Отзывы о книге Мальчик А

Свою рецензию я хочу начать с простого вопроса: "Имеют ли право убийцы жить среди людей или, может, имеет смысл после того, как они отмотали свой срок сразу ссылать их на Новую землю?" С юридической и социальной точки зрения - да, безусловно, имеют. Они такие же члены общества, как Алексей Анатольевич Навальный, или как мэр города Сызрань Виктор Викторович Хлыстов. А вот с точки зрения бытовой психологии уже возможны варианты. Например, многие из нас наверняка убеждены в том, что этих подонков и близко нельзя подпускать к людям, некоторые уверены, что будет лучше, если закрыть их в тюрьмах на пожизненные сроки, а есть и такие, кто считает, что нужно устроить им суд Линча и дело в шляпе. Хорошо, а если этим преступником является десятилетний ребенок, который на пару со своим приятелем жестоко убил свою одноклассницу и который за свое преступление уже отсидел в различных колониях пятнадцать лет и казалось бы полностью искупил свою вину, может ли он считать себя полноправным членом общества? Имеет ли он право на второй шанс? Учитывая, что люди не такие уж гуманные и добродушные существа, какими себя мнят, - уберите законы и мораль и мы переубиваем друг друга к чертовой матери - то второго шанса у этого пацана не будет никогда. Обязательно найдется группка фанатично настроенных линчевателей и отравит парню всю жизнь, несмотря на то, что убийство он совершил в том возрасте, когда ответственность за его поступки должны нести родители; несмотря на то, что родители его оказались круглыми идиотами, трусами и эгоистами; несмотря на то, что он после освобождения встал на правильный путь. Этим линчевателям не будет интересно ни его тяжелое детство, ни его личностные качества, ни его цели и планы, ни тем более его благие поступки.

Вы наверно уже догадались, что я сейчас встал на сторону главного героя. А теперь спросите меня, как я отнесусь к парню и как восприму его освобождение из мест не столь отдаленных, встану ли я на его сторону в том случае, если буду знать, что этот человек когда-то убил мою знакомую. Да растерзать этого выродка, этого сукина сына, казнить его прилюдно и четвертовать, нет ему прощения - разъяренно отвечу я. Все относительно и все познается в сравнении. Видите, даже избитые и затасканные фразы начал использовать. Но хватит растекаться мыслью по древу, пора переходить к нашим мальчикам, или мальчику, тому, который "А".

Джонатан Тригелл в своем романе, кстати, вырисовывает отличный сюжет, которого, если кто не догадался, я уже частично коснулся в начале этой рецензии. А если учесть, что это дебютный роман писателя, то получилось очень даже круто. Тригелл рассказывает историю жизни малолетнего преступника, его путь из пункта A в пункт Z. Перед нами предстает брошенный всеми, даже своими родителями, паренек. Этот паренек, по сути, изгой, отверженный. Он был изгоем в детстве, продолжал оставаться таковым в колонии и предстает таким же после освобождения. Но ведь Джек парень неплохой, правда? Он и дружить умеет, и любить, он даже девочку спасает. Но он убийца, пусть и в прошлом. И вот здесь начинается самое интересное - поиски причин его поступка, поиски Джеком своего места в мире людей.

Что касается поиска своего места, то это место ему никто никогда не предоставит, он так и останется изгоем, потому что превращение такого парня в прекрасного принца или в супергероя бывает только в сказках. Ну а если говорить о причинах совершенного Джеком поступка, то они вроде бы лежат на поверхности - хреновое воспитание, точнее полное его отсутствие в сочетании с постоянными избиениями и издевками со стороны сверстников привели к постоянному страху. Мальчишка боялся даже дышать. Он и убил Анджелу из-за страха, из-за того, что эта девочка грозилась рассказать о нем в классе, о том, какой он «придурок», а это могло возобновить издевательства и избиения. Да, причины вроде бы на поверхности, но если копнуть глубже, то мы увидим больное вусмерть общество, которое на самом деле и является причиной появления таких вот Джеков и которое продолжает рожать их пачками. Если бы в детской среде не было избиений и издевательств над слабыми и это не воспринималось всеми, как само собой разумеющееся, если бы взрослые не были бы редкостными уродами (РУ, как их называет всемирно известный CoffeeT ), то не было бы у них плохо воспитанных детей, соответственно не было бы и Мальчиков А. Нужно лечить общество, но оно, кажется, неизлечимо.

