Собрание сочинений в девяти томах. Том 4. Пироги и пиво, или Скелет в шкафу. Театр

Столько восторженных отзывов на творчество Моэма и все положительные. Странно, правда? Ведь в вкусы у всех разные. Не могу сказать, что мне не понравилось, но восторга не случилось. Может такое произведение. И стоило начинать знакомство с другой книги. А может поднятая тема была не кстати.

Буду пробовать дальше, возможно, и во мне зародится восторг.

В романе описывается жизнь одной популярной актрисы. Сначала не испытывала к ней никаких чувств. Ну живет, да и ладно. До середины как-то нейтрально было, а потом внутри начало зарождаться такое противное и тягучие чувство. Осознание отвращения пришло под конец.

Хочется использовать все доступные нелицеприятные эпитеты для описания этой дамы. Вульгарная и высокомерная, бесчувственная и эгоистичная.

Ее рассуждения не укладываются ровно в голове у нормального и здравомыслящего человека. Когда размышления по логике должны направляться в одну сторону, она же расписывает всё совершенно иначе.

Не хочет расти духовно, искать себя и познавать внутренний мир. Её устраивают декорации, сценический грим и мишура, которые помогают спрятаться от окружающих.

Женщина, которая не может отделить себя от персонажей, которых играет. Всю жизнь играет с чувствами других людей. Насмехается над ними, когда те принимают её игру за чистую монету.

Ревность — очередной реквизит, который она примерила. И с ним она готова выложиться в игре на максимум.

Пожалуй, так жить достаточно утомительно. Ведь нужно транслировать не свои чувства, а изображать чужие. И те редкие моменты, когда действительно что-то чувствует, она решает обойти стороной. Оставить сбоку. Проще ведь снова спрятаться.

Единственный человек, который замечает реальное положение дел — ее сын. Его слова ранят её, но она снова поступает легкомысленно. И только наиграно беспокоится о его благополучии.

Ни к одной мысли, ни одной к эмоции главной героини нет веры. Чувствует она вообще что-то? Наглядное описание социопата. Она играет всеми, как куклами в детском домике. Двоякие впечатления остались у меня по итогу.

Посредственный женский романчик. Автор в процессе написания проглотил ни одну муху. Ленивая стареющая главная героиня очевидно должна вызывать чувство жалости тем, что она как паучиха засела в центре паутины и держит рядом с собой поклонника графа, страдающего по ней двадцатилетиями, старую лесбиянку, также желающую ее, примитивного мужа и т.д. и т.п. По ее глубочайшему убеждению все люди дураки и лохи, а весь мир вертится вокруг нее, солнце с трудом пробивается через ее застилающее все необъятное эго. Правда она весьма умело притворяется скромницей. В конце романа Моэму самому стало стыдно за весь этот слезливый бред, поэтому переписав пару строк из Шекспира - он по быстренькому слепил какой-то глубинный смысл, обратив внимание людей, что женщина - это притворство и равнодушие. Никакой Америки он этим не открыл. Не будите мадам, весь мир театр и люди в нем... слава богу не актрисы. Прощай, Моэм, смотри футбол.

Для одних театр - это жизнь, для других, жизнь - это театр. Вот и главная героиня книги, Джулия, превратила окружающую ее действительность в театральные подмостки и играет. И ведь как играет! Что на сцене, что в жизни - хороша чертовка. Женственная, обаятельная, хитрая, настоящая лисичка. Знает, как очаровать: как улыбнуться, как взглянуть из-под ресниц, каким тоном произнести. И всё это естественно, без натуги.

Джулии 46, но она даст фору многим молоденьким девицам. Неудивительно, что однажды на ее пути встречается юноша, практически ровесник ее сына, с которым у женщины завязывается роман. Любовь? Ну, вряд ли. Ему удобно, ей интересно. Парень без гроша в кармане (и тот ещё манипулятор, на самом деле). А Джулия... Ну какой женщине не понравится внимание молодого мужчины? Как минимум льстит ее самооценке.

