Кандид, или Оптимизм. Новеллы

Читая «Кандид, или Оптимизм», получаешь помимо любовной лирики ещё и краткий экскурс в историю. Описываемые злоключения Кандида и его возлюбленной Кунигунды, происходят на фоне Семилетней войны, которая развернулась в середине XVlll века. Тем самым, Вольтер использовал повод высмеять правительство, военных и, конечно-же, философский оптимизм, с его высказываем «всё к лучшему в этом лучшем из миров». Тонкой нитью сарказма, эти слова пролегли через все страницы повести.

Вольтер, как философ-просветитель, в конце поистине нереальных приключений Кандида, даёт простой рецепт счастья - забыть о треволнениях окружающей жизни, и в первую очередь общественной, посвятив себя избранному ремеслу - «возделыванию своего сада».

По-философски. Кратко. Ёмко. Просто. «Возделывай СВОЙ сад». Аплодисменты. Занавес.

Формулировать отношение к тексту возраста «Кандида» не самая тривиальная задача — уважения заслуживает одна только легкость с которой даются прочтению авторское слово и сюжет книги спустя 250 лет. Да и то, что «слогу этой повести открыто подражали Пушкин и Флобер» совсем не помогает делу.

Словом, сложно отдать «Кандиду» должное — то есть оценить его не как бесценный исторический артефакт XVIII века (и, в частности, жизни Вольтера), но как самостоятельное произведение — с героями, сюжетом, авторской идеей и задачей. Но если очень постараться:

В «Кандиде» много персонажей и мало портретов, роль которых здесь выполняют сами судьбы героев. Их штормит по жизни так, что таким сюжетным виражам позавидовала бы и Бриенна Тарт: героев сжигают, четвертуют, топят, оставляют без единого гроша; затем воскрешают, одаривают бесконечными сокровищами, делают перерыв на прохладительные напитки и аутодафе, и начинают сначала. Все это льётся на героев таким бесконечным потоком благ и кары, что в какой-то момент все происходящее становится нарочито игрушечным, ненастоящим. Миниатюрные фигурки Кандида, Панглоса, Кунигунды будто оказываются в игрушечном снежном шаре, который трясёт скучающее безымянное божество, приговаривая «зачем? — чтобы постоянно бесить вас».

Словом, весь сюжет книги — пестрый фордит из черных и белых красок трагедии и фарса. С первой же страницы Вольтер настолько разгоняет поток абсурда, что когда вдруг приходит время остановиться (а останавливается сюжет именно что «вдруг» — будто у автора были считанные часы на завершение рассказа), то оказывается что у всего этого хаоса и не было какого-то глобального предназначения — мир, в котором все случайно, просто продолжает по инерции множить энтропию хаоса. Её частью и были приключения героев — ни предназначения, ни смысла — просто заурядный сумбур жизни. Сами же герои приходят к выводу о том, что страдания это, конечно, плохо, но зато у них есть фисташки да лимонные корки в сахаре — такая вот метаирония разлива 1758 года.

Для книги, которую называют заочной дискуссией с Лейбницем, в «Кандиде» мало опорных точек и аргументов. Она пролетает набором средневековых фарсовых зарисовок и не оставляет после себя никакой четкой авторской позиции, если не принимать за таковую то, что суета сует и все суета, кроме как любить фисташки и служить им.


И другие цитаты:

Это было просто великолепно. Саркастично, динамично, метко.
Некоторые моменты просто не в бровь, а в глаз.

Маленькие главы, в которых события проносятся со скоростью молнии. Все эти иногда добродушные подтрунивания, иногда желчные насмешки. Все подано довольно остроумно и это 1758 год (в свое время меня так же поразила современность и живость даже сегодня творчества Шекспира)!

