Восемь раз, восемь! Примерно столько я перечитывала эту книгу, в первый раз прочитанную, когда мне было... не помню, лет 12 примерно. Дети Атлантиды, кажется, - типичный представитель янг-эдалта, по крайней мере, главные герои там - дети. Точнее, подростки, 12 и 16 лет. Семья получает в наследство старый дом, наполненный старыми вещами, и среди этих вещей есть одна, за которой охотятся странные и опасные силы. И конкретно в моей памяти этот роман остался именно как история про старый скрипучий дом, в котором много комнат и мало ванн, в котором помещения заливают длинные лучи закатного солнца, на кухне возле плиты спит собака, а каменный наблюдатель на холме за окном то появляется, то исчезает. Выходишь из этого дома и попадаешь на вересковые пустоши, и вереск качается от ветра. Каждый раз, когда я берусь за перечитывание этой книги, у меня возникает ощущение, будто это я вернулась домой, будто это мои комнаты, будто это я ищу сама не знаю что, знаю только, что это нечто важное. Думаю, это из-за того, что впервые Детей Атлантиды я прочитала в очень правильный момент, во многом этот роман стал для меня первым, именно в нем я впервые столкнулась с темой старого дома, поиска, временной петли, утраченной магии, открытой Двери. Я с тех пор всю жизнь в литературе иногда специально ищу эти и многие другие темы, а иногда нахожу случайно, и до вот этого последнего перечитывания я даже не соотносила свою к ним любовь с этой книгой, а тут просто накрыло осознанием, что эта книга и есть я. Во всяком случае, та часть меня, что живет в книгах. Так вот, формально это янг-эдалт, но это не совсем так. Упор здесь сделан на атмосферу, на английскую культуру, на фольклор. Может, это только мое дилетантское представление, но мне казалось, что эта книга состоит просто из сотни сгущенных английских легенд. Особенно заметным это становится во второй и третьей частях трилогии, там все куда очевидней. Долгое время не совсем понятно, что именно происходит в этом романе. Автор не дает себе труда объяснить все досконально, главным героям и читателю вместе с ними приходится довольствоваться обрывками информации, из-за этого картина рисуется фрагментарная, а пробелы заполняются собственным воображением, и это действует куда сильнее, чем если бы нам все по полочкам раскладывала сама автор. Волшебство фрагментарности, по крайней мере, так действовало на меня в прошлом, а мне теперешней очень трудно разделить свои эмоции от книги в настоящем и свой первый детский восторг от столкновения с почти взрослой книгой, но про волшебство. Про заклинания, духов дома, путешествия в прошлое, морских чудовищ, магические круги, закольцованное время, и при этом с очень взрослым привкусом грусти. Часть про саму Атлантиду я люблю почему-то намного меньше, чем первую часть. Там уже нет атмосферы старого дома и вересковых пустошей, там совсем другой, самостоятельный, придуманный автором мир. Мне не нравилось в этом мире, несмотря на то, сама героиня была им захвачена. Еще и не помнила ничего. Сейчас подумала, что моя неприязнь к сюжетам, завязанным на полной или частичной потере памяти, взялась как раз из этой книги, хотя сложно наверняка говорить об этом сейчас. И все равно я была в восторге от любовной истории, такой внезапной в этом произведении. Настолько внезапной, что когда я читала это впервые, я испугалась и вырвала страничку с постельной сценой, потому что эту же книжку вслед за мной читал папа, а маленькая дурная я почему-то решила, что он будет из-за этой сцены ругаться. И это была первая любовная история на моей памяти, закончившаяся так трагично, если не считать книг Дюма. И потом очень долго я чувствовала себя раздавленной, потому что не понимала, как будет дальше жить Ферн. Вторая и третья книги показали, что переживала я не зря, особенно, конечно, вторая. Мне очень сложно говорить что-то конкретное о сюжете, потому что он, с позиции сегодняшнего читателя, довольно незатейлив. Да, там намешано очень многое, да, он красиво закольцовывается временной петлей, да, атмосфера там такая густая, что ложка стоит. Но при этом, если отключить волшебство, окутывающее этот роман исключительно в моей голове, становятся видны и некоторые нелогичности сюжета, и где-то слишком стремительное, а где-то слишком медленное повествование, и не очень хороший, практически дословный перевод, в котором даже в самой структуре фраз есть что-то чужеродное, неправильное. Я не знаю, как бы я восприняла эту книгу, прочитай ее впервые сейчас, скорее всего, уже на первой трети стала бы прикапываться к странностям героев и сюжета. Но мне повезло и я прочитала ее в самое нужное для себя время, она во многом сформировала мой читательский вкус и меня саму, и я не хочу отключать волшебство. Я рада, что до сих пор, в восьмой раз ее перечитывая, могу погрузиться в свои самые первые эмоции, могу не смотреть на нее пресыщенными глазами читательницы из 2020 года, которая, кстати, меня порядком задолбала. А еще это одна из тех книг, которыми не хочется делиться. Бывают любимые произведения, о которых хочется орать на весь мир и весь мир измерять его отношением к ним. Вот Архив буресвета, например, стал для меня как раз таким произведением. А Детей Атлантиды хочется обложить ваткой и спрятать в коробочку, чтобы никто даже дышать на них смел, и только я могла раз в пару лет доставать, протирать тряпочкой и орошать ностальгическими слезами. Потому что вряд ли для кого-то она станет тем же, чем является для меня, а сносить равнодушные пожимания плечами и вежливые слова, что она "довольно интересная", мне не хочется. Кажется, это единственная книга в моей жизни, от чтения которой моим мужем я получила настоящую психологическую травму, хотя ничего криминального он не сказал, просто явно не понял, с чего именно я там так прусь.

Я вижу город, старый, похожий на Эфес, только неразрушенный.

Атлантида. Столица империи, золотой город, город драгоценностей. Разграбивший рудники и провинции, вобравший в себя всю роскошь, всю мерзость. Испорченный и прекрасный, обрушивший двойное проклятие на своих жителей, аристократов и бастардов, обреченных и любить его, и ненавидеть. Город-клетка, город-судьба, в котором перестали верить в богов, но все еще их боятся. Возможно, самый первый город.

Сердцем города был Лоудстоун, воплощенная магия. Соприкасаясь с ним, обитатели Атлантиды получили дар и передали его своим потомкам через столетия. Дети Атлантиды - мы называем их колдунами, блаженными. Существование Лоудстоуна вызвало мутации, наполнившие море русалками, а город теми, кого мы не встречали прежде - нимфелинами.

В этот город, явившийся из иной реальности, в лето своего семнадцатилетия попадает Ферн, выросшая в Лондоне 90-ых. Больше никогда она не сможет сказать, где ее дом и есть ли он вообще для нее, странной девушки-подснежника, которой повезло попасть в Атлантиду, затопленную, запрещенную даже для снов. Так везение это или проклятие?

"Дети Атлантиды" - первая книга трилогии писательницы Аманды Хемингуэй (псевдоним - Ян Сигел), под общим названием Way of the Witch, рассказывающей о Фернанде, колдунье, унаследовавшей дар.

Эту книгу, первую, я читала в 15 лет и тогда Атлантида мне представлялась чем-то гораздо более реальным, чем наши современные мегаполисы, городом, у которого не может быть создателя и хозяина, который живет своей жизнью, увлекая за собой обитателей. Надо заметить, что я никогда не любила фэнтези, но вот уже несколько лет я не могу оторваться от этой книги.

В конце концов, какой город может быть более таинственным, чем тот, которого никогда не существовало?