Азатот

Грезы в ведьмовском доме
Говард Филлипс Лавкрафт

И вроде интересная завязка, мистика, тайные магические книги, некромантия, переселения и ведьмы.
Но как-то все комкано, путано и не логично.

Если интерес главного героя к ведьмовскому дому я еще могу понять, то зачем сам герой понадобился компашке на той стороне?

Ну не наводит на меня ужас и трепет Лавкрафт, а скорее наводит на размышления. И вот опять я сижу и думаю о целях, мотивах и возможностях. А должна бояться засыпать...

№105
09.07.22
#прочитано2022

В данной повести приводится Высшая раса Йит, прошедшая четвертую индустриальную революцию, к которой мы только стремимся. Что пугало век назад уже кажется обыденностью и не воспринимается как что-то сверхъестественное.

Но в плане эксперементов по совершенствованию человеческого тела - гуманистическое табу. Поэтому здесь мы далеко отстаем. Некоторые аспекты развития человека, в настоящей действительности кажутся излишними "Расположение их глаз значительно увеличивало круг обзора по сравнению с человеком." А уж про путешествие во времени и переселение душ даже сейчас кажется недостижимым. Столько вопросов остается после прочтения, на которые Лавкрафт только намекает. Небольшая недосказаность и есть главный конек Лавкрафта.

ЗЫ надеюсь человечество не эволюционирует в арахноподобных гуманоидов или летающих полипов, а может и наоборот.

"За гранью времен" производит впечатление уже не только вторичности, но и третичности. Образ ученого, образ древней, но невероятно продвинутой цивилизации, соприкосновение с "тайной" посредством сновидений, блуждание в руинах, чрезмерная описательность и словесное нагнетание определенного впечатления. Все это было. Именно у Лавкрафта. И задолго до написания этого произведения он уже несколько раз обыгрывал те же самые мотивы. Ничего нового в этой повести он не привносит.

Утопичный образ Высшей Расы, поставившей науку во главе угла...

подошедшей к вопросу воспроизводства популяции как к логически выверенному и обоснованному процессу...

обладающей всеми достоинствами людской расы и избежавшей ее недостатков...

живущей при идеально выверенном социально-политическом строе...

на удивление довольно привлекателен и в наши дни. Но, опять-таки, у Лавкрафта неоднократно подобные расы уже описывались.

Литературный стиль Лавкрафта тоже на любителя. Почитатели витиеватых вычурных речевых оборотов найдут огромное удовольствие в чтении его "страшилок". Бесконечные подробные описания лично на меня в каждой повести или рассказе навевают скуку и раздражение: "Да, я поняла, можно, пожалуйста, уже к самим событиям?" За этими нагромождениями текста для меня скрывается лишь банальность и неинтересный основной сюжет. Если убрать лишнее, вряд ли хоть одно произведение Лавкрафта заняло бы объем больше 20-30 страниц.

Конечно, к любому произведению нужно присматриваться не только с точки зрения его актуальности для нашего времени, но и рассматривать его в контексте той исторической эпохи, обстановки, в которой автор его творил. Возможно, в свое время "лавкрафтовские ужасы" вообще и эта повесть в частности могли вызвать у неискушенного читателя самый неподдельный страх. Но мне сложно представить моих современников, знакомых с кино или анимацией, которых всерьез напугал бы хоть один рассказ.

Автор на любителя. Повесть на любителя. Мне, к сожалению, не довелось этим любителем стать.

Знакомьтесь, это Лавкрафт.
Декорации его рассказов будет постоянно меняться: шевельнется в своем подводном городе Ктулху, проникнет в уголки кошмаров озлобленный Йог-Согот, послышатся злобные крики слуг Дагона, визг космических ищеек, хохот Бурого Дженки - но Лавкрафт останется прежним. Независимо от того, о какой именно части своей многогранной Вселенной ужасов он пишет - это всегда липкая, привязчивая, мрачная атмосфера. Это всегда абстрактные описания, где твое воображение черными мазками строит лучшие на свете картины.
Лавкрафт - это всегда отчäянная попытка пролезть в твою голову, навести беспорядок в мыслях, сделать невозможное возможным. С каждым рассказом Лавкрафт все больше и больше подталкивает читателя к тому, чтобы попытаться осмыслить невообразимое, проникнуть за рамки привычного сознания, попытаться осязать безумие. Это всегда необычный опыт.
"Сны в ведьмином доме" для меня лично является очень страшным рассказом. Атмосфера неотвратимой ужасной участи вызывает подавляемое желание поскорее прекратить чтение из-за страха и дискомфорта. Страшно даже представить себя на месте главного героя. Но при этом действительно интересно, что будет дальше!
Лавкрафт подходит не всем. Но те, кто заинтересуется его рассказами, вскоре познают удивительную Вселенную ужасов, с будоражащими фантазию существами.

