Корабль дураков

Думала, что по форме будет похоже на "Час Быка" Ефремова, поэтому немного пугала сия книга. Одно дело Ефремова читать и его философию и совсем другое совершенно неизвестную тетечку.

Но с первых строк стало понятно, что все будет иным. Это действительно роман. И вся философия, осуждение, пренебрежение спрятаны в поступках, мыслях героев. И подано может все это не тонко и изящно, но достаточно явно, но не кричаще. Герои один другого веселее. Но если честно, меня угнетают книги, где нет ни одного человека на ком бы мог отдохнуть глаз. А тут в кого не ткни типы неприятные и только пудрой прикрытые чтобы никто сразу не разобрал, что они из себя на самом деле представляют. Вот Золя в "Терезе Ракен" тоже описывал людей с их эгоистичными ханжескими манерами, но у него была любимая героиня и пусть она не добродетель, а катализатор, но читать было проще, интереснее. Здесь же автор никого не любит. То есть мы вечно среди врагов находимся. Там человек человеку враг и нож в спину, такие произведения трудоемко читать. И бог с ней уже с философией, трудоёмко потому что тебе лично такие люди не враги. То есть ты с ними можешь справиться, но герои поставленные в определенные рамки и с заданой мерзенькой натурой естественно не могут и от этого с каждой страницей читать все скучнее и скучнее.

Я понимаю значимость этого романа. Мало того он до сих пор актуален! Это произведение ярко демонстрирует нам заблуждения человеческие и то как человек их оправдывает. Туда можно подставить любую из нынешних проблем и все зацветёт алым цветом.

Я когда подвожу итог всегда стараюсь понять могу я кому-то дать эту книгу и главное нужно ли это делать. Здесь случай довольно странный, вот в нынешней нашей ситуации, в которой находится Россия, да и весь мир. Книжку читать стоит и может даже не по разу и главное всем властьдержащим и губописечным людям, простите мой французский, потому что тут они на себя как в зеркало глянут. И может быть раза с десятого до них дойдёт как они действительно выглядят.

Мне бы это хотелось дать почитать и пятнадцатилетнему ещё не окрепшему уму, чтобы он увидел как делать не надо и запомнил. Но книга такая, что из-за подачи у этого ума она может пролететь как развлекательное чтение. Но книга при этом затрагивает сложные и важные вопросы, но вот это подача романом может ввести в заблуждение. Хотя в пятнадцать-то лет уже надо отличать развлечение от глубины.

А вот людям видящим, осознающим - эта книга нового ничего не откроет мы и так понимаем двуличность и глупость и прекрасно знаем, что есть люди лучше тех, что плыли на "Вере" и строили козни друг другу, потому что для них всюду были враги.

Писательница нашла оригинальный способ поместить на довольно длительное время в ограниченном пространстве представителей, как бы теперь назвали, среднего класса из различных,в основном европейских, стран . На этом срезе человеческого общества она нарисовала яркую картину настроений, царивших перед Второй мировой войной, детально расписала различные характеры со всеми присущими им недостатками и ненормальностями. Большая заслуга автора в том, что все характеры прорисованы настолько тщательно, полно и реалистично с массой бытовых подробностей и показом внутреннего мира, что воспринимаешь их как живых реально существующих людей..В книге большая философская направленность, заставляющяя читателя глубже вникать в содержание, а не ограничиваться только поверхностным восприятием.

ОТПЛЫТИЕ

Март 2016 года. Я получила бонусное задание в «Долгой прогулке» прочитать и отрецензировать роман Кэтрин Энн Портер «Корабль дураков». Ну что ж, книга загружена в мой старенький «Покетбук», я готова приступить к чтению. И тут… По семейным обстоятельствам я лишилась ридера. Я в панике! Читать с монитора или с планшета, к сожалению, не могу… Что делать??? К счастью, есть рядом надежные люди. Капитан нашей команды eugene-grande , мудро улыбнувшись, сказала: «А иди-ка ты в библиотеку!» Да и правда.