А роман, кстати, очень и очень неплохой. Почитайте. У меня все.

Знаменитая "оранжевая серия" создала себе определенный имидж литературы "не для всех" во главе со своими флагманами – Уэлшем и Палаником. Поэтому многие читатели просто проходят мимо романов, изданных в этих цветах. А зря. Потому, что наряду с "Утонченным мертвецом" тут может встретиться остро-социальный роман, единственная альтернативность которого – в нецензурной лексике (которой, кстати сказать, крайне мало, учитывая реалии романа: тюрьмы, беднейшие районы провинции, самих героев, сплошь представителей так называемых low life). Так что, с предупреждением, что в книге есть мат, я ее дам почитать своим родителям. И вообще, такие истории в виде фильмов, романов, статей, блогов я бы рекомендовала в качестве лекарства. Особенно рьяным поборникам общественного порядка и справедливости.

Я читала одну статью в Максиме пару лет назад про подобную историю. Там тоже было два 10-12 летних мальчика, которые замучили и убили малолетнего брата одного из них. И пока я читала эти 4 страницы журнального текста, меня прошибал холодный пот ужаса и накатывали волны ненависти и "праведного гнева". Но потом, в конце, двумя предложениями автор статьи стукнул меня обухом по голове. Он просто задал вопрос: "Где же были все взрослые, когда эти мальчики таскали на протяжении нескольких часов плачущего ребенка по торговым центрам и улицам? И последней фразой было: "Равнодушие и бездействие взрослых людей убило в тот день не одного, а троих детей".

Тут, конечно, история немного иная, но суть от этого не меняется – взрослые виноваты не в той конечной точке, когда двое детей совершили непоправимое. А в том, что детей не остановили на этом долгом, не одного года, пути к этому ужасу. Родители, учителя, прохожие – да все и каждый виноваты. Каждый пинок ноги, отшвыривающий маленького хулигана делает его злее и приближает к обрыву. Как те самые псы с городских окраин, которые когда-то были брошены хозяевами, гонимы палками и камнями, оставлены на произвол судьбы – становятся действительно опасными зверями. Кто в этом виноват?

Справедливости ради стоит заметить, что с литературной точки зрения роман не так силен, как его эмоциональная составляющая. Автор пишет, будто ему в районе 20 лет. Хотя в последнее время дети слишком быстро слишком быстро перестают быть малышами, но зато слишком долго (может, навсегда) остаются подростками, со всеми недостатками и преимуществами пубертатного периода – острой чувствительностью, высокой эмоциональностью, юношеским максимализмом. Поэтому в романе есть только черное и белое. Оно такое явное и безапеляционное, что нет никаких сомнений и размышлений на тему того, что автор об этом всем думает. Хотя при более глубоком и критическом рассмотрении можно увидеть полутона и в положительных и в отрицательных героях. И, конечно, не во всех проблемах молодого поколения романа виноваты отцы. Такое безоговорочное фрейдисткое обоснование всех неудач жизни "отцами" так же утрировано. Более всего роман похож на крик души самого автора к своему отцу. Надеюсь, крик был услышан.

