«Хазарский словарь» – одно из самых модных произведений конца 20го, начала 21го века, громкий дебют сербского писателя Милорада Павича. Когда меня спрашивают, какое из произведений автора мне нравится больше всего, – чаще всего называю «Ящик для письменных принадлежностей» , сказывается женское любопытство и любовь покопаться в истории мелких безделушек; но самым продуманной и интересной по сюжету я признаю именно эту книгу.

Как рассказывал Павич в одном своем интервью: «Хазарский словарь» можно читать как "метафору всякого малого народа, чью судьбу определяет борьба высших сил. Малые народы, такие как мы, сербы, всегда под угрозой чуждых ему идеологий".»* Центральная тема – выбор религии для своей страны хазарским каганом (правителем), вокруг этого переплетается множество полуреальных-полумифических историй других персонажей, которые повлияли на принятое решение. При этом взглядов на вопрос столько же, сколько религий участвовало в споре, им соответствует деление на три источника:

•Красная книга –христианские; •Зеленая книга – исламские; •Желтая книга – еврейские – любимая, большая часть посвящена историям ловцов снов.

Исполнение – вполне в духе Павича: появляется чувство, что постигаешь нечто глубокое, при этом что-то вечно ускользает – возникает желание вновь приняться за дело, но по-иному (здесь читателю дается полная свобода), однако, как правило, те, кто за это берется, бывают сильно разочарованы. Я решила не повторять чужих ошибок и довольствоваться тем приятным впечатлением, которое остается после того, как все кусочки пазла сложились воедино и вылились в неоднозначный финал, оставляя богатую почву для размышлений.

«Каждый читатель сам сложит свою книгу в одно целое, как в игре домино или карты, и получит от этого словаря, как от зеркала, столько, сколько в него вложит, потому что от истины – как пишется на одной из следующих страниц – нельзя получить больше, чем вы в неё вложили.»

Что мне понравилось больше всего – написано всё с юмором, иногда писатель по-доброму поддразнивает книжных червей. У произведения есть две версии, мужская и женская, которые отличаются одним абзацем. «Дело в том, что мужчина ощущает мир вне самого себя, а женщина носит вселенную внутри себя».* Уверена, что на пике популярности книги, людям действительно удавалось встречаться в назначенном Павичем месте, чтобы сравнить свои экземпляры и раскрыть эту загадку. Сейчас это вряд ли возможно, но сама смелая мысль всё же греет и радует. Если что – мне в своё время досталась мужская :)

*Википедия

...может случиться, что читатель заблудится и потеряется среди слов этой книги, как это произошло с Масуди, одним из авторов словаря, который заплутал в чужих снах и уже не нашел дороги назад...

Я имею обыкновение знакомиться с авторами не с того конца, и Павич – типичное тому подтверждение: с его самым знаменитым творением я познакомилась вот только что, после «Ящика письменных принадлежностей», «Звездной мантии» и «Биографии Белграда». И, честно сказать, не знаю, хорошо ли это. А почему – сейчас разберемся.

Главная особенность «Хазарского словаря» - это, конечно, то, что перед нами не обычный роман, а – как это ни странно – словарь. Автор рассказывает нам о древнем и ныне исчезнувшем народе хазар, некогда обитавшем в далях Кавказа. Народ этот богат необычными традициями и интересной историей, центр которой – Хазарская полемика, когда странное государство выбирало из трех мировых религий одну. Легенда гласит, что один умелец как-то сотворил «Хазарский словарь», он же «Lexicon cosri», в котором собрал различные источники о хазарском вопросе и истории о людях, имеющих отношение к оному. Источники эти делились на христианские, мусульманские и иудейские. К сожалению, почти все экземпляры книги были уничтожены инквизицией, но теперь автор предпринял создать второе издание словаря, что с успехом и сделал.

Итого перед читателем – краткая история, описывающая, что и как, и три словарика. В моем издании они напечатаны на страницах разного цвета и тематически оформлены. Выглядит здорово. В самих словарях – хазарские словечки и различные имена, но каждое сопровождается не краткой и сухой словарной статейкой, а довольно развернутым рассказом, иногда содержащим еще и рассказ в рассказе. Отрывки эти перекликаются друг с другом не только внутри каждого отдельного словаря, но и с соседствующими, и в голове сама собой складывается довольно цельная история о ловцах снов, проделках шайтана, таинственной Атех и других, не менее таинственных персонажах. Да, есть тут и принцессы древности, и современные исследователи, и разнообразные мистические элементы.

Что примечательно, эту книгу можно читать в абсолютно любом порядке. Слова, встречающиеся в текстах, отмечены ссылками, указывающими, в каком словаре можно найти неизвестный доколе термин, и истории столь невесомо связаны друг с другом, что, действительно, порядок тут значения особого не имеет. Не мудрствуя лукаво, я читала все подряд, но все равно было ясно – начни в любой последовательности, рассказ будет звучать по-разному, в зависимости от выбранного пути.

