Перед зеркалом

Каверин для меня автор новый, не могу утверждать, что он станет одним из любимых, но я с радостью растворилась в атмосфере этого женского романа. Особенно мне согревала душу атмосфера Ялты, ведь Крым (уже не наш), так дорог моему сердцу! Я получила настоящее наслаждения читая эту историю любви в письмах.
Лиза - молодая, творческая и чувственная натура, Константин - математик, который руководствоваться исключительно доводами рассудка и не желает, слышать своё сердце. Но, несмотря на то, что каждый убегал и прятался от своих чувств, она - в живописи, он - в науке, им было суждено - любить друг друга всю жизнь! А когда с возрастом силы сопротивляться иссякли и работа, а перестала быть - всей их жизнью, когда они решили, уступить своим чувствам - было уже слишком поздно...
И как же мне жаль главных героев, они мне стали близкими и родными!

Любите, любовь - бесценна и не отвергайте тех, кто вас любит!

Моя оценка: 9/10

И вот опять меня уносят мысли и эмоции..Пытаюсь собрать всё в кучу, разложив по полочкам, что бы написать не столь сумбурно и более-менее понятно..
Какая потрясающая, необыкновенная история!!!История любви, дружбы.
Этот роман необычайно интересен для меня, потому что это роман в письмах. Я люблю письма..А самое интересное, что это всё действительно было!!!
Жаль, что читала я не дома, а в перерывах на работе. Дома бы я читала по-другому (с моей-то коллекцией «Великие художники» от Комсомольской правды!!!). Надо читать так- книга и репродукции художников, которые упоминаются в романе. Многих имён я не знаю, но те, о которых успела прочесть в книгах из коллекции Комсомолки, очень дополнили детали романа. Я читала и представляла картины Шагала, Гогена, Малевича. Знала кое-что из их жизни, поэтому читать мне было интереснее.
История всей жизни перед нами..История жизни в письмах. И язык, необыкновенный язык Каверина!!! Он, наверное, из любой жизненной истории сделал бы потрясающий роман. Потрясающий и немного грустный. Зеркальное отражение двух людей. Поиск себя. Скитания и лишения, попытка устроить жизнь, и снова поиски, снова лишения и письма…Письма, которые помогают выжить, остаться, не затеряться совсем, сохранить себя и свои чувства.
По роману Каверина можно изучать быт и строй городов, в которых живут герои. Так ярко и подробно описывает Каверин (это описывают сами главные герои в своих письмах) Ялту, Казань, Питер, Москву..Кажется, что ты знаешь всё до мельчайших подробностей, и, стоит тебе ступить на эту землю, как знаешь, куда идти и где что находится..Исторически ценная вещь, ведь сейчас всё изменилось, своеобразная карта в прошлое, летопись той жизни..Как мне нравилось бродить с главными героями по их местам!!!
Ну почему, почему так бывает в жизни!!!Почему они не могли быть вместе, хотя они были вместе всегда? Почему, почему, почему…Жить ожиданием писем, писать письма, жить ожиданием коротких и редких встреч, но быть счастливыми, потому что знать, что любимы и что любят…А может, это как раз и есть счастье, когда всматриваешься в человека, как в своё отражение, видя его перед собой, знаешь, что это – часть тебя, хоть он далеко..

Живу я тихо, ни с кем не знакомлюсь. Читаю довольно много. Радуюсь маленьким радостям. Учусь. Вот на днях, например, был счастливый вечер. Как вы думаете, отчего? Я завершила чтение одной книги. Книги о времени, когда и читать-то ничего не хотелось, кроме газет. А я вот в другом времени живу - во времени, когда больше всего не хочется читать газеты.
Сейчас тихо. Уже около половины первого, а я пишу без огня. Окно закрыто, и я не слышу ни запаха табака, ни рожи (размечталась!), ни даже более реального - запаха холода, зимы. На душе светло и тихо. Вот что! Я должна написать Вам, какое ощущение оставила по себе эта книга. Слушайте же, то есть читайте...

Мне представляется такая большая, светлая комната, с высокими потолками и каким-то аристократическим духом, витающим в ней. В левом углу комнаты стоит одинарная кованая кровать с постельным бельем нежных тонов. Сидит с ногами на кровати маленькая девчушка, с распущенными русыми волосами длинною ниже плеч. Рядом, на краешек кровати, присела уже немолодая женщина в длинном платье и белоснежном чепчике. Внезапно комнату оживляет звонкий голосок:

• А что же Карновский, бабушка?

