Дядюшкин сон. Скверный анекдот. Вечный муж

Определение "вечный муж" тянется к чему угодно, только не к тому, что это обозначает. Недавно в любимом отмороженном фильме увидел нечто неоднозначное - фашиствующий учитель при увольнении получил совет от директора школы - почитать Достоевского. Не совсем понял, насколько это вяжется с довольно радикальными националистическими взглядами самого Федора Михайловича. У Достоевского часто проскальзывают расистские - ксенофобские настроения и это помимо расхожих фраз типа "жид, жидок и жиденок". Никто не вправе отрицать возможность автором самому выбирать свою смерть, то есть тему, но задался вопросом - имеется ли вообще в творчестве Достоевского хоть одно значимое произведение, где, например, женщина занимает осмысленное место в главенствующей теме, ибо даже "вечный муж", то есть - придаток к жене, предполагает именно качество мужа, а деспотичная жена - это даже не образ, а вектор. То, куда стремится любая женщина, может быть и не явно, но в принципе.

Есть у нас в творчестве Достоевского Настасья Филипповна, которая к теме идиота- лишнего (вариант - единственного) человека имеет отдаленное отношение, она не цель, а средство передачи главного. Есть у нас Сонечка Мармеладова - катализатор терзаний Раскольникова, которая так - обозная девка главного в произведении, обозная девка в прямом соответствии сюжету и обозная девка на теле реалистичности. Подобные проститутки встречаются исключительно в единственном числе и исключительно в романах Федора Михайловича. Есть у нас Грушенька, ради которой даже вроде бы сюжетные линии повернуты к лесу задом, но которая при всем желании в число братьев Карамазовых не попадает, а в число великих грешников - тем более. Таким образом, в итоге нет места женщине в основной канве серьезности произведений Достоевского, если не вспоминать что-то мелкое и ранее, писанное для пробы пера и оставить в стороне тот неоспоримый факт, что постоянно приводится в качестве аргумента нерожавшими спорщицами, что все мы с помощью той или иной женщины вообще заявились на этот свет.

Страдальца и терпилу, вечного мужа, Федор Михайлович в очередной раз выудил откуда-то из глубинных тайников своей души. Этакая смесь собственного и того, что могло бы иметь место в его жизни в соответствии со склонностями характера. Раздвоение-растроение личности, которое мы видели в "Бедных людях", "Селе Степанчиково", "Бесах"и т.д. и здесь налицо. Сей метод довольно занимателен - автор создает одного героя, которого наделяет нынешними чертами собственного характера и другого, попадающего в более критические ситуации, но имеющего ту же основу, которого мы наблюдаем со стороны. То есть, по существу Достоевский пишет о том, что могло бы с ним быть при каких-то исключительных хитросплетениях. Более того- ближе к финалу он даже пытается дать отпор собственным недостаткам, стукнуть кулаком по столу и послать подальше толпу нахлебников, что сидела на его шее всю жизнь. В реальности такого не было, но стремление похвально. Да и выглядит пьянствующий вечный муж довольно достоверно, ходит вразнос, имеет свойство искусно болтать в светском обществе.

Чем всегда блещет Достоевский и что всегда у него льется через край - это оптимизм отношений. Что бы там не писал Федор Михайлович - его бесконечная вера в человека бодрит, эйфористически веселит и даже где-то заставляет в эту сказку верить. В "Вечном муже" это все наиболее явно - здесь целуются мужья с любовниками своих жен, некоторые становятся чуть ли не членами семей своих бывших любовниц, а каждую пришлую заблудшую дворняжку тут же определяют на постоянное место жительства в райские люксовые номера. Как говаривала советская кинематографическая классика "ух, высокие отношения!"

