Собрание сочинений в девяти томах. Том 4. Пироги и пиво, или Скелет в шкафу. Театр

Джу-у-лия… Будучи блистательной актрисой театра, была натурой цельной, с чем я ее и поздравляю!
Ее можно любить и можно ненавидеть… на второе ей уж точно, плевать.
Она счастливица, вопреки стандартам счастья принятым в обществе; давно, нашла свое место под солнцем в этом мире грез и окончательно уверовала в то, в свои 36… ладно-ладно в 46 с хвостиком.
Публика любила Джулию, рукоплескала, просила еще.
Так за что же ее жалеть?
Ее брак с Майклом, с директором театра, когда-то он немного играл, тогда они и познакомились… был почти идеальным. Публика, та свято в это верила.
В настоящем, Майкл нечасто выходил на сцену, если только роль была незначительной, не ведущей. Когда-то, влюбленная до одури Джулия, хвостом за ним ходила, но и эту пору она миновала… Что немудрено, с такой-то рыбой в объятьях.
«Вышла за портновский манекен.»
А был ли он способен на любовь, в принципе?
Женщины, которые крутились вокруг его персоны… Майкл был красивым мужчиной... не представляли для него особого интереса, о, эти легкие интрижки, льстили его самолюбию и только.
Он даже рад был, когда Джулия к нему охладела… блаженный.
В принципе, их союз был вполне сносным для обоих, да и успешным.
Он руководил театром, она играла главные роли…
Оба, прекрасно понимали друг друга и прощали, разного рода, шалости.
А после, годы спустя… появился Том, не без помощи того же Майкла, кстати.
Юноша был немногим старше Роджера, сына Джулии и Майкла.
Связь с Томом была, как глоток юности.
«Почему бы и не порадоваться, пока можно.»
Такова, непотопляемая Джулия.
Ироничная.
Циничная и живая.

«Джулия вспомнила слова Чарлза, как-то сказавшего ей, что поэзия проистекает из чувств, которые понимаешь тогда, когда они позади, и становишься безмятежен. Она ничего не смыслит в поэзии, но в актерской игре дело обстоит именно так.»
Малыш Роджер, я прекрасно понимаю твою обиду на мать… а ведь могло и не быть той обиды, если бы ты, допустим, потянулся к актерскому миру…
Даже цитатами, которые она вставляла и к месту и по делу, ты был недоволен.
Не вижу ничего странного, да и плохого в их использовании.
Если, чья-то коробочка с цитатами пуста, то это не значит, что и у других дело обстоит точно также. Да и не только артисты, этим грешат, и не только по делу.

Не скрою, образ Джулии я открыла для себя несколько ранее знакомства с книгой, а просто посетила одноименный спектакль, где в главной роли играла з.а. России Татьяна Кузнецова, в которую я влюбилась окончательно уже во втором акте. Спасибо ей за, нет, не игру, с ее стороны я не заметила игры в Джулию.
Это действительно была Джулия Ламберт, та самая, которая:

Эффектна, иронична
И по-прежнему свежа,
Как роза, что в саду цветет
Ей 46, но кто ей даст…
Когда глаза горят
И жизнью наслаждается душа.

Не было у меня, как это обычно бывает, отторжения от образа.
Наоборот, слушая книгу, я видела, и это лицо и ироничную улыбку и искрящиеся смехом глаза.
Полюбуйтесь и вы:

И режиссеру данного спектакля, з.а.России Маргарите Бычковой, также спасибо за такое прочтение. Суть истории схвачена, полностью.

P.S.: щелкая пультом от телевизора, совершенно случайно попала на интервью немолодой уже актрисы и была это - Васильева Вера Кузьминична.
Эти сияющие задором глаза, несмотря на немалый возраст – 93 года и она по-прежнему играет на сцене, мне трудно забыть.
Здорово! И, Здоровья!

P.P.S: забыла упомянуть, что прослушала книгу в исполнении Светланы Репиной. Хорошо.)

