Клоцвог

Вы уж сами, возьмите за труд, знаки препинания расставить. Я не смогла. Долго, практически всю жизнь Майи, была уверена. А потом случилась печатная машинка, дар Бейнфеста, хорошая такая машинка, печатные буквы ровными рядами и ни одной мысли. Только — тук, тук, тук.
Вы не подумайте, во мне той же слезливости лишь на грамм, а тут тук, тук, тук... И голос. Маргарита Хемлин ведь не пишет, у нее все голосом. Ровным. Хорошо поставленным. Голосом.

О том как платье так и осталось на кровати в покидаемой квартире. Хорошее такое платье, сноса ему бы не было. Кто-то сносил... О мужчинах. Вот так рядком о каждом. О жизни впереди...раз за разом. О детях. О маме. О трёх фронтах, на которых сражалась. О евреях, которые имели прошлое и о тех кто евреями уже не был. О красивых глазах на нарисованном дочерью портрете. О Мише, которого так за сорок лет и не увидела. О полыхающем старом доме, который тушили уже соседи.

Страшная такая книга, читать невыносимо. Но дело не в этом. Меня эта фраза, которая часто обрывает исповедь, била наотмаш. Раз за разом.
Люди уходят в прошлое, стираются, лишь смутные лики где-то там на краю сознания...и смерть, отдачей по тем самым воспоминаниям, которых вроде бы и нет, перечеркнуто, выкинуто.
И характер героини, постоянная величина, несокрушимая. Хотя и чужие, и родные носом и не раз. Несгибаемая и непреклонная. И даже на чуть не смягченная как принято. Выживание, борьба за счастье и постоянное сглаживание выпирающей реальности. Любой ценой. Почему и отчего? Этот вопрос не для Майи. У нее газетные правильные заголовки вместо сознания. Замещение лозунгом правды. Искреннее замещение. Бессмысленные штампы вместо живой жизни. Такая вот правильная дорога длиной в жизни. Жизнь Майи.

А читателю сквозь этот фальшивый язык продираться к истинной жизни. Трудно. Не сразу понять, не сразу отвлечься от раздражающей героини. Потом то страшно становится, от всего этого рассказа. Ничего не вопрос. В очередной раз оценила и решила "кое-что исправить"...когда доберется... к маме, Гиле, Фиме, Блюме, Натану и многим другим. Пусть готовятся. Они тоже.

Как же мне нравится эта писательница и как жаль, что она так рано ушла из жизни!
Самобытная — это точно про неё. Абсолютно не похожая на других.
Жанры? Разные. Прочитала "Дознаватель" — это чистый детектив. "Клоцвог" — скорее драма, такой вполне себе серьезный женский роман, который только кажется легким.
Но самая большая фишка автора — язык.
Трудно объяснить, в чем тут дело.
В этой книге он чрезвычайно прост, иногда нашпигован советскими штампами и лозунгами, бесконечный рефрен "Не в этом дело" периодически подбешивает. Но... Это просто круто. Цепляет, веришь, что это рассказ именно Майи — уставшей, несчастливой, какой-то потерянной. А ведь какие шансы ей дарила судьба: яркая внешность, умение нравиться "нужным" мужчинам, материальный достаток (кому-то сейчас, может быть, это и покажется смешным, но по тем временам Майя, действительно, была обеспеченной женщиной). Браво, автор!
В первой книге язык, наоборот, тяжеловат, но какой же колорит! Это такой суржик: русский, украинский, идиш... Чего там только не намешано! Весь исковерканный, спутанный, но такой яркий, что не оторваться. Хотя, пока не привыкнешь, периодически возникает желание бросить чтение.
Я просто в восторге! Обязательно буду читать и другие книги автора. Жаль, что их так мало.