Но если вдруг отбросить в сторону все добросердечные отношения между фантастическими людьми мира Достоевского (это, кстати, абсолютно противопоказано, но я все равно попытаюсь), то остается один лишь жутчайший реализм, ужасающие содом и гоморра. Нездоровость подобных отношений пугающа. Что я в итоге хотел сказать - все эти сюжеты, образы, голые схемы - все это не работает без самого Достоевского. Именно в этом и есть его исключительность, таков истинный каркас всего его творчества. Ну, не верим мы в подобную человечность, не бывает так в реальной жизни, нам не встречалось, но мы же не можем быть уверенными на все 100 процентов. Вдруг все же где-то разок. Речь-то о единичных случаях. И стоит только поверить во все это единожды - глядишь вот оно, уже плодится и множится, пусть где-то и наигранно, пусть сначала и неумело. Вот оно, то самое сокровенное, та великая мощь произведений Достоевского. Его Вера. Наша Надежда.

"Вечный муж" же в своей основе напоминает какой-то там сериальчик, самоистязательная тема мужа-подкаблучника трогательна и поучительна, попытка воспитать собственный характер главного героя перед нами. Но не это главное.

Изначально я не собиралась писать рецензию на малоизвестный сатирический рассказ Федора Михайловича «Скверный анекдот», но пробежав рецензии на это произведение на ЛЛ, убедилась в весьма удручающей их бездарности. Посему, я думаю, будет правильным оставить хотя бы один осмысленный отзыв на этот рассказ, потому что каждая работа Достоевского, несомненно, заслуживает достойного анализа.

Прежде всего стоит отметить, что сатирическая проза Федора Михайловича крайне самобытна и имеет массу уникальных особенностей. Она не похожа ни на привычную для русского читателя прозу Гоголя, ни на того же Салтыкова-Щедрина, например. Это нечто абсолютно уникальное, как в плане техники, так и в плане содержания. У Достоевского было превосходное чувство юмора, однако, большинство читателей не улавливает этой стороны его творчества.

Все произведения Достоевского в юмористическом направлении я подразделяю на два типа:

1) Условно комичные - это повести типа «Дядюшкин сон» или «Село Степанчиково и его обитатели» и отличительными их особенностями является тонкий траги-комизм, поданный в блестящей манере с потрясающе яркими образами, запоминающимися персонажами, блестящими юмористическими диалогами и, как всегда у Достоевского, глубочайшим смыслом. Это вещи очень тонкие, которые практически никто не понимает в творчестве Федора Михайловича. Исследователи, кстати, тоже не уделяют им достаточного внимания.

2) Сатирические – это вещи, изначально направленные на высмеивание какого-то общественного явления, которое задевало Достоевского и он желал высказаться по данному поводу. К этому разряду можно отнести, например, «Крокодила» и вот «Скверный анекдот».

Так о чем же идет речь в данном рассказе? А попросту о том, что бывает, если попытаться из соображений гуманности, человеколюбия, прогресса в развитии общества, всеобщего равенства и прочей дребедени (которая, как мы знаем из истории, была весьма актуальна в Российской Империи второй половины 19 века) свести воедино разные классы – бедных и богатых. Возможно ли это – стереть границы и выйти за пределы своего класса, своего круга общения, интеллектуального и социального класса в круг более низкий? По итогам рассказа «Скверный анекдот» получается, что ответ на этот вопрос – «Не выдержим». То есть представители высшего класса попросту не выдержат трепетных «прелестей» общения с тем самым простым народом. Да, да. И это тот самый Достоевский, который в «Дневнике писателя» так много говорил о народности, о необходимости повышать уровень образования простого народа, дабы низвести до минимума чудовищное (в любые времена в России) классовое неравенство.

Федор Михайлович, безусловно желал России благостного будущего и, может быть, даже действительно мечтал о том, как классовая пропасть ликвидируется, но, будучи гением, он также прекрасно представлял себе, как именно это может происходить. И это что-то весьма похожее на рассказ «Скверный анекдот», в котором столкновение (естественно, по воле представителя высшего класса) богатых и бедных, оканчивается плохо и для богатых и особенно … для бедных. Бедные, как всегда, страдают более всего, а богатые отделываются лишь испорченным настроением и тягостными воспоминаниями. Однако все мы знаем, чем закончилась попытка уравнять всех со всеми в период СССР – полным уничтожением страны, в которой, опять по максимуму огребли именно бедные.

