Ваша оценкаРецензии
apotapchuk30 декабря 2022 г.Тупая, бессмысленная и бесконечная война
Очень знакомо. Книга не такая популярная, как 1984 Оруэлла, но тоже в этой канве.
Джордж Оруэлл - 1984 (новый перевод)
Всё сумбурно: давай, хватай, беги, куда, стреляй. Задуматься о каком-то смысле люди не успевают. Актуально.9876- mapase8 ноября 2016 г.Читать далее
Считаю, что эта вещь понята слишком буквально, то есть как описание третьей мировой войны. Но это же метафора! А главная мысль вот она.
– Ганс, сынок, – смеясь сказал он перед тем, как мы отправились в бордель, и встал в своей старой пещере на том месте, где два года назад подвесил наемника. – Продырявь меня из автомата. Ведь то, что враг существует, – полный идиотизм. Давай, сынок.Вот так. Главная тайна, которую тщательно скрывают, заключается в том, что нет никакого врага. Нет от слова совсем. И победить в бесконечной "зимней войне в Тибете" можно только одним способом.
Положение у меня безнадежное. Теперь, когда я предоставлен самому себе и ползу вдоль стены этой ужасной пещеры, часто делающей немыслимые повороты, я задаю себе вопрос, на который никогда не отважился бы во время боев: кто же враг? Теперь этот вопрос уже не расслабит меня, так же как и ответ на него. Мне нечего терять. В этом моя сила. Я стал непобедим. Разгадав загадку Зимней войны.Так и мы ползем по пещере нашей жизни и спрашиваем: кто же враг? И тем самым длим эту "зимнюю войну", потому что...
Для чего он вообще существует, человек? Вопрос, на который ответа нет. У человека и у Земли нет предназначения. Человек страдает, по сути он болезненное животное, но его проблема не только страдание само по себе, а то, что отсутствует ответ на кричащий вопрос: «Ради чего страдать?» Человек – самое храброе и привычное к мучениям животное, он не отвергает страдание как таковое, он жаждет его, ищет его при условии, что ему укажут смысл, смысл страдания. Бессмысленность страдания, а не само страдание, – вот проклятие, какого не могла снять с человека Администрация, не возвратив человеку прежний смысл существования, – врага, от которого она его чудовищным способом избавила.Разве не прелесть? Но все-таки ставлю книге четверку, так как в ней присутствуют и другие не столь глубокие размышления.
91,4K 
InnaBerger1 февраля 2021 г.Читать далееФридрих Дюрренматт "Ущелье Вверхтормашки"
Всё-таки везёт мне в этом году на книги из которых не хочется выползать наружу, а хочется начинать заново сразу после того, как закрыта последняя страница!
"Мир не так ужасен, как его представлял себе Великий Старец, хотя чаще всего – еще ужаснее".В самых первых строках романа автор знакомит нас с главными героями:
"Он был похож на Бога из Ветхого Завета, только без бороды. Когда девочка его заметила, он сидел на каменной кладке, ограждавшей от осыпей дорогу, поднимающуюся по ущелью вверх, к пансионату. Девочка окликом остановила пса".И для начала всё происходит чинно и благородно, согласно всем законам логики, смущают только имена героев книги - Моисей, Великий Старец, которого вечно путают с Велиалом, Габриэль, Рафаэль - три штуки (как говаривал один хорошо всем известный медведь: "это жжжжж - неспроста!"), но достаточно быстро спокойная повествовательность начинает прогибаться под настойчивыми попытками хаоса занять своё законное место и развоплотить не только героев книги, но и пансионат, деревушку, ущелье, страну и мир, где всё происходит. А действующие лица перестают понимать хороши или дурны их поступки, знают лишь то, что они делают это правильно. Больше того, невозможно сказать, кто из героев положительный, кроме пса Мани конечно))
Войсковая операция по уничтожению пса-убийцы, танки в альпийских горах, хирург, тайно производящий в швейцарском пансионате операции по изменению внешности киллерам мафиозного синдиката, теолог, проповедующий бедность миллионерам и убивающий своих жён ради их денег, деревенская девушка, изнасилованная киллером в луже молока, лихтенштейнский барон, продающий под видом подделок подлинные шедевры искусства, восстание деревенских жителей и рождественский пожар, принёсший гибель и плохим, и хорошим, и правым, и виноватым, и злым, и добрым. Горькая ирония автора не сокрушительна и безнадёжна: взамен погибшим людям обязательно придут новые и создадут себе нового бога и новую веру. Поэтому и в финале романа остаются те же действующие лица, что были в самом начале:
"Перед домом старосты лежал пёс, рядом стояла Эльзи. Она смотрела на горящий лес, на стену огня, выбрасывающую вверх языки пламени на той стороне ущелья, и уже поглотившую многих жителей деревни. Она улыбнулась. Вот это Рождество, подумала она. Дитя в её чреве запрыгало от радости".Как всегда куча ассоциаций - Булгаков, Гёте, Кафка, Манн - от этого читать ещё интересней и приятней.
