Любовник леди Чаттерли

На первый взгляд «Любовник леди Чаттерли» кажется незамысловатым произведением. Впрочем, как на второй и на третий тоже.
Под незамысловатостью я имею ввиду легкость в понимании (фор ми). Я относительно легко выхватывала ключевые мысли, сцены, наблюдала за стилистической игрой и аллюзиями. Конечно, я не знаток английской литературы, поэтому (даже скорее всего) я много чего пропустила. Но пытаюсь донести мысль (что мне дается гораздо труднее, чем Лоуренсу), что там не было моментов, которые ставили бы меня в тупик. Впрочем, еще одно из таких легких, казалось бы, произведений – «Повелитель мух» я совершенно не поняла, как в последствии обнаружилось (после прослушанных лекций о Голдинге и чтения критики). Однако надеюсь, что не села в лужу и в этот раз.
Роман сконструирован сложно, но понятно – без хитросплетений. Тут тебе и три мира: доживающая век аристократия (Рагби-холл), творческая тусовка (семейство Рид и их друзья, Венеция) и простой люд (шахтеры). Главные герои при этом не относятся полностью и без оглядки к каждому из классов (это было бы слишком просто), а занимают какие-то промежуточные позиции. Клиффорд, как представитель аристократии, изначально пытается влиться в творческую тусовку, чтобы как-то реализоваться (назвала бы это гиперкомпенсацией), Мелорс же, как постоянно подчеркивает автор, поднялся «на ступеньку выше» своего класса, но по сути находится сам по себе. Главная героиня – не признает ни одну из ниш, хоть и изначально происходит из «творческой тусовки». В итоге тоже выбирает одиночество.
О противостоянии Клиффорда и Мелорса как «медузы» и «мужчины» говорить не буду, об этом весьма навязчиво говорит автор. Плюс, думаю, Мелорс самый симпатичный Лоуренсу персонаж и именно через него, преимущественно, автор вещает (в книге много «пророчеств» относительно человечества – отмирание индустриального общества, развитие потребительского отношения к жизни, возрастание значения виртуального и рационального перед реальным и чувственным).
Одним из самых интересных для меня персонажей оказалась сестра главной героини – Хильда. Думаю, это был камешек в огород феминисток и разворачивание движения «бой-баб» или этаких «эмансипэ», которые играются с мужчинами и легко их презирают, сами воспитывают детей и курят сигареты с золотыми кончиками. Несмотря на явное неприятие со стороны автора к данному сорту женщин, я все равно ей симпатизировала, что еще раз подчеркивает (мое желание найти героя, с которым можно себя идентифицировать) умение автора интересно прописать образ, не сведя до простого собирательного лица, а вполне себе живого человека, с помощью которого выстраивается тот образ мира, который автор нам предоставляет.
В целом, роман мне понравился этой четкостью и простой построения, развития, идейной составляющей (я частично разделяю его мысли, по крайней мере, прихожу к выводу, что это разумно), но осталось легкое ощущение, что он как будто бы не до конца мною осмыслен. Думаю, не прочь еще послушать лекции или почитать критику про роман или автора (если кто-то вдруг подскажет – буду очень благодарна).

Прочла эту книгу на одном дыхании и даже пожалела что она закончилась. Меня приятно удивило то, как автор тонко передал желания и чувства женщины, сохраняя при этом ее женственность и трепет. Роман о том, что из сексуальной близости может появиться душевная, которая может переродиться в любовь. И что самое интересное, роман автобиографичен. Он описывает личную историю Лоуренса. Это он был влюблен в леди— жену своего бывшего преподавателя и мать троих детей. Лоуренс со своей избранницей уехал, они поженились и прожили счастливо вместе до конца дней.

Впервые читала книгу в университете, по курсу зарубежной литературы. Помню, все очень не понравилось. Не смогла найти ответ на вопрос, почему эту книгу нужно изучать. Жалко было разве что мужа главной героини.

1. Сегодня я не буду безоговорочно осуждать Констанцию – ей выпала нелегкая доля. Хотя такой ехидный отзвук «за что боролась, на то и напоролась» где-то в душе все-таки уловила, но не может же она вечно расплачиваться за свои дурацкие взгляды молодости, да и естественны были такие взгляды, пожалуй, – среди окружавших ее «мужчин».

• Ее муж уже не вызывает того сочувствия, какое вызвал раньше, иначе Конни не искала бы тепла (душевного и/или телесного) в другом месте. Его плохие качества, постепенно открываясь, вытесняют чувство жалости. А высокомерие и деление людей на два сорта вообще вызывает возмущение.
• Острое чувство жалости вызывает егерь. Не повезло мужику в жизни, во всех смыслах не повезло, а он не сломался. И всем ведь есть дело до того, кого он любит, что делает за закрытой дверью спальни извечная проблема деревень. Он ведь никому жить не мешает и никому не навязывает своих взглядов.
• И почему люди, которые не просто не любят друг друга, а ненавидят, не могут перестать быть мужем и женой? Бред…

По-прежнему недоумеваю, почему эта книга до сих пор входит в программы изучения…

Читала в 16 лет параллельно с Лонгом и Апулеем. Запомнила роман как сцены невообразимых, бессмысленных, гнусных извращений, перемежаемые занудными монологами о судьбе шахтеров. Незабудки и капельки так вообще меня шокировали.

Перечитала, оказалось - отличная книга, правильная и без грязи. Диалоги - такая жиза:

- Понимаешь, Хильда, - начала Конни разговор после обеда, когда они подъезжали к Лондону, - ты никогда не знала ни настоящей нежности, ни настоящей страсти; а если бы ты когда-нибудь испытала это, ты бы сейчас рассуждала иначе.

- Ради всего святого, перестань хвастаться своим эротическим опытом, - ответила Хильда. - Я еще ни разу не встречала мужчину, который был бы способен на близкую дружбу с женщиной, был бы способен безраздельно отдать ей всего себя. Меня не прельщает их эгоистическая нежность и похоть. Я никогда не соглашусь быть для них игрушкой в постели, их chair a plaisir. Я хотела полной близости и не получила ее.

Конни задумалась над словами сестры. Полная близость. По-видимому, это значит - полная откровенность с твоей стороны и полная откровенность со стороны мужчины. Но ведь это такая скука. И все эти убийственные копания друг в друге. Какая-то болезнь.

- Мне кажется, ты слишком рассудочна в отношениях с мужчинами, - сказала она сестре.

- Возможно, зато натура у меня не рабская, - возразила Хильда.

- А может, в каком-то смысле и рабская. Ты - раба собственного представления о себе.

После этой неслыханной дерзости Хильда какое-то время вела машину молча. Что стала себе позволять эта паршивка Конни!