Очень забавно наблюдать за такой вот невеселой темой в рамках сатирического рассказа, в котором «все хороши» и одновременно «все плохи». По итогу получается, что лучше богатым и бедным все-таки не пересекаться, а то кончится тем, что бедным придется уступить свое свадебное ложе, сколоченное неимоверными усилиями и тратами, под пьяный сон богатого, который потом до конца своих дней со стыдом будет вспоминать об этом позоре.

Достоевский и анекдот. Что можно ждать от такого сочетания? Всё-таки это больше анекдот, чем Достоевский. Это я к тому, что от ФМ не ждёшь ничего лёгкого и весёлого. А вот это как раз такой случай, когда читать - одно удовольствие. И улыбка не сходила с моего лица. Вы вспомните все свадьбы, на которых вам довелось гулять, и все весёлые корпоративы. Подпитые люди, теряющие всякие берега, забывающие цель мероприятия, осторожность высказываний, заботы о здоровье, слабую физическую подготовку, а так же стыд... гуляют отчаянно, безудержно, как в последний раз своей жизни. Перед глазами изрядно набравшегося человека несется адская пляска собравшихся, мелькают лица, позы, гремит музыка, тосты, крики. Мнительность вгоняет расстроенный мозг в подозрительность и сожаления, организм слушается плохо... И идеи, одна другой краше, так и несутся в расстроенном алкоголем сознании.

Но утро приходит неумолимо. А с ним и мучительные судороги, боли и раскаяния. Умереть? Уволиться? Уехать? В монастырь? К тётке в глушь? В Гималаи?... А ведь как всё хорошо начиналось, с какими благими намерениями все шли на мероприятие! Знакомо вам такое? Если уж лично не доводилось (пока) оказываться в такой ситуации, от чего, как от сумы и тюрьмы, не стоит зарекаться, то уж, конечно, наблюдать и слышать о таком доводилось ) Очень смешно всё это читать, смешно находить аналогии и вспоминать ситуации своей жизни. А самое удивительное и забавное, что вот сколько лет прошло с момента написания рассказа, а люди не меняются! Ничего не меняется! Какими были наши предки, такими будут и наши потомки. И умение русского человека веселиться беспощадно и безоглядно - это у нас в генах!

Просматривала старые билеты по русской литературе, так странно и (стыдно признаться) плохо преподаваемой в универе в отличие от зарубежной, и взгляд зацепился за вопрос «Сатирические рассказы Ф. Достоевского». А я навскидку кроме «Крокодила» и вспомнить ничего не могу. А тут как раз кто-то завёл разговор про запрещённые фильмы, упомянув «Скверный анекдот» по рассказу Фёдора Михайловича. Значит, судьба.

Рассказ относительно небольшой, но напрочь выносит мозг. Если в «Крокодиле» фантастический элемент заявлен сразу, то в «Скверном анекдоте» всё начинается чинно, благородно, про бюрократов... А потом потихоньку замечаешь, что это какое-то безумие под маской обыденности, совершенно гротескные и гиперболизированные ситуации, хотя фантастики напрямую нет — если помните ощущение от чтения, например, Кафки, когда в «Процессе» главный герой вынужден перелезать через кровати, чтобы развернуться в неудобной комнате художника, то впечатление точно такое же: внешне всё довольно логично и вытекает одно из другого, но внутри кроется какой-то странный хаос, словно ты на секунду заснул, и воспринимаешь ситуацию по-другому.