Второе прочитанное произведение Моэма, и опять мимо. От "Рождественских каникул" я ничего особого и не ждала, но вот "Театр"... Роман на слуху, много положительных отзывов, а я прочла и как-то не зацепило.

Любовный роман, в главной роли неприятная стареющая актриса Джулия Лэмберт, свет раскаленного ЧСВ которой мог бы осветить самые темные уголки нашей планеты. После случайного секса с молодым бухгалтером она решает ради развлечения привязать его к себе деньгами и положением, но в итоге оказывается не очень-то ему нужна. Это сильно ударяет по ее самооценке, и дальше она начинает вести себя так, как любая нормальная женщина ни в коем случае вести себя не должна.

Пока читала про душевные метания Джулии, про то как она чуть ли не в ногах валялась у Томаса, меня прямо распирало от раздражения, от ее глупости и самовлюбленности. "Как он может так со мной поступать? У меня же такие красивые ноги!" и так далее. К концу романа я уже думала, что она никогда не справится с этим наваждением, но финал оказался просто фееричным. Джулия отомстила всем, и отомстила тонко, со вкусом, мне безумно понравилось. Так что благодаря финалу оценка романа склоняется к положительной.

Читается роман быстро, интересно, герои больше раздражают, чем вызывают симпатию. Понравился монолог сына Джулии Роджера.

Прошло примерно две недели с момента прочтения "Театра", и вот сейчас я думаю, что у меня было не то настроение для книги. Не прочувствовала я ее до конца. Перечитаю через годик-другой, интересно, поменяется ли мое отношение к этому роману.

Ох, ну люблю я Моэма, что поделать. И при этом не сказала бы, что данный классический роман смешной, он скорее полон иронии и шпилёк по отношению ко всем персонажам. Авто не делает с персонажами ничего ужасного или мучительного. Он просто помещает их в такие обстоятельства, что полностью раскрываются их характеры, показывающие не только, а скорее больше их отрицательные или даже нелицеприятные свойства их натуры. И показано это в декорациях театральной жизни и карьеры главной героини, чья жизнь предстала перед глазами читателя со всеми её чувствами, эмоциями и мыслями.
Автор тонко и умело показывает богатую палитру человеческих отношений и эмоций. В какие-то моменты её жалко, в какие-то грустно с ней или наоборот, весело. И это не эмоциональные качели, а полный спектр чувств героини, с которыми она встретилась в своей жизни как девушка (а далее женщина), как актриса, как жена, как мать. Не сказать, что я за неё беспокоилась, скорее мне было любопытно как она выйдет из пары ситуаций, какая у неё судьба будет. Вот чего у неё не отнять, так это живости и изворотливости. Было бы забавно посмотреть на неё в современных реалиях.
В целом, роман понравился. Он психологичен, глубоко копает в личность человека и при этом увлекает сюжетом, не давая заскучать. Моэму очень хорошо удаются человеческие характеры. Смело рекомендую прочитать роман, особенно любителям классической литературы и романов про рост и развитие главного персонажа. Обязательно буду читать автора и дальше.
Роман прослушан в великолепной озвучке Юлии Рутберг.

Часто, восхищенный игрой своего любимого актера, зритель хочет проникнуть за кулисы и посмотреть на своего любимого актера в реальной жизни. Что его интересует вне сцены? Чем он живет? Моэм предоставляет такую возможность. Он буквально под микроскопом рассмотрел жизнь успешной лондонской актрисы Джулии Ламберт и даже забрался в её голову и прочитал мысли, не даром его называют знатоком человеческих душ.

Джулия Ламберт - главная героиня романа. Стройная, моложавая 46 летняя женщина, богатая, знаменитая, безусловно талантливая и трудолюбивая, сделавшая себе имя, замужем за Майклом, совместно с ним владеет театром, имеет признание зрителей и сына Роджера. А вот обычного женского счастья на ее долю не выпало. Со стороны этого не видно - идеальная пара, не замеченная в адюльтерах, всегда вежливы и готовы оказать друг другу поддержку. А вот взаимной страсти между супругами нет и никогда и не было. В чем-то их отношения мне напомнили отношения внутри семьи Кэддок, в другом романе Моэма Сомерсет Моэм - Миссис Крэддок . Эмоциональная Берта и равнодушный Эдвард. Здесь не так всё печально в силу того, что Джулия и Майкл принадлежат примерно к одному социальному строю и имеют общий интерес - страсть к театру. Так стоит ли удивляться, что достигнув кризиса среднего возраста, она оступилась? Но к счастью, смогла достойно пережить свою ошибку и даже извлечь из неё урок и пользу. Понравилось, что героиня находится в гармоничных отношениях сама с собой.

