Бойня №5, або Крыжовы паход дзетак

Такие дела
Очень глубокое, философское произведение! Интересный подход к жизни. закончила читать буквально пару минут назад... сижу потрясенная! Мне кажется такая книга хороша для экранизации. Читается на одном дыхании. Я все думала, каково это знать когда ты умрешь и не мочь изменить это? Еще более меня поразило, что герой переживал свою смерть не один раз, но знал что где то и когда то он всегда будет существовать. То есть мы есть всегда)) мы никуда не деваемся, нас просто не видно в "людском поле зрения"! Но если смотреть на жизнь как на горы, на цепи гор, тогда человек где то да есть!
Мне вообще нравятся такие книги, которые толкают на раздумия. Заставляют спросить "А что если?" мне кажется, в этом и есть вся суть! Заставить человека думать. Разбудить его изнутри! Полностью согласна, что эта книга находится в топ 200 книг, которые за свою жизнь должен прочесть каждый!

Это классика, а классика пустословной не бывает.
«Бойня « 5» что это? Бред сумасшедшего? Книга ни о чем? Стило ли ее вообще писать?
Таковы впечатления о первых главах книги. На самом деле все не так. И хотя кажется сначала, что автору было нечего рассказать о Второй мировой войне, поэтому он приплел путешествия во времени и чудной народец с другой планеты – тральфамадорцев. Но нет, надо смотреть глубже. Роман явно антивоенный. Ни одного героя, никакого героизма, а только персонажи.
История о неком американце Билле Пилигриме, путешествующем во времени, а именно: в разные кусочки своей жизни мирного времени, в период второй мировой войны, когда он был в немецком плену и тральфамадорская часть. Все три части идут не подряд, а чередуются как пазл.
Билли – слабенький, чахленький, боящийся взять в руки оружие и женившийся на толстухе буквально ради денег и работы. Ничего вызывающего симпатию в нем нет, как и в остальных действующих лицах. Так, например, американцы уезжавшие с войны, как пишет автор, собирали трофеи. У Поля Лаззаро была куча драгоценностей, снятых с мертвецов.
Русские и польские узники ходят по концлагерю как бледные тени, а англичане же делают гимнастику, поют песни, пьют, хорошо кушают, ставят спектакли, обменивают сухпайки, присланные Красным крестом, на сторойматериалы у немцев и свободно гуляют по лагерю. В общем ничего примечательного, правда? Как пишет Воннегут про англичан и американцев: «И вот они оказались тут – незыблемый островок в мире умирающих русских». И так далее.
Коронная фразочка автора, всплывающая в романе очень часто, – «Такие дела» для меня буквально звучит так: «Я только рассказал, а судите сами». Ну а само название Бойня № 5, как указывает К. Воннегут, это перевод немецкого адреса (Шлахтхоф фюнф), где жили пленные иностранцы в Дрездене.
Введение тральфамадорцев в роман о войне кажется абсурдным, и герои мерзкие и не очень, также не привычны. Все это, наверное, нужно было, чтобы сказать главное: «Война – это низменное дело для любого народа, абсурд, она калечит так, что не хочется вспоминать и вообще нечего в бойне героизм воспевать». Ну а дальше, конечно, и про время, и про Дрезден, и про Хиросиму и Нагасаки.
Это, конечно, мои субъективные рассуждения и впечатления. Такие дела.

