Зов Ктулху

За всю свою жизнь я лишь дважды испытала страх при прочтении книги. Легкий шок, удивление, вздохи и ахи «какой кошмар» - да, этого было в избытке, но настоящий страх... Нет, такое случается крайне редко и оттого врезается в память на всю жизнь.
Впервые это случилось в глубоком детстве при прочтении сказки Гофмана «Щелкунчик и Мышиный король» (да-да, можете смеяться). Я лежала на чердаке в гордом и счастливом одиночестве, погружалась в эту дивную историю и вот наконец дошла до строк, которые и по сей день почему-то наводят на меня легкий ужас.

"А часы хрипели громче и громче, и Мари явственно расслышала:

• Тик-и-так, тик-и-так! Не хрипите громко так! Слышит все Король Мышиный. Трик-и-трак, бум-бум! Ну, часы, напев старинный! Трик-и-трак, бум-бум! Ну, пробей, пробей, звонок: королю подходит срок!"

  Я остановилась, чтобы унять мурашки и в тишине явственно услышала тиканье часов, стоявших на тумбочке. И каждое тиканье будто становилось громче, наводя на меня просто неописуемый страх. Тик-и-так, тик-и-так! И хотя за окном был солнечный день, я в ужасе захлопнула книгу и побежала вниз, на улицу.

  И вот, спустя много лет, я вновь ощущаю этот ужас, и виной тому Говард Филлипс Лавкрафт.

Своим мерным повествованием Лавкрафт – истинный гений саспенса – то отдаляет нас от смутных догадок, пытаясь от лица своих героев объяснить все с научной точки зрения, то подводит к той жуткой грани осознания, после которой обратного хода нет.
Туда-сюда. Как маятник в часах. Тик-и-так, тик-и-так!
И остается лишь напоминать себе, что этот до безобразия продуманный мир культов Ктулху - лишь выдумка автора и молиться не услышать однажды в ветре похожее на напев Текели-ли! Текели-ли! Верить, что часы не отмеряют время до того момента, когда звезды окажутся в нужной позиции, и не пробьет час пробуждения чего-то действительно ужасающего.
Тик-и-так, тик-и-так!

Раз-и-два и раз-и-два! Бьют часы, коль срок им выпал. Ходит маятник со скрипом. Меньше стука — вот в чём штука. Тик-и-так и трик-и-трак!

Знающие люди посоветовали читать Лавкрафта в оригинале, чтобы было поэтично. Хотя бы поэтично, раз совсем не страшно ;) К сожалению, английским я не владею в той мере, чтобы перевести нечто вроде "ибо нет языка, подходящего для передачи таких пучин кричащего вневременного безумия..." Время от времени мне казалось, что переводчик тоже не совсем владеет английским. Или русским. Или у него случился-таки заворот мозга от поэзии Лавкрафта.

Ничего не могу поделать с восприятием, смешной он, Лавкрафт этот. Такое у него всё велеречивое, пафосное, громокипящее ( Basenka , спасибо за напоминание о Серебряном веке! очень в тему))). Невозможно испугаться такого нагромождения поэзии. Дьявол кроется в деталях. А сатанизм Лавкрафта это глыбища, которая не то, что пугать, а даже двигаться не может. Стадо дьявольских толстолобиков вместо одного большого Ктулху. Вообще-то они тоже могут напугать, наверное, но не в таком обилии вопиющих оборочек. И несостыковочек, что важнее.

У меня вопросы к каждому предложению в этой цитате, а из похожих высказываний состоит почти весь рассказ. Если эксперты не смогли соотнести иероглифы с известными лингвистическими формами, то как они поняли их содержание? На основании каких аргументированных извивов чуйки учёные мужи решили, что иероглифы принадлежат нечеловеческому миру? Что такое "древние и неосвященные циклы жизни"?!

