Цитаты из книги Властелин Колец

«Никогда» - слишком долгое слово

Было великое нашествие этих - барарум! - этих злобноглядящих-черноруких-кривоногих-жестокосердных-загребущих-смердящих кровопийц, моримай-те-синкахонда - хуум! - ну, вы-то - торопливый народ, а их полное имя длинно, как годы мучений, в общем, этих тварей - орков.

Натиск был так силен, что хоббиты заколебались и готовы были отступить...

Бежит дорога все вперед. Куда она зовет? Какой готовит поворот? Какой узор совьет? Сольются тысячи дорог В один великий путь. Начало знаю; а итог — Узнаю как-нибудь.

На западе, в широком мире, приближался к полудню четырнадцатый день марта. Там Арагорн вел черный флот от Пеларгира, Мерри скакал по древней дороге с рохирримами, в Минас Тирите вздымалось пламя, и Пиппин видел растущее безумие в глазах Денетора. Но среди всех этих тревог мысли друзей непрестанно обращались к Фродо и Сэму. О них не забывали, но друзья были слишком далеко, и мысли их не могли помочь Сэму. Он был совсем один.

Гостей он любил, но он любил знакомых гостей и предпочитал приглашать их сам. У него мелькнула страшная мысль, что кексов может не хватить – и тогда ему самому (а он знал свой долг хозяина и собирался выполнить его, чего бы ему это ни стоило) придется обойтись без кексов.

Наконец все собрались, и началась любопытная и непонятная беседа. Энты медленно бормотали: начинал один, затем вступал другой, пока все не запели вместе в размеренном восходящем и нисходящем ритме. Пиппин, конечно, не различал и не понимал слов, но поначалу песня-беседа ему понравилась. Потом он начал думать, сколько времени на «неторопливом» языке энтов займут приветствия, и сколько дней Фангорн будет выпевать имена собравшихся.

Между прочим,учти на будущее - счастливые числа не всегда приносят счастье.

– Привет, Пиппин! - сказал он. - Так ты тоже путешествуешь с нами? А где же постель и завтрак?

Он опять вспомнил своë удобное креслице у камина в любимой гостиной и услышал, как поëт чайник.

Фигуры расставлены, игра идёт.

Сэм, затерянный в проклятом вражьем кровью, подивился красоте звезды, и надежда воспрянула в его душе: в конце концов, тень — такая непрочная штука! В мире есть свет, есть красота, и тени их не одолеть.

– Еще кто-то! – сказал Бильбо, моргая. – Еще много кто, судя по звонку, – заметил Фили.

Он перевел дух, давая хоббиту возможность сказать, как полагается, вежливые слова, но бедный Бильбо Бэггинс воспринял сказанное совсем не как похвалу: он шевелил губами, пытаясь опровергнуть слова «дерзновенный» и , что еще хуже, «собрат по заговору», но так волновался, что не мог произнести вслух ни звука.

Тут мистер Бэггинс нажал на ручку и вошел. Туковская порода в нем взяла верх. Он почувствовал, что он обойдется без настоящей постели и без завтрака, толко бы его считали свирепым. Кстати, он и вправду рассвирепел, услыхав слова «как этот пузан подпрыгивает...».

– Прошу прощения, – запротестовал Бильбо, – я не успел надеть шляпу, забыл носовой платок и не захватил денег. Вашу записку я получил только в десять сорок пять, чтобы быть точным.

– А вы не будьте таким точным, – посоветовал Двалин, – и не волнуйтесь!

Настоящий Взломщик первой категории в подобных обстоятельствах очистил бы карманы троллей (дело почти всегда того стоит), стянул бы барана прямо с вертела, похитил бы пиво – и был таков. А тролли при этом его бы и не заметили. Взломщики более практичные, лишенные профессионального тщеславия, пырнули бы предварительно троллей кинжалом. После чего весело скоротали бы ночку за сытным ужином.

– Сейчас еще полезут, – сказал Том, – или я здорово ошибаюсь. Это то самое и есть – много и никого. Вззхоббитов – никого, а гномов – много. Я так кумекаю!

Не исключено, что именно гоблины изобрели некоторые машины, которые доставляют неприятности человечеству, особенно те, которые предназначаются для уничтожения большого числа людей за один раз. Механизмы, моторы и взрывы всегда занимали и восхищали гоблинов. Однако в те времена, о которых мы рассказываем, и в той дикой местности гоблины еще не доросли до такой стадии цивилизации (так это называется).

Голлум свистел и шипел, пыхтел, но никак не мог догадаться.

Бильбо уже начал терять терпение.

– Ну, так что же? – сказал он. – По звукам, которые ты издаешь, можно подумать, что ответ – «кипящий чайник».