И снова удивляюсь тому, как здорово Моэм понимает женскую психологию. Причем типажи у него как будто разные ("как будто", потому что это всего лишь вторая прочитанная книга автора), а получается весьма достоверно. И типажи-то не однозначно добродетельные (мягко говоря), а всё равно им сопереживаешь, в какие-то моменты ими восхищаешься. Странно.

Увы, не особо впечатлило. Как-то совершенно вторично. Причем, без какой-либо искры индивидуальности, которая наполняет огнем даже самые банальности. Ибо, конечно же, все темы на свете уже многократно спеты и рассказаны, поэтому только лишь личное пламя может наполнить новым, или необычным, или еще каким-либо особым смыслом самые заезженные и затертые слова.
В целом тема природы творчества, "из какого сора" достаточно популярна. Буквально каждый писатель даже если не написал, то помечтал уж точно.

Вот и здесь некий британский писатель средней руки вспоминает о том, как будучи подростком познакомился с корифеем местной прозы, еще при жизни торжественно водруженным на вершину, куда не доплюнуть всем прочим ныне живущим авторам. И якобы ему так подфартило потому, что он умудрился доковылять до весьма преклонного возраста, с чем лично я категорически не согласна, ну да ладно.

Впрочем, весь цимес повествования заключается в том, что в свое время корифей весьма одиозно женился на местной буфетчице, которая любила тратить монету сверх возможностей кошелька и неистово шляться по мужикам, то есть была особой чрезвычайно примитивной и развратной. Но такое впечатление она производила, естественно, в основном на женщин и мужчин, не ведущихся на ее секс. авансы. А так у мадамы не было не то, что каких-то понятий об основах морали, у нее даже не было банального чувства благодарности за то, что ее вытащили из помойной ямы, в которой она рано или поздно непременно захлебнулась бы со своим образом жизни. Поэтому она прыгала на всех, кого можно и не можно. На друзей, коллег мужа и прочих мужиков, невзирая на их возраст и так далее. И у них, конечно, о ней были совсем другие мнения и воспоминания. Но лично я как-то больше склонилась к точке зрения нечувствительных к ее феромонам и томным валяниям на софе.

Но мол корифею именно это унижение и требовалось, как бы намекает моэм. Потому как самые лучшие свои книги дядька написал именно тогда, когда женушка радостно макала его лицом в грязь, наставляя густой лес рогов на макушке. А после якобы было уже не то, хотя он встретил женщину, которая без всякого секса и подлостей невероятно поспособствовала его карьере.
И, пожалуй, в этом я с моэмом соглашусь. Раз корифей не умел издеваться над своими близкими во имя творчества, значит, должен был страдать сам. Ничего, заключающегося в выражении "я хороший человек, живу в мире и гармонии, всех люблю и все любят меня", тут быть не может ни при каких раскладах.

Однако сама история, к сожалению, не увлекла, ибо показалась достаточно банальной и проходной.

Второе прочитанное мной произведение Моэма. Будучи наслышанной от друзей, какое оно интересное, я начала чтения с охотой и до последнего на что-то оптимистично надеялась. Это я к тому, что не подходила к нему предвзято, что могло бы испортить впечатление. Но "Театр" показался мне точной копией "Пирогов и пива" - та же бесконечная ретроспектива, смешение прошлого и настоящего, возведение человека искусства в некий ранг и противопоставление актера и писателя зрителю и читателю не с пользой для последнего.
Читается легко, по крайней мере, сюжет летит, странички перелистываются, но всё равно невероятно скучно. Главная героиня, Джулия - стареющая актриса, однако, как утверждают, одна из лучших в Англии, на почве чего у нее невероятно завышены ЧСВ и ненависть к простым смертным. Когда к ним в театр пришел новый молодой счетовод, она решила над ним постебаться, притащить к себе домой, показать, какая она крутая и какое он ничтожество. Но этот юный незамутненный разум живо загнал пожилую примадонну в койку, после чего Джулия решила постебаться по-другому и влюбить в себя несчастного ребенка, привязать к себе деньгами, положением и опять той же койкой. Но, конечно, всё пошло через одно место, как и героиня "Долины совести", Джулия чуть ли не валялась на пороге этого пацана, но, к ее чести, в конце концов, решила справиться со своей депрессией и всё круто изменить. Концовка, как уже говорили, любопытная, месть удалась. Хотя я не очень хорошо разбираюсь во всех этих тонкостях сценического искусства, так что фишка прошла мимо меня чуть ли не за километр. Но, наверное, это я слишком добрая и считаю, что если начинающий творец (неважно кто - актер, писатель и т.д.) уверен в своих силах и старается, пусть даже ему не хватает опыта, ему стоит помочь, указать на ошибки, а не выставлять посмешищем перед всем миром. Естественно, эта блондинка была самоуверенной. Но разве скромный, не пробивной человек сможет хоть чего-то достичь на актерском поприще? В общем, не могу я сочувствовать этой мелочной, мстительной бабёнке Джулии. На что она вообще рассчитывала, совращая этого парня? Что он вечно будет ее молчаливым поклонником, откажется от всякой личной жизни?
В общем, не знаю. Какое-то у меня странное впечатление от автора, читаем дальше. Делаем хорошую мину, улыбаемся и машем.