В библиотеке я не бывала давненько… Робко приблизившись к библиотекарю, с замиранием сердца я спросила: «Скажите, нет ли у вас «Корабля дураков» Портер?». И диво дивное, чудо чудное, в нашей провинции, в нашем, не побоюсь этого слова, спальном районе, в глуши нашей сибирской – Электронный Каталог! Библиотекарша (не Безумная, нет, вполне вменяемая и клиентоориентированная) - тыц-тыц-тыц - ноготочками по клавиатуре, и заветное: «Да, есть интересующая вас книга». Душа моя воспарила…Но, увы: «Есть, свободна, но в филиале № 3 на улице Тюменской». Бух! Душа упала вниз камнем. «Спасибо, жаль, туда я не поеду…» «Нет-нет, что вы, ехать не нужно, завтра к 12 часам курьер подвезет вам книгу, заходите, пожалуйста!». Глаза у меня были размером с колесо автомобиля…

На следующий день я выходила из библиотеки с заветной краснокирпичной книгой в сумке. Вот это сервис! И бесплатно! Дааааа… Чтение «Корабля дураков» началось с приятного сюрприза…

В ОТКРЫТОМ МОРЕ

Скажите, у вас есть дети? У меня семилетняя дочь. И читаю я в основном, пока жду ее с тренировок. И вот книга моя подходит к финалу, я увлеченно перелистываю страницы, слышу голос рядом: «А что это за книгу вы читаете?». Поднимаю глаза. Все ясно… Дашина бабушка устала от своей книги (серия «Очарование», на обложке белокурая красавица разметалась на постели, рядом – златовласый кавалер) и решила поболтать. Я вежливо отвечаю: «Корабль дураков» Кэтрин Энн Портер». «И о чем книга-то?» О чем книга? О чем???? Я на секунду закрываю глаза и…

Атлантика…

Белоснежный корабль «Вера» как маленькое пятнышко на бескрайних водах океана…

Я чувствую соленый запах морской воды, слышу крики чаек, под ногами чуть-чуть поскрипывает палуба…

Я немного Дженни Ангел (также ищу и не могу найти себя, настроение меняется каждую минуту, легкоранима, но стараюсь этого не показывать).

Я немного миссис Тредуэл (мне тоже за сорок, и все ее размышления о возрасте – мои размышления, пытаюсь поймать ускользающую молодость, забываю, что мне не двадцать, а потом смотрю в зеркало – и вспоминаю…).

Я немного Эльза Лутц (точнее, была ею лет этак в 18, мне тоже знакома неуверенность в себе и страх остаться одной, правда, потом все это прошло, растаяло как дымка, а вот Эльзе вряд ли повезет, с такой-то мамой).

Рядом – люди, много людей, все они разные, «каждой твари по паре», настоящий ковчег, господи, кого только не натолкала миссис Портер на борт «Веры»: католиков и протестантов, евреев и немцев, свободных художников и религиозных фанатиков, проституток, маскирующихся под испанских актрис, и чопорных пуританок, в душе завидующих проституткам… И все они на кого-то похожи…

Я смотрю на лакированно-черные головки Ампаро, Пасторы, Лолы и Кончи; на изящные фигуры их спутников; на разболтанно-раздерганную Лиззи Шпекенкикер; на тушу нарочито противного, тяжелого, истерически взвизгивающего Рибера; на доктора Шумана, такого прямого и стойкого внешне и больного и сомневающегося внутри; на нелепого и жалкого Карла Баумгартнера; на сondesa – привидение, окруженное свитой пляшущих студентов, - смотрю и думаю: «Кого же вы все мне напоминаете? Кто вы?»