А вообще, на сайтах, где я пыталась скачать книгу, указано, что это детектив)) Ну, если романы Достоевского называют детективами, то и дюрренманттовскому "Ущелью" не зазорно быть в этой компании.8263
2Trouble28 февраля 2023 г.Читать далееОчень странный роман, необычный для Дюрренматта. Смесь абсурда, фантастики и .. не знаю ещё чего - главный герой, наёмник, уцелевший после Третьей Мировой войны, пишет свои записки на стенах пещер - то ли в Тибете, где война ещё продолжается, то ли в Альпах, где война уже закончилась. Впрочем, перемешана не только география; даже личность главного героя толком распознать не удаётся, ибо рассказ перемещается от одного лица к другому. Добавлю к этому, что в уста персонажа Дюрренматту вложил довольно мрачную жизненную философию и пессимистичные представления о социальном устройстве общества. Читать рекомендуется или серьёзным ценителям абсурда, или не на трезвую голову.
7727
nay_mare17 января 2008 г.во-первых, я не люблю литературные мистификации, если правильно подобрала термин, во-вторых, выучила - если в описании книги присутствует слово "сюрреализм" - она мне не понравится, в-третьих, где там обещанный "стыд за злодеяния нацистов" совершенно не поняла
7524
talkjulya18 сентября 2015 г.Quatsch mit langen Sätzen
Читать далееВ целом у Дюрренматта я читала кое-что, что мне понравилось - его детективы (которые не совсем детективы) о коммиссаре Барлахе, особенно Der Verdacht. Кроме этого, угораздило меня прочесть и Grieche sucht Griechin.... жаль потраченного времени. Я это к тому, что у Дюрренматта - разноплановые и неоднородные произведения, и хотя я сейчас понимаю, что, скорее всего, закончу свое знакомство с его творчеством: хватит с меня, - но не имеет смысла и логики плеваться на все, что он написал - повторюсь, что его произведения сильно отличаются по художественной и прочей ценности друг от друга.
Я читала "Поручение" (Der Auftrag) в оригинале - это важно, так как: внимание! - вся книга состоит из 24 длиннющих предложений, на каждую главу в несколько страниц по предложению. Таким образом, имеем 24 огроменных предложения на великом и могучем немецком - challenge только для избранных, как говорится.
Русскоязычные писатели тоже в этом плане давали маху, но ведь избранные средства должны хоть как-то оправдывать цель! В "Поручении" же этого - цели - не наблюдается. ага...vom Beobachten des Beobachters der Beobachter... в общем, связь между формой и содержанием для простоватого умом как я читателя отсутствует. Зачем Вам, уважаемый Herr Duerrenmatt, понадобилось избирать именнно для этого произведения именно такую форму? Если у меня хватит сил и терпения, я посмотрю потом литературную критику - наверняка какой-то умняшка уже придумал кучу нелепых и далеких от реальности объяснений, почему эта книга долна была состоять именно из 24 предложений, а не из, скажем, 36.
Я даже не буду писать об абсурдности и нелогичности - сорри, это называется сюрреалистичностью - сюжета, о нелепом, притянутом за уши поведении героини, об подвисших в воздухе сюжетных линиях (Героиня расследует убийство жены психиатара, читая ее дневник - начало, по крайней мере, что-то обещает, но в конце и психиатр, и жена, и дневник заслоняются какими-то совершенно другими событиями, связанными с завязкой очень мало, и изящным мановением авторской руки - парой слов, буквально - отодвигаются на самую периферию повествования) - это все имеется в раздражающем изобилии. Я напишу не об этом, потому что недодуманное и непроработанное до конца произведение этого не стоит.
Я лучше напишу, что своей идиотической, сорри, своеобразной манерой изложения книга напомнила мне произведения другого автора - современной бельгийской писательницы Амели Нотомб. По ходу чтения вспомнила я ее "Гигиену убийцы". Но тут с претензией на глубокомыслие и думы о судьбах мира, а у Нотомб- мрачный злой юмор с целью растрясти обывателя. Скучны оба.
6504
decimotercero9 марта 2025 г.Правда или правосудие?
Читать далееУ Дюрренматта не ясно где заканчивается роман, а начинается авторская ремарка. Хотя может вполне статься, что рассказ о рождении истории убийства и сам является частью романа. Я разобраться и понять не смог. Роман в романе как будто.
