Книга непристойностей

Не так давно я слушала лекции по психиатрии Михаила Литвака. В них он очень занятно разложил на психиатрический манер «Божественную комедию» Данте и «Евгения Онегина» Пушкина. Поэтому, открыв «Мелкого беса» и прочитав от силы несколько страничек, сразу подумала, что надо обратить внимание Литвака. Но чем дальше я продвигалась по произведению, тем становилось понятнее: нет, не то. Потому что здесь даже искать ничего не надо. Психиатрический концентрат, так уж написано, без прикрас и уверток.

Персонажи романа – пренеприятные. Впереди книги всей, разумеется, Передонов – грубый, тупой, страдающий широким спектром психологических проблем и комплексов и дивным разнообразием параной, возникших, очевидно, на фоне самовлюбленности. При всем при этом на физиономию он хорош, плюс неплохой доход и самоуверенность, как результат – женщины ему весьма благоволят. А Варвара так и вовсе до такой степени, что заманивает его в брак мнимыми связями с некой княжной, которая-де организует Передонову место инспектора. Вокруг этого и вьется основной сюжет.

Все окружение Передонова преимущественно пустое, глупое, колкое и легковерное – один персонаж другого хуже. Но и те, кто более или менее получше, жить не могут без того, чтобы посплетничать. В этом плане городок вполне соответствует представлениям Передонова – этакий адский клубок, в котором всякий рад ужалить. Как ни прискорбно, это картина вполне типичная и для современных сообществ, где все друг друга знают.

Один сомнительно-светлый лучик книги – линия мальчика Саши, которого принимают за девочку, и его дружба с Людмилой. Их странноватые, так скажем, развлечения и все укрепляющаяся связь представляют собой довольно милый сюжет, хотя и чреватый последствиями. Но, по крайней мере, это один из немногих моментов, где все пылает не злобой и отвращением, а любовью. И на фоне всего остального психоделически-злобного трэша за ним особенно приятно наблюдать.

Что не так с самим Передоновым, любящим в открытую сказать барышне, что она некрасивая, клеветать на всех подряд и любоваться на детские слезы, сказать сложно. Товарищ, безусловно, сошел с ума (хотя, не с чего было сходить, как не раз подмечали его знакомые), но вот что к этому привело? Собственная злоба и ограниченность или приплывшее – либо проснувшееся – заболевание? Судя по изначальному поведению Передонова, кажется, что все-таки второе. Как бы то ни было, его нездоровье впоследствии становится очевидным, и что происходит? Варвара и Володин, самые близкие ему люди, не проявляют никакого беспокойства, а намеренно усугубляют его состояние нелепыми шутками. Город тихо злословит за его спиной. И только директор гимназии, в которой преподает Передонов, хлопочет о том, чтобы показать его врачу, и то учеников ради, чтобы неуравновешенного психопата сняли с должности.

Есть и еще вариант – обратиться к потустороннему. Презрение ко всем и вся и самовлюбленность приветливо открыли двери злу, и оно не замедлило этим воспользоваться, чуя в самом Передонове и его окружении благодатную почву. Иногда действительно кажется, что с Передоновым, а заодно и со всем городом, шутит шутки настоящий бес – наводит на эту мысль специфичность галлюцинаций и то, что впервые бес-недотыкомка появляется не когда-нибудь, а во время молебна. Можно возразить, что это, наоборот, указание на психическое отклонение, так как, согласно распространенному убеждению, черт ладана боится. Да только это совсем не так. Тут надо вспомнить, что дьявол издевается над людьми с позволения Бога, и случай Передонова вызывает понимание такой зачастую непонятной божественной воли. Кому еще, как не злобному и тупому клеветнику-эгоисту, пожелаешь адских мук? Кроме того, вся вера Передонова – спектакль на публику, в ней ноль искренности. И, однако же, он чурается, и на тебе – бес неохотно, зашипев напоследок, но все-таки исчезает.

За счет отвратительного сброда, собравшегося на страницах романа, его ну никак нельзя назвать приятным. Но он безусловно интересный и настораживающий, вызывающий желание выжечь передоновщину каленым железом – из своего окружения и заодно из себя самого.

