Пригоршня праха. Мерзкая плоть. Возвращение в Брайдсхед

Главный герой романа Чарльз вырос одиноким, не знавшим настоящего детства и настоящей семьи. Мать его погибла на Первой мировой, отец с головой ушёл в коллекционирование древностей. Мальчика воспитывала тётка, после его взросления отосланная на континент. В Оксфорде Чарльз знакомится с Себастьяном, чья внутренняя свобода, разбитная весёлость и кажущееся отсутствие внутренних барьеров притягивают его как магнитом. У Себастьяна большая семья и огромное родовое поместье, где он провёл детство. Словом, всё то, чего никогда не было у Чарльза, та громада детских воспоминаний и впечатлений, которых он был лишён.

Себастьян не вписывается в свою семью и, непонятый, бежит от неё изо всех сил, Чарльза, напротив, к ней тянет. Его, художника по натуре, бесконечно завораживает и притягивает прекрасное старинное поместье и уклад жизни, которой он никогда не жил. Он влюблён в эту пасторальную, изживающую себя идею старой доброй Англии, и счастлив, когда чувствует причастность к ней. Блаженство Чарльза протекает посреди разрухи, но разве счастью задают вопросы, когда оно просто есть, вопреки всему здравому смыслу? И все годы после Чарльз пытается возвратить это чувство, хватается за впечатления, людей, места, напоминавшие ему о былом, но всё не то и всё не так. Прошлого не вернуть, счастливые воспоминания так и остаются лишь воспоминаниями, а время нещадно стирает былое.

У действительных обитателей этой придуманной им, его личной Аркадии, никакой идиллии нет уже и в помине. Как нет и душевной близости между членами семьи, а только сплошной упадок в мыслях и в чувствах. Только соблюдение внешних приличий, жалостливое потакание или пренебрежение, когда один из них начинает тонуть, потому что пагубная привычка нарушает привычный семейный уклад. Но ни сочувствия, ни душевной теплоты, ни действительного участия в судьбе. Они любят, но любовь их искорёженная, а беспокойство только во вред, поскольку вся пастораль – лишь иллюзия, карточный домик, обречённый на разрушение.

Книги Ивлина Во часто обвиняют в скучности, в высмеивании аристократического общества, к которому принадлежал сам писатель, в пресности героев, но мне нравятся его произведения, потому что он честно рисует человеческие портреты, не скрывая ни одного прыща.
Ивлин Во – английский писатель. Пишет он по-английски, досконально описывая даже малозначительные ситуации и мелкие детали, которые можно проигнорировать. Но, нет… Автор хочет донести до читателя каждую соринку. Я думаю, если бы Во взялся за написание детективных историй, то ему бы это удалось как никому другому. Но, насколько мне известно, он работал только в одном жанре.
В романе «Пригорошня праха» я бы выделила трёх основных, самых выделяющихся, на мой взгляд, героев: Джона Бивера, Тони Ласта и его жену Бренду. На примере этой троицы можно увидеть, что к измене может подтолкнуть невнимание одного из партнёров. Для чего женщина выходит замуж за нелюбимого мужчину, с которым у неё нет ничего общего, рожает от него ребёнка? Так сделала не только Бренда, а большинство девушек за всю историю человечества. Бренда искала замену мужу, любую, пусть даже такого скупого и невнимательного как Бивер. А ему это было даже неинтересно. Это печально, ведь Тони был в принципе неплохим мужем.
Я считаю, что женщина должна занимать делом, работать, а не только сидеть дома с ребёнком. Когда женщина предоставлена самой себе, в её сердце заползает скука, и она начинает искать себе приключений на встревоженный низ, ходить к костоправу и заниматься прочей ерундой.
Маленький спойлер, не читайте пока:
Возможно, несчастный случай с ребёнком послужил «освобождением» родителей от тягостного брака. Только для одной стороны, потому что Тони любил свою неблагодарную жену и категорически не хотел развода.
Тони любил читать жене вслух, но её это раздражало. В итоге Ласт нашёл слушателя для своего любимого занятия, но это было ему уже не в радость. Остаться пленником в лапах нездорового на голову человека. Я по-другому не могу это назвать.
Тони – самый хороший герой в «Пригорошне праха». Я расстроилась созданному во финалу.
Осталось непонятным, почему писатель назвал свою книгу именно так. Что он имел в виду? Может быть, под прахом Ивлин Во, подразумевал сгоревшие отношения супругов Ласт, которые Тони пытался сохранить во что бы то не стало? Не знаю. Я так и не поняла.

Вот пришло и мое время начать с одной из самых популярных и банальных фраз сайта: ах, как же тяжело писать о книге, которая действительно очень понравилась.