По уровню "коллективного бессознательного" Лавкрафт, конечно, вообще не братья Гримм... Все его инсайты и фантазии находятся в библиотеке его собственного мозга. Это весьма личный бред, наверняка, в нём многие найдут свои страхи и психозы, но на меня он производит впечатление индивидуального узкого мирка, больше смешного, чем страшного. Чёрт, даже после одного скандинавского детектива Лавкрафт выглядит не ужаснее пионерских страшилок на ночь.

Зато слишком заметна повёрнутость автора на дьяволе - наверное, были какие-то детские травмы, связанные с религией. Мне не очень интересна эта тема. Я больше среагировала на шовинизм, тоже очень заметный.

Это про людей, замеченный в ритуалах, посвященных Ктулху. Обращает на себя внимание последовательность ряда - низкий интеллект, психические отклонения и ... метисы. В небольшом рассказе несколько раз повторяется то, что последователями зловещего культа являются люди смешанной крови. "Отсталые народы", типа индейцев или африканцев, по умолчанию в секте древних злодеев. По неразумению. А люди, в жилах которых течёт разнонациональная кровь, считаются "низкими" и "убогими" по причине нарушения законов крови, границ общины. Понятно, что шовинизм отталкивает меня от автора, даже если он божественно поэтичен.

Но я догрызу еще пару рассказов через не могу, чтобы понять, верно ли моё первое впечатление.

Моя вторая книга Лавкрафта, и я остаюсь при мнении, что это очень мой писатель. Пожалуй, я должна определенным образом его дозировать, потому что я человек крайне впечатлительный, а тексты Лавкрафта ввергают меня в трансовое состояние.

Когда я читала "Зову Ктулху", я начинала как скептик, а закончила, буквально оцепенев от ужаса и восторга. Потом разразилась хвалебной рецензией (сама от себя не ожидала). В этот раз я шла в текст подготовленной, поэтому эффект был не настолько мощным. Я уже читала как наблюдатель и внутренне кивала на всякие "циклопические постройки", мол, угу, это мы уже видели и чувствовали. Стиль Лавкрафта для меня теперь не откровение, и его словесные приемы не были неожиданными, но не могу сказать, что от этого эффект воздействия текста сильно меньше.

Итак, это книга-предостережение. Рассказчик, профессор, участник полярной экспедиции, открывает правду о том, что они с коллегами на самом деле обнаружили в неизведанном регионе Антарктики. Повесть наполнена фирменными лавкрафтовскими оборотами вроде "это было настолько ужасно, что у меня не хватит слов вам описать" и "то, что мы увидели за углом, не поддается не то что описанию, — восприятию человеческими чувствами" ну и так далее. Я уже сказала выше, что со мной это по-прежнему превосходно работает. Сначала рассказчик якобы повторяет то, что весь мир и так уже знает из СМИ и рассказов участников экспедиции, — о трагедии, которая случилась якобы по вине страшного урагана и прочих неприятных факторов, а потом мы уже шаг за шагом двигаемся по следам той злополучной экспедиции и узнаем, что ученые открыли в Антарктиде неизведанный горный массив и выкопали останки (как они думали) древнейших существ, находящихся на не вполне понятной ступени эволюционного развития ... в общем, все кончилось страшно и печально, но, на самом деле, еще и не кончилось: дальше будет еще больше мрачных хребтов, целый затерянный город, построенный другой расой задолго до появления на Земле человека ... и несколько чересчур подробные (тут я все же соглашусь со многими критикующими) подробности взаимоотношений представителей древних рас, их быта, политики и так далее.

В итоге профессор пишет этот текст для того, чтобы предостеречь коллег от подготовки и реализации новой, куда более оснащенной и масштабной экспедиции в те же края. Кто знает, чем для человечества обернется еще одна попытка потревожить затерянный в вечных льдах город, в котором по странным законам продолжают жить странные и непостижимые существа.

Мне кажется, Лавкрафта стоит читать, соглашаясь на его неспешность, на то, чтобы стать жертвой магии его языка. Я очень быстрый человек, и чтение Лавкрафта для меня — сознательная аскеза, это как бы важный этап обучения словесному мастерству и настроению хоррора. Я больше не возьмусь за его книги просто так, второпях, абы для чего, "почитать в пути" и так далее. Думаю, что в следующий раз я стану читать Лавкрафта специально для того, чтобы погрузиться в особенное созерцательное настроение.