И приходит озарение, приходит помощь от «исчадий ада», испанских близнецов:

Так вот в чем дело! Куклы! Бродят по палубе, танцуют, хлещут коньяк, бьют своих детей, занимаются сексом, ненавидят и любят, живут и умирают КУКЛЫ! Грустный любовник Дэвид – Пьеро, проныра Фрейтаг – Арлекин, презирающая условности Дженни – Коломбина и множество авторских кукол, ручной работы, любовно выписанных Кэтрин Энн Портер за двадцать лет титанического труда. Она вложила в этих кукол душу, именно поэтому роман увлекает, кружит, затягивает, не дает вздохнуть, бьет по щекам и запоминается навсегда, отчетливо и ясно.

Но кто же кукловод? Кто дергает за ниточки в этом адском шоу? Это не автор, нет, она сама пассажир на «Вере»… И чем больше я думаю, тем больше меня покоряет бредовая мысль, мысль сумасшедшая и на первый взгляд нелепая… 1932 год…Маршрут следования – Веракрус – Бремерхафен. Мировой экономический кризис…Земля содрогается от приближающегося апокалипсиса. Кукловод – реальное историческое лицо. Это Адольф Гитлер, в 32-ом году еще не рейхсканцлер, но активно готовится, берет уроки ораторского искусства и актерского мастерства, тренируется на куклах в романе Портер, а вскоре его марионетками станут живые люди, которых он погонит в печи Освенцима, и, возможно, там мелькнет лицо Мари Шампань, и кем будет Левенталь через 10 лет – узником в еврейском гетто или кучкой пепла?

Кукловод дергает за ниточки, и миссис Тредуэл беспощадно колотит каблучком своей туфельки Дэнни, превращая его лицо в кровавый фарш; замахивается на жену Баумгартнер; скотски валяются в укромном уголке палубы Дженни и Фрейтаг, - все злы, разочарованы, взбешены, страсти накаляются до предела, и корабль плывет в огромную мясорубку, которая медленно-медленно начинает работать, прислужники Кукловода – Гитлера вращают тяжелую ручку, и все пассажиры «Веры», еще того не ведая, скоро попадут под ножи Второй Мировой войны…

ПРИЧАЛЫ

«Так о чем книжка-то?»

В мое сознание проникает настойчивый вопрос. Открываю глаза. Раздевалка спорткомплекса, бабушка Даши, любопытствующий взгляд. А-а-а, господи, совсем утонула в своих мыслях.

«Это книга о том, как люди плыли на корабле из Мексики в Германию».

«Ну и что случилось-то? Пираты напали или шторм все разломал?»

«Да нет. Благополучно вошли в порт».

«У-у-у, скучная книжонка». Бабушка Даши разочарованно отвернулась и с головой ушла в свое «Очарование».

А я вернулась на «Веру», где кипели страсти, играла музыка, танцевали страстные испанки, ссорились Дэвид и Дженни, и где-то высоко-высоко, фоном, страшно смеялся Кукловод.

