Вечер у Клэр. Ночные дороги

< - Как вы хотите, чтобы я писал? - говорил мне один из моих товарищей. - Вы останавливаетесь перед водопадом страшной силы, превосходящей человеческое воображение; льётся вода, смешанная с солнечными лучами, в воздухе стоит сверкающее облако брызг. И вы держите в руках обыкновенный чайный стакан. Конечно, вода, которую вы наберёте, будет той же водой из водопада; но разве человек, которому вы потом принесёте и покажете этот стакан, - разве он поймёт, что такое водопад? Литература - это такая же бесплодная попытка.
И вот, засыпая, я вспоминаю этот разговор; уже всё темнеет вокруг меня, уже сон начинает спускаться, как медленно летящий снег, и я отвечаю:

• Не знаю; может быть, чтобы не забыть. И с отчаянной надеждой, что кто-то и когда-нибудь - помимо слов, содержания, сюжета и всего, что, в сущности, так неважно, - вдруг поймёт хотя бы что-либо из того, над чем вы мучаетесь долгую жизнь и чего вы никогда не сумеете ни изобразить, ни описать, ни рассказать».

  Г.И.Газданов. "Водопад">

  Ничего не стоит описать Газданова как человека-эмигрант, таксист, масон, участник движения Сопротивления, охарактеризовать же его как писателя-почти что непосильная для меня задача, а уж выводить его прозу из его личной судьбы-это-то мне точно не по плечу, да и сам писатель воспротивился бы непременно такой бритве Оккама. Мне довольно-таки просто критиковать какое-либо произведение, нежели толково объяснить,почему то или иное творение вызвало мое восхищение. У Газданова великолепное чувство ритма, и создается впечатление при чтении его произведений, что ты течешь, уносимый легким движением ручья, создаваемого пером писателя, который наделяет свою страницу необыкновенной силой движения и перемещения, оставляющих впечатление дуновение ветра или движение материков, в которое окунаешься, и сам не понимаешь, как это тебя занесло на середину романа(я невольно рассказываю об этом так, будто это случается с каждым при чтение Газданова, но это мои личные ощущения). Эффект наподобие газдановского оказывает также и Фолкнер, писавший такими же длинными предложениями, многими своими темами схожий с русским эмигрантом, а также наделенный единым культурным наследием(происхождением от горцев), которое оказало мощный эффект на их личности, менталитет и восприятие мира. И мне думается, что его цитата как нельзя лучше передает и дыхание прозы Газданова:"Мы пытались втиснуть все, весь наш опыт буквально в каждый абзац, воплотить в нем любую деталь жизни в каждый данный ее момент, пронизать ее лучами со всех сторон. Поэтому романы наши так неуклюжи, поэтому их так трудно читать. Не в том дело, что мы сознательно стремились сделать их неуклюжими, просто иначе не получалось". Но прирожденный дар Газданова дал ему возможность писать романы, которые не только не неуклюжи и нечитабельны, а по изяществу своего слога такову, что даже не знаю с кем сравнить их. Газданов самобытен и универсален- в своем творчестве он воплотил и основные направления в литературе 20 века, и традиции века 19, и чем-то средневеково-религиозным пропитаны его "Пилигримы", и какой-то романтической утопией отдает его "Пробуждение", при чтении "Вечера у Клэр" вспоминаются Пруст и Фолкнер, при прочтении "Ночных дорог" на ум приходят Селин, Миллер, "Призрак Александра Вольфа"-припоминается Камю. Для наглядности вывожу его через других писателей, потому что пытаясь выявить непосредственно его контуры , замечаю, как он ускользает куда-то. Очень, мне думается, точно высказался о альфе и омеге его исканий критик:"По мере того как все больше отдаешь себе отчет в особенностях газдановской прозы, начинаешь все больше свыкаться с ними. Осваиваясь, начинаешь находить странное удовольствие в ее непривычном, полутемном, продуваемом пронзительными сквозняками антураже. Вот мир его прозы: “Пустой, ветреный и солнечный день, и перрон вокзала, где нет ни одного человека, и от которого давно уже отошел последний поезд, и остался только ветер, и гул в темных телеграфных столбах”. В Газданове есть та холодная ясность, которая рождается из пребывания в жестких, неестественных для человека условиях, — постоянных скитаний, отсутствия домашнего очага, — и которая неидентична цинизму. Глубокий зимний холод, позволяющий почувствовать в изначальной, скелетной, белизне великий смысл человеческой жизни". При чтении его книг складывается отчетливое ощущение, что аристократом он был не только по праву крови, и по своему поведению, и проникаешься к такому человеку, его литературным творениям, каким-то безграничным доверием, понинаемь, что, говоря слова самого Гайто, "он имел моральное право предъявит на суд читателя свою картину мира", и, как некогда Холден Колфилд хотел позвонить Томасу Гарди, я бы с таким же восторгом позвонил и перекинулся парой слов с Газдановым, и может быть он бы мне сказал, что за его путешествие длинную в жизнь, в которое он имел обыкновение отправлять своих персонажей, открылось ему, а может быть он уже и поведал это в "Эвелине и ее друзьях", до которой мои руки дойти не могут никак.