Бедный ягненочек!

Главная героиня, знаменитая талантливая актриса, переживает возрастной кризис. В этот момент ей попадается пылкий повеса Томас Фэннел. Роман об истории жизни Джулии, ее переживаниях и о поставленной ею самой пьесе.

Джулия Лэмберт мне показалась актрисой до глубины души. И когда сын назвал ее пустой оболочкой я даже поверила. Почти поверила. Если остановиться и подумать, то в книге очень много ее диалогов с самой собой и они сильно отличаются от тех, которые она «играет». В речи с героями книги, Джулия не перестает играть, для неё важно доминировать, выглядеть так или эдак, казаться и производить впечатление. Очень темпераментная и нетерпеливая внутри, внешне героиня ведет себя более, чем благопристойно. Когда ее будущий муж Майкл «самый красивый мужчина Англии» решает сделать ей предложение, в голове Джулии проносится целый вихрь. Было очень трогательно наблюдать это. Тем более читателю уже немного известно о Майкле. Это очень сдержанный, зацикленный в себе мужчина. Его не интересует ничего кроме благоразумия, джентльменства и денег. Бедняжка Джулия еще не знает всего этого. Но неизбежно правда раскрывается ей. И уж тут хочется воскликнуть в тон актрисе: Джулия, бедный ягнёночек!

Мне было очень жаль героиню. Ее эмоции так и выплескиваются, но направить ей их не на кого в реальной жизни. Но нельзя не восхититься ее стремлением к самообладанию. Ее пылкая любовь остается неразделенной мужем. К сыну она равнодушна. Молодой любовник оказывается подлецом. Наверное благодаря столько скудной личной жизни она стала гениальной актрисой. Момент, когда она упивалась ролью и своими неподдельными чувствами, когда она действительно испытывала чувства, которые должна была изображать, а ей сказали, что игра ее ужасна. Джулия, бедный ягнёночек!

В романе Джулия очень часто жалеет кого-либо. Как правило, мужчин. Но ни разу ее сожалений не удостоилась женщина, да и к самой себе она беспощадна. Долли, одна из героинь, влюблена в Джулию. Пожилая богатая и мужеподобная дама. Она могла бы быть Джулии другом, но актриса слишком эмоциональна чтобы найти общий язык с Долли. Также было неожиданно, что Моэм в своем романе описывает однополую привязанность женщины. Хотя и мужчине выпала такая честь. Второй лучший друг и преданный поклонник актрисы лорд Чарльз, который более двадцати лет верен ей. Вот тут автор не раскрыл все карты. И Джулия, поразмыслив, исключила вероятность того, что ее друг гей. Хотя мне все-таки кажется что она ошиблась.

Если оценивать те несколько романов, которые я прочитала у автора, то «Театр» отнесу к среднему. Да, много эмоций, женская душа и все такое. Но, пожалуй, не хватило мне немного социальщины, как в «Рождественских каникулах». Плюс ко всему, действие происходит на подмостках сцены и не всегда легко оценить происходящее: где актерская игра, а где искренние эмоции.

