Проза новой России. Том 3

К Петрушевской вообще-то хорошо отношусь. Если нужна отчаянная безысходность с детьми или стариками в главных ролях, с самым чернушным антуражем из всех возможных, узнаваемым, отечественным до боли, с нищетой, бесправностью и редкими проблесками чего-то хорошего, вроде покормил птичку хлебушком, или добрая тётя по голове погладила - то лучше Петрушевской не сыщешь. Её стихия. Не то чтобы я многое читала из её творчества, так, пару сборников, "Время-ночь"... Но до сих пор мне в общем нравилось, хотя кому ни посоветую эту писательницу, все плюются. Ну да не беда. Что касается "Котёнка Господа Бога" - ясное дело, повелась на название, звучит здорово. Но вот сборник дочитан, и что я могу сказать? - я в ауте, дорогие друзья.

Сборник состоит из коротких историй, почему-то названных "рождественскими", и делится на три части: "Нынешние сказки", "Прежние сказки" и "Настоящие сказки". Различаются они степенью шизофреничности. Начинается всё более-менее пристойно, узнаваемый авторский стиль, истории про чудеса и совпадения, про счастливые обстоятельства и знаковые встречи, пока ещё вполне реалистичные, пока ещё вызывающие интерес - хотя нет-нет да и приподнимешь бровь в немом изумлении, наткнувшись в кустах на во-о-от такенный рояль. Сюжеты банальны, да, это какой-то плод греховной любви гламурного журнала и "Ридерз дайджест", но читать хотя бы можно, и к персонажам проникаешься сочувствием, несмотря на круговерть бреда вокруг них. Сами-то они - живые.

А потом начинаются обещанные сказки... Я даже не знаю, как описать это всё. Как будто автор одновременно впал в детство, в маразм и в графоманство на неизлечимой стадии. Каждая сказка начинается прекрасной задумкой, захватывающим началом, а затем скатывается в унылое нагромождение пустопорожней болтовни. На каком-то этапе история просто зацикливается и воспроизводит одну и ту же тему до бесконечности. Скажем, зачин такой: старая королева решила уйти из дворца и честно зарабатывать себе на хлеб, несмотря на ужас принца и всех придворных. За стенами дворца она сталкивается с жизнью простолюдинов, о которой до сих пор понятия не имела. Вроде бы любопытно, пусть и упрощено до предела. Итак, она заходит в магазин, берёт там вещи и уходит, не заплатив, потому что понятия не имеет, что надо было заплатить. Ха-ха. Потом ещё один магазин. И ещё один. И продавец пирожков. И бар. И гостиница. И нигде не платит. Ха-ха-ха. Наверное, должно становиться всё смешнее и смешнее от того, что один и тот же прикол повторяется десять раз. Нет, там есть и другие весёлые эпизоды, от которых рука к лицу прилипает, вроде того, что в кармане у королевы была недоеденная сосиска, а водитель автобуса подумал, что это пистолет. Господи, что за бред, господи ты боже мой. Нет, я могу даже вывести отсюда мораль, мол, пожилые родственники со старческой деменцией - тоже люди, их надо любить и оберегать, не надо ненавидеть их за то, что так получилось. Ну то есть там действительно очень мило бедный принц пытается заботиться о безумной королеве и при этом не вязать её верёвками. Но в целом-то, понимаете, в целом - ты читаешь и у тебя глаз дёргается, потому что ты в жизни столько несвязного бреда не видывал. Не сказать, что смысл ускользает, но такие вот истории мог бы писать ребёнок - увлечённо, бойко, бессмысленно.

Есть среди всего этого ужаса, среди кошмарных снов с бесконечностью нелепых подробностей, и жемчужинки, очень красивые и запоминающиеся. Есть рассказы, прямо-таки берущие за душу, даже если по краешку они уже начали покрываться всё той же плесенью безумия. Мне понравились "Сказка зеркал" и "История живописца", "Две сестры" и "Спасённый" - мистические, трогательные сказки. Повеселил "Кошкин городок", просто смешная история, без претензии. Пять рассказов из трёх десятков. От остальных хочется за голову хвататься.

Почему, Людмила Стефановна, почему?!

Мы закрыли глаза, чтоб не знать, как нам плохо,
И с тех пор все равно - где здесь ночи, где дни;
Партизанским костром догорает эпоха,
А в парикмахерских - вальс, и девушки танцуют одни.
На роскошных столах все накрыто для пира,
Только нету гостей - хоть зови не зови;
Можно бить, хоть разбей, в бубен верхнего мира,
Только летчиков нет, девушки танцуют одни.
(Б. Г.)

