To the lighthouse

Все-таки, под философичные труды нужен настрой. До меня упорно не хотел доходить смысл повествования, который хотела передать Вулф. И это просто кошмар, когда приходится по 3 раза перечитывать что-то, чтобы понять. Поэтому такая низкая оценка, просто не срослось у нас с этой книгой, не хотела я философствовать, путешествовать на маяк и познавать мир и людей через кого-то. Эта книга из разряда "прочитал и сам не понял, что и зачем". Поэтому я дочитала и пошла хоть тут рецензии людей почитала о том, что им понравилось. А может переводчик виноват? В любом случае, тоска и книга идущая со скрипом зубов, вот что я получила, никакого удовольствия. А ведь и от страданий в книге можно получать удовольствие, если вы понимаете, о чем я. Не помню, откуда появилась эта книга в моем више, но я попробую еще один раз когда-нибудь познакомиться с Вулф, только чуть позже.

Пока не дочитала эту книгу, и если бы не мой преподаватель по психологической литературе, никогда бы не стала ее читать.
Большей галиматьи я не читала никогда. Да, я понимаю, что в литературе потока сознания сюжет не важен, но не до такой же степени! Да, бывают скучные книги, которые долго читаются, но эту книгу читать просто невозможно. Весь сюжет закручен насчет того, что жена и 8 детей намерены отправиться на маяк, но муж против этого. Далее идут тупо мысли героев, которые скучно читать.
Рекомендую эту книгу тем, кому нравятся такие писатели, как Джеймс Джойс, Эрнест Хемингуэй, Кэтрин Мэнсфилд, потому что стиль очень схож, и тем, кто учится на лингвиста и хочет гордо говорить, что читал Вирджинию Вулф.

Этот роман можно сравнить с редким коллекционным вином многолетней выдержки. Когда открываешь книгу, и читаешь первые страницы, это так же как открываешь вино, вдыхаешь его терпкий закупоренный запах. Потом вино отдыхает, и ты наливаешь его в бокал, рассматривая его на свету. Так же ты рассматриваешь миссис и мистера Рэмзи, знакомишься с их детьми, гостями, и прислугой.
Делаешь первый глоток вина, пробуя его на вкус, и участвуешь в ужине и беседах, которые ведутся за столом. И так глоточек за глоточком, ты наслаждаешься неспешностью жизни за городом.
Перерыв, даем первому чувству от вкуса вина уйти. Так же и в книге пару отрывочных рассказов. И вот мы переносимся в день через 10 лет. Только теперь количество персонажей поубавилось, так же как и вино в бутылке уменьшилось.
Смакуя остатки вина, мы смотрим на отца и детей, которые таки отправились на маяк.
И вот когда закрываешь книгу, в принципе очень простую в сюжете и очень глубокую в своих размышлениях. У нас остается такое великолепное ни с чем несравнимое послевкусие. И если вы когда-либо будете читать Вулф, вы обязательно узнаете ее творение по аромату, цвету и женским судьбам, так же как и вино, если еще одна бутылка окажется у вас в руках.

Всего 154 страницы, на которых разворачивается огромный спектр человеческих чувств, целая энциклопедия. Аннотация сообщает, что перед нами история о детстве, любви и браке, но это только далеко не полный перечень. Это - поэма о живописи, о трудном мастерстве вести хозяйство, воспитывать детей, заботиться о муже, это гимн красоте невзрачной английской природы. Эта книга, сюжет которой можно пересказать в трех фразах, раскручивается как спираль, уводя нас все дальше в глубины человеческой души. У Вулф очень музыкальный язык, удивительно метафоричный, яркий, гипнотический. В какой-то момент, погружаясь в отрывки чужих мыслей, составляющих остов повествования, начинаешь осознавать, насколько люди одиноки. Сидя за одним столом, живя в одном доме, мы всегда остаемся наедине с нашим восприятием мира.
Сказать, что это история одного дня, изменившего жизни всех героев, - это ничего не сказать. Это история одного из таких дней. И за пределами выверенного, вьющегося повествования, на мой взгляд, кроется оптимистическая вера в то, что каждый прожитый нами день - самый важный в нашей жизни.