Дочитала имею сказать, что это было оргазмически. Не ждала от этой книги ни катарсиса, ни месседжа, а получила и то и другое. Раньше именно эту вещь у Лавкрафта не читала, скипнула, ибо уж показалось скучным и в этот раз тоже поначалу шло туго. Таки реально специфичная штука из-за особенностей повествования – ГФЛ не из тех писателей, кто жалеет своих читателей. Диалоги отсуствуют как класс (это норма для Лавкрафта), есть один длинный монолог в конце. Сюжет: Рэндальф Картер, повидавший виды путешественник по миру снов, ищет некий прекрасный сказочный город, который триджы видел в своих снах и хочет найти волшебную гору Кадат, где обитают земные боги, чтобы просить их указать путь к этому городу. Повествование очень напоминает артбук в словах – дофига описаний различных несуществующих мест в волшебном мире и вымышленных существ. Хотя ГФЛ верен себе – зачем попадать в волшебный мир, если там тебя не может спасти из лап злодеев армия кошек. И да, его всегдашний черный кот тут тоже мелькает, аж в двух ипостасях – котенка из волшебного мира и черного кота самого Рэндольфа Картера. Спойлерить слишком сильно не буду, но вот никак не ждала от повелителя ужасов и любителя рассказывать о ничтожности человека перед другими, нелюдскими, цивилизациями Лавкрафта истории, которая фактически гимн силе человеческого воображения и любви к малой родине. А еще я немножко завидую, потому что судя по финалу книги у Лавкрафта, несмотря на трэш с поехавшими кукухой родителями и финансовыми проблемами в семье, было счастливое детство.

Вряд ли сегодня найдется человек, который не слышал бы о Говарде Филлипсе Лавкрафте. Даже те, кто никогда не читал его рассказов, смотрели фильмы, снятые по их мотивам, или играли в компьютерные игры в жанре хоррор. Человек, за всю жизнь не сумевший опубликовать ни одной книги, ныне считается основоположником жанра, мэтром и фундаментом, и большинство авторов сегодняшних бестселлеров считают за хороший тон упомянуть - аллюзией, поклоном или ироничным намеком - персонажа, место или хтонический ужас, поворот сюжета или жизненные обстоятельства... В общем, хоть что-нибудь, имеющее отношение к отцу и основателю. Иногда в этих бестселлерах появляется и сам Лавкрафт - иногда в виде чудовища, но чаще в образе неудачника, каковым он и считался в среде профессиональных писателей. Следует заметить, что отсутствие книг не мешало Лавкрафту активно публиковаться в журналах и фензинах, вести обширную переписку, а также служить редактором и, как это сейчас называется, бета-тестером для начинающих писателей. Вот только жанр для творчества он выбрал ну очень несерьезный, почти неприличный в среде профессионалов. Даже сегодня вы рискуете быть осмеянным, признавшись, что любите жутики.
Эссе "Сверхъестественный ужас в литературе", как мне кажется, должно было подвести некую научную основу под писательскую деятельность, возможно, оправдать автора как в глазах общественности, так и в собственных. Начинает Лавкрафт с попытки анализа причин существования литературы ужасов:

Теория психоанализа, как и теория архетипов, были в те времена модными среди интеллектуалов, своего рода волшебные слова, открывающие дорогу в научное общество.
Затем Лавкрафт делает попытку классификации литературы о сверхъестественном, правда, не совсем удачную, зато немалый интерес представляет его характеристика "литературы космического ужаса в исконном смысле слова". Как доказательство своим выкладкам, Лавкрафт описывает историю развития жанра ужасов, начиная от Апулея и "Беовульфа" и заканчивая Монтегю Р.Джеймсом, своим современником и ныне тоже основоположником (и на мой взгляд, сильно недооцененным современными издателями, чего нельзя сказать о Лавкрафте). Он упоминает больше сотни авторов и произведений, кого-то одобряя, кого-то отвергая, и предъявляя очень высокие требования прежде всего к созданию особой атмосферы.

Не уверена, что эссе имеет какое-то значение для литературоведения, но вот если вы хотите почитать классику литературы ужасов, вызывающую не отвращение от описания гнилых кишок или человеческой жестокости, а то неуловимое и не всегда понятное ощущение с мурашками, бегущими по спине, можно смело использовать список Лавкрафта в качестве путеводителя.