• Спи, моя хорошая, спи, - она нежно поправляет одеяло.
• Бабушка, так как же Костя? Они встретились с Лизой? - не желает униматься девочка.
• Встретились, а потом жили долго и счастливо... - уста старушки осеняет улыбка.

• Елизавета Николаевна, Вам письмо!

  К чему это я? Вероятно, к тому, что это не книжный материал. Я представляю себе, как эта девчонка с русыми волосами находит пожелтевшие от времени письма, эти самые письма, в какой-нибудь красивой деревянной шкатулке. Эта история, история о сложном Карновском и мечущейся Лизочке предназначена для ушек внучат и внучек, но никак не для широкой аудитории. Это что-то настолько личное, что преступлением было поведать об этом читателю, вне зависимости от того, выдуманное оно или настоящее.

  Каким бы прекрасным автором не был Каверин, как бы его не восхваляли, меня всё же повергли в скуку монотонные первые три главы. Лиза, главная героиня, сначала отчаянно пыталась добиться любви одного импозантного молодого человека, потом вроде и пришла взаимность, а потом всё сошло на "нет". Господи, да как часто мы, простые люди, не книжные герои, с необычайным упорством идём к своим целям, а добившись их, теряем всякий интерес! Но Лиза, эта живая, энергичная Лизочка, сумела возродить в себе это прекрасное чувство любви. Только любовь ли это была, мне интересно?

  Поначалу было скучно читать события, описанные в письме Тураевой, а потом вновь перечитывать эти же события как бы от имени Кости (или наоборот, не суть). В четвёртой главе дело зашевелилось, но по большому счёту это уже не имело никакого значения. Знали бы Вы, как мне хотелось, чтобы эта книга мне понравилась, понравилась, безумно понравилась! А мне даже не хотелось её читать... Большую её часть я просто читала, чтобы дочитать. Просто переворачивала страницы, увы. Знали бы Вы, какой бесконечной она мне казалась. Знали бы Вы, как я даже немножко завидовала тем, кто этому роману смог поставить пять звёздочек.

  Но чем ближе было дело к концу, тем больше изменялось моё предвзятое мнение. Здесь романтикой казалось даже возвращение в Париж без единого су, здесь при чтении начинаешь думать о том, что не прочь и сам бы вести подобную переписку с каким-то "Константином Павловичем", что когда-то это гордое "Россия" звучало более могущественно, более сильно! В конце концов, я сменила гнев на милость и поняла одну вещь: да, сперва я заставляла себя эту книгу читать, но лишь потому, что я хотела заставить себя её читать. У меня осталось ощущение, будто бы я - тот самый "двойник", побывавший в Париже, в Стамбуле, бежавший из Казани и однажды посетивший один незабываемый бал.

  Если Вы любите живопись, красивые слова и подглядывать за чужой жизнью, ища в ней что-то своё - эта книга для Вас. Если Вы слишком юны - даже не берите её в руки. Но если это произведение попало к Вам в руки - читайте до последней буковки, до последней точечки и обратите внимание на то, каким сильным чувством пропитаны эти письма!