Живёт в Петербурге один молодой, но уже высокого ранга чиновник, который очень уж хочет показать всем, какой он либеральный, просвещённый и передовой в своём отношении к простым людям. Но есть одна проблема: его стремления, если послушать его от первого лица, довольно благородны, но сам он при этом человек, мягко говоря, не очень умный. Не то чтобы глупый, но наивный, как Иванушка-дурачок. Поэтому в его воображаемом мире среди радуг и пони танцуют счастливые плебеи, которых он удостоил своим вниманием, а сам он с упоением прокручивает сценарии своего будущего триумфа в среде простолюдинов. Но страшно, страшно далёк от народа, и когда наступает момент, при котором ему действительно приходится столкнуться с простыми бедными людьми, ничего, кроме неловкости, он не чувствует. Впрочем, его подчинённый, попавший под барскую милость, тоже отнюдь не рад пришедшему на свадьбу начальнику, но, как водится, старается не ударить в грязь лицом. И тут начинается жуткая, томительная ситуация, в которой все, включая читателя, чувствуют себя просто отвратительно. Эта полуфантасмагория доходит до полного абсурда, когда главный герой напивается до состояния полного нестояния.

Конец рассказа довольно закономерен, главный герой должен справиться со всей неприглядной ситуацией, словно выдавить гигантский прыщ: и поступаешь неправильно, и чувствуешь себя мерзко, но зато какое облегчение. Уф.

Рассказ очень глубоко показывает психологические тонкости неприглядной изнанки обычной жизни. В нём только негативные стороны, которые автор описывает с горькой сатирой, а атмосфера такая гнетущая, что я бы посоветовала читать его только в подходящем для этого настроении.

Как-то в этот раз у меня с Достоевским не совсем сложилось. История хоть и хороша, но не было мне ни смешно, ни грустно, ни интересно, а только как-то мерзко. Герои и события не вызвали во мне какого-то особенно живого отклика. И трагедия, и комедия ситуации какой-то не слишком бодрой походкой прошли мимо меня. Осталось чувство пустоты.

А между тем, книга обещала быть любопытной. Автор решил рассказать нам своеобразный "анекдот" о погоне за богатством и женихами, глупости, наглости, хитрости, самодовольстве и прочих замечательных вещах. И действующие лица снова как на подбор, и диалоги, и ситуации - и смех, и грех. Только как-то я не совсем прониклась всем этим.

А видим мы в этой повести симпатичное такое змеиное гнездо. Сборище "дам", которые, ясное дело, друг друга ненавидят и готовы делать всяческие пакости и вырвать кусок изо рта "подруги", но и жить друг без друга не могут. А как же сплетни разносить? А с кем перемывать косточки тем, кто отсутствует? А где ж взять поводы позлословить потом, когда гостья уйдет?

Ярчайшей звездой местного общества является Марья Александровна Москалева. Эта-то уж никому спуску не даст и своего не упустит! Да вот беда: дочь ее единственная, Зина, хоть и красавица, да уже почти перестарок - а приличных женихов-то на горизонте нет. Точнее, есть один, по фамилии Мозгляков, сойдет на крайний случай, но мелковат, глуповат - не того "масштаба" жених... Да и Зина сама артачится, преисполнилась, видите ли, романтических идеалов, и чуть было не сбежала с молодым учителем. Глаз да глаз за этой молодежью. А еще у Зины отец есть, никчемное, с точки зрения жены, существо. Ему лишь бы в баньку сходить да чаю попить и чтобы его не трогали. От такого помощи не дождешься. Вот и крутится бедолага Марья Александровна, как может, чтобы устроить судьбу дочери. Ну и свою попутно, разумеется. Все сама, все сама...

И тут - такой великолепный случай. Попутным ветром занесло в Мордасов некого престарелого князя. Вот это шанс для Зины! Ничего, что князь почти ничего не соображает, путает и забывает все, что только можно, имеет искусственный глаз (да поговаривают, что и не только глаз..) и вообще одной ногой стоит в могиле - так что с того? Зато он богат и знатен, а что умом не блещет - так это только плюс. Проще будет окрутить. Вот только подобным образом рассуждает не только Марья Александровна, а еще добрый десяток ее милых соседок. Вот тут-то и начинается гонка: кто кого?..