Серебряный век рождал поистине золотые произведения. Бриллиантовый роман! И интересный, и увлекательный, и вкусный, и образный! Читайте, не пожалеете!
Только имейте в виду: не читайте предисловия к изданиям!!! В моей книжке, в одном таком предисловии содержался огромнейший спойлер. Пришлось замутнять сознание, чтобы не испортить процесс (это когда специально стараешься не запоминать только что прочитанное, сразу же выкинуть из головы).
Бьюсь об заклад, что узнал об этой книге из телепередачи "Игра в бисер", в списке выпусков, около года назад. Но сейчас не могу найти этот выпуск, как будто бы его удалили из всех источников. Может, дело в том, что в книге показано совращение малолетних и садизм по отношению к детям? Цензурщики одумались и вдруг решили, что книга пропагандирует это?

Раз уж заговорили, то попытаемся понять, зачем в книге это совращение/педофилия. Во-первых, чтобы показать: далеко не все слухи, распространяющиеся в городе, правдивы. По факту, Людмила совращает Сашу (так говорят люди), а изнутри мы видим, что ею руководят не похоть, не грязные желания, а чувства; пусть глупые, пусть не совсем невинные, но чистые чувства. Это трогательно. Во-вторых, эти чувства, говорит писатель, даже в такой отвратительной среде возможны. Даже на помойке может вырасти роза. Однако, в-третьих, такой цветок не всегда получится здоровым. Всё таки, в слоях грязи провинциального города чаще вырастают чувства-гибриды, мутанты, извращённые любови.

Неблагодатная почва для любви и простых добропорядочных отношений - это среда, в которой крутятся герои, провинция. И показана она резко отрицательно. В этом романе отрицательное гиперболизировано: герой - полнейшая сволочь, а город - сволочнИк. Пьянство. Сквернословие. Поклёп. Доносничество. Такой рассадник не может дать хорошие всходы. И Передонов не один такой сволочной вокруг ангелов, все его знакомые ничем не лучше. Варвара мошенница, воровка, выдерга, самоуважения ноль. Ей плюют в лицо, она вытирается, ожидая лучшей жизни. Грушина с ней заодно. Вершина пойдёт на все хитрости, дабы заманить жениха себе и Марте (вот она более-менее невинна, хотя 5 тыщ все таки взяла). Сестры Рутиловы недалеко ушли + укрывают Людмилин "разврат". Володин тот ещё прохиндей, легко соглашается на всякие аферы. Все хороши.

А "хорошее" всех Передонов. В предисловии (спойлерном, но полезном) писатель объясняет, что П. - это не автопортрет, это все мы; черты Передонова есть в каждом из нас. И во мне, конечно, они тоже есть. Самое простое: Передонов переводил часы, чтобы урок скорее кончился, а я, было дело, прятался в учительской полурока до звонка. Мне этот герой напомнил Джеймса Броуди из романа А.Кронина "Замок Броуди": такой же рафинированный негодяй, без единого положительного качества, мнящий себя пупом земли. Учитель, как поняли. И я учитель, поэтому читать было втройне любопытно. Чеховский Беликов ("Человек в футляре") приходил на ум, но всё же они разные. Сологуб на примере Ардальона Борисовича дарит нам, педагогам, новый термин - "передоновщина". Есть обломовщина (мечтательность, безволие), а есть передоновщина - пренебрежительное отношение к людям и труду, клеветничество; а применительно к учительству - разное отношение к разным детям (в зависимости от сословия), придирки, высмеивания, наговоры, лишние анекдоты на уроке, недобросовестность. Сологуб сам в прошлом учитель и завещает нам бороться с передоновщиной.

Сумасшествие Передонова нагоняет как ужас, так и смех. Его бредовые видения, эти живые карточные фигуры, подсматривающие в каждую щелочку соглядатаи, коварный кот и, конечно, противная Недотыкомка - о, они страшат и бросают в дрожь! В то же время чем ближе к концу, тем абсурднее становится поведение героя: побрить кота (который, не дай бог, намяукает городовому слухи), отказаться от трёх невест подряд, доносить на барана и, апогей, послать такое письмо княгине - это смешно. Посмеёмся и пожалеем, ибо каким бы ни был скотиной, он ещё один потерянный для общества человек.
Недотыкомка - это в какой-то степени преследующая его совесть. У неумного и сухого, как он, нормальной совести не нашлось, вот и возник эдакий монстр. Мелкий бес - это Недотыкомка, которая сидит в Передонове и толкает под руку, просит совершить злодеяние. Помните же, именно из-за неё Передонов устраивает пожар на маскараде. У всех, даже у самых пушистых сидит внутри своя такая недотыкомка; главное не дать ей стать Недотыкомкой, т.е. не дать вырасти, стать живой; на позволить мелкому бесу стать крупным (в конце повествования строчная буква "н" обращается Заглавной "Н").