Книга безусловно интересна, но мне в ней ну очень четко увиделся Павич. Не то чтобы это было плохо, я люблю этого автора и его неподражаемую манеру вплетать в истории разного рода шизу, буквально ударяющую по мозгам, наряду с красивыми, до боли трогательными сюжетами – взять хотя бы те же путешествия во снах. Но из-за этого узнавания очарование «Хазарского словаря» немного поблекло. Не читай я Павича раньше, восприняла бы это произведение как настоящую тайну истории, мистическую и увлекательную, подчас немного жуткую, смешанную с легендами и все-таки настоящую. А так – очередное творение Павича, как всегда необычное и здоровское, но не более того.

Я понял, что поэт – если только он хочет быть настоящим поэтом – должен творить мифы, а не рассуждения. (Платон "Федон")

Павич – настоящий поэт, хотя он пишет прозой, но мифы создает качественные и глобальные. В его неповторимую мифологию погружаешься с головой, она течет сквозь тебя бесконечным потоком, в ней все важно и все излишне, мелочи обретают масштаб Вселенной, а какие-то значимые вещи сводятся к шутке. Величайший мистик, эзотерик, сновидец и сноведец Милорад Павич должен бы быть мне – читателю, выбравшему путь чистого рационализма, не верящему ни в какие-то высшие силы и смыслы, ни в вещие сны, ни в сверхъестественные связи между людьми – абсолютно чуждым, не понимаемым и не принимаемым. Однако Павич в очередной раз меня околдовал, набросил сеть намеков и смыслов, удивил точными образами, глубокими метафорами, выверенной формой подачи.

Основу книги составляет хазарская полемика – событие, вряд ли имевшее место в реальности. Представляет собой спор христианского философа, арабского толкователя корана и еврейского раввина. По результатам дискуссии хазарский каган выбрал веру. По христианским источникам – христианство, мусульманским – ислам, еврейским – иудаизм, независимым – никакую и все сразу, вместе с уже существующей хазарской религией. Вокруг этого небольшого эпизода происходит множество самых разных событий, люди из X, XVII и XX века оказываются тонко связаны друг с другом во снах и наяву (именно в такой последовательности, сны важнее). Читатель вовлечен не меньше, именно он незримо присутствует и при дворе Кагана и принцессы Атех, он видит как умирают люди от отравленных страниц первого издания Хазарского словаря, он просыпается с золотым ключом во рту.

Хазарский словарь, являясь хитрой паутиной связей, все же остается настоящим словарем, он состоит из отдельных статей, и читать его автор предлагает в любой последовательности. Но чем больше статей прочитываешь, тем все больше складывается общая картинка, пока не превратится в сияющий узор, далеко не во всем понятный, но невыразимо прекрасный.

Впрочем, Павич утверждает, что некий порядок прочтения имеется и только тот, кто сумеет в правильном порядке прочесть все части книги, сможет заново воссоздать мир. Если предположить, что любой читатель первым прочитает предисловие автора, а последним Заключительные замечания, то остается 46 статей словаря, включая два приложения. Несложный математический расчет показывает, что в этом случае книгу можно прочитать приблизительно 5 * 10 ^ 57 (пять умножить на десять в пятьдесят седьмой степени) способами. Между прочим, количество атомов составляющее нашу планету на несколько порядков меньше – всего лишь 10 в 50 степени. Может тогда это и правда про «воссоздать мир»?

Книга очень многослойная, в одной из статей утверждается, что каждое слово в священной книге мусульман можно истолковать восьмью способами:

Буквальное значение и духовный смысл; смысл строки, меняющей смысл предыдущей, и смысл строки, меняющей смысл следующей; смысл сокровенный и духовный; частное и общее.

То же самое можно сказать и про сам роман Павича, там можно найти много значений в области религии, искусства, истории, отношений между людьми. Книга документальна и псевдодокументальна, выдуманные библиографические источники соседствуют с реальными, исторические факты перемешаны с изощренными фантазиями. Читатель сам должен вычленить смысл или просто насладиться слогом.

Известной особенностью книги является то, что существуют две версии словаря – мужская и женская, отличающиеся одним абзацем. Павич в заключении говорит, что мужчина и женщина должны встретиться и сравнить свои версии, что должно стать началом чего-то большого между ними. К сожалению, у меня на примете нет ни одной женщины, что захотела бы разделить со мной чтение Павича. Потому я, конечно, не удержался и заглянул в женскую версию по прочтении мужской. Выводить какие-то глобальные различия между полами на основе этих абзацев я бы воздержался, но вот одна фраза, присутствующая только в женской версии, меня зацепила:

Я поняла, что тот читатель, который возвращается из океана своих чувств, принципиально отличается от того, кто совсем недавно в этот океан вошел.

Хазарский словарь – книга в том числе и о чувствах. Читая книгу, тоже погружаешься в океан чувств. Вот дочитал я книгу, и не понятно, вернулся я из океана или остался в нем. Пусть время покажет.