Москва-Петушки (аудиокнига MP3)

Если бы книги можно было подавать в баре как коктейли, «Москва — Петушки» Венедикта Ерофеева стала бы тем самым напитком, от которого одновременно хочется зажмуриться, выругаться — и допить до дна. Это не лёгкий мохито постмодернизма и не слащавый лонг‑айленд интеллектуальной прозы. Это — крепкий, дерзкий, почти ядовитый микс, где смешались:

100 мл философии (с нотками Канта, Ницше и отцов церкви — но поданными через фильтр алкогольного бреда);

50 мл сатиры (горькой, как полынь, и едкой, как советский бюрократизм);

30 мл библейских аллюзий (разбавленных матом и вагонной грязью);

20 мл абсурда (в духе «а что, если рай — это Петушки, а путь к нему — сплошной похмельный кошмар?»);

капля чистой тоски (та самая, от которой сжимается сердце, даже когда смеёшься).

О чём этот «напиток»
Веничка, наш вечный странник, садится в электричку Москва — Петушки, чтобы добраться до рая (жены, сына, тишины). Но вместо пути — лабиринт:

остановки, которые существуют только в его голове;

попутчики — то ли призраки, то ли проекции его вины;

бутылки, которые множатся, как реплики в полилоге с самим собой.

Финал — как удар кулаком в солнечное сплетение. Ты думаешь: «Ну вот сейчас будет счастье…» — а вместо этого — холодная реальность, от которой не спрятаться даже в самом крепком опьянении.

В чём хитрость рецепта
Жанр — как многослойный шот. То ли поэма, то ли дневник сумасшедшего, то ли проповедь пьяного философа. Форма здесь — часть смысла: ты то тонуешь в потоке сознания, то выныриваешь на поверхность, хватая ртом воздух от неожиданной ясности мысли.

Язык — как коктейль «Отвертка», но с сюрпризом. Просторечие бьёт в нос, как дешёвый спирт, а следом — цитата из Платона, поданная с издевательской ухмылкой. Ерофеев смешивает высокое и низкое так, что уже не разобрать, где пародия, а где искренность.

Символика — как лёд в стакане: тает, но оставляет холод. Петушки — не город, а недостижимый идеал. Алкоголь — не порок, а инструмент познания (или саморазрушения — решайте сами).

Сатира — как перец в «Кровавой Мэри». Жжёт, заставляет морщиться, но без этого вкуса уже не то. Советская действительность показана через призму похмельного взгляда — и оттого становится ещё страшнее.

Почему этот коктейль вызывает споры
Для одних — это гениальный рецепт «как говорить о вечном через пошлое». Как если бы Достоевский решил написать «Запойные записки» и вплел в них Апокалипсис.

Для других — отвратительный суррогат: «Зачем мне читать про пьяного, который несёт бред?» Но именно в этом бреду — больше правды, чем в иных «благопристойных» романах.

Критики спорят: то ли Ерофеев создал новый канон, то ли просто разбил старый на осколки и склеил их клеем «Момент». Но факт остаётся: после этого текста любая другая проза кажется пресной.

Кому подавать этот коктейль
Тем, кто любит горькие истины в сладкой оболочке абсурда (как у Довлатова, но без его лёгкой иронии — здесь всё жёстче, беспощаднее).

Читателям, готовым пьянеть от слов, а не от спирта. Это книга-трип, где каждая страница — новая стадия опьянения: от весёлого возбуждения до тоскливого прозрения.

Тем, кто не боится заглянуть в бездну — и увидеть там не монстра, а собственное отражение.

Итог
«Москва — Петушки» — это не книга, а опыт. Как если бы вы заказали в баре «Неизвестность» и получили вместо напитка — зеркало. В нём:

ваш страх перед пустотой;

ваша тоска по недостижимому;

ваш смех над собственной глупостью.

Её нельзя «прочитать» — её нужно пережить. И, возможно, на утро вы проснётесь с чувством, что вас слегка ограбили: забрали иллюзии, но оставили что-то более ценное — ощущение, что вы чуть ближе к правде.

Оценка: 5/5 — но с пометкой: «Осторожно, вызывает привыкание…».