Я поняла, что многого не поняла. Книга пестрит отсылками, пасхалками и аллюзиями на места/людей/события. Возникает дикое желание сесть и выписать себе в блокнот список тем, с которыми надо бы ознакомиться. Безумно понравилось, как Вольтер проходится по французам - остроумно и метко.
К ней хочется вернуться еще раз, после приобретения большего багажа знаний и опыта.
И тем не менее даже сейчас она произвела великолепное впечатление.
Браво, Вольтер! (пусть даже ты сам не любил это произведение)

Ой, ну не знаю. Не такого ожидала от этой книги, совсем не такого.
В один момент мне показалось, что похоже чем-то на "Ромео и Джульета" в плане бесконечной их там любви. Но в конце она подурнела и все, любовь прошла. Ну как бы, кхм...
Позитивное мышление. Все будет хорошо. Часто повторяю себе эту фразу и до сих пор не понимаю, как это иногда работает. Но, сложно из такого говна выползти с улыбкой до ушей.
Ну и третье, а кто-нибудь умрет нет? Как тараканы их давят, а они все равно выживают.
Но так, в принципе, интересно. Но в ближайшее время вряд ли вернусь к Вольтеру. Не доросла может быть.

Почему я решила читать Вольтера? Но видит космос, я так довольна! Такого потока сатиры, иронии и наглости я давно не встречала. Люди любят разводить срачи в интернете, а 'Кадид' своего рода срач возведенный в литературный постулат! Хочешь унизить другого человека, высмеять все его идеи - напиши повесть о том, что он не прав и развенчай его по всем статьям, да причем так чтобы и читатель получил дозу наивысшего удовлетворения от того что он присутствует при всем этом. Как хлестко это все написано!

Я требую, я жажду больше такой литературы! Когда ты смеешься на протяжении десяти страниц, а потом удар под дых - и ты изумлен, поражен до глубины души. Абсолютно неординарный подход к написанию, особенный, самобытный язык.
Я, так уж получилось по профессиональным причинам, сначала лепила из глины портрет автора и лишь спустя пару лет сумела познакомиться с творчеством. И я спрашиваю себя: что если бы порядок был обратным, насколько лучше бы получилась скульптура, насколько больше любви и заботы я бы вложила в создание этого жилистого, смешного и нелепого человека с таким гениальным сознанием?

Я уверенна, что существуют действительно гениальные люди и они где-то вокруг нас. Если бы мне пришлось выбрать себе соседа в самолете я бы выбрала Вольтера, пусть он бы смеялся над моим носом картошкой и нелепыми детскими мыслями, но я бы только улыбалась мысли, что возможно где-то в следующем произведении появится маленький пухлый персонаж и это буду я! Я бы хотела быть высмеянной Вольтером, потому что сложно не признавать гениальности произведения, когда она очевидна.

• Друзья мои, - сказал он, - мы все священнослужители; и наш государь, и все отцы семейств каждое утро торжественно поют благодарственные гимны; им аккомпанируют пять-шесть тысяч музыкантов.
• Как! У вас нет монахов, которые всех поучают, ссорятся друг с другом, управляют, строят козни и сжигают инакомыслящих?

Плюс, я никогда не устану восторгаться людьми которые емко и точно могут выражать свои мысли, облачать их в нормальные эпитеты и метафоры. Ведь порой я не вижу куда уходят все те книги которые я прочла, потому что мой словарный запас и речь остается на уровне: эээ, ну ты понял. Придумать, структурировать, вычистить, отшлифовать и сделать идеальным и законченным - непостижимо. Золотая медаль, аплодисменты и поцелуй принцессы!

Прочитано в рамках #30dayreadingchallenge (18/30)

Неожиданная, несуразная, абсурдная повесть о вере в оптимизм вопреки несчастьям. С первых страниц сталкиваешься с наивностью и нарочитой бессмыслицей — но сатира и динамика текста затягивают, и остановиться сложно.
Есть ощущение, что тебя несёт вместе с героем от события к событию: одно сменяет другое так стремительно, что не успеваешь осмыслить всю кутерьму. Вольтер мастерски обрамляет жестокость юмором, прячет философские вопросы под маской сатиры и доводит «веру в лучшее» до полного абсурда — так, что она начинает звучать как самообман.
И на фоне этой круговерти особенно поражает финал: спокойный, жизненный и по-настоящему глубокий. Во что бы ты ни верил и что бы ни проповедовал, важнее всего — действовать, делать что-то реальное и полезное, даже если это простое «возделывать свой сад».