Книга попала ко мне новенькой, свеженькой, в моем любимом мягком издании "Азбуки-классики", с лощеной обложкой, прикрывающей ровную стопочку серовато-желтоватых листов, аппетитно пахнущих интересной историей. Начинаю читать и вижу перед собой откровенные эмоциональные письма молоденькой девушки своему возлюбленному, которого она повстречала на гимназическом балу. Рука просит вернуться к обложке, чудо как хорошо подобранной к произведению: на ней картина "Курсистка" Н. Ярошенко. Смущенная, немного нервничающая девочка с розовым румянцем на щеках и поджатыми губами готова вот-вот вспорхнуть со стула, пробежать, стыдливо опустив голову, несколько метров до подружек, чтобы потом, уже совсем не стесняясь, шептаться и хихикать с ними о чем-то своем.
Живая. Юная. И девочка с картины, и девочка из писем. Как она пишет! Мечтающая, желающая, свежая и готовая к будущему, которое ей видится благосклонным к ней. Чувствуется легкость, что настойчиво все же прикрывается модной "взрослостью", как одергивает мама слишком высоко задранную юбку.
Лиза любит искусство, позже ее симпатия к живописи превратится в наваждение, руки будут чесаться и разум постоянно теряться без рисования, но на первых страницах девочка постоянно воодушевлена и заворожена властью, мудростью и красотой книг, картин, явлений природы, о чем она пишет своему Костику длинные и обстоятельные письма.
Жизнь волнует Лизу, как может волновать только в юные годы. Она пишет обо всем окружающем ее и о том, чего ей хочется. Язык ее писем строен и ярок, богат эпитетами и складно сложенными предложениями. Он таким и остается до самого конца книги, но, о Господи, насколько совершенным образом удалось Каверину осторожно, почти незаметно, вплетать в эти письма все проходящие года. Лиза взрослеет, переезжает в Ялту, потом в Париж, потом на Корсику... меняется ее отношение к Костику, которому она неизменно пишет не один десяток лет, меняется отношение к искусству, которое превращается в болезнь, меняется отношение к себе. Вот это, последнее - оно все в названии книги. Письма - то же зеркало, в которое ты смотришь и видишь себя, переписывая свою жизнь и мысли на бумагу. По почерку, по словам, как по седым волоскам и морщинам, можно выглядывать в себе все это неостановимое течение жизни.
Книга чудесным образом взаимодействовала с происходящем в ней. Сгиб на краю обложке, потрепанные страницы, царапины, полосы на корешке - все это приходило вместе с каждым новым годом внутри. Книга терлась в сумке, таскалась со мной на перекуры, а Лиза терлась в небольших комнатушках и таскалась по свету, не находя нигде себе приюта.
Очень классическое, очень эмоциональное произведение. Невозможно засомневаться в божественном таланте Каверина создавать характеры и видоизменять их с течением жизни. Это почти как правда, как документальный роман. Это как если бы найти на чердаке шкатулку, в которой десятки чьих-то писем, разложить их в хронологическом порядке и читать. И верить.
Я верю в Лизу, у нее очень женская натура, очень сложный, но вместе с тем четко выстроенный характер. Адресат же писем, Константин, набросан мазками, не точными и не конкретными, но здесь и не нужно. Куда как подробнее описываются города, новые веяния в искусстве, чувства Лизы, от которых иногда в душе что-то как будто играет на скрипке.
И если сначала, даже к середине, пускай даже ближе к концу можно и не определиться со мнением по поводу книги, но, закрывая ее, все эти разные, короткие и длинные, радостные и грустные, искренние и закрытые письма становятся одним целым - жизнью.

Как странно читать «Перед зеркалом» сейчас, когда эпистолярный жанр еле-еле шелестит на почте одинокими конвертами, которые впору заносить в Красную книгу. Когда уже и не вспомнишь, сколько лет назад чудо необыкновенное - настоящее, живое письмо посещало мой почтовый ящик. Когда почти невозможно представить, что редкие письма и единичные встречи могут стать основой для романтических отношений, продлившихся четверть века.

«Перед зеркалом» - это история любви в письмах и не менее любопытная история взросления. Каждое слово в них – это шаг от робкой дружбы двух подростков до нежных и доверительных отношений между мужчиной и женщиной. Здесь будет все – и надежды на скорую встречу, и ласковые признания, и, конечно же, обиды, слезы, упреки, молчание. Но услышим мы, увы, преимущественно только голос Лизы. Я понимаю, что объективные причины послужили этому причиной, но, на мой взгляд, это непоправимо, почти гибельно сказывается на структуре романа. В отсутствие писем Кости письма Лизы, особенно в начале, кажутся прихотью избалованной гимназисточки, которой и «серьезное чувство», и сама переписка понадобились только для того, чтобы держать фасон перед подругами. Но чем чаще Каверин позволяет себе авторские отступления, чем чаще в голос Лизы вплетаются другие голоса, тем полнокровнее и интереснее становится книга.

История любви Елизаветы и Константина звучит особенно пронзительно и горько в контексте насмешливого века, для которого, кажется, не было лучшей забавы, нежели разводить близких людей по разные стороны страны, континента, вселенной с помощью войны, революции, эмиграции. Точнее… зазвучала бы, если бы я смогла отделаться от мысли, что в юности, да и позже эти препятствия с энтузиазмом, достойным лучшего применения, городили сами герои.