Фух! Доплыли!
Это было долгое плаванье и не могу сказать, что оно мне совсем уж не понравилось, скорее, очень утомило. И очень хочется начать целовать землю.
Первое что увидела, когда открыла книгу (после вступления о самой книге), это список действующих лиц, что довольно редкое явление для романов. И сразу возникла мысль: "в чем подвох?". Уже потом я поняла...
Все эти Дэвиды, Дэннисы, Дженни, Лутцы, Гуттены, Лиззи, Эльза, разнообразные фрау, Панчо, Конча, Пепе... ааа... кто из них кто?! Много проходит времени прежде, чем начинаешь отличать их друг от друга. И я до конца не уверенна, что нигде ни кого не перепутала.
И самое обидное, что столько персонажей и ни одного, кто бы внушал симпатию. Пожалуй, единственные, кто более или менее понравились: пес Детка, доктор Шуман, Дженни.
Написано довольно интересно и автору удалось затянуть меня в свою книгу и смотреть на все происходящее со стороны, словно я призраком хожу следом за героями. Особо остро это ощущалось в первой главе, перед отплытием, когда все собирались в одном довольно мерзком городишке. Эта жара, мухи, наглые нищие и высокомерные официанты, с абсолютным скотским отношением и еще не знающие, что хорошее обслуживание - залог хороших чаевых.
На корабле отплывают пассажиры первого и третьего класса. В составе первого класса, как и вполне состоятельные люди, так и те, кто себе может позволить билет первого класса, но скорее бы поехали на нижней палубе, если бы им продали билеты. Но не продали, т.к. там расположили рабочих бедняков, которых высылали из страны обратно на их родину. Если о пассажирах верхней палубы мы узнаем в романе очень многое, то о нижней палубы - ничего. И очень жаль, т.к это могло бы внести кое-какое разнообразие и можно было сравнить поведение "верхних" и "нижних".
Практически все из "верхних" к "нижним" относились с омерзение и не считая их за людей, и это при том, что они абсолютно никого из них не знали. Хотя я уверенна на 100%, что среди них могли найтись люди, которые намного человечней.
Очень утомляли проблемы расизма и религиозные споры. Каждый уверен, что имеет право на существование только его религия, а все остальные не достойны. А бедный единственный еврей, который ехал на этом корабле. Изгой! Его даже за стол посадили отдельно. А как сосед над ним издевался, вечно вышвыривал его вещи. И они еще называют себя людьми!
Есть еще два персонажа, близнецы-сорванцы Рик и Рэк. Я люблю детей, но это монстры! Я бы их выкинула за борт (в воспитательных целях), особенно после того, как они выкинули собаку за борт. Кстати, очень интересная ситуация получилась, которая многое говорит о людской сущности.
Собаку начал спасать человек из "низших", который совершенно не имеет к ней ни какого отношения. В результате он ее спасает, но сам погибает. И что хозяева собаки? Они даже на минуту не могут запомнить имя того, кто пожертвовал собой, чтобы спасти животное. И никакого чувства благодарности. Да и все вокруг повторяют, зачем этот дурак спасал собаку? А как по мне, так эта собака намного больше достойна жить, чем многие из людей.
Как же я презираю героев этого романа! Жаль, что они плыли на корабле дураков, а не на Титанике.

Умолк судовой оркестр, музыканты уже ус­пели упаковать свои инструменты. Трап опустел, все пассажиры сошли на бе­рег, и только что завершенное путешествие остается в нашей памяти, ка­к один из жизненных эпизодов и не более, постепенно стираясь и теряя свое­ значение до тех пор, пока мы не сможем вспомнить лишь то, что когда-то ­мы плыли на корабле из Мексики в Германию. Но пока этого не произошло, д­авайте постараемся запечатлеть какие-то свои впечатления в письменном ­виде, чтобы осталось хоть что-то «на память» об этой поездке…

Дальше...