Жительницы Мордасова продемонстрируют нам все возможные способы захвата власти над отдельно взятым князем при попутной посадке в калошу своих соперниц. Остается только беспокоиться, как бы бедного старичка на куски не разорвали. Впрочем, его будут беречь как зеницу ока - накормят, напоят, песенку споют и спать уложат, только что сапоги не оближут. Но не все так просто, когда на одну персону столько желающих... И ожидает нас война не на жизнь, а на смерть.

Что из этого выйдет? Читайте и узнаете!

Но не пять баллов, чего-то здесь явно не хватает...

P.S. А еще у меня теперь просто аллергия на фразу "Ну да, ну да..." ))

Приезд князя К., местного чудака, всколыхнул благонадёжное сообщество города Мордасово. Останавливается князь в доме Москалевых, где и разыгрывается комедийно-трагический сюжет повести. Мария Александровна Москалева озабочена стремлением выдать замуж дочь Зинаиду. (Которая успела “ославиться” добрачной связью; с попытками скрыть этот скандал связана настоящая детективная история). К Зинаиде сватается Павел Мозляков, но и мать, и дочь считают его неподходящей партией. Тогда-то Марию Александровну и осеняет: почему бы не выдать Зинаиду за князя? Неважно, что он в маразме, странно одевается, еще более странно выглядит, помрет скоро, оставит Зинаиде наследство - это главное. Мордасовское общество, затаив дыхание, ожидает развязки...

Конечно же, я сразу подумала про то, что “Дядюшкин сон” в некотором роде предтеча “Идиота”: князь Мышкин точно так же перевернул жизни всех героев своим приездом. Но на этом (да наличии любовной линии) сходства заканчиваются. Это произведение скорее апеллирует к Гоголю: тут и вполне гоголевские говорящие фамилии, и сюжетные параллели с “Ревизором” и “Женитьбой”. Текст очень по-гоголевски смешной и острый.

Что меня зацепило в произведениии - так это трансформации, через которые Достоевский проводит своих героев. Особенно выделяется в этом отношении князь. Когда мы встречаем его впервые, он смешон и несуразен, чудаковат, очень поверхностен. Внешне он очень напоминает какую-то куклу, весь его облик нарочитый и искусственный с его париком и накладными бакенбардами, нарумяненным лицом и костюмом по последней моде. Гротескный образ русского, пытающегося выдать себя за европейца. В общем, пустышка. На фоне полубезумного князя остальные персонажи воспринимаются как светочи разума и адекватности. А к финалу происходит поворот: граф оказывается единственным персонажем, который способен сопереживать, глубоко чувствовать, что делает его подлинно живым среди “кукол” высшего света. История Зинаиды, кстати, очень напоминает судьбу Татьяны Лариной. Страстная, бескорыстная любовь - расставание, страдание, в конце освобождение от “юношеских грез” - замужество с важным генералом.

Однако это первое произведение Достоевского, которое оставило меня равнодушной. Сама история мне тоже показалась ничем не примечательной. Не могу сказать, что написано плохо, но это явно не тот текст Достоевского, который обязателен к прочтению.

Скучала в очереди, обнаружила в читалке бесплатную повесть Достоевского, в школе почему-то мимо прошла, так и чуть очередь не пропустила. Всё-таки Фёдор Михайлович потрясающего юмориста в себе закопал. Посверкивает талант то тут, то там, и очень жаль, что не каждый роман озаряет своим присутствием.

Повесть житейская, по-своему трагическая, местами мерзкая (в смысле характеров и поступков героев); я её могу назвать и грустной, и нелепой, и смешной, и сатирической, и гомерической. И вроде бы не особо актуальны сейчас эти феерически мелкие, но местечково крупные маргинальные происки благородных мамаш, но читается на одном дыхании и с интересом. Как свидетельство времени, как живая картинка прошлого (по нынешним временам ни от чего и не заречешься-то). Наверное, поэтому Достоевский всегда будет оставаться актуальным классиком.