Мне нравится этот рассказ. Но как написать на него рецензию, я не знаю. Лучшая рецензия на него - это песня любимого мной Бориса Борисовича Гребенщикова "Девушки танцуют одни", строки которой я привела выше.
Сюжет рассказа о том, что не осталось ни одного мужчины. Точнее, мужчины как пол есть, а вот Мужчин нет. И бедные девушки, героини рассказа, прибегают к помощи старой женщины-шаманки, которая вызывает мужчин с того света с помощью своего бубна. Мужчины эти - летчики, погибшие во время Великой Отечественной войны. Вот только хотят девушки летчиков немецких или американских, потому что с нашими советскими, какими бы хорошими и родными они не были, в нынешней России все равно никакого толку не будет... За границу надо...
Не знаю, правильно ли я понимаю этот рассказ. Я вообще редко понимаю Пелевина, он нравится или не нравится мне на уровне чувств, когда что-то в его творчестве близко отзывается во мне или наоборот входит в разрез с моим мироощущением. Но рискну высказать мнение, что этот рассказ о том, что в нашей стране всегда было все, что нужно для хорошей, нормальной, плодородной во всех смыслах жизни. Да и сейчас есть. Но пароли и явки перепутались, настройки сбились, на распутье как пошли не туда, так и идем. Стержень жизни, ее основы утрачены. А в чем эти основы состояли, какие были те простые истины - теперь и не вспомнить, и не найти.
От пещер Катманду до мостов Сан-Франциско
Алеет восток, и мерцают в тени
Эти двери в Эдем, что всегда слишком близко,
Но нам было лень встать, и девушки танцуют одни.
(Б. Г.)

Когда я начал читать эту книгу на город уже спускались сумерки, через некоторое время оказалось что на улице уже непроглядно темно, так-же непроглядно темно, как бывает в душе или в подъезде, если нерадивый сосед выкрутил лампочку, чтобы не покупать новую, зато пакеты для мусора, голубые как глаза первой любви, он покупал всегда, для того чтобы в дальнейшем оставить их в том самом темном подъезде. В этой книге воды было больше, чем в дипломе студента, который писал его в перерывах, между пьянками и тусовками, такими, какие бывают только в студенческие годы, годы, которые проходят безвозвратно,но воспоминания о них остаются на вечно, причем читая эту книгу, я тоже думал что буду читать ее вечно и она никогда не закончится, настолько тягучим оказалось это произведение, таким же тягучим как ириски из детства, когда солнце казалось ярче, а трава зеленее, те самые ириски, которые могли вырвать молочный зуб, который-то и жалко не было, поскольку через время отрастал новый, порой мне кажется, что начни я читать эту книгу в детстве и потеряй я тогда зуб, новый вырос бы быстрее, чем я дочитал бы эту книгу. Примерно через час чтения я понял, что эта книга такая-же нудная, какими бывают собеседники, от которых хочется избавиться через полчаса беседы, но как-то стесняешься обидеть человека, а еще я понял что история и нить повествования, постоянно теряется, прячется за всей этой поэтичностью, как мы в детстве прятались друг от друга играя в прятки, я подумал, что теряйся также как нить повествования, нить Ариадны, тогда Тесей никогда не вышел бы из лабиринта Минотавра, и так и бродил бы там, как я бродил по этому произведению от страницы к странице.

Я мог бы бесконечно писать про эту книгу, но я не Славникова, поэтому не буду лить воду. Скажу так, если вам понравилось, то что написано выше - смело читайте эту книгу, она такая-же. Все похвалы Славниковой в поэтичность, для меня оказались просто водой, которой нужно было заполнить страницы, дабы получилась книга, а не рассказик для журнала. Возможно я начал знакомство с автором не с той книги, что-ж я готов дать автору второй шанс, но думаю не скоро. За сим откланиваюсь. Спасибо за внимание.

Не так много читала Радзинского, сложно отнести написанное им к документальной прозе, но погружение в эпоху ему удается замечательно. Опять же и рассказчик Эдвард Станиславович отменный, а если кому-то не нравится его голос или манера, эдакая вычурно-пафосная, то предлагаю послушать аудио версию в исполнении Эммануила Виторгана, сдержанно-бархатную.

С самого начала Радзинский проводит параллель между кончиной последнего русского царя Николая II и французского короля Людовика ХVI. Схожесть прослеживается не только в судьбах царственных особ и их семей, но и двух революций, впрочем, все революции чем-то схожи. Любит автор разбавить свои произведения слухами и легендами мистического характера, выдавая их за исторический материал, не обойдется без таинственных предсказаний и на этот раз. Будет упомянуто пророчество Казота, о создании орудия смерти – гильотины и толпе аристократов, выстроившихся в очередь к ней.

Эдвард Радзинский предлагает посмотреть на Великую французскую революцию глазами парижского палача. Почему именно палача выбрал автор в главные герои? Да потому, что любая революция - это прежде всего смерть.

Совершенно новое для меня, и потому абсолютно незапятнанное авторское имя.

Не скажу, что очень уж увлекательная тема, скорее болезненная и нелёгкая для восприятия. Тяжело и трудно больные старые люди, непростая личная жизнь, на дворе девяностые с их криминально-безденежным беспределом и хаосом в экономике и политике... Выборы, с их явными и тайными бесчестными ходами... Безденежье и безлюбовье, бездуховье и безнадёга, безысходность и "бессмертие"... Бр-р-р-р...