два года книга стояла у меня на полке и я не решалась её прочитать, потому что боялась утонуть в "потоке сознания". я рада, что прочитала "на маяк" именно сейчас – встретила столько мыслей, созвучных моим.
это книга о зыбкости и быстротечности времени. и как бы мы ни пытались за него ухватиться, оно ускользает, словно песок сквозь пальцы. проходят годы, умирают люди, и память о них живёт не только в нас, но и в предметах, принадлежащих им. с уходом людей дома, родовые гнёзда теряют свою "одушевлённость" и превращаются в ветхие и заброшенные постройки с запылёнными комнатами и запущенным садом.
это книга о том, что иногда нам не нужны слова, чтобы понять другого человека. и вирджиния вулф доказывает, что для выражения любви не всегда нужны слова. "у любви ведь бездна обличий". достаточно лишь взглянуть на любимого, чтобы убедиться во взаимности чувств.
это книга о будущем, которое пугает своей неизвестностью, и о мечтах, которым не всегда суждено сбыться.
это книга о материнстве, и миссис рэмзи, хоть и живёт в тени своего мужа, однако именно она является опорой семьи, именно она сплачивает окружающих её людей.
"теперь они будут, думала она, уже опять поднимаясь по лестнице, до конца своих дней вспоминать этот вечер; этот ветер; луну; этот дом; и ее. ей было особенно лестно воображать, как, запавши им в души, она до конца их дней там останется; и это, и это, и это, думала она, всходя по ступенькам, усмехаясь, но нежной усмешкой, дивану на лестнице (еще маминому), качалке (еще отцовской); карте гебридов. все это оживет в жизни пола и минты; этих рэйли. она попробовала новоиспеченное сочетанье на вкус; и, берясь за дверную ручку детской, она ощущала ту общность с другими, которую дарит нежность и при которой разделяющие нас переборки делаются до того тонки (и это такая отрада и легкость), что мы вливаемся в общий поток, и стулья, столы и карты – все делается их и твое, чье – неважно, и пол и минта повлекут это все по потоку, когда самой ее уже не будет на свете".

Зажиточное семейство чеховского образца проводит лето на острове в Шотландии и всё порывается сплавать на соседний остров к маяку. "В Москву, в Москву!", как говорится. Понятное дело, до маяка они так и не доезжают, а всё лето друг другу наматывают кишки. Все влюблены в маман семейства (это явно перекликается с "Миссис Дэллоуэй"), тихо ненавидят всех остальных, молодежь веселится, отец семейства всех терроризирует, мама живет в своем собственном мире. Чаще всего на происходящее мы смотрим глазами именно маман, и это, конечно, очень своеобразный взгляд.

А на маяк они попали только 10 лет спустя, и то не все.

Сложно описать сюжет, потому что он не главный. Это книга не про события, а про их восприятие. Про восприятие всего вокруг, самой жизни. 

Повествование почти полностью состоит из потока мыслей персонажей, к тому же оно еще и перескакивает из одной головы в другую. Поэтому для прочтения нужна концентрация и вдумчивость, иначе текст покажется запутанным сумбуром без смысла. 

Действие происходит на летней даче, куда помимо хозяйской семьи приезжают отдохнуть и другие постояльцы. Основные персонажи, с чьими размышлениями мы знакомимся, являются миссис и мистер Рэмзи, а также Лили. 

Мистер и миссис Рэмзи супружеская пара. Она - хозяйственная мать восьмерых детей, которая не переставая восхищается своим мужем и пытается угодить ему. Ее мысли заняты бытовыми тревогами и супругом, которого она явно считает центром своей вселенной. Он - писатель и профессор (если бы я раздавал диагнозы, то назвала бы его нарциссом), жуткий педант, зацикленный на себе. Лили - одинокая художница, неуверенная в каждом своем вдохе, которая так страстно ищет одобрения и так болезненно реагируют на малейший намек на критику. Она наблюдательница, поэтому через нее мы в большей степени узнаем про остальных действующих лиц. 

Помимо изложения истории через потоки мыслей персонажей, книгу отличает стиль повествования писательницы. Он полон витиеватых оборотов, метафор и образов.