Но это литература не ради литературы, а ради мыслей, которые эта история у вас вызывает. Ради вопросов, которые автор не задает (потому, что он уже все понял для себя и этот мир раскрасил), но которые возникают у критически настроенного читателя. Слишком уж реальная история, и еще более реальная сегодня, с нашим всеобщим погружением в соц.сети. Как быстро толпа в гневе накидывается на какую-то несправедливость. Как быстро кого-нибудь клеймят самыми страшными словами и даже переходят от слов к делу. Даже на всяких мелочах, не говоря уж о таких преступлениях. Но у каждой такой волны "праведного гнева" есть одна причина – чувство вины за произошедшее. Потому, что каждый день мы проходим мимо всей этой несправедливости, мимо всех этих ужасов, и не делаем ничего (я говорю о большинстве, есть, конечно, исключения). Мы проходим мимо хулиганящих детей, мы затыкаем уши, когда за стеной кричат соседи, мы предпочитаем не обращать внимание на кучу таких вот мелких неурядиц. Которые потом приводят к катастрофам. Милые щенки, которых не забрали с улицы вырастают в тех самых псов с городских окраин... Я знаю, что я не могу сделать многого, мне страшно вмешиваться в конфликтную ситуацию, но все таки что-то я могу (например, на самом деле взять с улицы щенка :) Но самое главное, что я могу делать и стараюсь делать – это не присоединять свой голос к крикам негодующей толпы. Потому, что за этими криками только страх и стыд.

C.R. Не знаю, что хотели сказать авторы обложки в русском издании. Это слепая богиня правосудия? Не видно. Многие издания книги на ангийском используют плакат фильма. Но первое издание мне очень понравилось (с велосипедом). Как и издание на немецком. На них, мне кажется, правильные акценты. А французская обложка решила "играть на противоходе", показав этого волчонка, которого взрослые должны были попытаться изменить и спасти.

Если долго валяешься на помойке, нельзя не испачкать одежды

Морально тяжёлая книга, читалась медленно, тягуче.

Мальчики А и Б, будучи детьми, совершили убийство, которое потрясло всю страну. И вот мы видим, как мальчик А выходит из тюрьмы, в которой провёл 14 лет. Чтобы начать новую жизнь, нужно сначала спрятать от всех то безобразное, смрадное преступление, потому что общество такое не прощает, никто не захочет жить по соседству, работать бок о бок, а тем-более дружить с чудовищем. Мальчик А берёт себе новое имя Джек, ему назначают куратора Терри, который по-отечески к нему привязался, искренне веря, что человек может измениться.

А дальше всю книгу мы видим, как Джек приспосабливается к новому миру, как для него всё в новинку, как он пытается стать нормальным, стать как все. Но при этом его постоянно душит липкий страх, что в скором времени всё раскроется и все узнают, кто он на самом деле. Ему так хочется раскрыться своей девушке или другу, который у него появился, но

Это, наверное, очень классно, когда рядом есть человек, который знает о тебе всё. Но он всё-таки промолчал. Из чувства самосохранения. Потому что его откровенность может закончиться плачевно: он потеряет друга, ему придётся переезжать в другой город, придётся оставить Мишель. Признание может быть равнозначно самоубийству.

Джек постоянно себя спрашивает, а достоин ли он этого второго шанса на жизнь? Ведь все его отношения построены на лжи. И он старается, старается изо всех сил, чтобы заслужить это право на достойную жизнь. Но даст ли общество ему это?

Как часто мы сразу кидаемся с осуждением в адрес вот таких малолетних убийц? Не всем ли нам хочется, чтобы подобные индивиды навсегда были изолированы от социума? Верим ли мы в искупление? Можем ли позволить убийцам жить полной жизнью, тогда как они отняли эту жизнь у других? Разве можно доверять им после содеянного? Стоит ли гнать их по всей стране, как зверей, чтобы они нигде не могли осесть, пустить корни?

Книга поднимает все эти вопросы, они неудобные для сознания, т.к. большую часть времени мы находимся в голове у Джека и понимаем, как всё это терзает и мучает его. Потому что, что бы он не делал в последствии, ему никогда не простят жестокого убийства, совершенного в детстве. И читая про то, что было в финале, не знаешь, как реагировать.. Невольно задумываешься о том, а как бы ты повёл себя на их месте?..

