Сочинения в двух томах. Том 2

Надо сказать что семья Глассов меня зачаравала. Это маленькое сообщество двух артистичных родителей и семи уникальных детей. Старший Симор некий гуру своей семьи, их наставник и учитель, но до этого рассказа почти все о нем это воспиминания его братьев и сестер, по большей части Бадди, некого литератора Симора, эдакий Левий Матвей в своем роде... Из предыдущих книг можно былот понять четкие факты жизни Симора, как образование, призыв на военную службу, свадьба и самоубийства, но вот его чувства и эмоции были не прямоизложены. О них можно было догадываться, но эта книга пролила свет на истинное тонкое, чуткое и чрезвычайно восприимчивое внутренннее строение его души и ума. Даже и не думаешь что этому мальчику 7 лет, такая четкая речь и увереность и разумность суждение, и при этом столько такта. И при всем при этом, такое смирение к принятию своей судьбы, что опять не вольно появляется ассоцииации с другим крайне известным героем. В общем цикл о Глассах надо читать весь, и только по порядку издания, а эту книгу оставлять на десерт, как раскрывающую смысл всего прочитанного ране...

Помните, как заканчивается "Анна Каренина"? Нет, не смертью несчастной запутавшийся женщины. Там ещё есть про семейное счастье Лёвина и Кити. И про то, что счастливого Лёвина посещают мысли о самоубийстве. С чего вдруг? Или его внутренняя рыбка-бананка тоже смертельно сыта? Вот это настоящий буддийский коан. А у Селлинджера все понятно. Герой его рассказа по-сути уже мертв и лишь по капризу автора ходит, дышит, целует девочек в пятки, живёт с женой-манекеном... Грустно, но поправимо. Одна пуля и все, раз поезда рядом не оказалось. А Лёвин жив.
Всем добра, читайте хорошие книги!

Самый любимый рассказ Дж. Д. Сэлинджера!

Лайонел, маленький мальчик, который остро переживает развод родителей и очень скучает по папе. И как его матери склеить это маленькое сердечко? Как заставить сдерживать обещание "не убегать из дома"? Как вытащить из лодки? Вернуть доверие и детство?
Всего девять страниц, но в них целая жизнь, лодка, солнце и мать с сыном.

Сэлинджера надо читать вдумчиво, с большим вниманием к деталям и открытым сердцем. Но и в таком случае не рассчитывайте на получение всех ответов.

Суть повести в столкновении двух разных и чуждых друг другу сред, грубо говоря, идеализма и материализма. Мне нравится, что автор ни чего не артикулирует, не ставит моральных ударений по тексту, а просто описывает историю, кому нужно тот поймет. Если честно то хочется воспринимать эту произведение просто как хорошую литература, не хочется видеть в каждом слове скрытый шифр и отыскивать скрытые аллюзии.

Мне не понятен только один момент, если Симор такой умник и благоразумник, мудрец, гуру, «настоящий самурай», кладезь всевозможных талантов и многое прочее, почему он выбрал себе в невесты такую девушку как Мюриель (пустую куклу)? Неужели злая любовь и сказка про козла?

"Хорошо ловится рыбка-бананка" (1948) - короткий рассказ молодого Джерома Д. Селинджера, принесший ему славу.

Всего-то две сцены, два разговора новобрачных, но не друг с другом, а с другими людьми. Мюриэль и Симор предпочитают проводить медовый месяц врозь.

В номере пахнет новыми чемоданами, и свадьба была ожидаема - Мюриэль дождалась Симора с войны - но медовый месяц не приносит радости ни тому, ни другому.

Мюриэль целый день одна в номере и ждет, пока ее соединят по телефону с матерью - для разговора, в котором мать - напрямую - позовет ее вернуться домой.

Симор психически болен, стал таким, вернувшись с войны, это бросается в глаза уже не только его близким, но и посторонним людям. Оттого Мюриэль так отстранена - брак изначально обречен, это уже всем ясно.

Симор один на пляже. Загорает, не снимая халата, боится, что кто-то увидит на его белой коже татуировку, которой на самом деле нет.

Он купает в море девочку, чудесного ребенка, и рассказывает ей сказку о рыбках-бананках.

А вернувшись в номер, к спящей жене, стреляет себе в висок из трофейного револьвера.

Спорят, зачем он это сделал.

Я бы сказала потому, что Симор понял - детей у него не будет и решил освободить жену от такой жестокой судьбы.

Меня навел на эти мысли заголовок статьи из женского журнала, которую читает Мюриэль, - "Секс - либо радость, либо - ад!" - и милый ребенок с пляжа.

Хотя мнений может быть много.