У Тетерникова не так много прозы, и если я до неё не доберусь, то его многочисленной лирике я уделю внимание, благо нет лучше эпохи в поэзии, чем Серебряный Век, а Блока и Маяковского я люблю. Говорят, его стихи наполнены бесовщинкой, мелкой и крупной, и символизмом; посмотрим!

Прочитав два романа про великого комбинатора лет в 16-17, я так часто перечитывала книгу, что - она не выдержала моей любви и развалилась. Серьезно - в своей жизни я довела до капитуляции еще только 2 бумажные книги: еще Виктор Гюго - Собор Парижской Богоматери и Михаил Веллер - Приключения майора Звягина .
"Теленка" я люблю чуть меньше, чем "Стулья". Прям всю дорогу было чувство: "Королевство маловато - разгуляться негде". Бендеру хочется - размаха, полета, публики, золотого дождя. А он - как лев в клетке. Блестящий и блистающий, король этой жизни - вынужден выцарапывать мелкие деньги и развлекать мелкую публику. А еще - он привязался... Команда у него подобралась, способная растрогать любое сердце: простодушный Балаганов, уставший мелкий жулик Паниковский и "ангел без крыльев" Козлевич. И Бендер искренне не понимает, почему все от него расползаются.
Как-то не могу однозначно сказать, что это критика и сатира на советское время и советский режим. Авторы жили в это время, поэтому "Электрификация всей страны", "Пятилетку в четыре года", тракторный завод и фабрика "Скороход" - были для них реалиями. Это такая утопия и антиутопия одновременно, может, легкий флер ушедшей эпохи (был эпизод про монархиста Хворобьева). Можно такую махину злобно кусь-кусь - и только зубы обломаешь, а она отряхнется и поскрипит дальше. А можно (я использую такой прием со своими "возлюбленными" учениками) любить и восхищаться изо всех сил - и адекватно оценивающий себя человек (или явление) почувствует смутную тревогу.
Осмелюсь сказать, что линейная история экипажа "Антилопы" перемежается небольшими историями, вставками и зарисовками - на которых я прям буксовала. Они местами забавные и жизненные - и чувствуется здесь журналистская выучка соавторов. Но - к чему, кроме духа эпохи, история Хворобьева с его снами или "передового" художника Копытто? Очень остроумное в третьей части предсказание "бархатного гражданина" - и понятно, что оно непременно сбудется, а потом - "передовики" собираются в купе или вагоне-ресторане - и упоенно обмениваются мнениями, и авторы упоенно описывают товарищей и шницели. Легенда озера Иссык-куль и универсальное пособие по написанию советских речей на любой торжественный случай - остроумно, конечно. А очень подробная и оооочень долгая история "Геркулеса" - прям меня сильно приуныло. Я грешным делом хотела баллики сбить - но пиетет перед великим и любимым произведением победил.
Намеренно не пересказываю сюжет - кто его знает, тот выучил наизусть и высек на сердце. А тот, кто не знаком... Я знаю, что есть прекрасные и фееричные экранизации: и с Юрским, и с Меньшиковым. Но! СТИЛЬ!!! С самого начала - небольшого анекдотеца про "серьезного гражданина, запрещающего писать смешное" и очерка про автомобили и пешеходов... Это - картина и музыка, как же это написано! Практически к каждому существительному идет эпитет, который его дополняет и подчеркивает. Обычно я такое обилие прилагательных и конкретные детали вроде фабрики "Скороход" очень не люблю - особенно у современных авторов. Но - современные авторы просто не умеют пользоваться этим мощным инструментом. И стиль, который обычно называется "цветистым", становится - расцвечивающимся. Все маленькие детали: не просто подписи, а "лиловые", и

