Сочинения в двух томах. Том 2

Миссис Снелл была в шляпе. Это оригинальное сооружение из черного фетра она не снимала не только все минувшее лето, но три лета подряд — в любую жару, при любых обстоятельствах, склоняясь над бесчисленными гладильными досками и орудуя бесчисленными пылесосами. Ярлык фирмы «Карнеги» еще держался на подкладке — поблекший, но, смело можно сказать, непобежденный.

— Смотри, волна идет, — сказала Сибилла с тревогой.
— Давай ее не замечать, — сказал он, — давай презирать ее. Мы с тобой гордецы.

Поэты всегда принимают погоду слишком близко к сердцу. Они любят навязывать эмоции тому, что лишено всякой эмоциональности.

Жизнь, по-моему, это дареный конь.

Будь я Богом, ни за что бы не хотел, чтобы меня любили сентиментальной любовью. Очень уж это ненадежно.

Нет ничего более отвратительного, чем бесконечно совершать мелкие тело- или сердцедвижениея, а потом набиваться на взаимность.

Я родился не очень-то защищённым от продолжительных разлук с теми, кого люблю.

Если можно, хоть раз в жизни не надо всё, особенно меня, разбирать по косточкам до одурения. Я люблю тебя.

Боль, отложенная на потом, - самое чудовищное, что дано пережить человеку.

- Когда я выйду за дверь, - сказал он, - я останусь жить лишь в сознании всех моих знакомых. Как те апельсинные корочки.