Кто-то обвиняет Мюриэль в черствости - якобы она не пытается поддержать мужа, отстраняется от него и даже не пытается прочитать книгу стихов на немецком, которую он ей подарил (а как это сделать, немецкого она не знает).

Она молода и сбита с толку, разочарована, и в разговоре с матерью касается каких угодно тем - от нарядов до публики на курорте - не от легкомыслия, а потому, что так люди и разговаривают с близкими.

Все чего она хочет теперь от медового месяца - просто немного отдохнуть, она много лет как следует не отдыхала. Ждала Симора, переживала войну, и вот такое разочарование, которое останется с ней на всю жизнь.

Рассказ можно перечитывать время от времени, он не надоедает. Написан он кратко, емко и легко.

Мотивов противопоставления мира чистогана и тонкой души музыканта я в нем не нашла.

Когда-то давным-давно... знать бы, когда это было (дабы впредь не мучиться такими вопросами, я и веду теперь эти записки)... я читал "Над пропастью во ржи" и хоть удовольствия не получил и интересного ничего не нашел, но все-таки известной долей уважения и понимания проникся. Обосновать, впрочем, ни первого, ни второго не смог. И вот нынче я возвращаюсь к Сэлинджеру, возвращаюсь, чтобы понять.

Сэлинджер бьет в колокол осознающего себя бессмысленного индивидуализма чуть раньше, чем этот звон начал звучать из всех голов, радиоприемников и фолиантов западного мира. На этом прозрении в настроение недалеких умов недалекого будущего он и подхватывает свою славу и популярность. Миллионы шестеренок - Холденов, Симоров, Уэббов - вдруг сочли, что они, ****, Личность, что они Избранные, что они Значат. А Часы неправильные, и вообще не нужны. Так родились целые поколения оторванных от системы эгоцентриков, что можно загнать под хомут только обманом, силой или рублем. Маятник истории качнулся от фашизма в противоположную сторону - ничуть не менее омерзительную. Но автор, конечно, не виноват, он лишь почувствовал дух времени.

Индивидуализм у Сэлинжера еще не разрушительный, но уже болезненный. Герои не думают о системе хотя бы потому, что не способны ее увидеть прямо. Они лишь чувствуют давление от безликого "извне", отказывающегося принимать их исключительность и вселенскую значимость. Персонажи принимают это с молчаливой обреченностью, а автор - автор пытается вывалить на читателя. "Смотрите, - говорит он, - это личность, она имеет право быть собой". Что за право? Откуда бы? - За обоснованиями не сюда.

И вокруг этой драмы непризнанного эго и строятся сюжеты. Конкретно тут - для создания видимости объективности - счастливый обладатель оного (Симор) выведен за кадр, но его "адвокат" старается вовсю. Получается экзистенциальненько. Отрицательных героев нету, морали нету, аналитики нету. Наверно, и к лучшему. Читать - можно. Кому-то даже и понравится очень. А кто-то - задумается.
Пожалуй, это не мало.

Я не вижу никакой несостыковки между возрастом автора письма, приведенного в книге, и слогом этого текста, тематикой или охватом. Мне кажется, это и не Сеймура письмо вовсе, а прощальное послание самого Сэлинджера нам, его "трогательным" читателям. Он просто вложил эти слова в уста своего любимого создания.

Читаю вот, и создается ощущение, что Джером говорит нам этим всем: "Нате, вот вам отгадки. Я напустил уже достаточно тумана, а теперь хватит. Игра окончена. Держите мои ответы на вопросы, которые я сам задавал. Вот то, что я думаю об этой всей жизни, о людях, о писательском мастерстве, о религии и мировоззрении, вот объяснение поступкам моих героев, вот вам даже список рекомендуемой литературы, читайте, развивайтесь, но это уже как-нибудь без меня." Эдакая жирная точка в литературном творчестве, после которой автор переходит на новый уровень личного развития, ограничивает контакты с обществом и, действительно, не публикует больше ни одной строчки за всю свою долгую жизнь.

Что до самой повести, то ощущение после прочтения осталось приятное. Нет какого-то глубокого впечатления, просто легко читать, вот и всё. Да, и стоящих мыслей предостаточно, есть о чем подумать на досуге. Что до самого Сеймура (ну или Симора, кто как любит), то я его всё-таки иначе представляла. Мне он во всей своей загадочности и необъяснимости больше нравился. Но ладно уж, пусть все Симоры получат право на существование в головах читателей, в конце концов речь идет ведь не просто о литературном персонаже, но ещё и о мертвом литературном персонаже. Так что пусть каждый придумывает Симора как хочет, от него не убудет.

П.С.: Почему я так коряво пишу рецензии? Да потому что это Сэлинджер, на него можно;)