Могло ли быть по другому? Режиссер Джимми Лэнгтон, с чьей легкой руки Джулия стала знаменитой, учил её не быть, а казаться естественной, иначе на сцене нельзя. Настоящие эмоции выглядят слишком вульгарно и грубо. Давайте разберемся, стоит ли упрекать актёров за то, что они играют и в жизни, что брошенная ими фраза, произведенный жест принадлежат к какой-то роли игранной ими? Я считаю, что нет. Ведь они выбрали наиболее подходящие ситуации, из многих других, имеющихся в их арсенале. Да и только ли актёры надевают маски? Тоже нет. Далеко ходить не надо, в романе каждый персонаж, в тот или иной момент, говорит вовсе не то о чем думает на самом деле. Также как и в жизни.

Мда, возможно, стоило написать рецензию по свежим следам, а не по прошествии полугода, но что поделать, муза приходит когда приходит, а еще вернее, когда нужно сдавать отчет по игре.

Честно говоря, из всех прочитанных книг Моэма "Пироги и пиво" показалась мне самой невнятной. Я прекрасно помню сюжет и героев " Узорного покрова ", во мне живы эмоции от персонажей Театра и Луны и гроша . Но с Пирогами я теряюсь. Сдается мне, что после написания рецензии я пойду и снижу оценку на полбалла, потому как я с трудом вспоминаю сюжет.

Это книга о писателе глазами другого писателя. Так Моэм мог бы писать о Диккенсе, например, и кто знает, может, в своих персонажах он и зашифровал себя и какого-либо именитого британского классика? Кто теперь знает? Возможно, критики. Мне очень понравились диалоги ГГ с другим именитым классиком, по просьбе которого ГГ и начал вспоминать свое прошлое (и прошлое Дриффилда). Мне понравилась, несмотря на ее шлюшеское поведение, Рози, жена Дриффилда. Любвеобильная женщина, с радостью делящаяся своим эээ теплом с мужчинами, но которую ни один мужчина не может упрекнуть в этом. Ну как же, так свежа, так весела, как же можно, пусть дарит всем свое эээ тепло.

А в остальном вся история прошла несколько тускло. Никаких особых эмоций книга не вызвала, не самый лучший роман любимого автора.

Ах, ты, сучка ты крашена! (с)
Сумбурно, эмоционально, может быть спойлерно.

Я уже чувствую отпечаток тапка, который дружно метнут в меня многие почитатели главной героини и мои дорогие друзья из клуба. Эх... Сильно не ругайтесь.
Я не устану повторять, что Моэм - гений. Уже пятое прочитанное произведение и с каждой страницей я влюбляюсь в него все больше. Он просто видит людей насквозь, он человек-рентген, всевидящее око. Он так умело выставляет своих персонажей на посмешище, мастерски скидывает с них все маски (а в этом романе, их тем более хватает!), оставляя фактически в чем мать родила перед любопытной читательской публикой. Но вот парадокс : как бы не высмеивал их Моэм в своих книгах, как бы не вываливал перед нами их недостатки и скверные стороны, все равно есть нечто, что помогает увидеть во всей этой грязи человека. Да, Моэм своих героев любит.