P.S. «Поцелуй тёти Клавы»: коктейль для тематического вечера в духе «Москвы — Петушков»
Если вы задумали вечер, пропитанный атмосферой ерофеевского абсурда и советской бытовой поэтики, — без «Поцелуя тёти Клавы» не обойтись. Этот напиток не для эстетов с бокалами гран крю, а для тех, кто готов выпить «не от хорошей жизни», с горькой усмешкой и философским прищуром.
"Объяснить вам, что значит "поцелуй"? А "поцелуй" значит: смешанное в любой пропорции пополам-напополам любое красное вино с любой водкой. Допустим: сухое виноградное вино плюс "перцовка" или "кубанская" – это "первый поцелуй". Смесь самогона с 33-м портвейном – это "поцелуй, насильно данный", или проще, "поцелуй без любви", или еще проще, "Инесса Арманд". Да мало ли разных "поцелуев"! Чтобы не так тошнило от всех этих "поцелуев", к ним надо привыкнуть с детства".
Ингредиенты:

Водка
Розовое крепкое вино
Пропорции — на ваше усмотрение (Ерофеев намекает на 1 : 1, но тут уж «как душа ляжет»).

Веничка признается, что с радостью бы выпил какого-нибудь другого "поцелуя", но выбирать не приходиться – в чемоданчике у героя только обозначенные выше ингредиенты. Напиток, по его словам, выходит "тошнотворный" и пригодный разве что для поливки фикуса – "но что же делать, если нет сухого вина, если нет даже фикуса? Приходится пить "поцелуй тети Клавы"

Перечитал, с интервалам в пару лет.
Со второго раза зашло.
Для меня это большей частью ребус - в прямом смысле, ну или игра в "угадай мелодию".
Произведение для подготовленных и "взрослых" людей. Хорошая гимнастика для ума.
Не рекомендую читателям с косой до попы или без неё.
Актуальное произведение и не только в те застойные времена, сегодня Венечка бы от тоски быстрее спился.
Конечно, пользоваться всеми изданными комментариями (подробные от Власова), но не уходить в дебри. Это книга очень эрудированного, начитанного но непринятого системой человека, воспринимать текст думаю надо эмоционально, а на всё непонятное "забить".

Русская классика под нескончаемым опохмелом. Чарочку за Венечку. Как писатель тру, но атрибуты его сюжетов отвратны — бесконечный запой. С другой стороны, в своей стезе он мастер. Не знаю никого, кто смог так поэтично описать такой скотский образ жизни.

Автор для особого жизненного этапа, без чарочки ни ногой к нему. В здравом уме это нечитаемо. Сколько не пытался и текстом, и аудио в исполнении Смехова (awesome) — всё одно, мозг кричит: бросай эту чепуху.

«Петушки» ещё куда ни шло. «Вальпургиева ночь» — самое читаемое, так как там хоть доктор в адеквате. А «Записки психопата» — это и есть бессвязные записки психопата.

Ефремов сильный писатель, но тот стержень сюжета, что он выбрал, я не могу оценить достойным. Трата времени.

Книга повестувует о путешествии Вени из Москвы в Петушки на свидание со своей любовницей. Начинается повествование с его жесточайшего похмелья. По дороге он успешно "выбивает клин клином", рассуждая о жизни и общаясь с собутыльниками-попутчиками. По мере опьянения, реальность уступает место алкогольному делирию, в котором мне сложно было увидеть какой-то смысл. Я так и не поняла, было ли что-то из описанного в книге реальным начиная где-то со второй половины.
Идея, наверное, в том, что многие люди жившие в то время, примерно так запойно и пили и могли узнать в этом себя.
Не скажу, что меня удивил факт, что запойно пьющие люди могут быть "философами"; с учетом того что вся образованность Вени показавалась через наличие набора исторических лиц, событий и мест, перемешанных в сюжете его белой горячки - грошь цена такой образованности.
В общем, не являясь целевой аудиторией книги, не поняла, в чем был смысл.

О, самое бессильное и позорное время в жизни моего народа - время от рассвета до открытия магазинов!

