Преступление Сильвестра Бонара. Остров пингвинов. Боги жаждут

История молодого художника Гамлена во время Большого Террора в период Великой французской революции. Он выбран в присяжные, и в первое своё заседание один его голос перевесил, чтобы человека оправдали. А потом... Короче, вначале были благие намерения, потом они привели в ад.

Кстати, о Рае и Аде в книге приведена интересная притча, уверена, что она должна быть известной, но вот мне встретилась впервые. А мораль такова – и рай, и ад у нас внутри.

Произведение наполнено метафорами. Одна из главных –это картонные куклы, «плясуны», которых можно с помощью верёвочек заставить плясать для забавы, и которых изготавливает Бротто, перебиваясь в скудные голодные времена. И так хочется подёргать за эти верёвочки, ощутить себя кукловодом,вершителем судеб, двигающим Революцию, и саму Историю. Так ощущал себя Гамлен, вот только такой же марионеткой оказался и он сам.

Милейший Сильвестр Бонар – пожилой библиофил, филолог, коллекционер, – редко выбирается из своей квартирки. Он старый отшельник, книжный червь с набережной Сены в старинном квартале Парижа, чьё мнение бесценно в академических кругах. Его призвание в этом мире – разбирать старинные рукописи, ссохшиеся пергаменты, составлять каталоги, определять историческую ценность и подлинность документов, восстанавливать литературные памятники.

Он разговаривает со средневековыми мистиками и богословами, римскими философами и греческими поэтами и знает их лучше, чем людей, живущих по соседству. Старая Тереза служит Бонару посредником в отношениях с реальным миром, она готовит ему еду, следит за его одеждой. У Бонара есть ещё один собеседник, понимающий его без слов – это кот Гамилькар, безмятежно греющийся у камина.

Изучая один из каталогов, которому можно доверять, Бонар обнаруживает, что в нём числится уникальная рукопись «Золотые легенды» о житиях святых. И милейший Бонар решается на неслыханный отход от установленного годами распорядка – отправляется в поездку, на Сицилию, чтобы встретиться с владельцем и с благоговением полистать редкостную реликвию. Как перенесут такой нонсенс старая служанка и немолодой кот, ведь они оба ценят постоянство и непреложный ход вещей, но случай таков, что покоем стоит пожертвовать.

Впечатления Неаполя и Сицилии – это морской воздух, жар солнца, скопление людей и запах древности. Но ошибкой будет считать Бонара рассеянным смешным чудаком, он точно отмечает, что происходит, просто все его наблюдения и размышления находят отражение и взаимосвязь с древней книжной премудростью.

История в первой части романа закольцовывается и показывает, что хотя нам заранее и неведомо, как откликнется каждое наше деяние в будущем, тем не менее, ничего не проходит бесследно.

Вторая история, произошедшая с месье Бонаром – это история, связанная с юной Жанной во второй части романа. Прошло несколько лет, ни Бонар, ни его служанка Тереза не молодеют. Совершенно неожиданно, проявив настойчивость в принятии участия в судьбе беззащитной сироты Жанны, Бонар чувствует себя нужным в совершении реальных добрых дел. Он обретает новые силы, общаясь с молодыми, молодеет и сам. И даже появившийся в доме котёнок привносит молодую энергию на смену памяти о старом Гамилькаре.

В старинном запущенном аристократическом особняке, куда Бонар приглашён разобрать библиотеку и составить каталог книг, начнётся эта история, в которой переплетутся воображение, сны, воспоминания, книжные образы и реальные дела.

Очень сумбурное произведение, позабавившее меня немного в начале, когда, в стиле "Чудотворцев" или чего-то похожего, рассуждало о том, является ли крещение пингвинов грехом. Определённо да, так-то.

На самом деле мне вообще нечего сказать об этом произведении. Это что-то вроде летописи, повествующей о жизнедеятельности очеловеченных пингвинов (в прямом смысле, они были превращены в людей), смене поколений и исторических эпох, прямиком к "современности" (самое начало ХХ века). Слегка напомнило Историю одного города Щедрина. Но только слегка, ведь сатира у Франса будто бы какая-то поверхностная и невразумительная.

Очевидно, чтобы понять скрытую насмешку в каждой строчке книги, нужно быть посвящённым в историю Франции (хотя бы). Чести я такой не имею. Пойду натру себе макушку пеплом. Не увидела здесь ни Наполеона, ни Дрейфуса, ни-че-го. Так и живём, что поделать.

