Роман без вранья. Циники. Мой век, моя молодость...

Написать что-нибудь толковое у меня сейчас вряд ли получится. Но очень хочется как-то зафиксировать впечатления, так что попробую всё-таки)

Главное, чем меня поразил Мариенгоф (а это, как вы видите по тэгам, моя первая встреча с ним), это язык. Такая образность и метафоричность, но ведь не возникает ощущение перебора, как, например, от малышевского "Лиса", про которого наша дорогая Spade написала, что у него ни одного абзаца без курчавости найти нельзя, когда метафора на сравнении едет и эпитетом олицетворение погоняет, да так, словно автор целью задался ни одного явления своим именем не назвать... Нет, у Мариенгофа всё уместно и не раздражает.

А ещё он не стесняется... Написала так и задумалась - а чего не стесняется? А ничего! Где-то это коробит, какие-то фразы хочется спрятать или уж по крайней мере, сгладить, смягчить. Но где-то это восхищает. Вот как здесь, например:

• Скажите, пожалуйста, Вы в меня влюблены?

• Нежно влюблены? Возвышенно влюблены? В таком случае откройте шкаф и достаньте оттуда клизму. Вы слышите, о чём я Вас прошу?
• Слышу.
• Двигайтесь же!

• Ищите в уголке на верхней полке!

• Эта самая... с жёлтой кишкой и чёрным наконечником... налейте воду из графина... возьмите с туалетного столика вазелин... намажьте наконечник... повесьте на гвоздь... благодарю Вас... а теперь можете уходить домой... до свидания.

  И через пару страниц продолжение:

Это очень нежно, на мой взгляд. И вообще-то эта книга - о любви. Но не только. Ещё о революции. О том, как на фоне разрушения всего, что только можно, и построения хотя бы чего-нибудь, люди любят и пытаются жить. Не потерять внутренний стержень. Разобраться в логике событий. Не получается у них, правда, ни хрена, ну так ведь и ситуация за окном не простая.

Конец меня шокировал. Не ожидала. Впрочем... Почему нет?...

Страшный, беспощадный роман. Невозможно остаться равнодушным, прочитать и отмахнуться от книги, в которой очень ясно описывается жестокий отрезок нашей истории, мало кого пощадивший. Время, когда практически никто не мог жить спокойно, когда молодые парни погибали сами не до конца понимая ради чего, но все же не отступая от своих призрачных идеалов, когда свой шел против своего же. Местами хочется малодушно считать, что Мариенгоф преувеличил трагедию страны, потому что тяжело представить, что люди, пусть и доведенные до предела отчаяния, могут совершать такие поступки, после которых назвать их людьми уже язык не поворачивается. Больно читать сейчас и можно только догадываться, что чувствовали, читая новости в те года. Кто-то, чтобы не сойти с ума от происходящего вокруг, надевал на себя маску цинизма… Мне кажется, что у ребят цинизм был именно напускной, иначе не чувствовалось бы от него такой горечи и конец мог бы быть совсем иным.
У Мариенгофа восхитительный язык, очень красивые сравнения, описания природы, которые никак не ожидаешь увидеть среди всей грязи, производимой человеческими руками. Стиль изложения показался похожим на «Белую гвардию» Булгакова, такой же слегка путанный и обрывочный, как нельзя лучше передающий дух времени. Вообще, «Циники» - роман больших жизненных контрастов: когда одни голодают – другие кутят в ресторанах; кто-то считает копейки – другой тут же швыряет тысячами; закрывают заводы, зато открывают памятники и дворцы культуры… Люди уходят добровольно умирать, а жизнь вокруг течет своим чередом, и

знаешь Ольга, если б я был танцором,
я станцевал бы для тебя менуэт

Этот небольшой рассказ я читала во второй раз, первое прочтение было в 16 лет, сразу после окончания школы. и надо сказать, что с тех пор я не сильно изменилась. видимо я очень цинична или под цинизмом понимаю что-то иное.
я увидела отчаяние и полную потерянность, дезориентацию в мире. страшное время в книге описывается, когда невозможно жить и дышать спокойно, когда все мысли лишь о том, как забыть, не думать, проскочить этот бесконечно длинный промежуток. время когда, если человек «ходит с веселым лицом, на него показывают пальцами». и каждый спасается по-своему, хорошо было бы думать, что любовь спасет мир. но от революции нет спасения, да и речь в рассказе не о пролетарской революции, а о революции, которая произошла в каждом отдельно взятом человеке, моментально изменив образ мысли, переломив прошлое. И потому любовь у героев какая-то больная, революционная, но все таки любовь искренняя.
До сих пор не определила для себя, что является «фоном» в рассказе – история Ольги и Владимира или сама революция. Скорее второе, а первое лишь отражение и следствие второго.
Все мы уничтожаем что-то, «едим» друг друга, но чаще всего мы убиваем самих себя. Убиваем по-разному.