⠀

Венедикт Ерофеев «Москва - Петушки»

⠀

Издательство: Азбука

⠀

Оценка: 3,5/5️

⠀

Его знаменитая поэма "Москва-Петушки", написанная еще в 1970 году, своего рода философская притча, произведение вне времени, ведь Ерофеев создал в книге свой мир, свою вселенную, в центре которой - человек, "человек как место встречи всех аланов бытия".

⠀

 «Это было странно.» -Первая мысль после прочтения этой книги.

Просто мужик под алкогольными трипами пытается добраться до Петушков где его ждет мадам.

Концовка меня просто добила, очень странная и непредсказуемая. Но она меня разочаровала..

А коктейли, которые он описывал - это вообще жесть. Не уверена, что человек такое сможет выпить и остаться в живых.

Итог: Книга забавная, но со своими странностями. Финал меня расстроил. Не уверена, что буду перечитывать книгу, думаю мне одного раза хватило.

⠀

А вы знакомы с этой книгой? Как вам?

Пять лет я ездила параллельным маршрутом Москва – Владимир. Именно в эти пять лет я впервые услышала это имя - Венечка Ерофеев. Так ласково и как-то по-свойски называли его преподаватели и студенты литфака, сумевшие найти и прочитать эту книгу (книженцию), шумно ворвавшуюся в мои студенческие девяностые. Не читать Венечку было тогда не комильфо.
К моему счастью, книгу тогда я достать не смогла. Или не захотела. Мне было достаточно Лимоновского «Палача» и первых пяти страниц опуса другого Ерофеева «Русская красавица». Хватило до блевоты. Извините.
Я бы, наверное, так и не взялась за Венечку, но совесть мучила. А как же: славный автор славной поэмы пытался учиться со мной на одном факультете одного и того же института (правда, меня тогда ещё и не было, но сам факт, сам факт!), откуда был бесславно выгнан за прогулы и пьянство. Как, впрочем, и из других институтов. Слава к нему пришла гораздо позже. Это в 60-е его изгоняли за тунеядство и алкоголизм, а в 90-е он стал непонятым страдальцем системы.
Я, видимо, плохо училась, так как не прониклась литфаковским духом всеобщего почитания Венечки, бунтаря и маргинала, великого провокатора и первого советского модерниста (или не первого?).
Вот поэтому, изрядно помучившись и раскаявшись в отрицании очевидного, я взялась за поэму. Готова согласиться со всеми критиками, анализаторами и почитателями этого алкогольного опуса. Вы правы, господа, всё ровно так, как вы чувствуете. Но очень противно.
Нет, я не отказываю Венечке ни в оригинальности, ни в интеллекте, ни в чём–либо другом. Кстати, обидно, когда такой незаурядный ум запихивают в бутылку с бормотухой. Есть, есть в книге и стоящие страницы, и страшные в своей правоте намёки, и прямо-таки неприкрытый сарказм, есть и больная реальность. Но вот, правда, противно. Оригинально, символично, сюрреалистично – чего уж там!
Но вот не смогла я отделаться от образа упившегося интеллигента, вцепившегося в бутылку денатурата, пускающего пузыри из носа, в мокрых штанах, издающего жуткий запах, льющего пьяные слёзы и разглагольствующего о судьбе России. И обязательно крестившегося на закате жизни.
Может, зря я не прочитала её тогда? Может, всё было бы по-другому?
Поэтому расценивайте мою "четвёрку" как хотите.

Книга не понравилась. Скажу словами самого В.Ерофеева со стр.57:"...я бы никогда не подумала, что на полусотне страниц можно столько нанести околесицы". Да ещё матом. При чём в данном издании сам автор выкинул из главы "Серп и Молот- Карачарово" всю матерщину. Не буду отрицать, что пару "жемчужин " я нашла в этом пьяном бреду. Но нравиться произведение от этого ни стало. Прочесть "Москва-Петушки" сподвиг Сергей Довлатов своими отзывами об этой "замечательной" прозе. Двадцать лет пьянства привели автора к этому произведению. Наверно так , "не приходя в сознание", автор создал свой "шедевр". Но у меня нет такого опыта, поэтому понять его не смогла. Хоть и говорят, что истина в вине, я её не поняла. Философию Ерофеева не оценила. Бывает.