Я вообще люблю модернизм, но это произведение невозможно воспринимать отдельно от исторического контекста. Где нет этого последнего, там и не будет веры автору. Думаю, книга была более чем свежа и оригинальна для своего времени. Но вот для меня она унылая и устаревшая.

Да-да-да и еще раз да! Я дочитала второй роман Анатоля Франса в своей жизни. Сказать, что «Остров пингвинов» сложнее «Восстания ангелов», значит ничего не сказать. Здесь рассказывается история не одного человека, но целой цивилизации. Да и в целом роман больше похож на учебник по истории. Правда, по истории пингвиньего народа.

Появление пингвиньей расы стало результатом действий чрезвычайно активного проповедника, который поставил перед богом и сонмом ангелов непростую дилемму. Но что не делается – к лучшему. И Господь одарил пингвинов милостью или проклятьем, это, смотря с какой стороны подходить к вопросу. История пингвиньего народа оказалась бурной, богатой на запоминающиеся свершения: пленение дракона Святой Орбозой, череда дворцовых переворотов и сильных властных женщин, империя Тринко и некое подобие 20го века к концу повествования.

Конечно, Франс писал о Франции, прикрываясь аллегорией пингвинов, которая мало кого может обмануть. Однако, автору удалось изобразить историю не только отдельно взятой страны, но и человечества в целом. В Тринко просматривается как Наполеон, так и Цезарь. С королевой Крюшей перекликается парочка русских императриц. А Бриан Благочестивый невольно заставляет вспомнить о короле Артуре. Франс писал о Франции, но история Франции разворачивалась сообразно общим историческим законам, поэтому история пингвинов, это наша собственная история. Начиная от первобытности или сотворения человека, кому как угодно.

История в целом не очень ровная, автор пропускает века и останавливается только на важных, с его точки зрения, вехах истории. Зарождение собственности, затем государственного строя, борьба церкви и правительства за власть и влияние, темные века беззаветной веры, и затем революция на волне формирующегося критического мышления, падение королевской власти и попытки ее вернуть, зарождение новых классов: буржуазии и пролетариата, власть финансистов в политике, гражданская борьба за справедливость, которая может возникнуть по малейшему поводу. В общем, все прелести мировой истории в одном флаконе.

Дальше...

Франс демонстрирует механизм развития цивилизации, любой цивилизации на примере пингвинов. Поскольку книга была написана в 1908 году, то история далеко не закончена, хотя в последней главе автор в целом предугадывает развитие общества с незначительными промахами. Несмотря на то, что произведение от начала до конца носит ярко выраженный саркастический и метафорический характер, тем не менее, вопросы, которые поднимаются в этом романе, очень интересны, и, я бы сказала, актуальны по сей день. Некоторые фрагменты книги можно отнести даже к черному юмору:

Невольно мне вспомнилась теория цивилизаций Шпенглера. Любая культура в своем развитии проходит определенные этапы и последний из них, завершающий называется цивилизацией. На этой стадии, считает Шпенглер, культура начинает разлагаться и отмирать, чтобы уступить место новой культуре, развивающейся с нуля. И судя по последней главе «Острова пингвинов», Франс всецело разделяет в этом вопросе взгляды Шпенглера. В том числе и в том аспекте, что современное ему общество достигло стадии цивилизации и находится на пути к разрушению и гибели.

Особенно мне запомнился также сатирический акцент на «сотворении мифа». Была девушка Орбоза, хитрая и находчивая, которая умело воспользовалась обстоятельствами и осталась в веках в качестве святой. И в своей истории пингвины раз за разом возвращаются к этой истории, и с каждым витком ажиотажа вокруг Орбозы только укрепляют миф о святости. Хотя в тех же народных байках, к ней обращаются далеко не с праведными намерениями.

ИТОГО: Роман «Остров пингвинов» интересен именно своим сатирическим подходом к истории цивилизации. Автор проводит читателю экскурсию по самым нелепым, подстроенным или же случайным событиям, из которых складывается история. Все закулисье политики и общества здесь на виду. Но в этом и заключается своеобразная прелесть романа)

Очарование и колорит Парижа XIX-го века; разговоры о древних манускриптах и рукописях, способных пробудить благородную страсть даже в сердце, иссушенном временем и научной работой; поездка в Италию, сулящая обретение огромного счастья; знакомства, которые изменят судьбу героя; преступление, путь к которому лежит сквозь целую вереницу страниц, наполненных расслабляющим теплом, размышлениями о жизни и смерти, очарованием и тишиной «обители книг». Именно такие воспоминания остаются после прочтения «Преступления Сильвестра Бонара».