Книга о боли душевной, нестерпимой, где личная боль сливается с болью тысяч твоих страдающих соотечественников, и эти две реки чувств, сливаясь воедино, рвут на части жизни людей, не позволяя даже думать о грядущем. Жестко, без надежд, без сожалений, даже без страха.

Это личные чувства и личная боль человека, который жил в этот тяжелейший период истории нашей страны, который по-своему и для себя сумел отразить эти чувства и эту боль острыми и пронзительными словами. Это о России.

Читано после статьи Прилепина "Великолепный Мариенгоф" в Terra Tartarara.

Написал. Без вранья, но и бережно. Не затирая себя, но и не выпячивая бесконечными я, я, я: рассказывает, как писали друг другу, прощаясь — приводит есенинское "Прощание" целиком, из своего — четыре последние строчки.
Интересно даже в отрыве от имен — потому что про особенных людей (богеееема), особенное время (20е годы) и редкую дружбу.

Не так давно я прочитала биографию Анатолия Мариенгофа авторства Прилепина, теперь же настало время познакомиться с творчеством и самого писателя.

Дальше можно было не читать, но не таков наш путь.
Никакого удовольствия мне это чтение не доставило. Да, язык хорош, ничего не скажешь, но описаны им вещи гнусные и отвратительные. Эта видная фигура литературной богемы 20-х годов XX века, как и многие ему подобные опять всем недовольны – и страна ему не та, и история неправильная, и люди отвратительные. Ни одного доброго слова не нашлось у господина Мариенгофа в адрес происходивших трагических, но и великих событий. Только грязь, разруха, голод, холод и смерть – только это он видит, на этом фокусируется, хотя делает это, надо сказать, мастерски – «…люди, котоpые жpут музыку», «…слишком мягкие плечи, недостаточно чисто вымытые»,
Роман поделен на короткие главы – диалоги, бытовые зарисовки и фрагменты документальной хроники, которые все как на подбор.

Роман о любви – позвольте не согласиться. Конечно, любовь порой принимает разные формы и главные герой тоже любит, но здесь как-то все больше утирается, пока его жена изменяет ему направо и налево без оглядки и за деньги и просто так. Ни одного героя, вызвавшего хотя бы симпатию, мне не встретилось, зато неприятных, отвратительных, сальных, распухших и прочая – хоть отбавляй.

Как же надоело это бесконечное нытье, правда!
Если вы верите всему, что последние тридцать лет нам говорят про революционное прошлое, то книга вам понравится. Но если вы сомневаетесь, что в то время была только грязь, смерть и ужас – могут возникнуть вопросы и это уже что-то.
Для себя я поняла одно – и тогда, и сейчас будут эти вечно недовольные люди, копошащиеся в поисках грязи и находящие ее. Но есть и будут и другие, умеющие любить свою Родину и гордиться ею.

К творчеству Сергея Есенина я отношусь хорошо (так хорошо, что на вступительных экзаменах в вуз, сдавая литературу, сказала, что Пушкина не люблю, Есенин мне ближе), мне нравится его стиль, его манера письма. Но Есениным как личностью я особо никогда не интересовалась. Про Мариенгофа вообще до ЛайвЛиба не слышала. Но всё когда-то бывает в первый раз и вот я натыкаюсь на книгу Мариенгофа об их дружбе с Есениным. Невероятное везение!

Не знаю, во всех ли книгах у Мариенгофа такой стиль, как в "Романе без вранья", если да, то непременно надо будет почитать что-то ещё из его творчества. Предложения льются плавно, затягивают в своё течение и книга заканчивается совершенно незаметно. От некоторых предложений получаешь огромное удовольствие. Их хочется смаковать, пробовать на вкус, перечитывать. Лёгкий, иронично-циничный стиль, повествование идёт действительно без вранья. Сергей Александрович предстаёт перед читателем совсем не тем милым и романтичным поэтом-хулиганом, каковым его привыкли считать. Тем, кто не хочет разрушать светлый и немного хулиганистый образ поэта рекомендую "Роман без вранья" в руки не брать. Книга показывает Есенина таким, каким он был перед Мариенгофом каждый день, в самых разных ситуациях и при различных обстоятельствах. И далеко не всегда великий поэт предстаёт перед читателем как хороший и благородный человек. Зато без прикрас.

Боюсь, что роман про циников стал для меня слишком циничным. И страшным.

Цинизм не смог скрыть всего ужаса, жестокости, маразма и абсурда творившегося в то время и того, что это делало с людьми.

И я даже старалась не вдумываться в описываемое, не чувствовать этого.

Тем не менее очень интересно было прочитать про эту эпоху, как будто выпавшею из литературы (я про это время читаю впервые, если не считать учебника). И может это к лучшему. Уж слишком много тогда всплыло того, что человечество старается прятатать глубоко глубоко.