Очень непростая книга, не смотря на небольшой объём. Кроме того горькая, без прикрас, всё как есть. Читается, порой, даже тяжело.
ГГня, Майя Абрамовна (имя говорит само за себя) рассказывает свою жизнь. Как любила, теряла любовь, вновь обретала, подстраивалась под обстоятельства... Всегда хотела как лучше, а получалось, как получалось.
Не скажу, что всё, что она описывает, мне понравилось, скорей, наоборот, всё это было не близко, но не отпускало, держало какими-то невидимыми щипцами, заставляло узнать, а будет ли счастье?!
В жизни ГГни было несколько мужчин, первый подарил ей сына, но... Второй - жильё. Да, так цинично рассуждаю, но зато честно. Третий - некоторое время спокойствие и благополучие, дочь. А что они получали взамен? Любила ли она своих мужей или окончательно запуталась в себе?..
Отношения с сыном Мишей складывались очень непросто. Где-то мать упустила в воспитании, а потом окончательно потеряла.
Какую же, всё-таки роль сыграли во всём этом мать Майи и Гиля? Всё это осталось "за кадром", чтобы читатель сам додумывал. Наверняка, их влияние тоже наложило на мальчика отпечаток. И всё получилось именно так.
Ну, хорошо, с сыном всё ясно, а дочь Элла? В 9-10 лет она рассуждает так, как будто ей раза в 2 больше. Недолюбленная? Потерянная? Сложно сказать, кто здесь больше виноват, возможно, все понемногу.
Откровенно, печально и морально тяжело. Советовать книгу никому не могу, возможно, кто-то сам на неё как-нибудь выйдет.
P.S.: Смешные, всё-таки еврейские имена: Гиля, Феня, Фима... непривычные для слуха.

То, насколько мне понравилась эта книга, даже сложно описать словами. Я буквально заставляла себя отложить ее, постоянно напоминая, что в ней всего то 272 страницы и они пролетят ооочень быстро! Как и многих других читателей меня привлекло загадочное название. Что такое этот «Клоцвог»?

На проверку оказалось, что это девичья фамилия главной героини – еврейки Майи Абрамовны, от лица которой и ведется повествование. Она рассказывает нам о всем своем жизненном пути. Просто и ясно. Без прикрас. Не стараясь казаться лучше, чем есть на самом деле. Не пытаясь выставить свои мысли и поступки в более выгодном свете. Вот она я, а вот моя правда. Делайте с ней что хотите, воспринимайте ее как хотите. Это исповедь женщины, которой довелось жить в довольно непростых исторических и социальных условиях, борясь за свое место под солнцем.

Она авантюрна, цинична, самоуверенна, практична. Она строила свои отношения с людьми в основном исходя из меркантильных соображений. Она шла по трупах – родственников, близких, друзей, любовников с лозунгом что называется «вижу цель – не вижу препятствий»… Как к ней относится и судить ли ее за это, решайте сами… Во мне главная героиня остро негативных эмоций не вызвала. Сама не знаю почему. А ведь она не была ни хорошей дочерью, ни благоверной женой, ни любящей матерью… Скорее какое-то снисходительное пренебрежение... Презрение даже что ли... Но да Бог ей судья! Бог, время и она сама... Как говорил один из ее родственников:

Дальше...

Что меня бесило в главной героини, так это ее постоянные намеки на свое педагогическое образование. То, что оно у нее есть, - это факт. Но по сути она в этой сфере особо и не работала (одна четверть не считается), поэтому педагог из нее такой себе. Теоретические знания, практически не подкрепленные, не делают из нее великого специалиста.

Жаль мне было мужчин, которые встречались у нее на пути... Она выжимала их как губку, забирая все, что они могли ей дать, и за ненадобностью больше выбрасывала... Преподаватель, который не мог дать ей ни крова, ни стола, но зато помог закончить учебу. Фима, который отдав всю жилплощадь, был выселен в деревню. Мирослав - женила на себе обманом насчет беременности, навесила на него чужого ребенка, потом еще и на алименты раскрутила... И многие другие. Что что, а мужчин она меняла как перчатки. Я бы сказала, до неприличия часто. Ещё и бесстыдно не далала тайны из того, что их у неё одновременно может быть несколько...