Я бы назвала эту книгу - историей на один раз, чтоб скоротать время в пути. Через день после прочтения невозможно вспомнить, о чем писал автор, но впечатление все равно приятное. Простым и ненапряжным языком Газданов рассказывает о своем детстве, о влюбленности в юную Клэр, о друзьях, войне и мыслях в своей голове. Сейчас такое модно называть автофикшеном. Желание продолжать знакомство с автором не возникло, потому что его проза для меня слишком невыразительная, хотя не могу сказать, что это плохо написано. Сам поток сознания автора в меня не попал.

Наш герой - водитель такси, чья работа, в основном, приходится на ночное время и он постоянно сталкивается и живёт максимально близко к самым низам общества. По большей части, это проститутки, но упоминаются и воры, и убийцы, и просто бездомные с пьяницами. Рассказывается много историй из жизни таких людей, с некоторыми из которых водитель такси начинает общаться ближе, поскольку не все, кто попал на самое дно этого заслуживают. Также, есть истории нескольких русских, живущих в Париже на разных социальных уровнях, но имеющих одни и те же проблемы в этой стране.

Насколько я понимаю, роман максимально автобиографический, ведь Гайто (он же Георгий) прошёл абсолютно такой же путь, что и герой, поэтому во время чтения я воспринимала все события, накладывая на персонажа лицо автора. Он довольно пессимистичен и часто выглядит недовольным, что, впрочем, неудивительно, учитывая, как он относится ко всем этим ночным пассажирам и не имеет возможности получить лучшую работу. Но когда к нему обращаются за помощью или советом, он хоть и говорит, что это не его дело и просит всех отстать от него, всё равно помогает так или иначе.

Из всех персонажей (или реальных людей?), не считая водителя, мне понравилась Ральди. Образованная женщина, говорящая на хорошем старом французском языке и умеющая подметить вещи, которые герой не видит из-за недостатка опыта. Сначала её жизнь была невероятно хороша, она была известна и популярна, но потом всё резко пошло не так и она оказалась на этом дне Парижа. Было, в целом, грустно наблюдать за тем, через что она проходит, а последнее её появление в этой истории доводит чуть ли не до слёз.

Оценку я поставлю чуть выше среднего, поскольку начиналось все достаточно медленно (невероятно медленно) и не понятно было, куда пойдёт история. Но после первой трети стало очень интересно и я не могла оторваться от этого мира людей, так или иначе погубивших свою жизнь.

"Я жалел о том, что уже не могу мечтать о Клэр, как я мечтал всегда".

Бывает, что человека держит на плаву одна цель, и в стремлении к ней он преодолевает все препятствия. Николай, молодой человек, прошедший Гражданскую войну, встречает в Париже свою юношескую любовь. Настоящему посвящено только начало романа, а потом герой вспоминает свою жизнь, которая вся представляется как предисловие к этому моменту.

Николай - один из тех людей, которые живут в своем внутреннем мире.
"Я был слишком равнодушен к внешним событиям; мое глухое, внутреннее существование оставалось для меня исполненным несравненно большей значительности".
Молодой человек идёт на войну с пониманием того, что Белая армия обречена. Он смотрит на происходящее как бы со стороны, впитывая в себя и запоминая все ощущения. Находясь в эпицентре отступления, он продолжает думать о Клэр.

Это дебютный роман молодого писателя. Книга во многом автобиографична. Газданов половину своей жизни проработал таксистом, но истинный смысл нашёл для себя в литературном труде.

В этой книге нет развитого сюжета. Но есть красивейший язык, хочется читать этот роман вслух, как стихи. Газданов описывает сложные движения чувств, иногда нужно приложить усилия, чтобы представить всю гамму оттенков душевного состояния юного Николая.
"Болезнь, создававшая мне неправдоподобное пребывание между действительным и мнимым, заключалась в неумении моем ощущать отличие усилий моего воображения от подлинных, непосредственных чувств, вызванных случившимися со мной событиями".

Любовь к Клэр для него - тоска по всему, что безвозвратно утрачено. И образ реальной Клэр в итоге не совпал с воображаемым.

Особо хочется выделить образы отца и матери героя. Они очищены от случайных черт, прекрасны и трагичны.

Роман, несмотря на небольшой размер, читается не быстро, заставляет вдумываться, вчитываться, вслушиваться. Эта книга оставляет долгое послевкусие, как выдержанное вино.

Удивилась вначале названию – типа, один вечер и такое большое произведение. Было любопытно. Но, потом, понятно стало, что повествование неизбежно уходит «вглубь», и от вечера остаются только намеки и легкие воспоминания. Аудио вариант понравился, поймала необычное ощущение музыкальности текста. Приятно было слушать.

Не сразу разобралась, что же там произошло или не произошло в самый-то вечер. Пришлось переслушать.

Понравились описания фронтовиков. Очень характерные образы, ёмкое описание, подмечены яркие черты.

Приятно было слышать названия городов Крыма (люблю нежно ЮБК).

В наше время Париж это город влюбленных и длинных багетов. Газданов же показывает мир проституток, сутенеров и пьяниц. Холодно, без эмоции, цинично. Первые страницы меня это даже удивляло, как же так? они ведь люди, у каждого своя история, жизнь, цели. Но дело в том, что целей нет, максимум заработать на новый стакан вина, поговорить о великом, окунуться в воображаемый мир и на следующий день по новой. К концу книги я уже понимала, что каждый сам за себя, что если поддаться лишним эмоциям, можно утонуть в омуте жалости и грусти. Роман автобиографичен, автор просто показал окружающий себя мир.