Эта мысль повторяется в книге от начала и до конца. Сплошная драма драма и еще раз драма. Книга, не претендуя на мрачный, депрессивный сюжет, оставляет после себя ощущение безнадежности.

Стареющая актриса осознает, что ее никто никогда в жизни не любил: ни муж, ни любовник, ни даже сын, самые дорогие ей люди, которым она отдалась полностью без остатка. С этим осознанием приходит мысль, а есть ли у нее собственная личность?

Что увидел бы посторонний, если бы заглянул в комнату, в которую она вошла одна? Она и сама страшится этого ответа. Она никогда в жизни не находилась в комнате одна, наедине с собой. Её актерская игра так повлияла на нее, что невозможно отличить: когда она играет, а когда живет своими чувствами. И живет ли вообще?

А что если она - просто оболочка? Гениальная актриса в душе у которой - пустота. Ничто.

А она и не замечала...

Она была актрисою, и даже за кулисами
Играла роль, а зрителем был я.
В душе ее таинственной мирилась ложь и истина
Актрисы непростого ремесла.
Ему единственно верна, хотела быть она.

Джулия Лэмберт не нуждается в особом представлении. Эту актрису знаю все по множеству сыгранных ролей.
Жизнь и карьера сложилась как нельзя лучше.
Для актрисы не может быть ничего прекраснее мужа-режиссера, ну, если только мужа с собственным театром. Тут все карты в руки.
И всеми «картами удачи» она воспользовалась в полной мере.
Джулия сыграла множество блестящих ролей. Ей рукоплескали миллионы, влюблялись мужчины и женщины, боготворили и преклонялись. Но я хочу рассказать о самых удачных и ярких ролях.
«Милый ягненочек»
Забавная и очень простая роль. Будучи женщиной, она очень легко с ней справлялась. В силу природной красоты и очарования достаточно лишь в нужный момент пустить струйки по щекам. Это так трогательно и действует безотказно.
«Потаскуха»
Роль самая любимая – несложная и занимательная.
Приплюсуйте сюда удовольствие от секса.
Но бывают трудности с партнером – тут важно и присутствие, и желание, которого по причине полового бессилия некоторых мужчин добиться просто невозможно.
(- Но Джулия, может, он просто не хотел?

• Ах, какие глупости. Посмотри на мои ноги? Они сведут с ума любого!)

«Старая корова»
Молодящаяся тетка, любящая пожевать и отпугивающая назойливых мухжчин, сначала изрядно постаравшись их прилепить.
Казалось бы, что может быть проще. А нет! Потенциально, сыграть подобную роль могла бы любая, но… Quod licet Jovi non licet bovi! (Что дозволено Юпитеру, не дозволено быку!)
Эта роль исключительно Джулии Лэмберт!!!
Для подобной роли нужно превосходно справляться с первыми двумя. Не просто безукоризненно сыграть, но втянуть в эту игру всех окружающих, не сходя с места, в любую секунду, с первым попавшемся на пути, в любых декорациях…сплошная антреприза.
А главное, быть уверенной в своем превосходстве и в неоспоримом порядке внушить это всем без исключения.

Это все безумно сложно. Вот попробуйте сами сыграть лучше Джулии хотя бы мать.
Мать замечательного ребенка, который не мешал бы жить свободно, но стал великолепной декорацией – не отсвечивал, но создавал атмосферу домашнего уюта.
Это ли не талант?!

Она играла жену и любовницу, мать, подругу и хозяйку. Играла любовь, страсть и сопереживание, смущение, очарование, нежность.
Спросите, когда же она жила?
А жила она на сцене. Там и была настоящая Джулия, растворяясь среди сотен глаз, испытывала искреннюю радость и переживания.
Ведь зрители знали её и не знали о ней ничего.
Там отдыхала и была по настоящему счастлива.
А для полного счастья не хватало…чего же не хватало Джулии Лэмберт?!
Уж не о любви искренней и чистой вы подумали?!
Нет, не хватало всего лишь жареной картошки с бифштексом и бутылки пива.