Антивоенные книги должны показывать всю мерзость войны, а не описывать голые факты и давать голые цифры, которые мы можем получить из заголовок газет. Цифры не оседают в мозгу, не формируют картину ужаса.
Возможно, Курту не следовало вообще писать книгу о вещи, которую он не хочет вспоминать, о которой он не хочет рассказывать, иначе как понять, почему на протяжении всего романа он ходит вокруг да около. Читаешь, видишь, что автор вот-вот подходит к конкретному описанию, но через пару строчек он снова отдалился от войны и унёс своего героя подальше - в другое время и другое пространство. Это нормально, когда ты пытаешься отдалить себя от ужасных воспоминаний. Но это ненормально, если ты всему миру хочешь рассказать об этом, но только притворяешься, что рассказываешь.
Я никогда не задумывалась, сколько же людей было убито в ту ночь в Дрездене. Наравне с немцами я ненавидела "блестящую" операцию февральских дней, но смотреть цифры мне не приходило в голову, потому что 100 или 100 000 мирных жителей - для меня одно - это чистой воды убийство. Именно поэтому мне было противно, как сам автор пишет о цифрах убитых при бомбёжке Дрездена, при бомбёжке Хиросимы, и как я сама невзначай начинаю сравнивать великие трагедии друг с другом, формируя мысль, надо же, в Дрездене убитых было больше. Тем самым, создавая рейтинг "величия" трагедии. Так нельзя.
Как книга о войне она не оправдала себя в моих глазах. Но роман дал мне кое-что другое. В нём очень хорошо показывается, как самые назначительные твои поступки, о смысле совершения которых ты и сам не особо задумываешься, могут быть истолкованы окружающими самым невероятным образом. Ты не есть то, чем тебя видят окружающие.
Язык романа тоже оставлял желать лучшего. Но это, возможно, превратности перевода.
Такие вот дела.

Книга- абсурд и книга об абсурдности. Абсурдности войны, смерти и... жизни.

Задача была не написать мемуары или исторический труд о ужасе войны. Автор писал роман, художественное произведение. Со всеми перескакиваниями во времени, дурацкими "такие дела" после каждой смерти, гротескными и потому такими реалистичными героями.
Ничто в книге не случайно, но ничего не имеет значения.
Очень интересное противоречие : ребята с Трафальмадора могут быть одновременно в любой точке времени, что в прошлом. что в будущем. Смерть для них не страшна, потому что в другой части времени ты все равно жив.
А с другой стороны есть ужас войны. О нем вроде как и не говорят прямо. Подумаешь, лунная поверхность на месте разбомбленного Дрездена. Или самолет, в котором разбиваются все, кроме главного героя. Или бедный старый Эдгар Дарби, школьный учитель, которого за пару дней до конца войны расстреляли за то, что во время раскопок Дрездена он забрал себе какой-то чайник. Обо всем говорится таким обыденным тоном. И тем не менее, книга оставляет гнетущее впечатление.
Война и смерть стали обыденными. Лицемерие тех, кто оправдывает войну, к концу книги становится очевидным и невыносимым благодаря беспристрастности автора. Он не осуждает, он просто пишет, что знает:

Книга сложная. Воспринимать авторский стиль в ней не так уж и легко. Точно так же ты не вынесешь ничего без осмысления, не пропуская через себя. Но как бы ни было грустно, автор оставляет нам лучик надежды. И она в нас самих.

Спасибо судьбе. И все в наших руках.

От «Бойни» ожидала чего-то другого. Наверное, истории бомбардировки Дрездена, которая проходит через все повествование. Вместо этого - Билли Пилигрим - аутичный герой театра военных действий, нелепости вроде «экскрементального фестиваля» англичан, бирюзовой тоги из занавеса и солдат, везущих в тачке будильники (могли бы это делать под пинкфлойдовскую Time, кстати, в общую абсурдность бы вписалось). Забавные тральфамадорцы, 4-е измерение и теория времени. Не люблю пришельцев, но эти мне понравились, спокойно отношусь ко всем теориям. Все может быть)
Почему-то мне казалось, что все будет крайне серьезно, а вышло... не так) Ну, и ладно) Это, в общем, не про войну. "Чудовищную бессмыслица, которую невозможно даже адекватно описать. Воннегут не в состоянии осмыслить болезнь человечества, приводящую к войнам", и я вместе с ним.