Я верю в его истории, я верю тому, что он так дотошно описывает. В его книгах (по крайней мере, в тех, что я успела прочитать) не так важна психология героев: мы вообще их не видим и не слышим, по большому счету. Герой нужен как носитель глаз и ушей, для того, чтобы читатель совершил путешествие к неведомому и непознаваемому, для того, чтобы его (читателя) можно было как следует напугать.

И — ух! — я рада пугаться.

Говард Филлипс Лавкрафт по праву считается одним из основателей жанра ужасов. Его произведения, написанные без малого век назад, и по сей день волнуют умы читателей. Это ли не показатель истинного таланта автора? «Хребты Безумия» – мое не первое знакомство с автором. Уже прочитан сборник рассказов и повестей «Зов Ктулху». Признаться честно, далеко не все рассказы мне понравились, но хотелось бы отметить умение автора создавать бесподобную атмосферу давящей безысходности.

«Хребты безумия» – небольшой по объему роман с довольно простым сюжетом. Научная экспедиция прибывает в Антарктиду, где находит загадочный город древней цивилизации. Большая часть романа посвящена его описанию и исследованию. Город был построен инопланетной цивилизацией Старцев, упоминания о которой я встречал в других произведениях. Говард Лавкрафт очень умело строит свою единую вселенную: в «Хребтах Безумия масса отсылок к «Зову Ктулху», «Некрономикону» и прочим рассказам, что добавляет его миру глубины. Данный роман раскрывает многие тайны, занимающие умы читателей. Например, мы, наконец-то, узнаем кто такие Старцы, шогготы и Ми-Го. На страницах романа разворачивается история длиною в десятки миллионов лет.

Повествование ведётся от первого лица, как часто и бывает у Лавкрафта. По сути перед нами дневник одного из участников экспедиции, в котором он предостерегает людей от повторного путешествия к древнему городу. Подобная манера помогает в создании нужной атмосферы, позволяет проникнуть в мысли непосредственного участника событий. Честно признаться, меня описанные ужасы напугать так и не смогли, но вот само описание древней расы очень заинтересовало.

Лично для меня, это произведение ближе к научной фантастике, чем к хоррору. Я люблю жанр ужасов за глубокий психологизм персонажей, которого в «Хребтах безумия», к сожалению, нет. А вот научная составляющая порадовала куда больше. Только стоит учитывать, что развитие науки в 1936 году, когда был написан роман, сильно отличалось от нынешнего. Например, по мнению Лавкрафта, Старцы перемещались в космосе при помощи крыльев, что сейчас выглядит совершенно нереально. Да и существа, впадающие в анабиоз на 40 миллионов лет, на сегодняшний момент представляются сомнительными. Тем не менее Лавкрафту удалось весьма виртуозно показать контакт двух цивилизаций, которые попросту не способны на нормальные взаимоотношения по причине слишком больших физиологических и культурных различий.

Манера изложения автора показалась мне слегка нудноватой, но при этом яркой и образной. Все же малая проза у него сильнее. Сокращение романа до повести только пошло бы ему на пользу. При всем при этом, стоит признать, что описания, созданные автором, красивы в своем гротеске. Горы, найденные исследователями, выше Гималаев, а древний город простирается на сотни километров. Да и промежутки времени, описанные в романе, поистине титанические, недоступные для осмысления обычным человеком. Все это придает роману своеобразную эпичность, которая лично меня привлекает.

Итог: «Хребты безумия» – роман, обязательный к прочтению для тех, кто хочет лучше разобраться в творчестве Говарда Лавкрафта. Он идеально подходит для первого знакомства с писателем, т.к. в нём ярко проявляются самые выдающиеся его черты. Многие сравнивают Лавкрафта с нынешним Королем Ужасов Стивеном Кингом, что на мой взгляд не совсем верно. Кинг силен в первую очередь глубоким психологизмом своих персонажей, а мистическая составляющая является лишь антуражем, чтобы полнее раскрыть их характеры. Лавкрафт же умеет создавать запоминающиеся миры, которые пугают своей инородностью и чуждостью для всего человечества.

