Степной волк. Игра в бисер

Какое же сложное произведение! Несколько дней я пыталась собрать мысли в кучу и выразить свои эмоции. Вот эмоционально было чрезвычайно непросто. Даже физически ощущался дискомфорт. От книги исходили настолько отрицательные эмоции, что приходилось делать перерывы в чтении.

Главный герой, Гарри Галлер, переживает внутренний конфликт. В нем уживаются как человек, так и дикий волк-одиночка. И эти две стороны тянут Гарри каждый в свою сторону. Он ощущает себя в ловушке, и его единственной целью становится желание закончить это раз и навсегда. В его жизни только пустота, одиночество и страдания. Его душа расколота на несколько частей, как пазлы, которые никак не хотят складываться в общую картинку. Мне кажется, даже если бы и получилась картина, то она была бы мрачной и беспросветной.

Многое может измениться, если в такой период жизни появится человек, который может показать мир в других красках. Но счастлив ли он на самом деле?

Читать данную книгу невероятно тяжело. Вопросов стало еще больше. Но позже определённо стоит вернуться к нему снова. На данный момент она оставила меня в смешанных чувствах.

Пора признать, что я — литературное быдло, не дотягивающее до высокой литературы. Каких-то скудных 283 страницы, тянулись бесконечно! Я конечно понимаю, что каждому читателю - свое, но... Не устаю наступать на те же грабли, как велась на высокие оценки, так и буду вестись. Елки-палки, да философские темы всегда были моей Ахиллесовой пятой. Перекрестилась, когда закрыла экзамен в институте.

Нет, ладно, будем считать что Гессе — гений. Зря что ли его так любят и цитируют? Я просто хотела понять, из-за чего весь шум. Нет, спасибо, к автору больше не вернусь. Опять же, если бы не правила игры, то бросила и не давилась кактусом.

2 из 5

Прекрасно! Книга о человеке.
И почему я не прочитала её раньше.
Чужая душа - потёмки, но я люблю такие книги, которые позволяют пролить свет на способ жить и воспринимать мир другим человеком. Сложная композиция, многогранность, символизм, хороший литературный язык, глубокий психологизм создают живую картину чужой души.
Вот перед нами герой Гарри-Генри, он умён, силой своего ума он сумел подняться над средним обывателем, и оказался некой одинокой сосной в поле. Корнями уходя в ту среду, над которой поднялся его ум. В итоге к 50 годам остался один, разбитый и старый. Никто меня не понимает, рассудок мой изнемогает и молча гибнуть я должон. Типичный кризис среднего возраста)

Но я оптимист, в отличие от Гарри и верю в исцеление. Пусть несовершенный, пусть порою смешной, способ если не полюбить жизнь, то как-нибудь примириться с ней и с миром. Пусть способ, который предложили Гарри вызывает неприязнь моралистов. (терпеть не могу моралистов). На пороге новой войны, ну что ж войны будут, пока будет царствовать капитализм. Да, мир несовершенный, несправедливый, но другого пока нет. И потом можно подняться до бессмертных, которые смогли сотворить свой Мир. Найти другие грани своей личности, позволить и им поцарствовать некоторое время, познать мир внутри себя, даже когда кажется что познал его, встретился со свои степным волком.
Как по литературному красиво написан роман! При чтении возникают аллюзии, ассоциации, отсылки к другим бессмертным, и к самому себе, явные и скрытые.
Очень музыкальная книга, как здорово, что современные технологии, которые с одной стороны

С другой стороны позволяют в любой миг включить, добавить звук к словам Гессе. Пусть несовершенный, но настоящий.
Жаль, что мой слабый ум и недостаточные знания, не раскрыли мне всех аспектов книги. Но и того, что лежало на поверхности хватило, восхититься её прелестью.
Кто-то вырос из шинели Гоголя, а кто-то из Фауста Гёте.

Бывают книги, которые пробуждают в нас нечто глубинное, заставляют взглянуть на мир под новым углом зрения. Именно такое произведение - роман Германа Гессе "Степной волк" - стало для меня откровением, благодаря настойчивым рекомендациям человека, известного педагога, который изменил мои взгляды на воспитание детей, Димы Зицера.

