Рецензия на книгу

• 

  Olga_Nebel

  21 мая 2025

  (Я начала играть сама с собой в викторину «угадай год написания книги Достоевского по стилистике», и, знаете, плюс-минус удаётся. Впрочем, книги заканчиваются )

  В 1847м, допустим, «Роман в девяти письмах», в 1860-м — «Чужая жена и муж под кроватью»; ладно, у Достоевского предостаточно исследования супружеской измены и в других произведениях, но «Вечный муж» (1870) попадает в мои «любимчики» (я делю все тексты ФМ на условные группы: «нну», «хорошо, но не моё» и «моё, беру»).

  Во-первых, это линейное повествование с минимумом персонажей (и сразу понятно, кто кому что).

  Во-вторых, в нём великолепный баланс внешней и внутренней динамики! Нет безумного тыгыдым туда-сюда, но и не вязнешь в болоте бесконечной рефлексии. Есть весёлое, есть горькое. Есть чёткое и пронзительное вИдение человеческой природы. Есть безупречное препарирование побуждений души. Есть изысканно показанный неразрешимый внутренний конфликт, отличный уровень накала драмы, немножко авторского баловства на грани вау (см. главу «муж и любовник целуются» (и какой же смелостью надо обладать, чтобы заявить тему мужской любви-ненависти и не скатить её в сами знаете что!). Ёлки. Я, честно, потрясена уровнем мастерства (а я почти ничего не ожидала под конец эксперимента).

  В-каких там, в-третьих? Без маленькой девочки не обошлось, без бедной Лизы не обошлось, но я привыкла (привыкла, прочитав почти ВСЕ книги Достоевского ).

  В-четвёртых, это больше драма, чем анекдот, и поэтому отправляется на полку «моё».

  В-пятых, будет пространная цитата. Просто чтобы очередной раз предъявить вам Фёдора Михайловича, гения и душеведа.

  Сколько историй — столько персонажей.

  Разных.

  Вселенная Достоевского уникальна, но я про это потом ещё напишу.

  
  Любовнику она была верна — впрочем, только до тех пор, пока он не наскучил. Она любила мучить любовника, но любила и награждать. Тип был страстный, жестокий и чувственный. Она ненавидела разврат, осуждала его с неимоверным ожесточением и — сама была развратна. Никакие факты не могли бы никогда привести ее к сознанию в своем собственном разврате. «Она, наверно, искренно не знает об этом», — думал Вельчанинов об ней еще в Т. (Заметим мимоходом, сам участвуя в ее разврате). «Это одна из тех женщин, — думал он, — которые как будто для того и родятся, чтобы быть неверными женами. Эти женщины никогда не падают в девицах; закон природы их — непременно быть для этого замужем. Муж — первый любовник, но не иначе, как после венца. Никто ловче и легче их не выходит замуж. В первом любовнике всегда муж виноват. И всё происходит в высшей степени искренно; они до конца чувствуют себя в высшей степени справедливыми и, конечно, совершенно невинными».
  Вельчанинов был убежден, что действительно существует такой тип таких женщин; но зато был убежден, что существует и соответственный этим женщинам тип мужей, которых единое назначение заключается только в том, чтобы соответствовать этому женскому типу. По его мнению, сущность таких мужей состоит в том, чтоб быть, так сказать, «вечными мужьями» или, лучше сказать, быть в жизни только мужьями и более уж ничем. «Такой человек рождается и развивается единственно для того, чтобы жениться, а женившись, немедленно обратиться в придаточное своей жены, даже и в том случае, если б у него случился и свой собственный, неоспоримый характер. Главный признак такого мужа — известное украшение. Не быть рогоносцем он не может, точно так же как не может солнце не светить; но он об этом не только никогда не знает, но даже и никогда не может узнать по самым законам природы».

  54 понравилось

  0

  367