - оскотинивание через похоть.

Конец закономерен. Не шокирующий, но достаточно символичный и замечательно выстроенный композиционно.

И, конечно, «Нана» - очередная критика французского общества того времени. Сама Нана является символическим воплощением Второй Империи: красивая пустышка, разрушающая все, к чему прикасается.

Напоследок историческая справка: прототипами героини были актрисы Генриетта Хаузер - любовница принца Оранского (наследника Нидерландского трона) и Бланш д’Антиньи (предположительно). Кстати, портрет первой в свое время написал Эдуард Мане.

По моему мнению, весь цикл Ругон-Маккары был написан Золя, как гимн пороку. Каждая книга открывает нам дверь в новые, более темные, глубины человеческой грязи, "Нана" не стала исключением. Есть замечательная фраза: "можно вывезти девушку из деревни, а вот деревню из девушки никогда". Именно с этим мы и столкнемся в романе, только в более извращенной форме. Нана заражает все, вокруг себя, пороком, но вывести из нее этот порок не получится, она и есть порок. Даже проституцией она занимается не из нужды, а больше из "любви к искусству". Все деньги Парижа брошены к ее ногам, но ей это мало, она тоскует и заглушает эту тоску случайными связями с самыми темными личностями. Финал книги достойный, но не буду его рассказывать, читайте и все узнаете сами.

Я прочитал уже 15 книг из серии Руггонов Эмиля Золя. И только при прочтении "Наны" я впервые долго смеялся. До этого все книги Золя были совершенно "чернушными", с различными оттенками серого: непроходимая нищета простых людей, пьянство, подлость и обман богатых, истерзанные судьбы и торжество денег. Пусть это был циничный смех. Ну, а что остаётся делать, когда видишь как благопристойные главы семейств превращаются в сексуально-озабоченных, похотливых самцов только при виде парижской секс-бомбы?
Говорят, что сила женщины в её обаянии и красоте. Но мне кажется, пусть это и звучит цинично, что сила женщины - в похотливости противоположного пола. Именно через похоть самца женщина обретает власть над мужчиной. В романе "Нана" такая власть описана необычайно ярко.
Нана - дочь алкаша и простой уборщицы, имея "куриные мозги", по словам автора, примитивность манер и узколобость, но зато пышные, сексапильные формы и смазливое личико, обретает власть над похотливыми маркизами, банкирами, графами. Уличная проститутка становится элитной куртизанкой, столичной знаменитостью, купающейся в роскоши, разоряя своих богатейших любовников и разрушая их семьи. Нана ненавидит этих похотливых самцов. И устраиваемый праздник роскоши и непомерно дорогих покупок - это её месть ненавистному мужскому племени.

Золя в этом романе блещет сатирой. Он жестоко высмеивает ханжество и двурушничество высшего света, религиозное лицемерие, фальшивые идеалы буржуа.
Мне нисколько не жаль разорившихся любовников Наны. Смешно было читать на "высокие семейные отношения", когда муж и жена открыто имеют своих любовниц и любовников. Но их брак по-прежнему прочен, ибо мощно скреплён денежными интересами и положением в свете.
Сама Нана помимо любовников для любовных утех, не брезгует мальчиком-пажом и подругой-лесбиянкой. Её разврат не имеет границ. А что можно было ожидать, если её, уличную проститутку, использовали для половых извращений? И чем "благороднее семейство", тем больше разврат их членов.
Нана увидела своё будущее, обнаружив под окнами своего обиталища, роскошной гостиницы, роющуюся в помойке нищую бродягу-алкоголичку. Оказывается, эта нищенка, как и сама Нана раньше блистала в свете, ворочила богатенькими папочками, доила их огромную денежную мошну.
Концовка в традициях Золя мрачна и безысходна.