Идея романа вынашивалась автором довольно долго; об этом Воннегут признается в своеобразной предыстории к основному сюжету. Несмотря на то, что автор был участником Второй мировой войны и очевидцем бомбардировки Дрездена, он с трудом воссоздает в памяти увиденное, прибегая к помощи сослуживцев, которые также мало чем смогли быть ему полезными. Возможно, именно поэтому в книге отсутствует детализация самого события; оно напоминает черную дыру, которую невозможно описать словами, не приуменьшив ее значения, но которая притягивает к себе менее значимые детали. Впрочем, ничуть не менее любопытные.
В итоге книга получилась автобиографичной, бесспорно антивоенной и жизненной. В ней отсутствуют героические поступки, статные бравые ребята и оголтелый патриотизм. Главный герой, американский солдат Билли Пилигрим, "немытый фламинго", попадает в плен и отправляется в лагерь для военнопленных в Дрезден. Он, как и большинство участников войны, очень молод и наделен хрупким телосложением, пребывает все время в некоей прострации, апатии к происходящему. Шлахтхоф фюнф (бойня #5, где в мирное время забивали скот) становится его временным пристанищем, дизентерия, голод, холод и тяжелый труд - близкими спутниками пленных.
Бомбардировку города Воннегут описывает довольно скупо, "без спецэффектов". Это единственное упущение, на мой взгляд, которое при более ярких красках как нельзя больше способствовало бы достижению пацифистских целей автора. Тем не менее, данные о погибших поражают. Несмотря на то, что до сих пор отсутствует единое мнение по поводу количества жертв бомбардировки Дрездена, Воннегут говорит о 135 тысячах, что превосходит по масштабам Хиросиму и Нагасаки. Что страшнее всего, такой налет союзных американских и британских сил не был необходимостью: в городе не было ни немецких войск, ни военного оборудования. Эти жертвы были бессмысленны. Люди погибли ни за что.
Из письма Курта к отцу вскоре после случившегося: "...нас заставили выносить трупы из бомбоубежищ: дети, женщины, старики; контуженные, сгоревшие, задохнувшиеся. Местные жители проклинали нас и забрасывали камнями, пока мы доставляли тела к огромным погребальным кострам".
Как выразился сам автор, роман написан в телеграфически-шизофреническом стиле. И если первая часть касается вышеозначенных неприглядных деталей войны, шизофреническая часть представлена фантастическим началом книги. Дело в том, что Билли Пилигрим умел путешествовать во времени. Научили его этому жители планеты Тральфамадор, которые похитили его однажды для изучения и наблюдения, а после научили видеть все в четырех измерениях. Поэтому произведение нелинейно, читатель перескакивает с одного периода жизни героя к другому и обратно. Сложно сказать, была ли эта фантастическая часть романа лишь последствием травмы психики Билли, как это случается с участниками боевых действий, или это скорее прием Воннегута, чтобы показать жизнь героя объемно и исчерпывающе. Но главная идея жителей Тральфамадора мне пришлась по душе (возможно потому, что она приходила мне в голову до прочтения книги). А состоит она в том, что человек беспрерывно живет в разных мгновениях своей жизни, и конца и края этому нет. Если он умер здесь и сейчас, это не мешает ему продолжать жить во многих других моментах. По-моему, замечательная теория. Намного симпатичнее, чем мифический образ героической, полной отваги и храбрости, войны. Такие дела.

И снова совершенно не то, чего я ожидал. Наверное это даже хорошо :) Хотя не отказался бы почитать и то, что сложилось в моей голове, когда я услышал про название, ну да ладно. Может, и про то чего-нибудь напишут...
Настораживает - это вторая книга Воннегута, которую я читаю, и в обеих встречаются тральфамадорцы. Как-то это, пожалуй, не к добру.
А что к добру? Сама книга, собственно. В войне, про которую пишет Воннегут, нет кровавых сцен и тошнотворных подробностей. Но эта война огненной нитью проходит через сердце каждого и что-то в нем выжигает. А восстановиться после этого невозможно.
Вот только

писать антивоенные книги так же бесполезно, как и антиледниковые.