Детство. Отрочество. Юность. Семейное счастье. Повести и рассказы

Какое же наслаждение читать русскую классику! А ведь в школьные годы Толстой мне совсем не нравился. "Войну и мир" еле дочитала.Предпочитала Федора Михайловича (впрочем до сих пор он для меня самый-самый).
Но наконец ,по прошествии времени,настолько увлеклась,что не хотелось расставаться с книгой ни на минуту.Я конечно когда то читала и "Крейцерову сонату" и другие рассказы,но в памяти стерто..Так что заново всё перечитаю,благо сохранилось от родителей полное собрание сочинений.
Стыдно - я не читала "Анну Каренину"..(

Л. Н. Толстой любил и знал лошадей, он так рассказывает эту живую историю, словно слышишь голос Холстомера, знающего всё о привычках хозяев, их характерах и куражах. Терпеливое животное - лошадь, страдает для удовлетворения других. Это люди бывают неблагодарными - табунщик Нестор очень больно ударил мерина по сухой ноге, а ноги у мерина больные. Л. Толстой даёт портрет старого мерина - ему бы на покой пора, но люди как будто не замечают его дряхлости, усталости - "живая развалина". Нестор тоже был стар, но не уважал старости ни своей, ни лошадиной. Лошади в рассказе - как люди: молодые резвятся, играют, иногда притворяются большими и степенными, составляют весёлые компании,- там есть свои затейники, красавицы и шалуны. Молодые мучили старого мерина - он был скучен, невесел,- "он должен был платить за свою жизнь". Молодые кичились своей родословной, презирали пришельцев. Всё как у людей: подражают другим, следуют за более сильными, презирают слабых. Холстомер - имя по-уличному, а по происхождению "не было в мире лошади выше по крови", но он родился пегим, пёстрым, а это - недостаток, порок. Из-за этого с ним происходили курьёзы, обиды, несчастья. Он пришёл к выводу, что лошади выше людей, потому что "лошади делают, а люди руководствуются словами". Его перепродавали несколько раз - гусару, барышнику, старушке. Холстомер рассказывает о каждом - "гусар был счастлив, богат и никого не любил". С бывшим гусаром он встретился, когда гусар стал "обрюзгшим стариком" Лошадь и бывший хозяин сравнялись в возрасте. В барском доме накрыт роскошный стол в в роскошной гостиной, - здесь автор не преминул отметить : " всё было очень хорошо, но на всём был отпечаток излишка, богатства и отсутствия умственных интересов". В этом рассказе любовь и уважение Льва Николаевича на стороне лошади, преданно служившей людям всю свою короткую жизнь, полную несчастий. Холстомер и умер, до конца веря человеку, А смерть бывшего хозяина Серпуховского описана как закономерный конец "ходившего по свету, евшего и пившего тела" - "ни кожа, ни мясо, ни кости его никуда не пригодились". Жестокая правда, справедливость, которую так любил великий писатель. Человечная история.

Обожаю этот сборник, с удовольствием перечитала и освежила в памяти. Толстой тонкий детский психолог
Осторожно, дальше СПОЙЛЕРЫ!

Детство
Больше всего мне интересен конец - похороны матери. На этом детство для него кончилось. Но как здорово передано это трагическое событие глазами ребёнка, какие любопытные детали подмечает Николенька.

Отрочество
Шикарное описание грозы в начале! мне понравились два таких разных образа учителей. И когда Николенька сидит в чулане, представляет, как сбежит, как умрет от обиды, как реалистичны чувства подростка.

Юность
Моя любимая часть, потому что навеяна впечатлениями, которые Толстой подучил в моей родной Казани️ очень нравятся главы про поступление в университет. Учителя, экзамены и, конечно, глава Мечты)) потому что узнаю себя тетрадочки с планами его - просто огонь!