Около десяти лет я ходил вокруг творчества Лавкрафта, бросал взгляды, но не прикасался. И вот пришло время познакомиться. Но что-то не пошло. Прочитав несколько рассказов, понял что чтиво отчасти занятное, но всё же не моё. Часть рассказов вызывают интерес, другие только какое-то отторжение от происходящего.
Могу точно сказать что многие рассказы это не про сюжет и историю, скорее про какое-то одно событие, и его описание, порой даже без объяснения почему всё так, а не иначе. Рассказы должны понравится тем, кто хочет погрузиться с головой в миры Лавкрафта, его бестиарий и мифологию. Быть этаким исследователем древних, которому хочется докопаться до секретов Ктулху и остального пантеона, хочется больше чем почитать историю. Для меня такой подход оказался утомительным, поэтому знакомство с автором пока приостанавливаю. В целом для себя понял что рассказы, особенно если в них меняется основное действующее лицо - не моё. Мне нужна эмоциональная привязка к персонажам или событиям

Джейн Остин следовало бы писать более современным языком (с, Адриан Моул)

Теперь я знаю, кто был до новеллы Кэмпбелла "Кто идет?". Антарктическая экспедиция с высокотехнологичными газолиновыми лампами и еще более продвинутой буровой установкой от Лавкрафта.
Здравый смысл и достоверность в "Хребтах безумия" топчутся на втором плане, оттесненные нагнетанием атмосферы. Нагнетать автор любит и практикует, хотя умеет в старомодном стиле.
Вот исследователи откопали пещеру, вот нашли Нечто (в количестве аж четырнадцати на диво сохранившихся туш). Вот исследователей обнаружили покромсанными в винегрет вместе с собаками. Вот двое смельчаков обнаружили мертвый город и мало им - поперлись в подземные лабиринты. А там еще более ужасное Нечто (тут , кстати, хороший момент удачного нагнетания не в ущерб логике: Старцы ужасны, но хотя бы разумны, а вот эти...). И задуманный добивающим читателя ударом намек на то, что дальше в горах таится Нечто еще более ужасное.
Всё это выживший смельчак рассказывает, чтобы предостеречь от последующих экспедиций в Антарктиду.
План надежный как швейцарские часы, ага. Тут-то и попрут на самый южный континент уфологи, зоологи и агенты Малдер и Скалли.
Да что нёхи и пришельцы, ради одних только пингвинов, обитающих в подземных лабиринтах... Кстати, о пингвинах! Они произвели на меня наибольшее впечатление. Огромные белые слепые птицы,, которые испуганно мечутся по подземным тоннелям - зрелище покруче шогготов. И вопросов вызывает больше: чем они там питаются, как ориентируются вслепую, жрут ли их нёхи?
В общем, я неправильный читатель Лавкрафта, потому что на втором месте после пингвинов у меня стоит описание безжизненной снежной равнины, по которой, как перекати-поле в степи, катятся снежные рулоны.