Жаль мне её детей. Больше всех жаль в этом романе. Вроде и есть у них мать, а вроде и нет. Мише вообще любой чужой человек был ближе матери. Дочку родила, залюбила в детстве, наигралась как куклой и бросила. И попыталась опять бросится в обьятия сына, да вот не вышло. Я очень рада, что Миша проявил стойкость духа и после армии не вернулся в Москву и не поддерживает отношений с матерью. Никого не любила Майя в этой жизни, кроме себя. Себя -очень. Через чур...

В романе прекрасно отражена повседневная жизнь советского народа в 60-е годы ХХ века. На примере главной героини и ее семьи показано какие злободневные проблемы терзали тогда каждого, какие изобретались пути их решения, как обычные граждане ради жилья, работы, одежды, побрякушек и тому подобного были готовы крутиться как уж на сковородке. В этой книге потрясающе отображена смесь разнообразных колоритов: украинского, русского, еврейского. Показаны шикарные зарисовки жизни в СССР середины и конца ХХ века. Язык повествования – это такая смесь русско-украинского суржика с присущим только евреям говорком. Я искренне наслаждалась диалогами в этой книге. Даже если речь шла о серьезных вещах, без улыбки некоторые перлы читать было невозможно. Например:

Это книга – образец женской прозы. Но женская проза тоже бывает качественной - без соплей, без розовых очков и слащаво зефирно-мармеладной реальности. По стилю и по образам главных героев роман Маргариты Хемлин напомнил мне прозу Ирины Грековой. Как жаль, что жизни писательницы оборвалась так рано и мы можем насладиться только тремя ее романами и сборником рассказов… От "Клоцвог" я получила истинное наслаждение!

Получилась так, что две книги разных авторов о двух непохожих женщинах, я прочла одна за другой. Сразу была "Хозяйка гостиницы" И. Грековой, потом "Клоцвог" Маргариты Хемлин. И, читая, я просто не могла их не сравнивать. Скажу сразу, что исходя из этого сравнения, роман "Клоцвог" меня больше впечатлил, больше зацепил и героиня показалась более живой, реальной, с достоинствами и недостатками, как оно есть. Противоположные характеры героинь, разные цели и поступки, стили в романах так же отличаются. У Маргариты Хемлин повествование от первого лица хочется сравнить с мыслями вслух, рассуждениями о прожитой жизни, своего рода простая исповедь женщины.

Майя Клоцвог - еврейка. Красивая женщина, знающая себе цену, стремящаяся постоянно к какой-то новой цели. Жизнь у Майи бьет ключом. Начиная со студенчества, девушка кружит головы мужчинам, часто эти мужчины уже женаты. Приходится непросто, надо продумывать и свою собственную жизнь, приемлемые бытовые условия, а так же неожиданные последствия связей с тем или другим мужчиной. Майе удается успешно решать свои бытовые проблемы, мирно отправлять в отставку любовников и мужей, сложнее разбираться в отношениях с родственниками, а еще сложнее растить и отдавать себя детям так, чтобы не потерять самое важное.

Свою исповедь героиня постоянно обрывает короткой фразой "Но дело не в этом". Возможно, только финал мог сказать о самом большом переживании Майи, о том, что она не смогла, что потеряла.

Майя Клоцвог - персонаж абсолютно из современной эпохи, помещенный в советскую, кажется там гротескным и чудовищным.
Жить своей жизнью? Делать ее полной? Не задерживаться в отношениях, когда чувств уже нет? Не класть себя на жертвенный алтарь семьи? В советские времена это было немыслимо.

Поставить на место Майи мужика, ему аплодировали бы все, мол, молодец какой, как в жизни устроился, из нищей деревни через Киев в собственную квартиру в центре Москвы. А что с каждым переездом жены менялись - ну да, что поделаешь, такому завидному мужчине надо соответствовать.

А женщина типа сама соответствовать должна или за собой тащить наверх. Пользоваться мужчинами, мол, некошерно. Так она им не навязывалась, я в рецензиях читала, что Мирослава она на себе обманом на пузо женила, в книге нифига подобного, не хотел жениться - ну и завязал бы член в узелок. Все прочие мужики сами за ней бегали, кто-то таясь от собственных жен. Да, высокой моралью Майя похвалиться не могла. Могла бы - сидела бы в том Остере до смерти. Но и мужья ее тоже не особо видные фрукты. Один бухал и от горя по убитым в войну жене и детям чуть умом тронулся, другой гулял и про парализованную мать умолчал до свадьбы, третий вроде хороший был, но опять-таки, дочку вместе проморгали.

