Осколки чести. Барраяр

1. С чего это мы взяли, будто цивилизация заключается в нас самих, когда на самом деле она – в нашем поведении? (Корделия Нейсмит)

• – Я считаюсь одним из самых тренированных людей в экипаже, по крайней мере, среди тех, кому за сорок.

• – Быть лидером означает управлять человеческим воображением, своим и чужим. В бою это проявляется ярче всего. В одиночку даже самый храбрый солдат – всего лишь вооруженный безумец. Настоящая сила – это способность заставить других выполнять нужную вам работу. (Эйрел Форкосиган)
• – На мой взгляд, цивилизация была придумана именно для блага женщин – по крайней мере, матерей. (Корделия Нейсмит)
• – Вы обладаете теми качествами, которых ждёшь от матери воинов.

• Когда чувствуешь, как под твоими руками замирает чья-то жизнь, то на лице жертвы читаешь и собственную смерть. (Эйрел Форкосиган)
• Людям… нужны правила, для их же собственной пользы. (Корделия Нейсмит)
• О живых не плачут, только о мёртвых. (Корделия Нейсмит)
• – Нам сказали, что вас убили бетанцы, сэр…

• – Суд для того и существует, чтобы отделить виновных от невинных. (Эйрел Форкосиган)
• – Капитаны приходят и уходят, но отчётность вечна. (Эйрел Форкосиган)
• Корделия прислонилась лбом к холодному стеклу иллюминатора и тихо заплакала о своих врагах.
• Мнимая агрессивность лучше, чем ничего.
• – Для впечатляющего падения нужно подняться на большую высоту. (Форратьер)
• – Кажется, мученики близки к Богу. (Корделия Нейсмит – сержанту Ботари)
• – Начать гораздо легче, чем остановиться. (Эйрел Форкосиган)
• – Быть недоучкой опасно. (Эйрел Форкосиган)
• – Кровь смывает грех. (Корделия Нейсмит – сержанту Ботари)
• Корделия усадила сержанта в кресло, а сама уселась по-турецки на постели, пытаясь распространять вокруг себя атмосферу спокойного самоконтроля и жизнерадостности. А это было весьма нелегко: её переполняла паника, ищущая выхода.
• – Настоящее зло делается совсем иначе – его творят спокойные люди, которые собираются в светлых комнатах, обитых зелёным шёлком. Они раздают смерть оптом, целыми кораблями, без страсти, без гнева, вообще без всяких эмоций. Единственное чувство, которое ими движет, – это страх перед будущим. Но преступления, которые они надеются предотвратить в этом будущем, – воображаемые. А те, что они совершают в настоящем, – реальны. (Эйрел Форкосиган)
• – Домой? А как же война?

• – Но почему было их просто не выкинуть?

• – Будьте любезны направить вашу энергию на выполнение приказа, а не на обсуждение причин, по которым он был отдан. (Эйрел Форкосиган – хирургу0
• – Каким бы ужасным ни было подавленное воспоминание, но осознать его – первый шаг к самоконтролю. (Доктор Джоан Спрейг)
• Глядя в потрясенное лицо матери, Корделия порадовалась, что никогда не хотела стать адвокатом. Все мои подзащитные навечно остались бы на принудительном лечении.
• – Похоже, единственная роль, которую он может играть в человеческом обществе, – роль солдата. Так у него есть некое самоуважение. (Эйрел Форкосиган о сержанте Ботари)
• Будь прокляты все обстоятельства времени и места, из-за которых мальчишеская мечта о героизме превратилась в круговорот убийств, преступлений и обмана. (Корделия Нейсмит)
• – Почему она так громко плачет? – тревожно спросил Форкосиган.

• – Скажите-ка мне правду: что вы в нём нашли – в перегоревшем… как это называется… наёмном убийце?

• У Форкосигана был такой вид, словно он откусил что-то горькое, но вежливость не позволяет ему плюнуть.
• – Я всегда считала, что испытания – это дар свыше. А трудные испытания – великий дар. Не выдержать испытания – это неудача. Но отказаться от него – значит отказаться от дара. Это непоправимо, это хуже, чем несчастье. (Корделия Нейсмит)
• Уход, не имеющий других мотивов, кроме собственного покоя, – это окончательное поражение. В нём нет даже зерна будущей победы. (Корделия Нейсмит)
• Власть – страшный наркотик. (Эйрел Форкосиган)
• Вещи человека – это нечто вроде внешней оболочки его разума, как раковина улитки. (Техник военно-медицинской службы Эскобара Терса Бони)
• Честь не уменьшится, если ее разделить. (Техник военно-медицинской службы Эскобара Терса Бони)
• – Мёртвые не могут вас обидеть. Они не причиняют боли, если не считать того, что на их лицах вы видите собственную смерть, а с этим можно справиться. (Техник военно-медицинской службы Эскобара Терса Бони)
• Хорошие люди не отворачиваются от боли. Но великие – идут ей навстречу. (Пилот Фалько Феррел)

Принц Серг гневно выпрямился.

— Я сам поведу свои войска на Эскобар! Пусть тогда отец и его приспешники попробуют сказать, что я не солдат!

— Ты, — устало проговорил Форкосиган, — будешь сидеть в укрепленном дворце, который строила половина армейских инженеров, и пировать там. А твои люди будут умирать за тебя, пока не завалят все своими трупами. Ведь именно такой тактике обучил тебя твой наставник. А потом ты пошлешь домой реляцию о своей великой победе. Может, тебе даже удастся засекретить списки погибших.