Поначалу я с некоторым недоверием и опаской подошла к этой книге. Философская проза всегда была для меня своего рода интеллектуальным вызовом, требующим огромных усилий. Но, словно преодолевая крутой подъем в горы, я, наконец, достигла того заветного места, где открылся захватывающий пейзаж - мир романа Гессе во всем его многообразии и глубине.

И чем дальше я погружалась в историю Гарри Галлера, "степного волка", тем сильнее узнавала в нем что-то знакомое, отголоски собственных терзаний и поисков. Ведь каждый из нас носит в себе множество "я", одни из которых мы с гордостью демонстрируем миру, а другие тщательно прячем, стыдясь их. Роман Гессе как будто раскрывает эти потаенные грани нашей личности, подталкивая читателя к глубокому самопознанию.

Продолжая свое путешествие по волнующему миру романа "Степной волк", я все глубже погружаюсь в тайны и загадки, скрывающиеся за каждой строкой этого многогранного произведения.

Сюжет Гессе, словно запутанный лабиринт, ведет извилистыми тропами, открывая с каждым поворотом новые грани внутреннего мира главного героя, Гарри Галлера. Этот "степной волк", одновременно отвергаемый и притягивающий, становится зеркалом, в котором отражаются наши собственные противоречия, наша раздвоенность между рациональным и эмоциональным, индивидуальным и социальным.

Образ Гарри, этого интеллектуала, пытающегося подчинить свои инстинкты жесткому контролю разума, завораживает своей сложностью и многогранностью. Мы наблюдаем, как он отчаянно борется со своим "степным волком", стремясь обрести гармонию, но в то же время боясь открыть в себе эту, казалось бы, дикую и опасную сторону.

Но Гессе не останавливается на простом противопоставлении. Через таинственный Магический театр, через загадочные встречи с другими персонажами, он приоткрывает завесу над множественностью реальностей, существующих параллельно в сознании Гарри. Эта игра с границами между явью и иллюзией, реальным и вымышленным, затягивает, заставляет усомниться в устойчивости повседневного мира.

Символы и метафоры, рассыпанные на страницах романа, становятся ключами, открывающими доступ к глубинным философским идеям Гессе. Образы в произведении - это не просто художественные приемы, а глубокие символы, которые заставляют задуматься о самых важных вещах. Они побуждают размышлять о том, что значит быть человеком, какое место мы занимаем в этом мире и почему нам так необходимо обрести внутреннюю цельность.

Преодолевая непростой философский язык и символику Гессе, я с каждой страницей все больше погружалась в этот завораживающий мир, полный противоречий, страстей и вечных вопросов. Аппетит к чтению рос с каждым новым открытием, с каждым новым поворотом сюжета. И к финалу я уже чувствовала себя, если можно так сказать по отношению к этому произведению, комфортно. Я разделяла метания главного героя и стремилась понять ключевые идеи романа.

Порой язык романа кажется слишком сложным и затрудняющим понимание, но преодолевая эти препятствия, кажется, что обретаешь поистине бесценный дар - возможность заглянуть в самые потаенные уголки собственной души, встретиться лицом к лицу со своими внутренними демонами и обрести, наконец, долгожданную гармонию.

На мой взгляд, в этом и заключается подлинная ценность "Степного волка" Германа Гессе - в его способности пробуждать в нас глубинные экзистенциальные вопросы, побуждать к самопознанию и личностному росту. Это произведение, которое открывает новые горизонты, расширяет границы понимания мира и самих себя.

Роман Гессе поднимает и острые социально-политические темы, которые перекликаются с реалиями современного мира. Болезненные размышления главного героя о войне, насилии и слабости человеческой природы найдут отклик в сердцах многих читателей, сталкивающихся с подобными проблемами в повседневной жизни.

Образы политических и общественных деятелей, представленные в произведении, заставляют задуматься о власти, манипуляциях и бездушии бюрократической системы. Несмотря на то, что действие "Степного волка" разворачивается в прошлом, многие из этих тревожных наблюдений Гессе оказываются актуальными и по сей день.

Роман "Степной волк" тесно связан с биографией самого Германа Гессе. Многие идеи и образы, представленные в книге, отражают личные переживания и философские поиски автора, его собственную борьбу с внутренними демонами и стремление к целостности. Это делает произведение еще более глубоким и проникновенным.