Вот с детьми жалко, что так получилось, но опять же - у детей родителей двое, в данном случае у каждого отец свой. Майя детям добра хотела, да им оно от нее не надо было. Мише, как я считаю, в ранние годы много лишнего в уши напели родственнички-доброхоты, Элла же была похожа на мать, но не такая хитрая. Ее поступок, когда она выкидывала письма родни, которая просила денег то крышу починить, то на здоровье - ну не знаю, я не воспринимаю это продолжением Майиной корысти и эгоизма, это уже собственный характер Эллы.

В то время принято было переживать, что люди подумают, да и Майя не чужда артистизма и некой игры на публику, но вот домыслы ее родственников: и Фиму с женой из дома она выкинет, как зима придет, и чужие зубы золотые будет выдирать, лишь бы браслетик золотой носить, и мать она убила... Чушь несусветная, просто создающая человеку дурную славу и портящая его имидж в чужих глазах. Жизнь - она одна, постоянно думаешь, соломки подстелишь, ан нет.

Пример вот: пришел к ним с мужем в гости старинный друг семьи, предложил ввиду своего преклонного возраста и отсутствия родственников, чтобы квартира государству не отошла, провернуть финт: Майе развестись с мужем и выйти замуж за него, никакой заботы, совместного проживания и т.д. не требуется, а после его смерти квартира отойдет жене. Надо было гордо отказаться, мол, с мужем даже фиктивно разводиться не буду? Вы бы так поступили? Честно?

Еврейский вопрос... Сложная тема, времена были такие, что очень многие стыдились своего еврейского происхождения, и в школе дразнились, и на работу устроиться было непросто, махровый антисемитизм таки цвел в обществе.

В конце жизни Майя осталась одна: дети ее видеть не хотят, красота поблекла, вот сидит и пишет мемуары. Но у нее есть квартира, и в случае чего без присмотра она не останется. Гораздо хуже было бы, если бы вилась вокруг кучка жадных родственников, которым все бы дай, дай, дай. Что самое смешное: если бы она сама упахивалась на работе, а дети болтались бы с ключами на шее, критики было бы меньше. Вот эта жуткая пугалка про провыбираешься, помотаешь свои и детские кишки по стране, останешься одна, сорок кошек объедят твой хладный труп... У автора, к слову, детей не было.

Такая книга, каждый увидит что-то свое. Своя правда есть и у Майи, и я в чем-то ее понимаю, но сама с таким человеком дружить бы не смогла.

Название странное. Если учесть, что оно – фамилия главной героини, то это примерно то же самое, что роман «Николаева» или повесть «Васильева». Однако нездешность и инаковость фамилии создают флер загадочности, что и требуется для интереса читателя.

Собственно, меня приманило не название, а автор. Две прочитанные книги Маргариты Хемлин не могли не запомниться, и по крайней мере заинтересовать. Так вот, такого эффекта, который был достигнут после первой прочитанной книги, не получилось. Такой же стиль внутреннего монолога и порой непонятно, то ли это милиционер-убийца Михаил Цапкой, то ли изысканная и утонченная Майя Клоцвог. Те же обороты, та же надломанная псевдо-культурная речь, с отчетливым остерским говорком. Что хорошо впервые, то утомляет по третьему разу.

История о том, как Майя Клоцвог продиралась вверх и как это у нее не получилось. Если женщина красива, верхом расточительности будет тратить свою красоту просто так. Но и вечно благодарить она не собиралась. Первый мужчина подарил ей сына, на этом его участие в ее жизни закончилось. Второй – несколько лет спокойной семейной жизни и квартиру, после чего и он мог считать себя свободным. Третий – дочку . Были четвертый, пятый, от каждого – по возможностям. Что отдавала им сама Майя – вопрос. Сама она была уверена в своей исключительности и неотразимости. Тем удивительнее и непонятнее для нее стало очень странное отношение детей.

