Записки Барри Линдона. Книга снобов, написанная одним из них

Каждому, кто соберётся читать эту книгу, следует помнить, что она представляет собой сборник, составленный из сатирических очерков, которые публиковались целый год, раз в неделю, в журнале "Панч". Этот журнал был основан в 1841 году, и представляет собой, как мне кажется, некий аналог современного Charlie Hebdo, только в Британии и почти 200 лет назад. Как бы то ни было, обострённое внимание именно к реалиям текущего момента иногда делает рассказы, которые, скорее всего казались чертовски острыми и остроумными современникам Теккерея, совершеннейше скучной писаниной.

"Смит, или Джонс (имя писателя здесь не имеет значения), Смит, или Джонс, любезный мой, все это прекрасно, но тебе надо засесть дома и писать твой великий труд о Снобах".

Итак, Смит или Джонс, или там, скажем, Теккерей засел за труд по разбору всех проявлений, сортов и путей, которыми люди становятся снобами. Пока читала, внутренне сто раз ловила себя на мысли, что он практически описывает современных нам хипстеров, хотя само значение слов "сноб" и "снобизм" имеет с ними мало общего. Согласно Вики, точное происхождение слова неизвестно, существует несколько версий. Впервые слово обнаруживается в 1775—1785 годах как обозначение сапожника или подмастерья сапожника. По одной из версий, это слово позднее стало обозначать простолюдина в широком смысле, а ещё позже простолюдина, подражающего манерам аристократа. Другая версия: слово более старое и происходит от латинского сокращения s. nob. (от лат. sine nobilitate «неблагородного происхождения»). Этой аббревиатурой в списках студентов Оксфорда и Кембриджа были отмечены студенты, происходившие из недворянских семей — их не должны были приглашать на мероприятия, если университет посещал король.

От Теккерея, не страдающего современными ограничениями и толерантными взглядами, достаётся снобам всех мастей, начиная от самых высокопоставленных.

Например, Иаков I был снобом, да еще шотландским снобом, хуже которого не существует твари на свете.

Военные, студенты, священники в большом количестве - все в той или иной степени страдают этим недостатком, а при устройстве общества в Британии тех времён - это даже и не недостаток, а практически образ жизни для человека, желающего чего-то добиться. Как пишет автор: "при наших общественных порядках невозможно не быть иногда снобом." Другое дело, когда персонажи, которых, безусловно, рисовали с натуры, и современники догадывались, о ком речь, хотя тут они именуются мистером Скряггинсом, графом Шлёппинсом или миссис Снобс, переходят всякие границы и делают снобизм идеалом.

Благородный английский сноб поступает точно так же и доныне. Быть может, нет другого сноба на свете, который так несокрушимо верил бы в самого себя, и так унижал бы весь свет, и выказывал бы такое нестерпимое, завидное и глупое презрение ко всем людям, кроме "своих", ко всем кругам, кроме своего собственного.

Особенно сильно в очерках досталось женщинам ("оглянитесь вокруг и посмотрите, у скольких ваших подруг в самом высшем кругу преждевременно и безнадежно повреждены и засушены мозги.") и, конечно же, политикам. Про них-то как раз - самая скучная часть книги, которая, возможно, была бы самой интересной для специалистов по истории того времени.

Не знаю, где сноб-дилетант может найти больше экземпляров своей любимой породы, чем в мире политики. Снобы-виги, снобы-тори и снобы-радикалы, снобы-консерваторы и снобы "Молодой Англии", снобы-чиновники и снобы-парламентарии, снобы-дипломаты и снобы-придворные представляются воображению в неисчислимом количестве приятнейших разновидностей, так что я затрудняюсь, которую из них показывать первой.

В целом - довольно жёсткая, красочно написанная сатира, которая вполне может служить образцом классической прозы, особенно по части языка и стиля. Только вот после потоков тонких издевательств, довольно злобного подкалывания и откровенных шаржей очень неожиданно выглядит концовка:

Смех хорош, Правда еще лучше, но лучше всего — Любовь.

Вероятно, это-то как раз было написано, когда очерки уже издавались отдельной книгой...

''Записки Барри Линдона'' - первый роман Теккерея, того самого Теккерея, который чуть позже напишет восхитительнейшую Ярмарку тщеславия, выведя на страницах романа один из лучших образов авантюристки - Ребекку Шарп, но пока…пока на сцену приглашается ирландец Редмонд Барри. Лжец, шулер, авантюрист, мошенник, наемник в войсках Фридриха II Прусского, циник, лишенный каких-либо моральных принципов, привязанностей и чувств, существующий только для достижения наибольшей выгоды для себя любимого, какой бы ценой эти выгоды не были бы достигнуты. В ход идет все: шантаж, дуэль, драки, обман. Всё. Лишь бы только это было на руку самому красивому и храброму мужчине в Европе. Мастерство Теккерея в абсолютной реалистичности описываемого мира и людей, показывая безобразную изнанку аристократического мира, что блестел и переливался всеми оттенками роскоши, автор не смягчает и не сглаживает чудовищные и уродливые бородавки на великолепном аристократическом теле. Да и главный герой романа не столько сам Редмонд Барри сколько само общество в его отвратительных кровавых войнах, бесчеловечном рекрутстве, неприглядной и распутной жизни аристократии, в продажности и циничности великих мира сего (насильственная смерть герцогини Оливии, к примеру), карточные игры, проигранные состояния и честь. Блистательное общество без маски благопристойности, такое как оно есть.

Безусловно, на фоне этого общества сам Редмонд Барри не выглядит таким уж негодяем, он просто брал то, что ему давали, иногда, правда, отбирал силой и шантажом, но это же такая мелочь в сравнении с той же Семилетней войной, в которой погибли тысячи, сам Барри, кстати, не без брезгливости пишет о сожженных домах крестьян, которые давали приют и еду военным. Но все же, Теккерей в ''Барри Линдоне'' ставил своей целью нарисовать портрет циничного негодяя и авантюриста, лишив этот образ даже легкого налета романтичности и загадочности. Редмонд Барри – негодяй, не гнушающийся никакими методами в достижении наслаждений, какие сулит ему жизнь. Покинув родную Ирландию после дуэли (вообще не переживая, что убил человека), Барри отправляется в путешествие: сначала отправляется в английскую армию, потом в армию прусскую, потом начинается его блистательное восхождение в мир аристократии путем мастерской игры в карты, путешествие по европейским дворам и, наконец, завершается женитьбой на самой богатой женщине в Ирландии – леди Линдон. И с этого момента начинается обратный отсчет в истории блистательного авантюриста. Вот тут-то и начинают вылезать его собственные внутренние бородавки: от отношения к пасынку до отношения к матери ( то, насколько он спокойно пишет о том, как мать, приехав в Дублин, тайком наблюдала за сыном, вызывает омерзение, вообще вызывает омерзение его потребительское отношение к людям). В каждой строчке он упивается своим совершенством и красотой. И как же я люблю, когда повествование ведется от лица отрицательного героя, когда прописные истины, вдруг, в его устах начинают звучать наоборот, обесценивая любые красивые слова, а остаются только лишь поступки. Только лишь поступки и отношение к другим людям имеют значение. А в мире ничего не меняется: деньги, положение в обществе, страстное желание быть в числе сильных мира сего и годятся любые средства для достижения заветных целей– таков человек был тогда и таков есть сейчас. Меняется лишь антураж, а в остальном…