Сборник Редких Рассказов

Незаконченная книга Стивена Кинга (а точнее её изначальный огрызок) иллюстрирует некий выдуманный случай из детства Оуэна — потомка писателя, в те годы бывшего ещё ребёнком. По сути, отец придумал сказку о своём сыне для него же самого, что заведомо трогательно, но во время путешествия из Бостона в Бангор тридцать страниц рукописи были утеряны, а идея заброшена в ящик вечности, который даже нельзя назвать долгим, ибо тот вряд ли когда-нибудь откроется. Оригинал первых пяти листочков блокнота хранится в чьей-то частной коллекции, хотя их содержание есть и в открытом доступе.

Пояснение для тех, кто, в свою очередь, не знаком с персонажами ирландского фольклора, однажды ставшими неизменным элементом массового сознания (в частности, благодаря одноимённой кинематографической хоррор-франшизе): Лепрекон — это такой маленький волшебник, часто изображаемый стариком, что исполняет желания. Судя по канону, будучи рождённым от союза фейри (феи) и злого духа, сам по себе он не добрый и не злой, постоянно сонливый, а ещё имеет в закромах мешочек с золотом. Всё это послужило бы прекрасной основой для детского романа ужасов (или просто детского романа), если бы мы обитали в параллельной вселенной; на поверку же предлагаемое вниманию действо благодаря стабильным чертам авторской фантазии выглядит как эдакая смесь излюбленных штампов, расписанная подкупающе занимательным, слегка ироничным языком.

Штамп №1. Король жанра не раз делал котов гонцами дурного предзнаменования, как, например, в «Кладбище домашних животных» или «Адской кошке»: здесь питомец старшей сестры мальчика — главный антагонист, чьи яростные и хитрые реакции, к тому же, автоматически трансформируются разумом пацанёнка в самоуверенные речевые послания.

Штамп №2. Взрослые, как обычно, не верят детям, а точнее, одному избранному юному герою: как и прочие избранные юные герои из обширной библиографии Стивена, Оуэн ненароком видит то, чего не замечает никто в окружении. Ему известно, что домашний морской свин Батлер всегда находится в опасности, и потому чистое, искреннее сопереживание, присущее в основном тем, чей возраст пока не перевалил ни за какие общеизвестные роковые отметки, разрешает разглядеть другую надвигающуюся трагедию, пока остальные слишком заняты, чтобы тренировать душу для ментального зрения.

Штамп №3. Мрак, таящийся в бытовом пространстве, делит всех живых существ на два типа — охотники и жертвы. Контрапунктом обманчивой невинности изложения служит внезапное свидетельство нешуточного инцидента, но прежде, естественно, даётся жёсткий, бескомпромиссный и прямолинейный триггер-приговор: протагонист знает, что кое-кто в его доме любит убивать. Вот так, без расшаркиваний и чайных церемоний. Контакт с тёмной стороной жизни произведён по щелчку пальцев, чтобы заранее подготовить читателя к тому, что дальше может быть только хуже. И насколько — тоже объявлено жирными намёками: чего стоят одни мёртвые птицы, ясно говорящие о скверности характера местного четвероногого чудовища.

Штамп №4. Не лишними будут и отсылки к американской культуре, от помянутых всуе игр и телепередач до клички усатого — Спрингстин, наверняка в честь певца Брюса Спрингстина. Благо, нагромождений в этом плане не вышло.

Штамп №5. Ну и куда без традиционного визуального маркера — крови, появляющейся здесь несколько раз. Отличительная особенность стиля мастера — в том, что не важно, для кого воплощён тот или иной замысел, ибо реальность равна для всех. Никакой стыдливой цензуры: извините, когда чьи-то когти или клыки раздирают вам кожу, то это не безболезненный малозаметный процесс, а толчок к борьбе за выживание. Поэтому алая жидкость обязана течь столько, сколько ей потребуется. Она — верный символ пересечения с собственной судьбой и неминуемого взросления, будь то «Кэрри», «Оно» или данный раритет.

Подводя итог, можно сказать, что веер из клише — не приговор, а всего лишь часто расчехляемый инструментарий, обёрнутый в почти что сказочную оболочку, напротив, редко встречающуюся у мэтра. Большинству «Лепрекон» покажется милым, необязательным, чересчур оборванным микрорассказом. И всё-таки его очаровательность в том, что Кинг по-прежнему оперирует необходимыми средствами, позволяя истории быть незамысловатой, но одновременно наделяя её весомым нереализованным потенциалом. Кто знает, во что бы трансформировался сюжет при лучших обстоятельствах, однако удерживающий крючок интриги тут, без сомнений, в наличии. Жаль, что вот-вот успевает зацепить, а уже никогда не утянет за собой.

Небольшие рассказы особенно удачно получаются у мастера триллера и ужаса, вот и тут история о ящике который был найден в застенках биологического университета получился весьма неплохим. Как правило каждый препарированный страх и ужас писателем несет в себе черты не только мистического ужаса, но и часто переплетен с бытовыми или романтическими проблемами. Ящик и то страшное что в нем скрывается, лишь образно обрисованное читателю в рассказе это лишь одна сторона зла, другая сторона это домашний тиран в данном случае в лице злобной жены одного из героев. И если один монстр убивает быстро и беспощадно, то другой медленно и методично, долгие годы с помощью инфарктов, раков и т.д. Сюжетный ход скормить одного монстра другому выглядит несколько изящным. И концовка тоже хорошая, без лишней морали и воздаяний по справедливости, а по законам мужской дружбы.