Когда и почему они отдалились от нее – так и осталось загадкой для Майи. Пусть даже ребенок проживет какое-то время с чужими людьми, зато на свежем воздухе, она же все равно мама и должна оставаться ему самым близким человеком, она же лучше, чем папа, который совсем не папа и жена не-папы, которая ему никто. А он почему-то им письма писал, им о жизни рассказывал, а ей – ничего. А дочка? В этом мире, в котором быть евреем так сложно, так страшно, она, Майя, девочку от этой неприличной национальности так оберегала, а выросло вообще чудовище, заявляет – «у меня мама еврейка и папа еврей, а я русская!», это же не то, чего Майя хотела, она же как лучше хотела. Она всегда хотела как лучше.

Только – кому лучше? В первую очередь самой Майе. Только не говорите ей, она обиделась бы. Потому что и сама этого не замечала. Вот этот контраст между поступками и собственной оценкой этих поступков удался автору прекрасно.

Если совсем честно, в первый момент я растерялась и расстроилась. Наслышанная о великолепном слоге автора, я столкнулась, как кто-то четко отметил, со стилем печатающей машинки. Ровно, бесстрастно, отстраненно, рассказывая о своей жизни, просто как о каких-то фактах, которые, на минуточку, и есть ее жизнь. Есть на самом деле, встречается в нашей жизни такая наивность, про которую в народе говорят: "простота хуже воровства". Причем, здесь это - не житейская наивность. Это наив в эмоциях, наив в человеческих отношениях. Да даже не наив, а какая-то ущербность. Как будто она не росла, не воспитывалась среди людей и различных ситуаций. А раз - и родилась в этот мир шестнадцатилетней, которой неведомы сомнения, неведомы чувства, неуверенность и прочие оттенки, сопровождающие нашу жизнь. Которая не в состоянии отличить, что есть зло, а что - добро. Наоборот, остается в полной уверенности, что, проявляя подлость, проявляет заботу. Только вот о ком?

А еще мне эта попрыгунья-стрекоза, в каждой образованной ею своей новой семейной ячейке общества - ну простите, по другому это все не могу назвать - напоминает героиню фильма с Папановым "Время желаний" - такую же амбициозную, всегда безапелляционно ставящую свое видение любого дела, чего бы ни касалось, на первый план. При этом всегда и без тени сомнения считающей, что она заботится о своих близких. Кстати говоря, когда читаешь, как в очередной раз с каждым новым мужем она демонстрирует свою деловитость и энтузиазм, понимаешь и почему все эти формализованные обороты в ее речи, тоже чрезвычайно отталкивающие. Ведь она сознательно перестраивала свою речь, чтобы избегать подозрений в еврейскости. А эти все ее "заботы" - что угодно, но только не забота, не любовь, не внимание, чем человек - нормальный человек - окружает людей, которых любит. А - лишь пустые хлопоты. Которые логично приводят и к пустой жизни. Ну, ладно, мужья, тут дело такое, не у всех получается с одним и на всю жизнь. Хотя и это не про нее. Но как она от себя отвратила детей... вот тут у меня была буря эмоций. И это ж как суметь надо было!..