Блестящие 20-е и 30-е, эпоха джаза, время дерзких коротких женских стрижек и кризиса в умах мужчин после пережитой войны. Стремительный ХХ век вовсю набирает обороты, делая все новые и новые открытия. Брожение в умах молодежи, уже как будто отошедшей от «старомодных» понятиях о семье, дружбе и браке, но слишком увлекшихся своей оригинальностью. Да, это все 20-е и 30-е. И мое сердце сладко замирает при любом упоминании о тех временах. В общем, роман Ивлина Во «Возращение в Брайдсхед» был заранее обречен стать любимым.

В детстве или уже в студенчестве иногда так бывает, что семья друга становится родной. Особенно когда не находишь понимания и тепла в родительском доме. Так получилось и у главного героя романа Во Чарльза. Новый оксфордский друг Себастьян незаметно ввел его в свою семью, где молодой человек обрел мать, брата и двух сестер, отношения с которыми будут продолжаться в течение почти пятнадцати лет. В этом же кругу он найдет и любовь всей своей жизни, что, наверное, банально, зато вполне жизненно. После такого анонса можно было бы подумать, что Во написал драму или что-то вроде семейной саги. Пожалуй, что так оно и есть. Только тонкая ирония и английский юмор придают роману легкость, а меткие замечания по поводу характеров и мыслей современников делают его почти историческим, но именно в той степени, которая ни в коем случае не утомит читателя.

И в заключение: «Возвращение в Брайдсхед» одна из тех редких книг, когда хочешь читать дальше и дальше, но при этом постоянно останавливаешься, возвращаясь к особенно удачным фразам и эпизодам.

До пятой главы этот роман казался чудовищно измельчавшим английским ремейком "Анны Карениной". Причём, в отличие от романа Толстого, симпатию здесь вызывает именно муж-домосед.
Да, 4 главы я захлёбывалась во лжи, скуке от безделья, сплетнях и притворством с оправдываниями соблюдением традиций в среде английских аристократов 1930-х годов. Роскошный дом и слуг содержать не на что, работать положение не позволяет, служить в армии, видимо, не обязательно. Весь роман хотелось прибить Бренду, чтобы иссяк фонтан, подобный разливу из передач Малахова, Корчевникова и прочих копателей в личной жизни. Под таким гнусным углом вся ситуация показана, до оскомины неприятным.
За похождения и выкрутасы Бренды виноватым оставался Тони, да ещё и должен был содержать её с любовником помимо ежегодной выплаты бездетной женщине алиментов. Не понимаю, как они прожили семь лет в браке до того приезда отвратного маменькиного сынка Бивера. Это ж надо в 25 лет называть свою мать "мамчик", нигде такого уродского слова не слышала.
Единственными струйками свежего воздуха были высказывания невпопад малыша Джона-Эндрю и проповеди пастора, навсегда застрявшего умом в колониях викторианской эпохи. Не знаю, где здесь юмор, но, если унижения человека, пересуды за его спиной и подзуживание к предательству считаются английским юмором, тогда я пас - смеяться над подобным не могу. На фоне равнодушия окружающих к устранению из сюжета самого живого персонажа абсолютно несмешными кажутся сетования парламентария, друга Ластов, на своих избирателей из сельской местности, заваливающих его вопросами о чушках, когда он этих самых чушек и в глаза не видел. Реально танцев с бубнами вокруг чушек и смехотворному заседанию парламента насчёт толщины жирового слоя у свиней, пускаемых на бекон, посвящено больше страничного объёма, чем гибели и похоронам мальчика. Ладно бы, как в "Выборах" Кальмана Миксата вся сатира крутилась бы вокруг власти и межнациональных проблем, но тут масштабы несопоставимые.
Лицемерный способ железобетонного обоснования развода мерзок и ужасен. За Тони было очень обидно. Мысленно требовала у Тони застрелиться и не мучить себя унижениями, раз дуэли или прочие активные способы повлиять на действительность не в моде.
После гибели малыша захотелось бросить небольшой роман недочитанным, но, видимо, Ивлин Во почувствовал, что рискует с перебором серости, и отправил страдальца Тони в тропики. Южноамериканские индейцы будто бы не изменились до 30-х годов, цивилизация к ним ещё не пришла. Да и Лондон будто застрял в 19 веке, из новшества только автобусы. Эпоха джаза совсем не чувствуется. Тони выбрал более мучительный и долгий путь, чем самоубийство, но по контрасту с Англией тропики свежи и ярки. Окончательно поднял настроение феерически-сюрный бред Тони в лихорадке, чуднО перемешавший события и людей, такой в духе "Записок сумасшедшего" бред. Не считаю финал для Тони худшим, чем прозябание в Англии в тоске по недостойной Бренде. Хотелось, что бы она вместе с Бивером побольше люлей получили бы от автора, а то больно мирно всё завершилось. Хм, что за кровожадность во мне проснулась?..
Читайте, если вас не затошнит от затхлой атмосферы до пятой главы. Слушала в непрофессиональном исполнении Марины Толоконской, так, на любителя, но на безрыбье слушать можно.
Интересно, все ли романы Ивлина Во об одном и том же. Если все они окажутся перемыванием костей, то печально.