«На маяк» растворяется в повседневности: проявления природы сильнее чувственной прозы Вулф, пение птиц за окном, вой прибоя и пьяная речь, доносящаяся с балкона, обезглавливают книгу; краски эмоций сереют, разбиваются о белое стекло волн бесконечных внешних раздражителей. Тщательно отобранные, хаотично разбросанные по памяти осколки реальности, ускользающие от глаза, от уха, от сердца, за которыми Вулф долго охотилась, наверное, всю свою жизнь расставляя медвежьи капканы по запутанным лесам мысли, ускользают от тебя снова и снова, если не уделить внимание месту для чтения, ведь настроение и место- главные враги любой книги. В прошлом году, удачно прикупив «миссис Дэллоуэй» на скидках, я этого не сделал, бился над ней среди родственников и скошенных газонов, и от того влепил книге тройку на ливлибе (будто пятизвездочная система оценивания о чем-то может говорить).

Я читал «на маяк» урывками в аэропортах, ресторанах, машинах, чужих домах и на природе. Все было не то- я скучал и от того забывался, путался, и еще больше скучал. Для этой книги, для большой прозы Вулф, нужна «своя комната», как бы пошло это ни звучало, и для меня «своей комнатой» стали мое место 13А в самолете и ванная в номере отеля. Как только я оказался в своеобразном вакууме, книга заиграла новыми, яркими красками;  я был пленен горным течением и дал ему свое молчаливое согласие нести мое сознание в прекрасное неизвестное, больше мне не нужно было по несколько раз перечитывать одни и те же главы, что, конечно, позволило мне лучше прочувствовать роман, но было утомительно.

Человек, который описывает прозу Вулф с помощью словосочетний «модернисткий роман» и «поток сознания», сжимает бесконечно длинные коридоры воздушных замков человеческой души в кулак и крошит их словно куски мела. Он убивает поэзию текста, игнорирует игру с ритмом, обесценивает работу ученого-натуралиста, посвятившего годы на наблюдение за дикими животными, словами и эмоциями. «На маяк» одна из немногих книг в которых я увидел эмоции восхищения и благодарности- до безумия сильные, но немые, никогда не оформленные в слова и не высказанные вслух. Вулф накидывает в корзину и маслят, и груздей, и даже волнушек и все-все-все, несмотря на то, что сейчас сезон белых, а места в корзине не так много; ее персонажи восхищаются особенностями друг-друга, неоднородностью, постоянством и переменчивостью. Читая вулф ты веришь, что она любит все это, этих людей, этот мир, просто любит. Может быть, «На маяк» не о любви, кто его знает, о чем она, ведь замыслы автора всегда размываются тысячами интерпретаций, но для меня- о любви. 

В конце своего небольшого рассказа хочу привести отрывок из книги, как то суммирующий мои слова:

«И должны быть такие любящие, чей талант- выделять элементы вещей и соединять их, наделив не присущей им целостностью, из разных сценок, из встреч разных людей [..] создавать то единое, круглое, к чему тянется мысль, чем играет любовь.»

Идеальная книга для чтения в отпуске, очень хорошо расслабляет и отключает мысли. На протяжении всего романа царит атмосфера летнего отпуска, где-то в забытом богом месте.

Для написания книги использована техника «поток сознания». Это стиль изложения, при котором автор сосредотачивается на мыслях и чувствах героев, а сюжет уводит на второй план. Мы видим события глазами героев и как будто слышим их мысли.

Несмотря на небольшой объем в книге автор поднимает целый ряд острых вопросов.

В первой части рассматривается важность достижения определенного веса в обществе, отношения матери и детей, отношение общества к женщинам. С последним в этой книге очень прискорбно. Мужчины не скрывают свое пренебрежительное отношение к женщинам, их способностям думать, рисовать, писать стихи, книги и даже оценивать происходящее. Весь роман буквально напичкан стереотипами о женщинах.

Во второй части царит атмосфера разрухи и забвения, и кажется, что еще чуть-чуть и все рухнет, но нет - в самый последний момент все меняется. Поднимается тема отношений между людьми, которые очень давно живут в браке. Автор описывает происходящее так, что вселяется в душу какая-то безнадега и хочется закричать – «У меня все точно будет не так!». Акцент ставится на том, что главная героиня несмотря на то, что действительно любит своего мужа не может сформулировать и выразить свои чувства.

В третьей части напряжение достигает предела - поднимаются вопросы тирании в отношениях отца и детей и вопросы ненависти детей по отношению к родителям.