Конечно, без чахоточной любови не обошлось, всё банально, но я первый раз читаю откровенный рассказ истерика, что он сам себе капец устроил. То есть тут не про трагическое, а про идиотическое! Как в пять лет - "вот я умру, поплачете на моей могилке! А я встану и гордо уйду".

Только Зина - вполне серьёзный, патетически высокодуховный персонаж, над ней Достоевский шутить не умеет. Зато над другими хорошенько издевается. От имён собственных, до поведения, манер, грёз и разговоров. Картина нравов города Мордасова в миниатюре представляет облик затрапезного светского общества середины 19 века - склоки, клевета, интриги, злость, лживые улыбочки и фига в кармане. Даже лучшие представители (исключения вроде Зины) в итоге принимают правила игры и становятся львицами при степенном муже и высоком статусе.

Что прежде всего (в очередной раз) поражает в этом произведении Достоевского, это - филигранно-психологически точные (достоверные) описания состояний героев и проистекающих сцен-событий (они до такой степени парлептипно-представимые, что периодически приходится останавливаться в процессе чтения для «переваривания» возникающих перед тобой картинок-ситуаций).
Несмотря на то, что хоть и есть здесь парочка гротескно-штампованных персонажей, типа домашнего тирана – отца невесты и фоново-коллективного тела (типичных) свадебно-мещанских гостей, почти все остальные герои произведения сопереживательны.. – вот ведь что интересно (и что особо ценно, как по мне)..
И первые два генерала – собеседники главного героя (который тоже генерал, но о нём ещё чуть попозже), трезво-рассуждающие, осторожные и умудренные опытом (и, кстати, уже без какого-либо штампованно-негативного -«гоголевского» намёка); и жених (и одновременно работник канцелярии, которую курирует наш главный герой) Пселдонимов и, особенно, его мать; и даже сотрудник сатирического журнала «Головешки» (сопереживаетельность его вытягивается уже ближе к концу, когда он вдруг абсолютно верно ретранслирует окружающим (глубинную) генеральскую идею цели появления оного генерала на этой свадьбе).
И в завершение, немного об обещанном главном герое. Вообще герой наш, он, одновременно и типичный и нетипичный персонаж. Типичный – вполне успешный 43-х летний генерал, сын генерала, с вполне гуманными (изначальными) помыслами. Нетипичный: вообще непьющий (первый раз напился здесь по сюжету) и так долго державший внутри себя теоретически-положительные душевные порывы, и даже не только державший, но и даже попробовавший практически реализовать их (здесь).. Что же из этого (всего) получилось, об этом и рассказ сей.. И завершение (его):
– Нет, строгость, одна строгость и строгость! – шептал он почти бессознательно про себя, и вдруг яркая краска облила все его лицо. Ему стало вдруг до того стыдно, до того тяжело, как не бывало в самые невыносимые минуты его восьмидневной болезни.

Общие впечатления.

Как много у людей пороков, и есть те, которые никакими методами не искоренить. Даже не знаю, какие из них могут быть самыми страшными и опасными. Притворство. Казалось бы, на первый взгляд может быть пусть не полностью, но безобидным. А уж если человек вышел за рамки допустимого, здесь может пострадать больше людей.

Основной сюжет и главные герои.

В полной мере мы можем рассмотреть, как выглядит притворство, на примере одной из героинь книги — Марьи Александровны Москалёвой. Поначалу она мне показалась противоречивой личностью. По мере дальнейшего знакомства я поняла, насколько это двуличный человек, хоть временами пыталась ее оправдать. Однажды в город Мордасов, где проживает сия дама, приезжает богатый князь. Сразу же женская половина города оживилась: одни желали сами прибрать к рукам «лакомый кусочек», другие — сосватать своих дочерей. Быстрее успела наша героиня. Сложность была лишь в том, чтобы убедить свою дочь Зину.