Прочитала небольшую повесть Льва Николаевича “Альберт”. Про маленького жалкого духом и слабого волей человека, скованного пороком пьянства. Будет он обязательно обманывать, воровать и заискивать, чтобы добраться до “графина”. Обычная же, вечная история. Рецепт, которой прост до невозможности: расписаться в своей слабости и с редкими приступами угрызения совести иметь полное право ей отдаваться. Ах, да. Не забудем про безответную любовь. И вот уже можно в полном праве сходить с ума. От белой ли горячки, или от тонкой душевной организации. Тут уже сложно отделить одно от другого.
Да, мало ли пьяниц на свете? – спросите вы.
Всех не упомнишь, да, – согласится Лев Николаевич и вздохнет. Жалко!
Но вот Альберта может и вдвойне “жальче”.
Он гениальный музыкант, который умеет своей виртуозной игрой на скрипке разбудить самое прекрасное в душе публики. Магия чистой безупречной мелодии, уничтожающей на миг суету пустой жизни, подвластна Альберту. Он сам с каждой нотой вырастает все выше и выше. Гений его заполняет все пространство в этот момент.
А дальше. Мелодия затихает. И туман очарования медленно, но рассеивается. Публика возвращается с небес на землю, и Альберт уменьшается на глазах. Он все тот же, в несвежем белье, безумный, неуклюжий пьяница.
Интересные вопросы поднимает Лев Николаевич.
Как уживается гений и его безмерный талант в ничтожной душе, неспособной бороться с пороком?
Кто виноват, что гений “запил”? Проскользнуло что-то там такое у Толстого, намеком кивающее на общество, которое косвенную вину имеет в таком исходе. А может мне и показалось. Или пресловутая “тонкая душевная организация” идет в комплекте с огромным талантом?
Имеем ли мы право, очарованные гением, пытаться спасти или исправить пороки его?
Да, и, главное, по повестке текущего дня – отделим ли талант и его гениальное наследие от небезупречной личности “автора”?
Культура отмены обязывает срочно разобраться в этих вопросах.
Да и сам Лев Николаевич сейчас частенько бывает бит. В вину ему ставят Софью Андреевну и ее несчастную женскую долю. Да и много чего еще другого. А Киплинг, а Экзюпери? Но не буду. Куда ни пойдем, в какую сферу искусства ни ткнем, везде увидим ни один десяток примеров несовершенства человеческой натуры.
Вопросы есть. Ответов нет.

С первых глав я чувствую психологическую модель отношений дочери и отца. Это объясняется и временем, и разницей в возрасте, однако, на мой взгляд, так полностью растворяться в человеке и терять себя, свою индивидуальность, свои мысли, чувства... Не стоит. Жизнь только ради другого не оценят. Он сдерживает себя, свои проявления, обесценивает проявление чувств, считая это ребячеством. Хотя на самом деле только тогда, когда мы «отпускаем» себя , несмотря на все убеждения, мы способны познать всю неизмеримую глубину чувства. В описании атмосферы и пейзажей ощущается робкое и несмелое душевное настроение, героев, которое сообщается читателю. Словно боишься спугнуть мгновение... Не стоит сдерживать любовь в сердце. Пусть она пробивается тихим , нежным ростком в душу, которому для жизни необходимо трепетное, бережное отношение.

Нехватка эмоций в отношениях рождает стремление к обновлению. В этом мне и близка и не близка героиня. Я привыкла к тихой жизни, иногда в отношениях не хватает выражения душевного тепла, нежной привязанности, чувств, бережности друг к другу, страсти.

О, эта молодость с её жаждой впечатлений, увеселений, но если бы он только дал волю своим истинным эмоциям, мягко поговорил с ней... Душевные, проникновенные разговоры друг с другом очень важны. Умение проявлять эмоции и чувства перед любимым человеком, и выслушивать, и услышать его. Мы просто хотим быть услышанными. Он дал ей свободу прожить первые восторги молодости и извлечь опыт. Слишком много рассуждал, и так мало любил... А ей всего лишь хотелось задушевности, ласкового слова, взгляда, бережного отношения, трепетности. Тот прежний род любви не возродить, но возможно открыть сердце новому роду любви... Более тихой, но и более глубокой. Ушедшей, но переродившейся. Он просто не мог дать такую любовь, которую она от него ждала...

При перечитывании этого небольшого романа моё сердце всегда охватывает тихая, щемящая грусть... И робкая надежда, что задушевность между ними не исчезла, пробивается сквозь неё...

«Я знаю, что от тревог нам бывает всегда больно, я жил и узнал это.»

«В этом моя жизнь, в любви к тебе»

«– Ты рассуждал, ты рассуждал много, - сказала я. - Ты мало любил.


– Это жестоко, что ты сейчас сказала, но это правда.»