В комнате, где проводит большую часть времени и пишет свой дневник герой произведения, время замирает. Живы лишь воспоминания, отрывки прошлого, надежды на будущее. Из звуков здесь только скрип пера, шуршание страниц и ленивые движения следящего за хозяином «дремлющего принца обители книг» Гамилькара. Лишь изредка, кажется, герой приходит в движение, вырывается из уютной зоны комфорта, чтобы позволить людям и событиям войти в свою жизнь.

Событий крайне мало, но, быть может, именно поэтому каждому из них господин Бонар придаёт огромное значение. И каким бы ни было наше отношение к описываемым ситуациям, которые порой заставляют улыбнуться, а порой – посочувствовать не привыкшему к несовершенству мира старичку, всё-таки каждое из них заставляет проникнуться к нему подсознательной симпатией.

Сильвестр Бонар настолько умён, что его начитанность, образованность и эрудиция заслужили ему место во Французской академии, но его неприспособленность к жизни и детская наивность взглядов создают забавный контраст, сплетаясь в единый, прекрасный образ, за которым, если посмотреть достаточно внимательно, можно увидеть и самого Анатоля Франса. А разве может быть что-либо проще, чем в персонаже любить самого писателя?

Почему-то первое слово, которое возникает в голове, когда размышляешь об этой книге, — это слово «добрая». Даже само преступление, если можно его так назвать, побуждается добротой и искренним желанием помочь. Мы переживаем за своего «преступника», надеясь, что всё уладится до того как рука закона дотянется до него. И в тот недолгий эпизод между совершением преступления и развязкой заинтересованность действительно будет достаточно сильна (в остальное же время, скорее всего, вы будете недоумевать, пытаясь представить себе, какое преступление может совершить этот совершенно мирный человек).

Но всё же не судите эту книгу по названию, само преступление здесь играет весьма второстепенную роль. Вся прелесть её в неспешности течения событий, которые дают возможность насладиться мыслями персонажей. Поэтому, если вы ищете экшн и приключения, вам явно не сюда, атмосфера и сама суть «Преступления Сильвестра Бонара» в спокойствии и меланхоличном созерцании жизни.

Есть лишь одно «но», которое заставило меня несколько снизить оценку: отсутствие целостности и взаимосвязи всех частей повествования. Все они написаны прекрасным классическим языком, но у читателя может возникнуть вполне закономерный вопрос насчёт вступительного эпизода с поисками рукописи, которая в дальнейшей судьбе персонажа не играет особой роли. Возникает ещё пару подобных вопросов, но, как оказалось позже, книга была создана из нескольких разрозненных сочинений, как у Фёдора Михайловича Достоевского его «Чужая жена и муж под кроватью», потому и кажется, что вы прочли отдельные рассказы, а не единую книгу. Впрочем, этот минус совершенно незначителен и мало влияет на эмоции, которые книга вызывает, так что искренне советую всем, кто любит хорошую классическую литературу.

Что касается событий в романе - страшная книга. А если говорить о впечатлениях - это литература, которая заставляет задуматься. А значит - хорошая литература.
Долгое время мы с книгой привыкали друг к другу. Время событий - только что свершившаяся французская революция, на первых страницах ещё не казнена Мария-Антуанетта. Я про этот исторический отрезок привыкла читать А. Дюма, а тут немного другой язык. Не лучше и не хуже - просто другой. Но ничего, мы привыкли друг к другу - книга и я.
Знаете, какой вид примерно обретает художественная литература во времена революций? Примерно так:

Да, новый календарь с месяцами, которые никогда не запомнишь. Но это ещё ладно. А вот в остальном - аллегория это или просто закат красивый? Ответ на вопрос страшен. Это аллегория, потому что французы пролили настолько много крови, что её хватит даже, чтобы окрасить солнце.
Итак, в стране произошла революция. Дальше - один сценарий почти для всех стран с этим событием. В стране голод, революцию пытаются задушить и так далее. Будучи художником, главный герой Эварист Гамлен кое-как прозябает со своей матерью, пытаясь рисовать революционные картины. Более-менее близкие отношения у него с Элоизой, но большой любви я там не увидела. Да и не может сердце Гамлена вместить любовь девушки, потому что оно отдано делу революции. Как раз тот самый случай: если ты в молодости не был революционером, то у тебя нет сердца. В то время эту истину ещё не изрекли, поэтому некому было её поведать главному герою. Картины Гамлена не продаются, поэтому предложение заседать в суде и выявлять противников революции было как раз вовремя.
А дальше - больше. Революция стала пожирать своих творцов. А знаете, что самое страшное в сюжете? Мне кажется, Гамлен в зрелом возрасте не стал бы консерватором. Так усердно лишать людей жизни могут только те, кто никогда не одумается.
Читая о французской революции, я делю события примерно на 100 (всё-таки столько лет прошло) и проецирую на свою страну. Знаете, о чем книга заставляет задуматься? Не хочу я в своей стране никаких революций! На самом деле мало есть событий, страшнее этого.