Интересный, ироничный роман о так называемом высшем обществе Великобритании. Уже, не в первый раз, автор высмеивает, так называемые, ценности подобного общества. Но в этой книге он достиг своего апогея, на мой взгляд.

В центре повествования, молодой писатель, которому не суждено издать свою первую книгу, Адам Фенвик – Саймс. По стечению обстоятельств, он вынужден приняться писать сплетни для известной, желтой газетенке, а не заниматься серьезной литературой. Он мечтает жениться на красавице Нине Блаунт, но девушке нужны деньги, а не чувства - для нее ведь главное наслаждение жизнью. Постепенно, несколько наивный Адам, превращается в подобное себе окружение. Он пускается в разные авантюры, главная цель - деньги и веселье. От былых зачатков морали ничего уже не осталось. Продать свою невесту, за 78 фунтов, а собственно, почему бы и нет?

Кроме Адама, довольно гротескно и показательно выходят и остальные герои - например, сквернословящий священник, с поддельной бородой в чемодане, по фамилии Ротшильд, миссис Оранг и хор ее "ангелочков", которые, словно взяли за жизненную цель делать все против данных им имен, в честь добродетелей. Так, монахиня Непорочность, становится проституткой.

Автор берет крутые виражи, в некоторых местах, проходя по грани богохульства, но все же, читать это было очень забавно, а также довольно поучительно для тех, кто думает, что во всяких там англиях трава зеленее, люди прям все таки леди и лорды, с благородными манерами, и всяких там пороков нет, в принципе.

Во утверждает, что мерзость плоти и духа там цветет махровым цветом! И эта книга яркий тому пример!

В 17 веке на перепутье перед религиозным выбором государства, юная королева Елизавета Первая выбрала умеренный тип религиозности для себя самой и своих подданных.
Ее небезызвестный отец многоженец Генрих Восьмой, исходя из практичных соображений придумал англиканство, ее небезизвестная сестра королева Мария Кровавая, в чьих жилах текла кровь католиков-фанатиков, пыталась ситуацию отыграть любой ценой, чем и заслужила нелестную приставку к своему имени.
"Мне не нужно, что бы мои поданные поклонялись мне или церкви попирая свои личные права. Мне довольно будет признания моей власти и уважения."
Таковы были ее слова, сказанные кабинету, парламенту и гражданам, когда вся страна ждала от нее разрешения спорного вопроса с официальной религией. Слова может быть не дословные, но смысл этот. Что подтверждает сложившийся национальный характер англичан, в котором самое главное уважать себя и не переступать личных границ других граждан.
Довольно часто в английской литературе высмеивается католицизм, как анахронизм, сектантство и просто зло. Но в этой книге католицизм не просто высмеивается, здесь не теорема, а аксиома, не требующая доказательств. Все итак видно.
Вот, взгляните на эту семью, на это дворянское гнездо. Казалось бы, четверо талантливых детей у благородных людей, имеющих свой замок, часовню, арендаторов, историю, скульптуры предков в доспехах всех времен. Дети учились в престижных учебных заведениях, не были обделены родительской любовью и семейным уютом.
Что по нашему мнению (невидимо сформированному уравнительным двадцатым веком в нашей истории с установками "богатство=зло", "бедность=святость") позволило оставить род без наследников?

Уродующее богатство? Нет, оно не имеет губительного значения в данном случае. Несмотря на принадлежность высшему обществу, аристократизм, все наследники скромны, разумны и не вызывающи. Они очень симпатичны.

Равнодушие близких? Нет. В том то и дело. Это вездесущая мать католичка со своей приторной любовью и тотальным контролем во всем виновата.

Традиционные английские родители не вмешиваются в жизнь своих детей. Отдали их в интернат, деньги заплатили и пусть они там получают навыки этикета, необходимые академические знания, формируют половые пристрастия.

Как Елизавета сказала? Мне достаточно уважения моих подданных. А английским родителям и английским детям достаточно уважения друг другу.

Очень показательно, для сравнения, автор ввел в повествование образ отца главного героя. С нормальной англиканской религией. Я получила истинное удовольствие от демонстрации воспитательного процесса, исходящего от почтенного отца в адрес потратившемуся беспутному сыну первокурснику. Просто возьму себе на заметку.

Надо сказать, образ опекающей матери-католички очень близок нашей культуре, в которой нормальным считается опекать своих детей до старости и жить их жизнями. И для нашей культуры тоже очень типично, когда на детях талантливых родителей наш агностический бог отдохнул.