"Степной волк" - это довольно сложная для понимания книга. В ней много глубоких символов, запутанных идей и сложных сюжетных переплетений, что не каждый читатель сможет в полной мере оценить ее достоинства. Мне понадобились перерывы в чтении и помощь, чтобы разобраться в некоторых важных моментах и образах. А мрачное, подавленное состояние главного героя тоже не самым лучшим образом влияет на восприятие этого произведения. Многие могут почувствовать себя растерянными и даже разочарованными, столкнувшись с причудливостью повествования и обилием психологических, философских деталей.

Эта книга, которая требует от читателя желания разобраться, а так же определенной подготовленности и вдумчивости. Она не рассчитана на массовый успех, но способна подарить настоящее интеллектуальное удовольствие тем, кто готов погрузиться в ее сложный мир.

Когда я читала эту книгу, то в самом начале было ощущение, что она мне никаким образом понравиться не может. Во-первых, книги религиозной тематики это не моё, а книга очень близка к этому. Во-вторых, документальный стиль повествования хорош только для исторических документов, а поскольку это не научная работа по рилиговедению, то казалось не вполне уместным. Да и сама эта «игра в бисер» не особо меня на первых порах впечатляла. Но, в данном случае сработал принцип первых 50 страниц, после того, как я «привыкла» к теме всё пошло гладко. И знаете, концепция книги и персонажи очень впечатлили, и самое главное ответили на мучавший меня вопрос «что делать, когда эмоционально и физически на 0». И вот так уж вышло, что вообще читала отдельно от информаций об авторе, от пояснений, просто искала в книге что-то для себя. И всё-таки нашла. Спокойствие – то, что мне в последнее время очень сильно не хватало. Постоянный стресс, постоянные эмоции и как такового нет другого выхода, подобно Кнехту сбежать и всё, только это не решит проблем, это не сделает тебя сильнее и лучше. Сдаться другим, это поддаться их желанию, но другим-то на тебя абсолютно наплевать, поэтому и нужно жить не чужим мнением, а держаться своей позиции и взглядов. Никто не может решить за другого как ему жить, и никто не будет отвечать за чужие ошибки.

Я в чём-то подобна Кнехту. Я не могу, например, просто что-то взять и бросить, что-то оставить, доделаю до конца, доведу до логического значения, а затем исчезну. И не важно, что это, подобно игре в бисер я каждый раз, подобно герою воссоздаю новые и новые цели. И выйти из этого цикла и постоянного вращения в одной сфере сложно. Бывает так, что плюёшь на всё, уходишь на десять дней, а потом начинаешь скучать по темам, по книгам и снова этот замкнутый круг. И персонажи в этой книге, пусть и не всегда поступают правильно, но мне они симпатичны. Не знаю, что-то близкое и родное мне, с такими людьми, в подобном аскетизме мне было бы очень даже комфортно. Возможно, я бы, как и Кнехт сбежала бы куда-то впоследствии, пресытившись всем этим, но это был бы действительно интересный опыт. Я не знаю, я симпатизирую людям, кто постоянно стремиться к саморазвитию и достижению каких-то новых целей. Человек должен быть многогранен, а не сидеть сиднем на одном месте в четырёх стенах на чьей-то шее. И эта постоянная игра тем и интересна, что позволяет затронуть разные аспекты жизни, а не останавливаться на чём-то одном конкретном. Мне в обстановке этой книги было очень комфортно.

Периодически ловила себя на том, что как это всё похоже на уклад жизни средневековых монахов. Но здесь в правильном аскетизме и в правильных нормах. Например, все вот эти методики по высвобождению эмоций, хоть я такое не приемлю, но всё равно частично это для себя может применить каждый. Я удивлялась Кнехту, как он мог сохранять спокойствие в тех обстоятельствах, когда, в общем-то, с ним поступали грубо. А он просто улыбался, стряхивал с себя песок чужих эмоций и недопонимания и шёл дальше. И я не думаю, что это было исчезновением в небытие, всё же думаю, герой, раз за разом перерождался в новых ролях. Так что чтение этой книги я бы назвала успокаивающим. Читала одновременно с «Атлас, составленный небом» и это вместе вышло очень удачным сочетанием. Потому что на самом деле не важно, какого рода идёт познание вселенной или самого себя, главное, что человек движется дальше, а не пасует перед обстоятельствами.