Вы вот такую х­отели видеть рецензию? Ну уж нет!
Если уж начистоту, мне неприятно даже п­редставлять себе путешествие в такой компании. И какое счастье, что это путе­шествие я совершил лишь в своем воображении, пребывая лишь бесплотным д­ухом-наблюдателем на этом корабле дураков.­
Самый важный вопрос стоит рассмотре­ть сразу же. Почему роман называется «Корабль дураков»? Если честно, мне­ это не очень понятно. И если уж говорить прямо, даже не очень приятно.­ Я вообще не очень люблю какие бы то ни было оценочные характеристики со сто­роны авторов, если уж на то пошло. А выделенные прямо в заглавии – для меня ­откровенный перебор. Ну вот посудите сами. Портер Кэтрин называет свой ­роман «Корабль дураков», и что мы представляем? Мы тут же внутренним ­ взором видим посудину, на которой странствуют по водам мирового океан­а не слишком сообразительные люди. Открываем книгу – на тебе! Толпа, ­ состоящая из разношерстной публики, плывет на корабле. Наверняка, они и е­сть дураки, я правильно понял? И что бы я делал без Портер Кэтрин, ума не приложу…
Ладно, хватит ворчать. Делаю я это ­по одной единственной причине – я не вижу ничего такого особенного, что могло бы в полной степени оправдать это название. Ну, вот пассажиры. Которые дураки. Кто они? Во-первых, исходя из их главенствующего количества на бо­рту, это немцы. На дворе 1931 год, в Германии очень скоро второй раз стан­ет президентом Пауль фон Гинденбург, еще через три года ему предстоит пожать­ руку некоему Адольфу Шикльгруберу в одной гарнизонной церквушке. Обще­ство мучает огромное количество разнообразных комплексов и предрассу­дков, которые, будучи нанизанными на
остов былого имперского величия, ­ дают твердое ощущение высшего предназначение нации и его превосходств­а над всеми иными народами. И как бы я ни старался, я не могу назвать ­дураками представителей этого самого немецкого общества. Да, я понимаю, ­что все они почти единодушно приняли Гитлера и все, что следовало далее. Но ­разве мы не видим то же самое в наши дни так часто? И кто в тридцатых­ годах, кроме Ремарка и несчастных еврейских лавочников, отведавших пе­рвых погромов, хотя бы отдаленно представлял, чем все это может закончит­ься? Я не претендую на роль истины в последней инстанции, но понима­ю, что измученному комплексом неполноценности, лишь недавно переживше­му страшнейшую инфляцию обществу так хочется обрести идеологию и нен­авидеть кого-то не поодиночке, а организованной толпой. Думаю, это п­росто в природе людской. И все эти Риберы, Лиззи, Гуттены и Баумгартнер­ы – лишь простые типовые члены этого общества. Вы можете их за это обвинить?­ Я не могу, хоть и стараюсь. И более того, Портер Кэтрин, представляя на ко­рабле разные нации, как мне кажется, намекает о том, что корабль дураков ­– это весь мир в лице представителей разных стран и сословий.­
Вот тот же самый еврей Юлиус Леве­нталь. С самого начала романа он отщепенец, презираемый почти всеми. ­ Но жалко ли нам этого «униженного и оскорбленного»? Лично мне нет. В л­ице Левенталя нам показали искусно культивируемый и успешно эксплу­атируемый образ «униженности и оскорбленности» того самого «богоизбр­анного народа». А все его причитания по поводу «проклятых гоев», да и прочи­е примеры поведения нам говорят лишь о том, что Левенталь вполне достин и за­служивает своих линчевателей.
Или вот испанские танцоры. Сущее наказа­ние для обитателей корабля. Но разве кто-то попытался, взял на себя смело­сть хоть единым действием остановить их? Весь корабль видел многочисленн­ые проступки и явные преступления испанцев, но разве кто-то сделал х­оть что-то против этого? Так что, кажется, весь корабль заслуживает ­ компанию этого «испано-цыганского сброда».­
Подумав, я все же соглашусь, что ­этот корабль – действительно оплот дураков. Каждый из пассажиров так ил­и иначе бесит читателей романа. Даже бульдог Детка. При этом каждый из на­с знает похожих на каждого персонажа людей, тех самых дураков, которые с ­1931 года не перевелись. Но кое-чего мне все-таки не хватает в романе По­ртер Кэтрин. Мне бы очень хотелось в каком-нибудь из персонажей увидеть «НЕДУРАКА» хотя бы по мнению автора. Хотя бы просто посмотреть и воскли­кнуть «Ах, вот как надо!». А то мне, дураку, самому непонятно.­

Время действия: 1931 год.
Место действия: где-то в Атлантическом океане.
Главное действующее лицо: бульдог Детка.

Сумерки. Палуба корабля. Дует легкий бриз, на палубе расставлено несколько белых шезлонгов, из кают-компании доносятся попеременно то женский смех, то пьяный мужской голос, говорящий по-немецки. Звуки венского вальса слышны постоянно. На ближайшем к зрителю шезлонге расположился белый английский бульдог. Он очень толст, ему тяжело даже лежать, он высунул язык, по брылям течет слюна. Неожиданно бульдог начинает говорить.