…И если бы я смогла удержаться от пакостной мыслишки - какая удобная, какая необременительная любовь! Высокие отношения Елизаветы и Константина ничуть не мешают им устраивать личную жизнь по собственному разумению. А какой робкой и нерешительной становится обычно энергичная и предприимчивая Лиза, стоит на горизонте замаячить перспективе реальной встречи с Карновским, оправдываясь невозможностью пойти наперекор ревнивцу-мужу, которому, отмечу в скобках, художница Лидия Никанорова (прототип Елизаветы Тураевой) писала не менее нежные и трогательные письма.

Несмотря на все достоинства романа, я все-таки ловлю себя на мысли, что я восприняла бы «Перед зеркалом» намного прохладнее, если бы герои его не имели реальных прототипов. И уж совершенно отказываюсь верить тому, что эта книга у Каверина лучшая. Если это действительно так, то не вижу причин продолжать знакомство.

От этой книги я почему-то заранее ожидала, что она мне понравится. Ну как же: я ведь люблю эпистолярный жанр, мне интересна дореволюционная Россия, а самое главное - это же Каверин. Но, к сожалению, не все мои ожидания оправдались. Но обо всем по порядку.

Однажды на гимназическом балу 16-летняя Лиза Тураева знакомится с Костей Карновским. Эта была ничем не примечательная встреча - познакомились, потанцевали. На том бы все, возможно, и закончилось, если бы между ними не завязалась переписка, продолжавшаяся не один десяток лет. В этой переписке мы, как в зеркале, и увидим всю жизнь Лизы, все ее надежды, печали, страхи и радости.

Почему только Лизы? Потому что преимущественно, за редким исключением, мы будем читать ее письма. И это первый минус. Мы знаем все о героине, но не получаем обратного отклика от ее адресата. Мы не знаем, как он реагирует на эти письма, дорожит ли их перепиской, что пишет в ответ. И если бы я не знала, что роман основан на реальной переписке реальных людей, я, пожалуй, могла бы подумать, будто Кости Карновского вовсе не существует и Лиза пишет сама себе, представляя, будто у нее есть друг по переписке.

Конечно, потом, когда Карновский сам появляется на сцене, это впечатление сглаживается, но вначале оно очень сильно. Оно усугубляется еще и тем, что Лиза почти всегда пишет только о себе и о том, что волнует ее. Очень-очень редко промелькнет в ее письмах легкий интерес к делам друга. И то это выглядит как "ну ладно, о себе я рассказала, расскажите же, так и быть, как у вас дела с вашей математикой. Только не подумайте, что мне на самом деле интересно".

Вы, возможно, подумали, что это история о несчастной любви, когда влюбленные вынуждены жить в разлуке и только письма друг к другу доставляют им радость. Это в какой-то мере верно, но не совсем. Скорее, это история о людях, которые любили друг друга, но у которых всегда находилось нечто более важное, чем эта любовь. Для нее это было искусство, живопись, для него - математика и независимая жизнь.

В общем-то, можно сказать, что для них такая "любовь по переписке" была даже удобнее. Лиза придумала себе чудесный образ умного и благородного юноши, в которого можно влюбиться до умопомрачения и с нетерпением ждать его писем. Прекрасное занятие для творческой натуры, которая не может существовать "без надрыва". Их личные встречи были редкими и очень короткими, так что сложно судить, как долго бы выдержала их любовь испытание реальностью.

Утверждение, будто бы их разлучила жестокая судьба, было бы слишком пафосным и абсолютно не соответствующим истине. По большей части, они разлучили себя сами. А когда захотелось все вернуть, исправить - было уже поздно. Лиза всегда хотела одного - учиться живописи, уехать за границу. Что ж, она своего добилась, ценой многих испытаний, лишений, полуголодного существования, одиночества. Петербург, Крым, Константинополь, Париж, Корсика. Она постоянно учится, совершенствуется, ведет борьбу за существование и за право работать, рисовать для себя, ищет свой путь в живописи. В этой неустроенной, "богемной" жизни вряд ли было бы место обычному семейному счастью.