Не смотря на прамо шикарные описания Парижа 19 века, книга читалась очень тяжело. Целые абзацы будто куда-то проваливались и приходилось перечитывать.

Здесь история заядлого библиофила, историка, буквоеда, академика Сильвестра Бонара.

Живет себе дома, тихонько пишет свой дневник. Каждое , даже самое незначительное событие, описывает подробно, т.к. самих-то событий особо и нет. А рядом кот.

Так, мимоходом, он помог беременной соседке и забыл, а вот соседка не забыла, даже спустя года...

Он хоть и книжный червь, который лишний раз из дома носа не покажет, но охота за ценным для него экземпляром рукописи заставила его поехать в Италию.

Преступление здесь не основная тема. Да, заставило немного попереживать, но совершалось оно во имя добра.

Сложно представить, что в 19 веке Анатоль Франс так точно и правдоподобно смог в шуточной, язвительной форме описать историю возникновения всей нашей цивилизации. На пингвинах и дельфинах поведать нам всю структуру и политику нашего существа прямо на пальцах. Обрисовать весь древний мир, Средневековье, возрождение, переходный период развития промышленности, капитализма, новейшего времени и наше светлое, богатое будущее. Что отличает книгу - это её библейская, мифическая, божественная подоплека. Читать некоторые главы в книге не только занимательно, но и крайне познавательное занятие, требующее глубоких познаний в искусстве, истории, литературе в том числе "Божественной комедии" Данте, и культуре всеобщего времени. А отдельная история Дракона Крахена - это отдельный юмористический псевдоправдивый комизм, который неимоверно важен в описании истории создания Великой Цивилизации Пингвинии. Но откровенно говоря раз уж Боги в самом начале повествования рискнули превратить Пингвинов в людей и даровать им бессмертную человеческую душу и бренное тело, то о пингвинах можно забыть сразу же. Ещё на первых страницах романа.
В книге очень много политики. Франс изобразил абсолютно всё. Демократию, социалистов, страны, экономика которых держится на войнах других государствах( на страницах тогда уже фигурируют Штаты), Судебную систему, политическое преследование, пресловутая "Охота на ведьм". Отдельный сюжетный поворот вековой истории пингвинов - это роль женщины в этом никогда не меняющемся обществе. Той самой божественной Богини девственницы, которая согрешила с Кракеном, и не единожды обводила мужчин вокруг пальца в своих личных и крайне выгодных целях.
В книге так же можно выделить огромное количество язвительных и крайне жизненно написанных абзацев этой однообразной новейшей капиталистической жизни, и особенно увлекательно читать сам финал этой прекрасной утопии. Финал любопытен, и лично мне он напоминал одно из путешествий Ийона Тихого в бессмертном произведении Станислава Лема. Но здесь я не устаю поражаться и удивляться, как точно Анатоль Франс изобразил всю правду окружающей сегодня нас жизни на острове наших милых читательскому сердцу пингвинов, хотя они, как и насекомые Пелевина, предстают пред нами исключительно в виде нас - корыстных и испорченных крещением и божественным началом людей.
Остров пингвинов - это по сути сатирический миф в лице которого автор изображает весь человеческий строй, быт, наши повадки, политику и нашу вечную человеческую сущность. Многие до сих пор думают, как найти выход из неприглядного положения вечно современного общества. Возможно вы найдёте в книге ответ, но он вам вряд ли понравится.

Книга полезна уже тем, что если вы профан в политике и устройстве окружающей неоднозначной действительности, то этот роман поможет вам в этом хотя бы на делитанском уровне хоть в чем то да разобраться. Осторожно! Возможно последствия будут необратимы. Я вас предупредил...
Книга была библиотечной. Обязательно куплю в бумаге и буду не раз перечитывать. Ну, а с Анатолем Франсом буду в очередной раз продолжать наше знакомство.