и "гражданин с бархатными височками" и

Одна зарисовка про трубу-геликон, чье место в музее - просто фанфары стиля! Прям соавторы картину в голове выписывают.
Если ты полюбил книгу - сложно оценивать ее объективно. Люблю серию про Бендера за: прекрасный стиль и остроумие. Это именно не лобовой юмор, а остроумие - умное, вкрадчивое, мягкое - такой цап-царап. Сложно видеть в ней недостатки - не буду этим заниматься. Кто не знаком - необходимо ознакомиться обязательно, хотя бы один раз. А от перечитывания - она каждый раз играет новыми гранями.
P.S. Вижу моей миссией агитировать (как всегда) за озвучку Александра Клюквина. Проверено на себе - это очень легко, красиво, вкусно, каждый персонаж озвучен по-своему. Если текст на вас нападает и поглощает - прекрасный чтец способен протянуть руку помощи.

Приключения великого комбинатора продолжаются!
Если в "Двенадцати стульях" Остап искал некие эфемерные брильянты, то в этом романе ищет и находит всамделишного советского миллионера Александра Ивановича Корейко. И даже пытается изъять у него некоторую сумму денег.
Честно говоря, первая часть дилогии мне показалась смешнее. Попытки найти украшения, перемещение по городам и весям. Тут же долго въезжала, что к чему (хотя читала сразу же после "Стульев"), долго привыкала к новым героям. Хотя в отменном юморе авторам не откажешь! Если в первой части без конца присказки про тронувшийся лед и продолжающееся заседание, то тут комическое в большей степени появляется за счет неудобного положения персонажей в пространстве и времени. И парад, которым Остап всё хочет начать командовать!
В любом случае, книга подарит несколько приятных дней/вечеров/ночей.

Великолепная книга-предупреждение, жуткая в своей правдивости, пропитанная болью. «Мелкий бес» описывает неприкрытый грязный мир, полный низости и убогости. В некотором роде - это история сумасшествия, причем не одного человека, а всего разночинного провинциального общества, прозябающего в такой привычной и обожаемой им клоаке.

Передонов стал воплощением этого сумасшествия, возникающего на почве безделья, скуки, злорадства и тупости, обильно сдобренных врожденной гнильцой. Он - муха, завязшая лапами в гадком маленьком мирке, нелепая, малахольная, поганенькая, тошнотворная недотыкомка, перерастающая в благоприятных условиях в большого гнуса.

Да и остальные актеры, играющие в сологубовском спектакле под названием жизнь, отнюдь не ангелы. Нет-нет, да и то от одного пахнЁт слякотным душком мыслей, то от другой понесет трухлявостью поступков. Скорбные душой, ограниченные людишки, искалеченные пристанища мелких бесов, извращенные уродцы, стремящиеся все прекрасное уподобить себе, упорно пытаются доказать что их существование – истинная жизнь. В погоне ли за карьерой иль кандидатом в мужья, просто от природной подозрительности, злобности, зависти, скудоумия, эгоизма, или из желания испакостить чужое, поиздеваться над слабым, обмануть, облапошить, иногда в поисках куража, неизведанных ощущений, а то и в попытке выпятиться из рядов себе подобных, вызревают они этакой бомбажной консервой, чтобы однажды взорваться и обдать все вокруг личным паскудством.

Тоска, муторная, серая, убогая тоска, накрывающая человека, когда некуда податься, выворачивающая его наизнанку, и выстраивающая стену перед всем светлым и искренним… Именно в таких условиях рождаются недотыкомки и начинается растление души…

P.S. Интересно, читал ли Сартр «Мелкого беса», прежде чем написать «Тошноту»? Сдается мне, что не просто читал, а перечитывал неоднократно…

Три варианта Недотыкомки. Иллюстрации Мстислава Валериановича Добужинского к роману Фёдора Сологуба «Мелкий бес», 1906-1907 гг.

Три варианта Недотыкомки. Иллюстрации Мстислава Валериановича Добужинского к роману Фёдора Сологуба «Мелкий бес», 1906-1907 гг.

Книга Гашека настолько точно описывает нашу реальность, что даже скучно становится. Массовое безумие окружающих, свихнувшийся государственный механизм, лицемерие принятых норм поведения и прочая, и прочая. «Мы рождены, чтоб Кафку сделать былью»? Нет, что вы, мы – ходячие иллюстрации к Гашеку.