K как в Kid А помните эту незатейливую мелодию, считалочку, которую выводит строй детских голосков, изучая английский алфавит? Из урока в урок, так, чтоб от зубов отскакивало. Эй-би-си-ди-и-эф-джи... А над классной доской - яркий плакат, на каждую букву демонстрирующий знакомый в повседневности предмет. A как в Apple. C как в Cat. На X чаще всего помещали Xylophone, потому что в любом алфавите есть буквы, которым не повезло вести за собой целый сонм слов. Темные лошадки, прячущиеся в серединах и окончаниях слов. Как забитый мальчишка, тихо повторяющий считалку вслед за своими одноклассниками, изо всех сил старается быть невидимкой. Бомба замедленного действия в теле подвергающегося издевательствам ребенка. Рванет-не рванет?..

L как в Loneliness Нелепо думать, что одиночество чувствуется острее в каком-либо определенном возрасте. Кто-то говорит, что нет ничего страшнее одиночества взрослого человека, оглянувшегося на прожитую жизнь и в ней разочаровавшегося. Другой скажет, что одиночество подростка, непонятого, непринятого, не знающего, куда податься и все на свете отрицающего, куда опаснее. Найдется и третий, кто станет утверждать, что нет ничего горестнее, чем одиночество изгоя-ребенка, которому за постоянным страхом и не удается толком побыть ребенком. Но стоит произнести вслух совсем другое: само по себе одиночество ужасно. Будучи просто буквой в стройном ряду алфавита, ты цепляешься за своих соседей, пытаясь сложиться с ними в полноценные слова, а не не имеющий ценности бестолковый набор букв. Распасться, разбрестись гораздо легче. Но, верно, и больнее на порядок.

A как в Absolution Разве здесь, в этой жуткой до оцепенения, до одурения истории, может идти речь о прощении? Здесь, где двое детей совершили хладнокровное убийство? Хотя о чем это я. Как я могу описывать это убийство и говорить, что оно было хладнокровным? Знаете, что с читателем делает автор? Уничтожает. Иначе не сказать. Творя свою нелинейную историю, он позволяет смотреть, как взрослый парень, разменявший третий десяток вот уже года три как, пытается приспособиться к жизни обычного человека после пятнадцати лет тюрьмы, и параллельно вплетает обрывки его прошлой жизни, когда он еще был мальчиком, тем самым мальчиком, которого потом возненавидела вся страна. Ты читаешь. Наблюдаешь. Где-то сопереживаешь, где-то замираешь в ужасе и отвращении. Всю книгу ждешь, когда же расскажут, когда объяснят, почему, почему же они сделали это. В конце концов дожидаешься, но чего? Того, что это был обычный день, и двое хулиганистых мальчишек, отвергнутых другими детьми, пускались в привычное баловство вроде воровства конфет из магазина, а потом убили человека. Все. Точка. Алфавит пропели, тишина. И ты больше ничего не узнаешь. Нет, такого я простить не могу.

Не знаю. Может, книга совсем не об этом. Но именно об этом мне думалось и думается сейчас, когда уже перевернута и прочитана последняя страница. E как в End.

Отличная книга. Еще не прочитав и половины истории мальчика А, я поняла, что она станет одной из моих любимых.

Эта книга как лабиринт - чем дальше, тем извилистей и все больше новых поворотов, их число растет со скоростью света, тебе уже страшно хочется найти выход и выбраться из этого места, но, вместе с тем, ты чувствуешь невероятный кайф от происходящего. Именно такие ощущения и эмоции у меня были и остаются после прочтения "Мальчика А". Хотя кому-то (из-за специфики сюжета) это может показаться кощунственным.