Детка (вначале мрачно и угрюмо, затем все больше волнуясь): Ну и завезли же меня хозяева, доложу я вам. А ведь такие, казалось бы, умные и рассудительные люди. Хозяин - профессор, лекции читает. Хозяйка тоже не дура, а может и поумней хозяина будет, тут ведь с какой стороны посмотреть, а ведь не предусмотрела, согласилась, потащилась и меня с собой потащила. А ведь Мексика - такая прекрасная страна! Тепло, солнышко светит, домик у нас был, уважение и почет всяческие, профессорской семье оказываемые. А меня-то как любили! Детишек своих у них нет, вот и привязались ко мне, к животине, на их взгляд, бессловесной. Самые вкусные косточки - мне. Самый мягкий коврик - мне. Самые нежные улыбки и слова - тоже мне! А что, кого им любить как не меня? Друг друга? Так они вместе столько лет, уж и поднадоели друг другу-то. Хозяину, конечно, еще ничего, ушел утром лекции свои читать, днем пообедал, вечером книгу умную почитал или газету немецкую, надо же знать, что в мире творится. А хозяйке моей тяжко иной раз приходилось, ведь все на ней, на бедняжке. Судите сами: костюм мужу выбери, меню обеда утверди, заметки его перепечатай, коллегам мужниным роскошный прием устрой. А главное, соглашайся во всем, мнения своего не имей, супруга поддерживай, да не словами, а одобрительным молчанием, ибо молчание - золото, а высказаться супруг сам может, чай мужчина, ему и пристало речи говорить. Да, дела! (Жмурится и зевает). А жили мы все-таки хорошо. (Встает и начинает ходить по палубе на задних лапах туда-сюда, заложив передние лапы за спину). А что теперь? Теперь мы плывем невесть куда на второсортной посудине, окруженные третьеразрядной публикой. И хорошо бы третьеразрядной! Я даже не говорю о кучке сброда, что путешествует третьим классом. Посмотрите на первый класс! Посмотрите на тех, кто обедает за капитанским столиком. Хорошо хоть старика Левенталя туда не посадили, рядом с моими хозяевами. Он, конечно, такой же двуногий, как и все, но не зря остальные его сторонятся. Нечисто с этим Левенталем, помяните мое слово. А эти вульгарные американцы? Мало того что постоянно пьянствуют, так еще и путешествуют, не зарегистрировавшись, во грехе, так сказать. А эта их хваленая графиня, якобы знатная дама? Я не знаю, чем она занималась в каюте с молоденькими кубинскими студентами, да и знать не хочу, приличной собаке вроде меня о таком и знать не следует, но доктор-то корабельный ей наркоту подгоняет. Чувствуешь себя среди разбойничьей шайки! Кстати, о разбойниках. С нами тут путешествуют испанские танцоры, так эти родную маму за два песо продадут и зарежут. Как их в первый класс пустили, ума не приложу! А еще этот вечно пьяный техасец, швед-коммунист, женатый на еврейке немец, но какой он немец, разве настоящий, порядочный немец женится на еврейке? Он тоже еврей, это даже собаке ясно, то-то его из-за капитанского стола вытурили. И это они называют уважаемым немецким судном! Признаюсь, я был поражен, когда обнаружилось, что здесь, согласно какой-то дурацкой традиции, обитает корабельный кот. Вот вы скажете, что мы, домашние животные, должны держаться друг за друга. Но позвольте, разве можно сравнивать собаку и кошку? Собака - лучший друг человека, она ему всегда преданна, стережет его дом, она его охраняет, приносит ему тапочки, в конце концов, меня, правда, Бог миловал. А что кошка? Мышей ловит? А вы давно у себя в доме мышей видели? Нет, судари, кошки эти - хитрые создания; вся их служба в том, чтобы на коленях у хозяев разлечься да мурлыкать. Проныры эти кошки, настоящие евреи среди домашних животных. А вот собак я сравнил бы с немцами: благородство, порода, преданность отчизне. Совсем забыл! Собаки любят детей. Вот я тут недавно видел парочку премилых ребятишек, мальчика и девочку. Ах, дети - цветы жизни, вечно они играют, веселят всех вокруг. Чуть было не сбросили кота этого за борт, да доктор подоспел. Но это они не со зла, а играючи. (Вздыхает и забирается обратно на шезлонг). Нет, решительно не понимаю, зачем мои хозяева решились на такой неблагоразумный поступок как это плавание. Эх! А еще тошнит, зараза!..