Вообще из Марьи Александровны вышел бы отличный психолог. Умелый манипулятор из нее уже получился. Как тонко ей удалось «обработать» свою дочь, суля ей радостную перспективу быть богатой и знаменитой. Она осыпала ее любовными словами, угрозами и предостережениями. Этим-то она меня сбивала с толку: я не могла понять, то ли она настолько прогнившая изнутри, то ли действительно переживала за судьбу своей дочери, что прикладывала все усилия, чтобы сделать ее «счастливее», используя при этом ложь. У самой жизнь толком не сложилась, поэтому куда человек бросает свои силы в таком случае? На своих детей, конечно.

Я сочувствовала Зине, которой претило лицемерие. Игра с человеческими душами, сердцами — мало кто способен на неё.

Второстепенные персонажи.

Хоть история в книге затрагивает князя напрямую, я почему-то не могла воспринимать его как главного героя. Здесь он выступал в роли зайца, за которым гнались охотники. А заяц-то уже старый, немощный, податливый — помани его морковкой, и он сразу прибежит (или чем там они питаются?), любящий подремать часок-другой для восстановления сил. Поэтому неудивительно, что он так легко поддался влиянию со стороны, казалось бы, близких людей.

Итог.

В очередной раз Фёдору Михайловичу удалось передать все разнообразие человеческой души людей, используя различных героев, объёмные диалоги, включив все это в простую историю. Сплетни, зависть, алчность, манипулирование — то, чем живет и дышит народ не только в больших, но и в маленьких городах. Книга по объёму небольшая, но успеешь погрузиться в историю сразу же и уловить важный посыл — будь человеком!

Озвучка.

Прослушала в исполнении Багдасарова, который блестяще справился со своей работой, превратив произведение в настоящую постановку: эмоциональную, волнующую, при этом уделяя внимание всем персонажам.

(Я начала играть сама с собой в викторину «угадай год написания книги Достоевского по стилистике», и, знаете, плюс-минус удаётся. Впрочем, книги заканчиваются )

В 1847м, допустим, «Роман в девяти письмах», в 1860-м — «Чужая жена и муж под кроватью»; ладно, у Достоевского предостаточно исследования супружеской измены и в других произведениях, но «Вечный муж» (1870) попадает в мои «любимчики» (я делю все тексты ФМ на условные группы: «нну», «хорошо, но не моё» и «моё, беру»).

Во-первых, это линейное повествование с минимумом персонажей (и сразу понятно, кто кому что).

Во-вторых, в нём великолепный баланс внешней и внутренней динамики! Нет безумного тыгыдым туда-сюда, но и не вязнешь в болоте бесконечной рефлексии. Есть весёлое, есть горькое. Есть чёткое и пронзительное вИдение человеческой природы. Есть безупречное препарирование побуждений души. Есть изысканно показанный неразрешимый внутренний конфликт, отличный уровень накала драмы, немножко авторского баловства на грани вау (см. главу «муж и любовник целуются» (и какой же смелостью надо обладать, чтобы заявить тему мужской любви-ненависти и не скатить её в сами знаете что!). Ёлки. Я, честно, потрясена уровнем мастерства (а я почти ничего не ожидала под конец эксперимента).

В-каких там, в-третьих? Без маленькой девочки не обошлось, без бедной Лизы не обошлось, но я привыкла (привыкла, прочитав почти ВСЕ книги Достоевского ).

В-четвёртых, это больше драма, чем анекдот, и поэтому отправляется на полку «моё».

В-пятых, будет пространная цитата. Просто чтобы очередной раз предъявить вам Фёдора Михайловича, гения и душеведа.

Сколько историй — столько персонажей.

Разных.

Вселенная Достоевского уникальна, но я про это потом ещё напишу.