История мальчика А, Джека, если быть точной, так как имя данное ему при рождении уже не имеет никакого значения, сложная, как с психологической, так и с моральной точки зрения. В ней нет четких линий, автор рассказывает ее отрывками, тасуя события и героев, играясь с читателем, то и дело подначивая его. Как только тебе начинает казаться, что ты можешь предвосхитить события и сказать, что будет дальше, Тригелл как бы щелкает тебя по носу и уводит сюжет совсем в другом направлении, о котором ты вовсе не задумывалась.

В этой книге двое осужденных, но, на самом деле, виноватых гораздо больше. Так как в любой ситуации, как мне кажется, есть не только прямые виновные, но и косвенные, и не важно, люди это или какие-то моменты жизни.

Имеем ли мы право на прощение? Есть ли у нас второй шанс? Всегда ли мы судим по истинным делам, а не ориентируясь на свои симпатии? Мы кичимся тем, что следуя законам, устанавливая новые правила, продвигая демократию, тем самым максимально отсекаем субъективизацию какой-либо ситуации. На самом деле, полной объективности не было и вряд ли когда будет. В центре сюжета мальчик 10 лет, самый обычный, неказистой внешности и посредственного ума, у которого есть мама и папа, которые его обеспечивают и любят. Вот то, что можно представить опираясь на всем известные факты. Но никто особо не задумывается над тем, что скрывает под собой наша отчужденность, наше безразличие к чужим делам. Слишком часто, зарывшись с головой в свои проблемы, мы не видим даже того, чем живут и дышат наши близкие. Никто не потрудится понять человека, который ему не импонирует, никто не задастся вопросом "почему он прогуливает школу?", "почему он избегает одноклассников?", "почему он связался с Тем мальчиком?", "почему он постоянно врет и что-то скрывает?" Удобно, когда зло - черное, уродливое, отвратное, а над добром можно увидеть ореол святости. Но что если не все так просто? Эта книга заставила крепко задуматься, а правильно ли я поступаю, составляю свое мнения о людях лишь поверхностно их зная. И как многим людям требуется рука поддержки и принятие Возможно, кто-то назовет эту книгу слишком утрированной, но давайте сойдемся на том, что чтобы хоть как-то открыть глаза общественности на проблемы, приходится их "выпятить".

Со мной снова случилась жутко тяжелая история, о которой трудно, практически невозможно судить однозначно. Хотя, казалось бы, что сложного? Мальчики А и В совершили ужасное преступление, повергшее в шок всю страну. И хотя сами мальчики в показаниях путаются, для обвинителей все ясно, как белый день: есть записи с камер видеонаблюдения, есть нож. В конце концов, обвиняемые даже выглядят как самые настоящие исчадия ада. Хотя на самом деле, мальчишки просто малосимпатичны внешне, но для окружающих это становится лишним подтверждением их склонности к насилию. Но так ли это в действительности? Записи свидетельствуют лишь о том, что какое-то время мальчики следовали за жертвой. Непосредственно преступление нигде не запечатлено и доказательства обвинения строятся на заключении судмедэксперта и предположениях и догадках следствия. Но кто может подтвердить правильность сделанных выводов? Кто может допустить, что не все так просто и очевидно, как кажется на первый взгляд? Кто может предположить, что мальчики, сами напуганные тем, что сотворили, не договаривают чего-то принципиально важного для следствия? Уж точно не чуткие учителя, облегченно выдохнувшие, когда трудные дети перестали посещать их уроки. Точно не сверстники, которые травили несимпатичных одноклассников. Точно не широкая общественность, потрясенная и возмущенная содеянным, скорбящая о безвременной кончине маленькой принцессы, подававшей столько надежд. Так кто же они, эти мальчики А и В? Маньяки-психопаты, способные на самые немыслимые жестокости, или жертвы социума, в котором протекали их безрадостные жизни? Жертвы равнодушных родителей и учителей, жертвы сверстников, безжалостных к слабым и некрасивым, жертвы подонков-родственников? Жертвы общества, для которого в подобных случаях не существует полутонов, допущений и оговорок. Общества, которое не сделает снисхождения, не даст другого шанса доказать, что то, что кажется черным и мерзким, на самом деле может быть светлым и добрым. К сожалению, в большинстве своем мы именно такие, принципиально нетерпимые к очевидному злу - причем, быть принципиальным тем легче, чем слабее отпор, который может оказать обвиняемый, - и слепые и глухие, когда дело доходит до копания в деталях. Лишь немногие будут задавать правильные, нужные вопросы и бороться за второй шанс для тех, в кого поверили. И не факт, что у них все получится, что никто не будет чинить препятствий. Мы же неумолимы и непримиримы. Никаких компромиссов. Никаких снисхождений. Никаких вторых шансов для тех, кого сами же и сломали.