Закрывает глаза, устраивается поудобнее и вскоре начинает храпеть. На палубе появляются двое детей, мальчик и девочка. Они смотрят на собаку и улыбаются.

Кой черт занес меня на эту галеру....
Автор собрала на корабль пеструю толпу пассажиров. Разные национальности, различное социальное положение, у каждого свой опыт и взгляд на окружающих. Не книга, а эпохальное полотно. Было бы, если бы не получились так нудно. Все на одно лицо как на картинах Константина Васильева. Потому что изображены все персонажи с единственной целью. В случае Кэтрин Энн Портер - показать, какие люди все дураки и уроды.
Тётенька писатель, это и без вас известно, вы зря писали в доказательство такую толстую книжку.

Давно мне так тяжко не давались книги. Знакомство с автором оказалось не совсем удачным для меня. Я не очень люблю книги без сюжета как такового, а Корабль дураков именной такой книгой и оказался. Показывает большую разношёрстную компанию, собравшуюся на судне в дальнем плавании. Здесь представлены многие нации, к кому то автор благосклонна. к кому то относится с пренебрежением. Здесь на корабле собран мир в миниатюре, в лице представителя каждой нации автор пытается показать каждую страну. Понятно, что она предвзята в этом. Но каждой нации, любому человеку присуща своя дурость, непорядочность и подлость. И глупо предполагать, что кто-то в этом лучше или хуже, кто-то кристально чист, а кто-то воплощение порока.

- А как вы определяете сколько раз перед кем приседать?

• Ну, это на глаз.
• Дикари.

Мораль, которой нас учат, и по которой мы живём, даже не родственницы. Если по одной морали мы, как попугаи твердим, что да, так и и есть, все люди братья, то по другой мы подходим к человеку с конкретным вопросом: "Какой ты мне брат, ч...ка чернож...я?!" Ну, и так далее. Причём различия, при которых "мы" - это вершина мироздания, а "они" - пыль под нашими ногами могут быть любыми. Далеко не только расовыми или социальными.

К чести Портер, она не стала зацикливать всё произведение только на национальном вопросе и биться в "предчувствии фашизма". Еврей Левенталь точно так же заботится о чистоте расы, как и немцы, которые нашли свой способ представить, что они на ступеньку выше, откуда могут плевать на других. Но при этом ей не хватило... а чего ей, собственно, не хватило? Не хватило, вроде, сил самой не играть в вечное "мы и они".

Потому "дураки" в книге выглядят всё-таки, как "они". Хотя дурость наших убеждений, взглядов, которые можно найти в каждом человеке в любую эпоху в любой территориальной локации, никуда не девалась и никуда не денется.

Как видится с моего капитанского мостика, Портер действительно считает, что "дурость" людей - это результат собственных убеждений, размышлений, умений строить философские построения и приходить к выводам о собственном величии. Хотя практически каждая "дурость" корабля "Вера" - это результат чужой услышанной дурости, переосмысленной с позиций "сегодня нам разрешили стать лучше всех". Портер винит людей в личной "дурости" так, будто они сами её придумали, а не стали просто жертвами своего соглашательства с социумом.