Так же вышло и с главной героиней "Театра". Весь роман мне казалось, что автор то и дело твердит "Ты посмотри, нет, ты посмотри - какая сволочь!" и тем не менее, тут и там, эта сволочь выдает такое, за что (хоть и нелегко это признать) не уважать невозможно. Я не знаю, может во мне еще не выветрился весь юношеский максимализм, а может как женщина я недостаточно хитрожопа мудра, чтобы увидеть в ее поведении, моральных устоях (да нет же, в их отсутствии) и поступках Джулии "качества". Большую часть времени при прочтении, меня от нее мутило. Мутило от того, как она без зазрения совести манипулирует людьми, которые ее любят; от того, что гордится, прищучивая людей как щенков, командой "к ноге!". Мутило от того, что чужая жизнь и чужие эмоции, в том числе и самых близких людей, для нее ничего не значат. Заставляя весь мир крутиться вокруг себя, она даже не отдает себе отчета в том, сколько боли причиняет. Ее "торкает" только тогда, когда больно ей самой, когда ее приемчики отрабатывают на ней же и даже в таком случае, никакого урока Джулия не извлекает. Я не буду говорить (хоть и очень хочется) громких слов о том, что мне ее жаль и жаль всех тех, кто ее окружает и страдает от бесконечного притворства. Попытаюсь выразить свои впечатления иначе : исходя из ее же, эгоцентричного, взгляда на мир. Конечно, счастье - дело субъективное и все же, я не представляю как такой человек может быть счастливым. Когда даже перед мужем, сыном, любимым человеком не можешь открыть свои истинные чувства, расслабиться, показать себя настоящую - разве это счастье? Когда любовь к себе пытаешься получить все той же манипуляцией - разве это счастье? Когда подкладываешь дорогого мужа под любовницу своего любовника (вы еще не потерялись?) ради мести - разве это счастье?

Из всего романа, мне ближе всех был персонаж Роджера и читая отрывок ниже, мне хотелось вскочить и аплодировать ему стоя, настолько четко он резюмирует мое впечатление о героине.

И снова я восхищаюсь автором : в этих строчках одна из прелестей Моэма! Из всех героев романа, он выбрал именно сына Джулии для того, чтобы вышвырнуть ей все ее притворства в лицо. Из всех интеллектуальных, аристократических, любящих ее или таких же хитро...умных окружающих, именно 18-летний мальчишка безжалостно содрал с нее все маски.

Разумеется, за счет своего мастерства и взгляда на мир, ей прекрасно удается контролировать свои чувства и пожалуй, в этом ей можно немного позавидовать. Уж из каких передряг ей удавалось выпутаться с высоко поднятой головой! Не буду кривить душой, это дорогого стоит и достойно уважения. Но все же... Джулия не просто актриса, она кукловод и дергает весь окружающий мир за ниточки. А мне кажется, что это не проходит безнаказанно...

Где-то в рецензиях мелькнуло мнение, что Джулия во каждом из нас и те, кто это принимает, восхищается ей, а кто отвергает, ругает Джулию. Интересное мнение. Да, несомненно, мы все так или иначе, в большей или меньшей степени играем, цепляем маски, вертим чувствами других. Но все же (и наверное в нашем мире это наивно), мне хочется верить что в большинстве из нас Джулии совсем мало, одни крупицы. Потому что "целая" Джулия, это женский ад, имхо. Не хотела бы я такой Джулии в своем окружении.

Что касается самого романа, он безупречен. Прекрасный язык, замечательно прописанные персонажи и невероятно точная атмосфера. Впечатления после прочтения такие, словно не книгу прочитал и сам лично был свидетелем всего происходящего. Мне не хватит слов, чтобы выразить весь восторг перед этим автором, поэтому на этой позитивной ноте сворачиваюсь и просто желаю каждому испытать такое же удовольствие от прочтения.