Несмотря на все, о чем я не люблю читать, книга мне в целом понравилась.
Привлекли положительные отзывы, хотя сюжет оставался еще загадкой. В общем, Клоцвог - девичья фамилия героини романа Майи. Она буквально рассказывает о своей жизни с ранней юности до преклонных лет.
Вот что тут может быть хорошего? Героиня, не побоюсь слов, меркантильная, настырная, привередливая, поверхностная и в каких-то случаях мерзкая. Без конца находит объяснения своим поступкам, которые якобы были совершенно очевидны и даже логичны, а на самом деле ужасны. Но дело не в этом.
Приписка "но дело не в этом" - отличная, она сделала половину моего уважения к книге. Другую половину сделал язык, чудеснейшие обороты речи. Они похожи на то, как говорят одесситы в кино, но более в литературном ключе. Майя была связана и с евреями, и с русскими, и с украинцами, поэтому в ней есть все.
Даже убийственные суффиксальные имена: Маечка, Мишенька, Эллочка - даже они не испортили картину, хотя обычно портят.
Все дело в том, что тут не было выдавливания слезинок читателей, не было натужной страдательности, не было желания вытащить на обзор публики кровавые истерзанные сердца героев и как бы сказать: "нате, а теперь можно плакать". Все, что происходит, Майя рассказывает со своей точки зрения, она перечисляет факты и передает свои суждения. Даже если происходят трагические ситуации, они тоже выглядят, как свершившиеся факты и последствия.
Интерес также в том, что ты просто видишь, как человек своими собственными руками ломает свою жизнь и жизнь всех тех, кого он касается. Майя - ужасная женщина. Она думает только о себе, но ей самой кажется, что она думает обо всех. Все, что она делает (даже хорошее) основывается на том, чтобы совесть была чиста. Она ищет сумасшедшего бывшего мужа не потому, что ей его жаль, а потому, что он ушел с паспортом и если его найдут, то что подумают о ней? Всегда есть оглядка на то, что же люди подумают. И что, главное, увидят. А увидят они модные туфельки на остром каблучке, золотые часики, платье с широким поясом, а то не выйдет силуэт, кольца, серьги и прочие побрякушки. Увидят красивую дочь, потому что когда дочь станет некрасивая, она перестанет быть поводом для гордости.
Майя демонстрирует публике то, что выглядит пристойно. Взять хоть момент с часами, которые она хотела подарить третьему мужу (и не последнему). Она переживает из-за того, что пришлось дарить часы не при всех, а ведь она хотела, чтобы все видели - это же искусство. Ей нужна публичность, ей нужно, чтобы её под руку вел, как она выражалась, интересный человек. Чтобы не забивали ей голову бытом (ах, как ловко она уходит от вопросов работы), чтобы не заставляли разгребать грязь и решать проблемы. Майя считает себя педагогом, но она и года не проработала в этой должности. За всю жизнь.
Её измены объяснены непониманием мужьями её души. Отчужденность сына объясняется плохим воспитанием, которое дали дедушка и бабушка, ибо сама Майя к тому времени была занята другими вещами. Мерзкий характер дочери и её невзрачность объясняются тем, что она "родилась чужая" и никого слушать не хочет. Одна Майя ни в чем не виновата, просто все вокруг враги.
Очень интересно. Очень хорошо написано. Конечно, героиню никак не уважаешь и сочувствовать ей не хочешь, но ведь и такие люди бывают. Не редкость, когда человек не понимает, почему никто не хочет видеть его в своей жизни, даже родные дети.

Очень нравится мне Маргарита Хемлин. Уже второй роман читаю после «Дознавателя» - автор опять не присутствует. Нет и какой-то авторской оценки. Герои оценивают себя и излагают все сами. И как излагают! Майя Клоцвог, считающая себя профессиональным педагогом, неприятный повествователь. Красавица и чудовище одновременно. Прагматична, «идет по трупам» к достижению своей цели, безжалостно бросает близких людей, когда они начинают мешать ее планам. Прозу Маргариты Хемлин называют приключениями в недрах советской эпохи. Да, Клоцвог живёт в пространстве и времени Украины и России конца 40-х — начала 70-х годов XX века. Со всеми историческими обстоятельствами, так или иначе влияющими на ее судьбу. Клоцвог – еврейка.

Так часто обрывает свои монологи героиня. Дело действительно не в этом, тем более, Клоцвог стыдится и боится своего еврейства, ждет от него только проблем. Просто это женщина-хищница, женшина-боец, расчетливая авантюристка, каких можно обнаружить в любой стране, у любого народа. И всю жизнь ведет она борьбу за выживание, за счастье. Но его не построишь на чужом несчастье, оно будет все время преследовать, и все кончится крахом.
И о языке. Он сознательно плохой, сознательно упрощен. Речь Клоцвог – набор клише из советских передовиц, перемешанная с канцеляризмами и фразами-паразитами. Куцый газетный язык того времени.

И через этот казенный язык постепенно продираешься к истинной жизни героев.