Эта вторая мораль, по которой мы существуем, не послана нам факсом с неба. Ей тоже учат, пусть не книгами и выспренними фразами, но ею обучают те, кого можно условно назвать "общественное мнение". Это та самая "житейская мудрость", которая должна нам давать преимущество перед другими, пусть даже преимущество состоит в нашей иллюзии, что мы - лучше других. И если общество скажет, что супруги должны пойти на похороны человека, который спас их собаку, супруги пойдут и даже проронят пару искренних слезинок. Потому что (вот тут я открываю вам тайну!) никто не знает, как на самом деле надо! Потому что морали, сколько бы их ни было на свете, это всего лишь чьи-то чужие правила, которым приходится подчиняться. Потому что одиночек, которые придумают себе свою собственную мораль, крайне мало и их может не найтись на корабле по имени "Вера".

Вот потому и плывёт корабль, полный "их" - плохих и "вообще фашистов". И как-то никто не замечает, что на берегу, где полно "нас", как болезненные прыщи на теле выскакивают гнойники то одной, то другой "дурости".

Настроение: Ronnie James Dio - All the Fools Sailed Away.

Ай-яй-яй, уважаемая миссис Портер, как топорно и скучно. Перед Вами была целая коробка, доверху набитая игрушками на любой вкус. Можно столько было всего натворить, а хватило только на скучные потасовки, покушение на убийство собаки и на козыряние банальными человеческими предрассудками. Сначала было даже вкусно - замученные люди, косые взгляды и распускающиеся алые цветы предубеждений. Оставшиеся страницы можно сравнить только с каждодневным приемом пельменей с начинкой из тухлой человеченки. Совсем не интересно. Людей не пугает подобные описания, потому что скажем только: "Фу-фу-фу, хорошо, что я - не такой (-ая)" и пойдем дальше, благополучно забыв все эти душные мыслишки и веками возлелеяные стереотипы. Так и живем.

Надо поступать умнее, лишь изредка намекая, но ни в чем не обвиняя человечество, чтобы пробирал странный холодок и захотелось обернуться и посмотреть, а точно никто не видит, как в книге начинает отражаться призрак твоего лица. Или по другому, написав увлекательную историю о ловком мошеннике, создавшем вселенский миф из банальнейших меркантильных побуждений, а потом понять, к чему все это привело и содрогнуться уже от масштабов. Так действовал Эко и у него получилось. А у Вас, госпожа Портер, нет. Слишком крупная вязка и простейший рисунок.

Теперь, переходя от лирики к грубой прозе, хочется сказать, что Портер зря старалась и катала все эти страницы. Это как борьба с ветряными мельницами. После прочтения этой книги квадронекроксенофоб не перестанет бояться 4 мертвых писающих иностранцев, а антисемит не станет расцеловываться под омелой сначала с евреем, а потом взасос с арабом. А вот многие читатели, которых она старательно душила весь текст, возблагодарят ее только зато, что она закончила.

Подобные описания могли удивить или что-то всколыхнуть лет так в 13-14, когда душа еще невинна и только начинает чесаться язык. Я стала нечуствительна к подобному, когда узнала, что Достоевский был ярым антисемитом, как и почти все в его время. И когда поняла, почему это вышло. Конечно, это очень предосудительно осуждать кого-то, нужно быть открытым всему новому, не выносить решения раньше, чем обдумаешь все и прочее бла-бла-бла, но так не работает ни индивидуальное, ни коллективное сознание. Нет, оно действует так: "О, короткая юбка, значит - проститутка. А у этой татуировка. Как она будет жить с ней в старости? А эта жирная как бегемот, совсем за собой не следит. А этот не моется и потом воняет, фу-фу-фу". И так до бесконечности. Какое все родное. И только Левенталь не будет осуждать Левенталя, а вторая Лиззи ничего не подумает плохого о первой Лиззи. Хотя, зная эту бабенку, в этом совсем не уверена.