Роман Гессе нашпигован смыслами, прострочен идеями, и каждый может вычитать из него что-то свое. В меру своей образованности и испорченности. Этим, наверное, роман и прекрасен. Его можно прочитать как историю о любви и вечной женственности или о кризисе среднего возраста, или как буддистскую притчу о человеческих иллюзиях. Или как роман о наркотиках, которые по всем фронтам побеждают алкоголь. Почему бы и нет? Жил человек унылой жизнью, как волк, бухал, конечно, а потом встретил проститутку и драгдиллера, стал много трахаться, пересел на наркотики, и «жить стало веселее».

Для меня «Степной волк» – история одного интеллигентского невроза, когда ты считаешь себя очень умным, а мир вокруг – очень тупым. Ты ходишь с такой байронической кислой рожей и смотришь на все с презрением. Бабы – дуры, думаешь ты, мужики – идиоты с самомнением и примитивными потребностями. Культура деградировала: в ящике – имбецилы, в сети – тролли, правители – агрессивные ублюдки. Мир полон дерьма и катится прямиком в ад. И над всем этим развивается светлое знамя прогресса! Короче, единственный способ спастись – сидеть дома, читать Гете и слушать Моцарта. Потому что Гете – единственный человек, с которым еще можно поговорить. А Моцарт – последний, кого можно послушать.
Интеллигент с таким неврозом считает, если он прочитал много книг и умен, то он гораздо выше всех на земле морально. Он – Д'Артаньян, а все вокруг – бездуховные люди. Мне кажется, именно от этого Д'Артаньянства хотел себя вылечить Гессе путем написания романа. А попутно подлечить и нас.

Гессе, конечно, вдохновлен еще буддистской практикой борьбы с недоброкачественными смыслами. С иллюзиями разума. Разум Гарри Галлера не дает ему возможности увидеть мир таким, какой он есть, генерируя две неподлинные личности: мещанина и степного волка. Между этими иллюзиями он мечется, как буриданов осел. И чтобы, наконец, увидеть мир и перестать его презирать, Гарри нужно отказаться от своего разума. Ведь истина открывается «только сумасшедшим».
Философия «Степного волка» очень похожа на идеи, которые будет высказывать Сэлинджер в своих буддистских повестях о Глассах и рассказах. Однако лечение от общего невроза писатели видят по-разному. Сэлинджер предлагает христианский путь принятия жизни через смирение, через отрекающийся жест. Гессе предлагает долбаться наркотиками и много трахаться. А что, тоже выход. Наркотики дают возможность на время перестать видеть за предметами их функции, открывают их телесность. Это знает любой человек, который залипал, созерцая под травой, например, простую бутылку или листок с дерева как великое произведение искусства. Да и во время секса мало кто думает о Гете и Моцарте и мечется между любовью к мещанству и презрением к нему. Пару этих сладких минут разум дремлет. И жить становится веселее.

Я в восторге от Гессе. И от романа. Причем первые 50 страниц думал ВЫКИНУ эту книгу к чертям. Но потом оторваться не мог и бежал с работы быстрее-быстрее, чтоб почитать. Это никакое не легкое чтиво. Это - медитация, философия и в какой-то степени - зависть на грани уважения. Зависть к тем людям, которые описываются там. Но это проходит сразу, как перестаешь читать и уже испытываешь другие чувства к ним и к роману вцелом. Эта Игра - не то, что мы привыкли называть играми. И роман - не то, что мы привыкли называть романами. Это - жизнеописание одного человека, но какого!!!! Там нет экшена, нет интриги... наверно можно было бы даже назвать это скучным произведением. Но скучным в той мере, на сколько может быть скучна медитация.

Читалось тяжело и трудно, ведь такую книгу нельзя просто по страничке в день читать... Для того надо настроение и расположение.