Вы же понимаете, что всё вокруг – обман и бессмыслица? Раз и навсегда определенная ежедневная круговерть среди лицемерия и лжи всех сортов. Вот и славный Швейк все прекрасно понимает и послушным шариком катится по тюрьмам, службам, поездам и фронтам.
Швейк – это человек современности 2.0, потому что выживет только он – идиот с круглыми глазами, запасом баек и справкой.

Книга сложна для прочтения, она очень большая, полна имён, обстоятельств, грубоватых подробностей и трагикомических сюжетов. Наверное, любая другая форма была бы ложью. Небольшая изящная повесть или сборник законченных рассказов – слишком красиво и искусственно для больного мира накануне мировой войны. Только немыслимое, расползающееся тело романа –затяжное, тягучее, чрезмерное… Э, да мир не болен, мир уже разлагается.

И всё равно я читала с удовольствием. Я прониклась юмором автора – не сортирным (верхний слой), а определяющим сюжеты романа. С непроницаемой серьезностью рассказывать об абсурдном, о страшном, о глубоко неправильном – и тем самым трясти и бить по щеками читателя. И горе тому, кто не проснётся, а пойдет-покатится упругим шариком по лабиринту – по роману – по жизни.

Начну с того, что я до этой книги не читал и даже не смотрел ничего про Остапа Бендера, как то все это мимо меня прошло. Ох.. сколько же я всего самого лучшего слышал о творчестве Ильфа и Петрова, и с такими ожиданиями начинал читать эту книгу, но... книга меня не впечатлила от слова совсем.

Начало вроде бы и не плохое, четыре героя случайным образом находят друг друга, что бы отправиться в большое путешествие, которое сулит им большие деньги. Потихоньку я даже втянулся во все происходящее, во время автопробега, и начал сопереживать главным героям.

Ну а дальше я ждал какой то крутой аферы, ведь Остап Бендер великий комбинатор, но все его действия меня не особо впечатлили. Все как то слишком уж странно это выглядело.

В книге очень много отступлений от основного сюжета, которые рассказывают нам истории жизни второстепенных персонажей. Да, я понимаю что в этих историях скрыт какой то смысл, что это сатира, но я не жил в те времена, что бы в должной мере все это воспринять.

Юмор в книге мне тоже не зашел, потому что это юмор для определенной эпохи, который в настоящее время мне показался вообще не смешным. А может я просто люблю чуть другой юмор.

"Человек идет под зонтом, воротник подняв у плаща
Ноги он волочет с трудом, не уйти ему от дождя
Но не о том грустит человек, о другом тоскует душа
Думает он как бы взять где миллион долларов США"
Запрещенные Барабанщики

Изначально я не собиралась писать рецензию на малоизвестный сатирический рассказ Федора Михайловича «Скверный анекдот», но пробежав рецензии на это произведение на ЛЛ, убедилась в весьма удручающей их бездарности. Посему, я думаю, будет правильным оставить хотя бы один осмысленный отзыв на этот рассказ, потому что каждая работа Достоевского, несомненно, заслуживает достойного анализа.

Прежде всего стоит отметить, что сатирическая проза Федора Михайловича крайне самобытна и имеет массу уникальных особенностей. Она не похожа ни на привычную для русского читателя прозу Гоголя, ни на того же Салтыкова-Щедрина, например. Это нечто абсолютно уникальное, как в плане техники, так и в плане содержания. У Достоевского было превосходное чувство юмора, однако, большинство читателей не улавливает этой стороны его творчества.

Все произведения Достоевского в юмористическом направлении я подразделяю на два типа:

1) Условно комичные - это повести типа «Дядюшкин сон» или «Село Степанчиково и его обитатели» и отличительными их особенностями является тонкий траги-комизм, поданный в блестящей манере с потрясающе яркими образами, запоминающимися персонажами, блестящими юмористическими диалогами и, как всегда у Достоевского, глубочайшим смыслом. Это вещи очень тонкие, которые практически никто не понимает в творчестве Федора Михайловича. Исследователи, кстати, тоже не уделяют им достаточного внимания.

2) Сатирические – это вещи, изначально направленные на высмеивание какого-то общественного явления, которое задевало Достоевского и он желал высказаться по данному поводу. К этому разряду можно отнести, например, «Крокодила» и вот «Скверный анекдот».