Два друга – мальчик «А» и мальчик «В» – совершили в детстве ужасный поступок. Они убили маленькую девочку. Начать новую жизнь после тюрьмы получилось только у одного из них. Мальчик А выбрал неприметное имя Джек, устроился на работу, влюбился. ⠀ Но имеет ли он право начать всё с начала, забыть прошлое и стать кем-то другим? Искупил ли он вину перед обществом, а главное – перед самим собой?

Бывают такие моменты, когда тебе просто не хочется ничего решать. Когда внутри образуется простое пространство, которое не нужно ничем заполнять. То самое ничто. Nada, nil, nothing, zip, zilch, zero. Абсолютный ноль. Джек вдруг понимает, что эти пустоты – не самое страшное. Пустота – это, наоборот, хорошо. А вот то, чем ее наполняют… вот откуда все беды. Набивка, начинка, заправка – они распирают тебя изнутри, и вот тогда образуются дыры. Дыры. Которые уже не заделать.

Я долгое время называла эту книгу любимой. До сих пор, если меня вдруг спросить, какая книга сильнее всего зацепила – я назову «Мальчик А». Мне было пятнадцать, я уже не верила в розовых единорогов, но была убеждена – есть черное и белое, есть плохие и есть хорошие. Оказывается, в мире есть и полутона. Джека называли монстром... другие монстры. И не всегда монстры только те, кто совершил тяжкое преступление.

Единственный способ избавиться от боли – сделать так, чтобы было еще больнее. И это действительно помогает, но лишь до тех пор, пока шок не проходит. А потом нужна новая рана, чтобы было на чем сосредоточиться.

Я мало читала в то время, и эту книгу не взяла бы в руки, если бы не посмотрела одноименный фильм. Он разбил мне сердце, а книга добила. Но мне понравилось. Сопереживать вроде бы плохому человеку и осуждать хороших – так странно. В книге читатель узнает о юности Мальчика А, о его поступке и жизни в тюрьме. В фильме вскользь говорят о прошлом, больше о новой жизни Джека. ⠀ Книга – драма, книга – трагедия. Несмотря на обманчивую обложку знаменитой оранжевой серии «Альтернатива».

Советую прочитать «Мальчик А». И посмотреть фильм.