P.S. Очень сильно удивляюсь, как английское общество допустило отмену, хоть и частичную, раздельного обучения. А как же право получать гомосексуальный опыт? Без этой призмы, англичане рискуют растерять веками сложившиеся традиции познания мира и повествования о нем. Теперь, когда мальчики и девочки учатся вместе в интернатах, путь обрести вторую половину стал не таким витиеватым. Нет уж необходимости полюбить женщину посредством изначальной влюбленности в ее родного брата.

Если бы меня попросили назвать три слова, характеризующих роман "Возвращение в Брайдсхед", я бы назвала "обстоятельный", "неспешный" и "британский".
Главный герой, Чарльз Райдер, становится свидетелем и даже в некотором роде соучастником трагедии целого семейства. Семейство Флайтов представляет собой весьма пеструю и разношерстную компанию. Все герои в разной степени эксцентричны и эгоистичны. К слову, ни один из них не вызывает особой симпатии и желания сопереживать. Есть в каждом из них некий раздражающий фактор, что особенно чувствуется в начале книги. Ближе к финалу это раздражение спадает и банально становится жаль каждого из них. Ощущение, что над семьей давным давно навис некий рок, который просто "добивал" медленно и методично всех участников драмы (включая и вроде как сторонних наблюдателей).
Серьезную часть романа составляют вопросы религии. Кстати, я, к своему стыду, даже не подозревала, как сильно презирались католики в Британии (воистину - век живи, век учись). Многие нюансы религиозных обычаев и обрядов тоже стали для меня неожиданностью. Чувствуется, что автор сам хорошо осведомлен в этих вопросах и религия как таковая играла серьезную роль в его жизни. Но роман ни в коей мере не пропагандирует ни одно из религиозных течений. Наоборот, всякий герой в определенный момент оказывается на "перепутье" и те вопросы, которые встают перед каждым - важные, сложные, неоднозначные.
Сам Чарльз Райдер прекрасно выразился, как бы подводя итог всей описанной трагедии и своей участи в ней: "Я бездомный, бездетный, никем не любимый пожилой мужчина..."
Эти, казалось бы, простые слова пронзили меня. Таков финал этой книги, таков финал главного героя (по сути, даже всех героев). И стало на душе грустно и тоскливо.
Возможно, роман не попал в число моих любимых, но вспоминать о нем я буду определенно. И даже знаю минимум одного человека, кому понравится эта книга.

После войны у них были такие возможности, как ни у одного другого поколения. Им выпало на долю спасти и усовершенствовать целую цивилизацию, а они с утра до ночи дурака валяют.

Муж, мельком взглянув на название книги, что я читала, недоуменно сказал:

• Вот интересно, о чем может быть книга с названием "Морская плоть"!?!
• Не "морская", а "мерзкая"..
• Ну тогда понятно.
• Что понятно? О чем же книга?
• Ну как о чем? О людях..

Странная история. Казалось бы, начиналось все тихо-мирно. Семейная пара Тони и Бренда, их маленький сын Джон-Эндрю. Тони - потомственный аристократ, он сильно привязан к своему поместью, фактически большая часть средств уходит уходит на его содержание. Семья на всем экономит - ни балов, ни увеселений, ни путешествий. Но Тони нравится такая тихая, размеренная жизнь. Чего не скажешь о его жене Бренде, которая слишком любит суету, ей нужны развлечения, эмоции. С легкостью оставляя мужа и сына, при каждом удобном случае она ускользает в Лондон "заниматься экономикой".
Имя этим занятиям - Джон Бивер - бездельник, посредственный рекламщик, временно сидящий без работы, абсолютно ничего из себя не представляющий. Что общего у него и Бренды - не понятно, такое впечатление, что дамочке просто было скучно и она связалась с первым встречным. Все окружающие о Бивере знали, все, кроме Тони. Вот уж святая простота, сначала думала, что он просто тюфяк, но дальнейшие события показали, что вовсе нет.
Жизнь идет своим чередом, Тони весь в проблемах своего дома, Бренда не вылезает из Лондона, но все поменяется в один миг - несчастье придет в их дом. И знаете, что странно, - я не увидела особых переживаний от утраты. Особенно поразила своим отношением Бренда. Именно в это время выплывет правда. Горе не сплотит пару, отнюдь. Бренда сама во всем признается.
То. что будет дальше, несколько шокирует. Вопрос с алиментами - отдельная песня. Тони в силу своего благородства или любви к жене - уж не знаю, готов быть положить ей ежемесячное пособие. Но дальнейший поступок Бренды - это что: наглость, жадность, непорядочность, совесть здесь отдыхает. Реакция и дальнейшие действия Тони порадовали. Все-таки не тюфяк, нет.
Что меня вконец эмоционально измотало, так это дальнейшая судьба Тони. К такому я не была готова. Сам себе он такой судьбы не хотел. Да я бы такого никому бы не пожелала, даже Бренде...