Как писатель Анатоль Франс меня гораздо больше устраивает чем пресловутый и посредственный журналист Оруэлл....

С Анатолем Францем я уже знаком по "Восстанию ангелов" и "Таис". Автор определённо вошёл в число моих любимых. Не мог отказаться от возможности прочитать ещё одну книгу — "Боги жаждут", которая касается событий после Великой Французской революции накануне прихода к власти термидорианцев. В вузе подробно изучали Великую Французскую революцию и последующие революционные события, после которых происходили важные правовые преобразования. Не так давно я читал "Великую Французскую революцию" Петра Алексеевича Кропоткина, где он подробно разбирал победы и поражения на разных этапах, что было упущено. В отличие от Кропоткина, здесь книга исключительно художественная с отображением контекста времени.

Данная же книга охватывает небольшой период. Здесь мы не узнаём причин и предпосылок революционных событий, а скорее жар и агонию. История излагается глазами горожан и мещан в период, когда всё уже свершилось, и "боги революции" жаждут новых жертв. Жертвы — виновные в измене и предательствах перед Республикой. В центре повествования находится художник Эварист Гамлен, который становится одним из тех, кто будет вершить суд над врагами революции. Так как он не профессионал в юридической квалификации, он сам становится весьма кровожадным, предавая огню богов новые жертвы. Бедность, послереволюционные проблемы — всё показано хорошо, и месседж автора понятен: революция — плохо. Но у меня возникает вопрос: а что делать — откатить? Не допускать? Может, учиться, повышать квалификацию?! Я понимаю, почему книгу любят; просто мне не всегда понятен антибузотёрский характер произведений. А предотвратила ли книга какие-то события? Сомнительно. Написана она при Третьей республике во Франции. Сейчас на дворе — Пятая Республика. Монархию не вернули. С точки зрения негативного образа времени считаю, что автор справился хорошо, а вот лично мне не хватило методических рекомендаций. В любом случае эта книга мне точно больше нравится, чем тот же "Санькя" Прилепина. Так как это классика, здесь нет мата, излишних половых подробностей и даже несмотря на гнетущую атмосферу — нет грязи. С судьбой героя здесь всё понятно.

Не сказать, что я в восторге, но для себя вынес скорее не антибузотёрскую мысль, а то, что надо учиться: в качестве членов трибуналов во славу богов или народа должны быть профессионалы.

Милейшие человек этот Сильвестр Бонар - академик, историк, филолог, коллекционер книг, одержимый старинными рукописями. Прожив на земле уже достаточное число лет, он тем не менее не утратил радость жизни и по прежнему увлечён своим делом, кое приносит ему не малое удовольствие. Роман написан в виде его дневниковых заметок, в которых он описывает происходящие с ним события и свои наблюдения и размышления по этому поводу. Все это излагается с юмором и таким прекрасным языком, что только диву даешься, и никаких сомнений не вызывает тот факт, что перед нами действительно дневник большого интеллектуала. Пишет он для себя, и собирается уничтожить дневник перед своей смертью. По этому нельзя обличить его в том, что описывает он совершаемые им добрые дела из желания покрасоваться. Он снисходительно относится к чужим слабостям. Так например, его старая служанка Тереза, способна своими замечаниями и поступками вывести из себя любого другого менее терпимого человека. Или, случайно услышав нелестное замечание о своих трудах от студента, он тем не менее не отказывает ему в помощи, когда тот к нему обратился. И со временем их общение переходит в своего рода дружбу между учеником и наставником. Позже он даже отдаст ему самое ценное из того что имеет.

Сильвестр Бонар человек большого сердца. Он не может остаться равнодушным, узнав о несчастье чужих ему в общем-то людей, и помогает, если это в его силах. Первая часть романа, под названием "Полено", по-настоящему Рождественская сказка. Я даже не ожидала такого поворота сюжета. Ведь незначительная мелочь с нашей стороны способна в корне изменить жизнь другого человека. И вернуться к нам тогда, когда мы этого совсем не ждем. Вторая часть "Жанна Александр" о внучке женщины, которую в дни своей юности любил Сильвестр Бонар. В силу обстоятельств им не суждено было быть вместе, но светлое чувство той любви, он пронес сквозь годы. И случайно познакомившись с внучкой, принял активное участие в устройстве её судьбы. Забавно то, что преступление которое за которое винит себя господин Бонар, и преступление которое можно было бы ему предъявить на основании уголовного кодекса Франции, это совершенные разные вещи.