Говорят, что педагогика способна оправдать каждого, но не уберечь его от поступка, порой ведущего даже к погибели. Так стало с мальчиком А, юношей под вымышленным, тривиальным именем Джек, что бросается в глаза разве своей замшелостью, поскольку носят его все, кому не лень. В его случае это вынужденная мера схамелионить, усредниться донельзя, раствориться в толпе. Потому что, будучи подростками А и Б сидели на трубе, А упало, Б пропало.... Совместно они покусились на душу, убили жизнь в ангеле с именем тавтологией, служащим градиентом, - Анджела. При чем свершили это жестоким способом. Говорят, что это было не по- детски зверски, однако как раз в детях налет цивилизации еще не столь мощен, отчего звериные, безсистемные инстинкты, при рассмотрении на свету, заставляющие содрогнуться, живут в них особо сильно. А порой в моменты ощущение безнаказанности вырываются наружу и сокрушительно обрушиваются под осознанием всесилия. Автор рассуждает, откуда берутся истоки такого поведения, блпгодаря чему мы знакомимся с историей родителей мальчиков А и Б, которые отторгали собственых детей, предоставляя их дидактическим методам улицы. Однако, основной воппос в другом: может ли убийца измениться? Еще говорят, что в жизни у каждого человека существует точка невозврата. В религиозном поимании, при чем какую религию не возьми, это смерть. Пока ты жив, у тебя есть право на корректирование. Все зависит от силы воли. Вот что необходимо осознать толпе, поскольку в своей бессознательной стадности, она как разгневанный ураган, сокрушает все, что не попадись на ее пути. Что говорить о такой щепке, как личность, да к тому же надломенной, подточенной годами презрения и ненависти. Легко рассуждать, когда от руки убийцы погиб некто посторонний, правда, я считаю, что право на невесть есть только у родни жертвы, никак не у целого народа, иначе он уподобляется преступнику. Конечно, не последнюю роль в отмщеньи сыграли СМИ. Раньше, еще век назад, преступники довольствовались малой славой, но элемент общедоступности информации сыграл злую шутку. Каждый человек жаждет прощения, если это совпадает с желанием исправиться, он излечим. Джек пытается начать жизнь, что говорится, с чистого листа, возместить ущерб спасенными жизнями, любовью, отвагой. Однако в обществе, жаждущем помимо хлеба зрелищ, подобных гладиаторским боям, не может оставить в покое человека, ставшего известным столь изощренным способом. Однако так ли общество морально? Всеми ли руководит жалость к невинной жертве? Вероятно, у каждого личные мотивы. Порой, они абсурдны. Тогда тем более карающий и подвергающийся наказанию мало различимы. Мораль такова: самое малое, что мы можем сделать - предать преступника забвению, дать ему шанс обновиться, иначе в нашем стервятничестве проскользнет оскал самого маньяка.

Иногда бывает так, что книга нравится настолько - что даже не находится слов, чтоб выразить всю степень восхищения. Вот у меня сейчас как раз такой случай. "Мальчик А" - это произведение, которое не просто заставило задуматься, сопереживать героям, но и вступить в оживлённые дискуссии.

Правильно ли это - давать второй шанс убийцам и выпускать их на волю? Справедливо ли это - скрывать крамольное тюремное прошлое от окружающих? Честно ли это - строить отношения на обмане? Простительно ли то, что ребёнок совершил преступление? Стоит ли делать скидку на то, что этот ребёнок по сути был брошен и никому не нужен? Считается ли нормой детская жестокость, основанная на любопытстве? Если человек убил однажды, стоит ли его опасаться годы спустя?..

Столько вопросов, столько актуальных тем, столько эмоций, что я некоторое время после прочтения книги просто сидела и переваривала. Во мне говорило как будто два разных человека. Одна половинка переживала за Джека, ведь перед читателями он предстаёт весьма положительным, скромным, искренним парнем. Другая моя часть негодовала от несправедливости и жестокости - ну как можно было так запустить ребёнка, что он играючи пошел на убийство.

Я даже не знаю, верю ли я в исправление человека в тюрьме. Скорее нет, чем да - но доселе мне не приходилось задумываться по поводу детей, совершающих ужасные вещи. Могут ли из них сделать достойных членов общества - без злобы и агрессии? Взрослого человека уже не исправишь - его поступки всегда сознательны, кто бы там что ни говорил, но вот детёныш - это совсем другое дело...

Джонатан Тригелл наглядно продемонстрировал то, что судебная система не совершенна, что человеческое общество в принципе далеко от совершенства, что озлобленная толпа - это гораздо большая опасность и агрессор, чем один человек, что любовь - это не просто слова или проведённое вместе время.

Потрясающая книга, которая по-настоящему трогает за душу.