История его слуги

Гэтсби книга [по этикету] не нужна, кое-что он знает, а его деньги и его самоуверенность ставят его выше любого этикета.

... я ... самоуверен, инициативен, деятелен, и всем моим женщинам всегда покровительствовал, и был им папа, даже тем, которые были старше меня.

На мой взгляд, у него [хозяина] слишком много интересов в жизни, если б их было меньше — у меня, его слуги, было бы меньше работы.

Никто не может прыгнуть выше своего потолка, и из служанки не сделаешь даму.

Что загадала она — не знаю, возможно, десять детей и меня — мужа в пижаме.

... уважаю людей, которые сами себя сделали, добились денег, но их дети должны начинать с нуля, как все другие.

... в жизни они [знаменитости], как правило, шмакодявки боязливые и неинтересные. Редко кто человеком оказывается...

Я знаю, что я ему [Барышникову] завидую. И я не отрицаю своей праведной зависти. Я более талантлив, чем он, это я тоже знаю, хотя мне и приходится чудовищно нелегко.

Лодыжников [Барышников], наверное, неплохой парень. Я не верю в то, что он злой или он негодяй. Но ему глубоко начхать на весь остальной мир и его бедность.

Лодыжников [Барышников] — сноб. Деньги сделали его снобом. Общается он в основном с богатыми старухами с Парк-авеню и Мэдисон и с такими же селебрити, как и он сам.