Я не согласна с фразой, что жизнь театр, а люди в ней актеры. Конечно, когда я читала эту книгу в первый раз в 2009 году, для меня это было настоящее открытие в литературе. Сейчас же, я смотрю на вещи несколько иначе, чем тогда. Если в юности, я считала, что люди лицемерят, то сейчас я считаю, что как бы ты не обманывал других, ты никогда не обманешь самого себя. Да, безусловно, люди играют, люди обманывают, но! Мир не состоит изо лжи, в нем гораздо больше правды, чем мы думаем и видим. Порою во лжи больше правды, и если оглянешься назад в прошлое, понимаешь, что та горькая правда, которая тебя так убивала, сейчас просто бессмыслица. И наоборот, ложь, которая казалась легкой и смешной, стала самой тяжелой правдой.
Мы на самом деле меняемся, меняется наша жизнь, наши взгляды на вещи. Сейчас мне 27 лет, я прочла уже три сотни книг, возможно, это мало, но для меня это огромный опыт человеческой жизни. И для меня эта книга воспринималась несколько иначе, чем 11 лет назад, когда я в свои 16 лет прочитала не более 50 книг.
Конечно, мы должны понимать, что театр – это игра, что ложная любовь была испытана 99% населения планеты. И мы понимаем, что любовь истинная – это конечно рана, рана которую не вылечишь, любовь на всю жизнь для меня это любовь родителей к своим детям, всё остальное это уже не так важно. Скорее всего, именно поэтому, у нас много партнеров, но мы никогда не перестанем любить своих детей – они любовь всей нашей жизни. Да, это разная любовь, я не спорю, но я вообще говорю о понятии любви, о любви настоящей.
Я не признаю, и больше не верю в любовь между мужчиной и женщиной на всю жизнь. У меня горький опыт, и сколько бы я не влюблялась, всё проходило. Да, вы сейчас скажите, что существует брак на всю жизнь, но я не говорю о браке, я говорю именно о любви. И брак часто опирается на дружбу, понимание, сочувствие, привязанность. Конечно, существуют исключения, но их мало. И если вы живете уже много лет со своим мужем, что ж я вас поздравляю, потому что вы верите в любовь до конца жизни, но я не верю.
Читая эту книгу, главная героиня меня очень раздражала. Я не понимала ее, я уже решила поставить книге среднюю оценку, но как меня поразил конец книги, что я была впечатлена концом, и Джулия, которая меня раздражала во время всей книги, в конце восхитила. Да, такое тоже бывает, что ж поделаешь.
Эта книга заставила меня задуматься о многом. Книга, которая учит, и всё же для меня – эта книга была мучением, потому что постоянное раздражение главной героини меня очень отталкивало.
Моэм, безусловно, великий писатель. Мне не часто удается нарваться на книги, которые переворачивают душу, выживают как лимон сердце.
Наверное, эта книга навсегда останется для меня открытием женской глупости. Поверьте, мне это знакомо всё, что в ней написано, и даже немного близко. Но, книга интересная и читается на одном дыхании. Хотела поставить оценку 3, но нет, только 5 и никак не меньше.

Роман, который сам Моэм называл любимым, выросший из желания написать рассказ. Но много накопилось из наблюдений, что хотелось бы высказать. Поэтому главными в романе, думаю, как раз и служат эти:

● язвительные рассуждения о повадках писательской братии;
● оправдание настойчивому самопиару и попыткам прослыть медиаличностью;
● секреты приобретения популярности и шаржирование меценатства;
● беспроигрышные рецепты оценки произведений искусства, вернее того, что на таковое претендует;
● остроумное распределение обязательных тем и жанров за аристократией, для которой творчество должно быть вменено в обязанность;
● мода на религиозность и трактовка прекрасного...

и прочие скелеты в шкафах богемы, весь сор, из которого, как известно, не ведая стыда, растут... и не только стихи.

Все эти мысли и находят выход в процессе реализации задуманного сюжета. Некий преуспевающий, но не блещущий избытком таланта писатель Элрой Кир берётся написать биографию недавно умершего Эдварда Дриффилда, объявленного последним столпом викторианской литературы. Так как сам он знал покойного не настолько близко, то вынужден обратиться за материалом к рассказчику, Уильяму Эшендену, который в юности плотно общался с Дриффилдом и его первой женой Рози. Вся затея с посмертной канонизацией новоявленного классика принадлежит его второй жене Эми, самым активным образом её реализующей. Как ни странно, но попытки восстановить образ Дриффилда превращается во всесторонний рассказ о Рози, жизнерадостной и, мягко говоря, не слишком щепетильной, а грубо - откровенной потаскухой. Но именно она, а не исполненная благопристойности Эми, вдохновляла покойного классика на признанные гениальными строки. Чем именно? Вот тут и не обходится без скелетов...