На первый взгляд "Игра в бисер" значительно отличается от других произведений Гессе, начиная с названия. У автора очевидна тенденция писать псевдобиографии, называя произведения в честь главных героев. "Игра в бисер" выбивается из ряда, хотя один вариант названия содержал имя. В этот раз что-то пошло не так, и истории с налетом легендарности о великом Магистре Игры дается название аморфного нечто - интеллектуального занятия, толкового описания которого так и не происходит на страницах книги. В каком-то смысле это даже иронично - как не описывается детальнее игра, так и намерения автора как будто не так ярко бросаются в глаза, хотя это Герман Гессе, а значит, применяя опыт прошлых прочтений, нужно проводить параллели.

Сначала хочу остановиться на описании Касталии, некоего государства в государстве, возникшего после разрушительной войны, когда человечество наконец-то одумалось, перестало заботиться только о внешнем и тратить деньги на вооружение, пуская средства на поддержание интеллектуальной касты, Ордена, чьё главное достижение - рождение игры в бисер. Как это, по моему ощущению, свойственно прочитанным книгам Гессе, сюжет как бы вырван из исторического контекста и только понимание того, когда жил писатель, помогает критике. В самом тексте нет указаний на время, в котором разворачиваются события, и иногда создается впечатление, что мир снова вернулся в Средние века, где господствует политика старого типа и царят Ордена - замкнутые структуры со строгим сводом правил, ограничениями во имя идеи и ярко выраженной деятельностью. Гессе кратко дает в тексте и историю Ордена, где показывает, что Касталия - это утопия, которая уже доживает себя, как то предчувствует и видит Кнехт. 

В 20 лет, когда первый раз пришлось взять в руки роман, во мне было сильно чувство принадлежности к некой "гильдии", поэтому описание кастальской жизни вызвало больше отклика, чувства сопричастности и единения с этими интеллектуалами, которые препарировали дух прошлого, великие творения, членя их на части, выжимая смыслы, трансформируя в знаки и символы. Спустя 5 лет Касталия воспринимается уже по другому, с большим критицизмом, с большим скепсисом, ведь в своей отстраненности от мира Касталия - некий воздушный пузырь, искусственно созданный и поддерживаемый не за счет внутренних ресурсов, а за счет договоренностей правительств извне. Как таковая ценность Касталии - маленькая, ее роль уже отыграна, а приспосабливаться к изменениям это искусственное образование не готово, в гордыне и в чувстве собственной важности забывая свою историю и обретя иллюзию, что будет существовать вечно. Как Кнехт заметил в одном из диалогов, Касталия не создает ничего своего, творческие порывы глушатся. Член ордена имеет свободу изучать опыт прошлого, но не создает что-то отличное от изучения материалов. И его свобода заканчивается там, где начинается воля / решение Ордена. 

Кстати, говоря о нем, хочется заметить сопоставление религиозной и интеллектуальной жизни, которую сталкивает Гессе в романе. Он любит выводить полярные вещи и героев. Так и противостояние ордена бенедиктинцев касталийцам не случайно. И всему европейскому также противопоставляется восточное. В какой-то момент у меня даже мелькнула безумная мысль, что все европейское, выведенное в основной части "Игры в бисер", весит намного меньше, чем последние три жизнеописания, подводящие черту под романом, но эта идея все же ложна. Три жизнеописания - это как крыша над домом. Нужно воспринимать весь ансамбль здания в целом, не отдавая предпочтение какой-то одной части.

Возвращаясь на старую колею - знающие должны нести ответственность за остальных. Именно они должны предостерегать, держать ухо востро, уберегая остальных от грозящей опасности, говорит Гессе. Знания - это бремя и ноша, которую берут на себя отдельные люди. С учетом того, когда писался роман и что в это время творилось в Германии, этот призыв и следующая за ним какая-то беспомощность понятны. Вместо того, чтобы брать на себя ответственность, идти в народ и предотвращать новую глобальную бойню, интеллектуалы запираются в горах, почти не контактируя с внешним миром, предпочитая игнорировать дым и запах гари.

Игра в бисер - очень интересное название. Почему бисер? Маленькие цветные камушки, которые можно нанизывать одного за другим, создавая узоры. При этом ценность бисера мала, его уважают только те, кто вышивает и кто любуется на составленные из них поделки. Бисер - всего лишь стекляшка, легкое нечто, даже баловство.