Но зато какой великолепный у Ольги Славниковой язык! Какая масса совершенно неожиданных метафор и прочих вкусностей! Язык настолько поэтичен, что буквально с пары-тройки процитированых вслух вкусных книжных местечек Ольга-Хойти уверенно произнесла слово "поэзия", и, вероятно, сама того не осознавая попала в точку, в десяточку, в яблочко! С упоением и внутренним, а то и вырвавшимся вовне восторгом можно читать практически каждое предложение. А вообще лучше всего было бы слушать это в формате аудиокниги, причём непременно в исполнении кого-то с мощным чуть хрипловатым обертонистым голосом, например Эммануила Виторгана. Очень вкусно было бы...

Пойду искать в сети, что есть ещё у автора, хочу ещё! :-)

Бессмертный
Книга, которой я давилась. До знакомства со Славниковой я слышала только про несусветное богатство ее языка. Ну что я могу сказать? Да, язык богат. Как будто ей кто-то сказал, что чем больше метафор она запихнет в одно предложение, тем качественнее и лучше будет книга. И Ольга Славникова, как прилежная ученица, утыкала все метафорами до такой степени, что они отбили у меня всякое желание читать. Не люблю, когда стараются взять количеством. Нет, я признаю... метафоры действительно классные, а иногда и вовсе шикарные. А иногда странные...

Но их слишком много. И это очень ярко контрастирует с тем, что в "Бессмертном" практически ничего не происходит. Все богатство языка в итоге сваливается в кучу и превращается в некоторое бессмысленное хождение по кругу. Да, атмосферности добавляет. И, возможно, мое отношение объясняется не только переизбытком метафоричности, но и самим сюжетом. Ну не люблю я эту постсоветскую действительность. И читать про нее не хочу. Вся эта грязь, серость, убогость и безысходность не вызывают у меня ничего кроме отвращения. Женщины (что мать, что дочь) одинаково несчастны и совершенно одинаковы в своей истеричной попытке уцепиться за мужчин и придуманную реальность. Почему дочь цепляется за мужа малопонятно. До момента его ухода она вела себя так, будто его и не существует. А тут вдруг понадобился. Почему обе женщины цепляются за парализованного, наоборот, вполне понятно. Им очень нравится его пенсия.
Остальные персонажи мелькают где-то на перефериии, мне их даже рассмотреть толком не дали. Только суровая Клумба пропечаталась слегка на парочке страниц.
Нежелание признать, что реальность изменилась не кажется мне достойным уважения или даже сострадания. Герои "Бессмертного" пытаются законсервировать время. Получается у них плоховато, но они так упорны в этом своем отрицании настоящего, что не видят ничего вокруг. Да, все плохое они отметают не глядя, но ведь и хорошего ничего не остается. А постепенно хорошее испаряется даже из их придуманного мира. Дочь игнорирует мать, а мать боится всего на свете. Не семья, а сборище забитых уродцев.

Конец Монплезира
Невнятная и бессвязная зарисовка из жизни неудавшегося гения. Спасибо, прочитала, надеюсь поскорее забыть и никогда больше не вспоминать.

Мышь. Литературная история
И зачем? Ну вот зачем? Ах как странно порой пересекаются судьбы? Ну допустим. И, пожалуй, это лучшее из всего, что я только что прочитала у Славниковой. И с метафорами тут порядок, и сюжет получше.

Самое примечательное в этой книге - язык. Такой красивый, богатый на метафоры (довольно необычные и непривычные). Вот оно могущество русского языка во всей красе. Не скажу, что читать и продираться сквозь все эти словесные кружева было легко, но зато красота языка порой завораживает. На этом все удовольствие заканчивается. Как правило тэг безысходность мне хочется поставить к большинству творений русских авторов. Эта книга не исключение. Бездонная книга, сотканная из грусти и печали. Бездна безысходности, безнадежности, беспросветности... Читаешь и тонешь во всем этом. Не люблю я такие вещи. Хотя отдаю себе отчет в том, что о шальных 90-х, когда в мире все шатко и нестабильно, нет уверенности в завтрашнем дне, люди стремятся жить роскошно всеми немыслимыми силами, когда магазины грабят при помощи игрушечных автоматов, написать светло и позитивно практически невозможно. Видимо просто не моя проза.

В романе Бессмертный герои отказываются жить в реалиях современного мира, создавая замкнутый иллюзорный мир, в котором время законсервируется. Они продолжают придумывать иллюзии жизни в Советском союзе, не смотря на то, что страну сотрясают глобальные перемены. Парализованный ветеран, который лежит неподвижно 14 лет и его семья, сводящая концы с концами на ветеранскую пенсию. Жена, не знающая куда себя приткнуть и живущая воспоминаниями, которые всегда с нами. И ее дочь, отличница и умница, с не сложившейся личной жизнью. Да и с карьерой мало ладится. А еще выборы со всей своей канителью и пустыми обещаниями... Неуютно в этом мире. Серо, грязно, промозгло.

Конец Монплезира - небольшой рассказ, посвященный искусству и его месту в нашей жизни. Честно говоря, не прониклась совсем.

А вот последняя вещица Мышь. Литературная история позабавила и даже немного подняла настроение. Женская месть, хотя и не месть вовсе. Все складывается более чем удачно. И да, в этом мире не стоит стремиться все знать!