Эшенден, похоже, шокирован не столько вскрывшимися в ретроспективе тайнами, сколько деятельностью новой миссис Дриффилд с музейным выхолащиванием памяти о муже. Зачем подкидывать публике очередной повод покопаться в грязном белье - пусть уж лучше довольствуется созданной вдовой видимостью. Поддерживать же и то, и другое рассказчику, возможно, мешают остатки пуританской морали добропорядочного городка, в котором он вырос и который категорически осуждал скандальную чету. Что касается всей деятельности Эми, то она и является теми «пирогами и пивом» из басни Эзопа о двух мышках: деревенской и городской. Подобно тому, как «лучше бобы с салом в мире, чем пироги и пиво в страхе», пусть уж скелеты остаются в своих шкафах. Сам Моэм не посчитал это зазорным, доказательством чего и служит этот роман, всё же не напрямую, а укрывшись под маской Эшендена. И всё же намёк на его личное отношение ко всей истории в рассуждении о праве пользоваться первым лицом и полемике с Ивлином Во, безапелляционно отвергавшим этот приём.

Видимо, вопрос о том, где кончается Эшенден и начинается Моэм, ещё тогда взволновал проницательных читателей. Они сразу же проассоциировали Эдуарда Дриффилда с Томасом Гарди, а Элроя Кира, характер которого Моэм выписал скрупулёзно и нелицеприятно, с Хью Уоллполом. И если первому, по естественной причине, уже было всё равно, то второго это настолько задело, что в конце концов стало всё равно. Автор всячески открещивается от каких бы то ни было прототипов, а Кира вообще объявляет обобщённым портретом. Действительно, кому охота признаваться в вероломстве. Пусть уж скелеты-вдохновители остаются в своих шкафах!

Вся жизнь - театр, это правда. Но в этой книге актерство возведено в абсолют, и Роджер во многом прав, когда говорит, что где-то за этой игрой пустота. Если жить спектаклями, актерством, то ты сливаешься с образом, я думаю, это актуально и для многих нынешних актеров, особенно в Голливуде, который живет по меркам: "А помнишь, ты был маленький, какая удачная фотография, была во всех газетах" - чуть более, чем полностью.
Есть внешняя жизнь, есть внутренняя. Кому хватает ума, тот внутреннюю не показывает, но одно сплетается с другим, уже не понятно, где правда, где притворство. Вы бы смогли прожить лет двадцать с человеком, который вызывает у вас раздражение? Нет? О, вы просто не умеете играть. Джулия вот умеет, она играет всегда, даже наедине с собой - потому что и там рядом с ней незримые поклонники, критики, она сама себе критик, который выверяет каждую позу, жест и интонацию. Все фальшь? Вот тут Роджер ошибся. Нет там фальши - все правда. И ее игра правда, и ее эмоции правда. Она сама как двуслойный пирог, и даже все ее влюбленности не лишены театральности. Она страдает как Ромео с Джульеттой вместе взятые, она каждый раз умирает с трагичностью Дездемоны, она ревнует как Отелло. Она может быть музой как Беатриче, Она жестока как Стенли и сходит с ума как Бланш (хотя эта пьеса будет написана позже, но Джулия и в ней сыграет и будет более чем убедительна).
Она не может иначе. Майкл не может иначе (хотя он попроще жены будет, конечно). И Роджеру, разочарованному юноше, пока сложно это понять. Но, возможно, он еще дорастет до мысли, что его родители - не фальшивка и не пустышка, они просто вот такие, идут, актерствуя, по жизни. И вся их жизнь, каждый ее эпизод - одна из сцен пьесы.
Надо сказать, в своей пьесе Джулия всегда берет ведущую роль. И это ее кредо: побеждать из поражения. Она может, она со всем справится и будет убедительна даже в 70 лет, уж поверьте.