Игра - это культура, культура - это игра. Замкнутый круг. Для историка же игра в бисер актуальна, ведь это разве не хорошее определение того, чем историки занимаются, вычленяя, дробя и переводя в символы, создавая длинные тексты о каком-то событии в истории, интерпретируя источники? То есть актуальность этого образа никуда не уходит, возрастая с каждым годом и с каждым новым примененным методом исследования к старым материалам. 

При чтении легенды о Кнехте не отпускало ощущение, что главный герой не такой, как, например, Демиан или Гарри - в нем не так явны противоречия, он аморфнее, сглаженнее. Где же знаменитая амбивалентность, хочется спросить. А она есть и выражается, как всегда, в противопоставлении главного героя, точнее - через образование главным героем пар с другими персонажами. При описании дружбы Кнехта с Дезиньори сталкивается мир духовный с материальным, мир чистой мысли, оторванной от материальных вопросов, с миром страсти, практического склада ума. Кнехт взаимодействует с другом, научаясь и обучая. Схожий процесс происходит с отцом Иаковом (светский мир против религиозного), Старшим Братом (восточная мудрость против европейской), Тегуляриусом (практичность против идеализма). И если мне сначала казалось, что лицо самого Гессе не проглядывает в Кнехте так сильно, как в Степном волке, то, осмыслив эти пары, забираю свои слова обратно. Гессе снова разложил себя по полочкам, на каждую поместив все то, что волновало его, в этом произведении воплотив это в самом незамутненном виде. Он как бы говорит, что не нужно замыкаться в чем-то одном, ведь именно Кнехт, попробовавший себя во всем, добивается определенного возвышения надо всем. Не так, как сделал учитель музыки, не так, как предыдущий Магистр игры, не так, как отец Иаков. И не о них слагается легенда, не о них с придыханием повествует рассказчик, по маленьким крупицам собирая историю жизни героя. 

Уже в "Нарциссе и Златоусте" у Гессе звучит мысль, что цель жизни интеллектуала Нарцисса такая: "быть всегда там, где я принесу больше пользы, где мой характер, мои качества и дарования найдут лучшую почву, широкое поприще". Мне кажется, что это высказывание можно применить и к Кнехту, который всегда шел туда, где он приносил пользу и уходя оттуда, где польза от него заканчивалась. 

И плавно перехожу к концу, мимоходом отметив еще тему наставничества, которая так ярко выпирает во всех произведениях, которые довелось читать у Гессе. Именно на нее падает ударение в трех жизнеописаниях, когда из одной истории в следующую один учитель передает мудрость и знания другому, учит приносить пользу и быть там, где он нужен. От древних времен к апостольским, из Израиля в Индию, а оттуда мыслями читатель вернется в Касталию, территорию духа, названную в честь нимфы, превратившейся в ручей, который омывал паломников, пришедших в Дельфы, чтобы узнать свое предназначение. В воду и уходит Кнехт, способствуя перерождению своего последнего ученика. 

Под конец хотела бы зациклить свой скромный отзыв, вернувшись к теме историчности книги. Несмотря на исключенность произведения из исторического контекста в ней много рассуждений об истории, об ее важности, а еще, цитируя вольно, о необходимости человека пробудить в себе ощущение собственной личности, хода истории и собственной деятельности, как маленькой частицы в общем потоке становлений и перемен. Другими словами, не закрывайте глаза, уши, не опускайте руки, не заглушайте свой внутренний голос.

Книга была куплена давно, когда все друзья запоем читали "Степного волка" и наперебой нахваливали автора. Роман действительно достоин хороших отзывов, а по объему и проработке философских тем по праву занимает свое место в ранге классической литературы.
Подходя ближе к предпологаемому возрасту главного героя, я нахожу все больше интересных совпадений мыслей, взглядов, оценок. Это понятно, трудно представить, что у мужчины средних лет, имеющего более-менее серьезный жизненный опыт, не отозвались бы в душе искания Степного Волка. А многие, уверен, найдут объяснения своим душевным терзаниям и духовным поискам. Поэтому я с удовольствием законспектировал для себя несколько таких рассуждений.
Желания перечитать произведение у меня не возникло, но я точно буду к нему возвращаться, хотя бы в качестве художественного примера.