Встреча с небольшим романом Сомерсета Моэма оказалась интересной и, можно сказать, многоуровневой. Название не стало для меня сочетанием юмора и тайны, вместо этого передо мной в нем предстали два героя романа. Пироги и пиво – Эдвард Дриффилд, который стал великим писателем, но так и не оставил своей привычки посещать деревенские пабы, где можно выпить кружку пива и посмотреть за течением настоящей жизни. Скелет в шкафу – Рози, его первая жена - с неутомимой жаждой жизни, открытой светлой улыбкой и своим собственным представлением о морали и ограничениях. Жизнелюбивая бывшая барменша становится угрозой, скелетом в шкафу и настоящей загвоздкой для биографа и образцово-показательной второй жены Дриффилда, ведь обойти этот период им сложно – именно тогда были созданы наиболее значимые произведения писателя.

Самый яркий образ романа – удивительная и естественная Рози. Какая интересная особенность - ее поведение мужчины (да и женщины тоже) воспринимают как неизбежное - как радуга появляется после дождя, так и Рози дарит свою любовь окружающим. Даже боль расставания покинутых мужей и поклонников не проникнута злопамятством, так сильны доброта и сердечность Рози.

Эдварда и Рози нам представляет не сам Моэм, а его литературная маска – писатель Уили Эшенден, с его помощью и закручиваются время и пространство романа, затягивая нас за собой. Время здесь непостоянное - между первыми и последними главами флэшбеки-воспоминания разных героев. Пространство произведения тоже делится на две части - сам рассказ о героях чередуется с размышлениями о писателе и творчестве, искусстве, жизни и литературном Лондоне.

«Пироги и пиво» - при всех своих композиционных элементах - повествование тягучее, плотное , как тот эль, который старый Дрифффилд потягивал в "Медведе и ключе". История довольно драматичная, но не будоражащая - тем интереснее становится обратная сторона медали, когда узнаешь, что книга была принята довольно шумно. Описание литературной жизни и сатирические портреты вызвали многочисленные споры современников, возмущения и бесконечные подозрения, что Эдвард Дриффилд – это Томас Гарди, «последний викторианец». «Скелеты» начали жить своей жизнью, выходя за рамки романа, да и за пределы фантазии самого автора. Что же осталось в итоге? Все тайны раскрылись, в шкафу ничего не осталось, а закрытый финал манит нас своей двойственностью – сочетанием счастливого конца и светлой грусти.

Точнее — очаровательно улыбаясь и внимательно следя за тем эффектом, который производит на собеседника. Испытывая удовлетворение, если эффект совпадает с задуманным. Стремясь продумывать каждую мизансцену — особенно в непростых жизненных ситуациях... Вот такая она, "великая и ужасная" Джулия Ламберт, которой еще в юности предсказали, что она станет "величайшей актрисой Англии" - театральной стране Шекспира.

Первый раз эту книгу, написанную, естественно, в типичной «моэмовской» манере — бойкой, наблюдательной и психологичной , я читала в юности, она формировала меня как личность, повлияла на всю мою жизнь и именно из ее текста я узнала такие слова как "кокни", "импотент" и "гомосексуалист". А некоторые цитаты из нее я выписывала в особую тетрадочку и запомнила буквально на всю жизнь.

Но сейчас я хочу остановиться на том, как этот роман далекого 1937 года воспринимается в наше время.

Мораль сей книги примерно такова: женщины — даже блестящие и знаменитые - чрезвычайно уязвимы в своих любовных отношения. Любовников, как говорится, не выбирают, и страсть иррациональна — то есть от того, что ты осознаешь, что предмет твоих неустанных дум ничего особенного из себя не представляет, твое чувство не становится менее сильным. И прервать такие унизительные для тебя отношения очень сложно.

Одновременно книгу можно считать этаким производственным романом на тему актерской деятельности.
Все происходит в Лондоне, так что наиболее интеллектуальные из героев цитируют английских поэтов типа Уильяма Блейка и посещают Национальную галерею и Галерею Тейт.
Очень интересно показаны взаимоотношения между актерской богемой и титулованными аристократами — вторая "группа товарищей", являющаяся предметом светской хроники, описывается как, за редким исключением, довольно скучная и пытающаяся угоститься и поразвлечься за чужой счет и с этой целью ищущая общества первых.