Я могла бы сказать, что многие проблемы, о которых она пишет (и метания между двумя мужчинами при любви к третьему, и то, что она вдруг оказалась в Турции без денег и работы, и многое другое), она создала себе сама. Творческая экзальтированная натура Лизы мне не близка, и я не могла в полной мере сопереживать ей в ее невзгодах, хотя ей, конечно, пришлось нелегко.

Что касается Кости, то о нем я и вовсе ничего сказать не могу, так как я, прочитав весь роман, так толком ничего о нем и не узнала, кроме того, что он талантливый математик.

Книга попутно рассказывает о многом: о жизни студентов из провинции, приехавших искать счастья в столицу, о жизни русских эмигрантов, об искусстве того времени. И, конечно, о том, как человек способен раз за разом бросать все, шагать в неизвестность ради осуществления своей мечты. Хорошая книга. Но одной из любимых не станет, увы.

История любви в письмах. Юная Лиза Тураева писала своему знакомому Косте Карновскому. Первое письмо датировано 1910 годом, последнее - не датировано. Но мы знаем, что оно было написано в 30-е годы. В письмах не только любовь. В них страсть к живописи, становление безумно талантливого человека, жизнь в эмиграции, тоска по Родине... Лиза Тураева чем-то напоминала мне Марину Цветаеву: та же страсть, похожая судьба. Ничего удивительного, что Цветаева в этом романе есть. Поэтесса Лариса Нестроева и есть Цветаева. Главные герои тоже не выдуманы. Это художница Лидия Никанорова-Артемова и математик Павел Безсонов. Именно их письма и их любовь послужили Каверину основой для романа.
Несколько статей о главных героях:
Герои Каверина в романе и в жизни
Любимый роман Вениамина Каверина
Подняться над этим счастьем

Знаете, я пила эту книгу. Залпом и по капельке. Не потому что местами не интересно, а потому что иногда слишком интересно. Личная безумно, вытаскивающая изнутри осколки воспоминаний. Книга не заставившая пролить слезинку, но порезавшая душу. Моя от макушки и до пяток, не потому что про меня, а потому что дышалось с ней в одном ритме. Кажется что если слово еще напишу, то предстану перед всем честным народом голой.

Письма. Любовь-обожание. Любовь-привычка. Любовь-дружба. Любовь забытая. Ну просто чтобы для галочки была. Рок. Любовь утерянная во времени и возвратившаяся. Немного надуманная и несомненно честная. Повзрослевшая любовь, нет не так... отношения. У вас не бывало так что вы с человеком очень-очень давно не общаетесь, возможно даже поссорились с ним, но от этого он не стал чужим, он ВАШ? Не в плане обладания, это просто ниточка, тоненькая такая, полупрозрачная, где-то на периферии зрения.

В этой книге одновременно много и мало слов о любви, это как болтать ночь напролет, как просто сидеть рядом, стырить часть завтрака/обеда/ужина, или нагло закинуть ноги на спину любимого, смотреть фотографии. Я бы даже сказала, что "Перед зеркалом" не столько о любви, а сколько о внутреннем мире, о взрослении, росте и о полупрозрачной ниточке к "своему человеку".

Всё-таки как по-разному мы воспринимаем книги в разном возрасте! Впервые этот роман в письмах был мною буквально проглочен лет в 15. Это был восторг! Но что я тогда знала и понимала?!. Да и следила лишь за любовной линией. Но очень долго эта книга относилась к разряду любимых. И очень долго собиралась перечитать с определенной опаской разочарования. Но книга не разочаровала. Да, уже нет того восторга, и теперь многие имена и события тебе о чем-то говорят, например "Бубновый валет" и Наталья Гончарова, теперь и этот роман выглядит иначе. Здесь не только любовная переписка, здесь и смена эпох, и быт дореволюционной Ялты, эмигрантская жизнь в Константинополе и Париже... Сегодня благодаря интернету можно многое узнать о героях книги, чьи прототипы -реальные люди. Сам Константин Карновский - физик Безсонов принес Каверину эти письма. И вот мы узнаем о художнице Лидии Никаноровой в лице Лизы Тураевой, ее супруге Гордееве-Артемове. Есть в книге и поэтесса Марина Цветаева в образе Ларисы Нестроевой. Клубок непростых отношений очень непростых людей. И это тоже интересно. Есть толика грусти в этом повествовании, но ведь и сама жизнь любого человека не бывает без печали.
Всё-таки книга не разочаровала.