Так о чем же идет речь в данном рассказе? А попросту о том, что бывает, если попытаться из соображений гуманности, человеколюбия, прогресса в развитии общества, всеобщего равенства и прочей дребедени (которая, как мы знаем из истории, была весьма актуальна в Российской Империи второй половины 19 века) свести воедино разные классы – бедных и богатых. Возможно ли это – стереть границы и выйти за пределы своего класса, своего круга общения, интеллектуального и социального класса в круг более низкий? По итогам рассказа «Скверный анекдот» получается, что ответ на этот вопрос – «Не выдержим». То есть представители высшего класса попросту не выдержат трепетных «прелестей» общения с тем самым простым народом. Да, да. И это тот самый Достоевский, который в «Дневнике писателя» так много говорил о народности, о необходимости повышать уровень образования простого народа, дабы низвести до минимума чудовищное (в любые времена в России) классовое неравенство.

Федор Михайлович, безусловно желал России благостного будущего и, может быть, даже действительно мечтал о том, как классовая пропасть ликвидируется, но, будучи гением, он также прекрасно представлял себе, как именно это может происходить. И это что-то весьма похожее на рассказ «Скверный анекдот», в котором столкновение (естественно, по воле представителя высшего класса) богатых и бедных, оканчивается плохо и для богатых и особенно … для бедных. Бедные, как всегда, страдают более всего, а богатые отделываются лишь испорченным настроением и тягостными воспоминаниями. Однако все мы знаем, чем закончилась попытка уравнять всех со всеми в период СССР – полным уничтожением страны, в которой, опять по максимуму огребли именно бедные.

Очень забавно наблюдать за такой вот невеселой темой в рамках сатирического рассказа, в котором «все хороши» и одновременно «все плохи». По итогу получается, что лучше богатым и бедным все-таки не пересекаться, а то кончится тем, что бедным придется уступить свое свадебное ложе, сколоченное неимоверными усилиями и тратами, под пьяный сон богатого, который потом до конца своих дней со стыдом будет вспоминать об этом позоре.

На протяжении всей книги не перестаешь задавать себе этот вопрос. Если присмотреться, остальные персонажи ведут себя не многим более прилично, чем Швейк, разве что историй у них поменьше.

А если серьезно, эта книга прекрасна! Она такая легкая, непринужденная, в то же время глубоко сатирическая, где хохотать и одновременно задумываться можно бесконечно над каждой фразой. Это, как мне кажется "другая правда" о войне, представленная совершенно в другом ключе, отличном от взгляда Толстого и Митчел. Тут нельзя почерпнуть знания по истории войны, за исключением пары фамилий и дат сражений, зато можно взглянуть на быт армии изнутри. Даже слишком изнутри! Взглянуть на вшей, клопов, алкогольные отравления, недостаток еды... и на то, как солдаты ко всему этому относились.

Отрывки с агентами тайной полиции и уклонением солдат от службы - гениальны! Самое смешное, что автор почти ничего не придумывал, а просто рассказывал случаи из своей жизни в армии.

Очень очень жаль, что Ярослав Гашек не успел дописать эту книгу, и так обидно, что прерывается она чуть ли не на середине предложения. Остается только гадать, что будет с бравым солдатом Швейком дальше, и чего он еще учудит.

Вторая часть похихикалась куда бодрее первой. «Золотой телёнок» показался мне живее, насыщеннее и даже глубже. Остап на этот раз не просто шатается по стране — он строит настоящую схему. Команда набрана, план гениален, цель ясна: миллион на блюдечке с голубой каемочкой.

Вот только никто не предупредил великого комбинатора, что в игре появится достойный противник — тоже комбинатор, да ещё какой. Их противостояние — это не просто сюжетный поворот, а целый танец двух хитроумных умов. И пусть концовка не удивила (ну чего ещё ждать от мечты о миллионе?), зато путь к ней — с изрядной долей иронии.

Главное — не даже сам финал, а ощущение, которое остаётся. Часто ведь бывает: люди всю жизнь делят шкуру неубитого медведя, мечтают, строят планы... А потом медведь — бац! — и твой. А что с ним делать — непонятно. Вот тут и начинается соль книги.

Я похихикала. Остап, конечно, ушёл в закат — но как он это сделал! Стильно, с юмором и лёгким привкусом разочарования. Как и полагается великому мечтателю в стране, где мечты не входят в ГОСТ.