Я практически незнакома с творчеством автора, для меня его текст несколько зануден, но как основоположник жанра он конечно прекрасен. Это же какое воображение нужно было иметь, чтобы создать целую Вселенную наполненную монстрами и ужастиками... Потихонечку я всё таки знакомлюсь с наследием автора и в этот раз это были " Хребты безумия". Наверное это достаточно стандартное начало- экспедиция в Антарктику находит что-то необычное, а потом... Потом мы получаем гору трупов и ооочень таинственные следы вокруг. И выжившим в этой экспедиции хочется спрятать все концы в воду и больше никогда не вспоминать это время. Но исследовательский интерес неутомим и вот, собирается уже новая экспедиция в Антарктику и один из учёных решает открыть ужасающую тайну зла, которое может поглотить весь мир. И он пишет письмо рассказывая всем с какой неизвестной формой жизни встретились учёные. С одной стороны это было увлекательно, занимательно и даже завораживающе. Я люблю когда страшилки именно такие- что-то где-то на грани взгляда, слуха и т. д... Атмосферу автор удерживает мастерски и нагнетает её в нужных местах. Очень захватывающе была описана цивилизация Старцев, которой пришёл конец. Хотя, это и не удивительно, любой цивилизации рано или поздно приходит конец. С другой стороны - при всей насыщенности, яркости и увлекательности это почему-то довольно занудно и скучновато... Я не могу объяснить почему, но вот так. Я так и смогла представить самих Старцев, пришлось гуглить и что сказать? Жанр шагнул так далеко вперёд, что сейчас Старцы выглядят даже милыми. А вот их город в моём воображении возник как живой. Для меня сомнительно выглядит рассказ о древней цивилизации вот почему: учёные не один десяток леток расшифровывали барельефы майя и египтян, а ведь это люди, у нас схожий образ мышления. А тут пришёл эдакий Индиана Джонс, окинул взглядом барельефы чуждого разума и разложил по полочкам что, к чему, почему и каким образом. Ну и главная пожалуй претензия к происходящему- почему никто не отреагировал на непонятное поведение собак? Учёные так себя не ведут! Тем более, в сложных условиях, когда любая, казалось бы мельчайшая ерунда, может привести к трагедии. А здесь- собакам это не нравится, потому мы их отселим подальше... Ну да, а если не обращать внимания, то беременность сама рассосётся - для меня это звучит одинаково. Но как начало жанра, это прям хорошо!

Да, для человека, который спокойно нон-стопом смотрит ужасы, залпом читает Стивена Кинга и не боится ходить тёмной ночкой по безлюдному переулку на окраине города, «Зов Ктулху» покажется скучным, пресным и недостойным внимания. Но, дорогой читатель, вспомни о том, что рассказ был написан в 1926 году, и являлся эталонным представителем в этом новейшем для того времени жанре, как «лавкрафтовский ужас», и стал одним из ключевых произведений для доработанной последователями Лавкрафта мифологии.
Мне посчастливилось стать обладательницей книги, изданной издательством «Black and White» с великолепными иллюстрациями, пропитанными духом мистики и ужаса. Поэтому мне было легко погрузиться в гнетущую атмосферу, созданную Г.Ф. Лавкрафтом, и вместе с внуком покойного профессора Энджелла продвигаться в его расследовании, связанном со странным ящичком, полном газетных вырезок и странного, но пугающего барельефа.

В тридцатые годы прошлого века в Антарктиду отправилась научная экспедиция. Хотели собрать лютики-цветочки, пробурить новым инструментом льды и камень, взять пробы грунта, ну и просто разведать — как там во льдах дела обстоят, не скучают ли пингвины. По приезду, прямо с порога на изумленную публику начали сыпаться открытия и сенсации. Только успевай челюсти отвисшие с пола подбирать.
А потом пришел белый, но вовсе не пушистый южный зверек. Даже отдаленно на милого песца не похожий. И научной братии пришлось не сладко, у кого-то даже неизлечимые психологические травмы остались, а кто-то и вовсе остался в Антарктиде навечно. Причем в разобранном состоянии.
Есть в произведениях Лавкрафта удивительная способность погружать в историю. Вроде бы ничего особо жуткого, по современным меркам, не происходит в тексте, а ты на себе ощущаешь мороз и колючий ветер Антарктики. Мурашки по коже побежали от масштаба открытия древней расы. И плевать, что это неправдоподобно и собственный разум задает тысячу вопросов и столько же раз выдумки Лавкрафта опровергает. С одной стороны — чистейшая фантазия, с другой — да не все ли равно, просто хочу побыть в этой страшной сказке хотя бы часик-другой.
Это же Лавкрафт, ему все можно) Это от других я буду требовать логичный обоснуй и разносить неумелых фантазеров в пух и прах. А с Лавкрафтом мы будем наслаждаться, укрывшись вдвоем в какой-нибудь пещерке и пугая друг друга мрачными сказками.