Отнести эту книгу к жанру детектив у меня не выходит. У нас есть преступление, есть убийца, признанный виновным. А дальше всё крутится вокруг того, чтобы попытаться доказать, что на убийцу кто-то влиял, подталкивая к преступлению. Однако даже сам адвокат, который берётся за это дело, уверен, что убийца осужден справедливо и верно. И для чего-то тогда вся эта тягомотина раскручивается? Что бы что? Я не разобрался.
Книгу слушал в исполнении Вячеслава Герасимова. С прочтением всё вполне в порядке. А вот качество записи оставляет желать лучшего, странные шумы на фоне.
Советовать книгу я бы не взялся, уж больно она странненькая, не каждому придётся по душе.5205- mapase25 января 2017 г.Читать далее
Прочитал в Википедии: «Правосудие – это своеобразный детектив, в котором ищут не убийцу — он известен и не скрывается от правосудия, — а смысл: чего ради он совершил убийство». Стало даже немного обидно за Дюрренматта. Какой ещё такой детектив? Это психологический триллер, вот что это! Если, разумеется, изложить сюжет несколько живее, чем сделал сам автор. Судите сами.
Вся моя теперешняя жизнь имеет только один смысл: рассчитаться с Колером. Расчет будет простой. Хватит одного выстрела. Но пока надо ждать. Чего я не предусмотрел. Как не предусмотрел и расхода нервов на ожидание. Одно дело — восстановить справедливость, другое — жить, дожидаясь, когда ее можно будет восстановить. Я словно в каком-то исступлении. И пью я так много из-за абсурдности своего положения, я словно бы упиваюсь справедливостью. Сознание, что я прав, уничтожает меня. Нет ничего ужаснее, чем это сознание. Я казню себя, потому что не могу казнить старого Колера.Это – Родион Раскольников (Феликс Шпет). Ничем не примечательный адвокат, который решил убить советника Колера и ждёт, когда сможет это сделать. Зачем? Это уже сложнее. Понятно, что Колер - преступник, который избежал наказания. Однако самому Шпету Колер зла не причинил. Тут другое:
Да есть ли вообще хоть что-нибудь правдивое, надёжное, верное за всеми этими событиями, за всеми этими колерами, штайерманами, штюсси-лойпинами, линхардами, еленами, бенно и т. д., которые пересекли мой путь, что-нибудь правдивое, надёжное, верное за нашим городом, за нашей страной? Не правильнее ли будет предположить, что все невозвратимо заключено в футляр, безнадежно отторгнуто от законов и причин, дарующих жизнь и придающих размах остальному миру? А все, что здесь живёт, любится, жрёт, ловчит, мелочится, обделывает делишки, плодится дальше, организуется, не является ли оно захолустным, усредненно среднеевропейским, провинциальным и нереальным? Что мы ещё собой представляем? Что воплощаем? Осталась ли хоть крупица смысла, хоть гран значения в описанном мною наборе? … . Вот почему у меня нет иного выхода (…), кроме как пьянствовать, распутничать, писать отчёт, сообщать о своих сомнениях, расставлять свои вопросительные знаки и ждать, ждать, покуда откроется правда, покуда жестокая богиня сбросит покрывало (…). ... Правда явится тогда, когда однажды я буду стоять перед доктором г. к. Исааком Колером, лицом к лицу, когда я осуществлю акт справедливости и приведу в исполнение приговор. Тогда на один миг, на одно биение сердца, на одну молниеносную вечность, на хлёсткую секунду выстрела правда вспыхнет ярким светом, та самая правда, которая теперь в ходе моих раздумий ускользает от меня, которая представляется теперь всего лишь причудливой, злой сказкой.Немного длинно, но суть ясна: мир – это марево, представляющее из себя толпу суетливых колеров, которые вечно обделывают свои мелкие делишки и плодятся. В этом мире невозможно жить, потому что в нем нет правды. А правду можно привнести только одним способом: осуществив акт справедливого возмездия. Ну вот хотя бы по отношению к тому же советнику Колеру. И вот сидит Шпет в своей каморке, ждет возвращения Колера, а в это время у него над ухом завывают:
Готовься, брат мой во Христе, настанет Страшный суд, и кто погрязнет в суете, те душу не спасут. Исчезнет солнце, шар земной, утратит твердь свою, но коль душа твоя с тобой, то будешь ты в раю. Когда ж сомкнётся ада пасть, оставив смрад и дым, тогда, о червь, тебе пропасть с неверием твоим.Колер все не возвращается. Тем временем Шпета посещают разные люди, каждый из которых пытается отговорить его. Приходит его приятель Мокк и говорит: «Знаешь, Шпет, я тоже всех ненавижу, но я хотя бы творю скульптуры, а у тебя только абстрактный принцип»:
Пусть у него, Мокка, в печенках сидит ненависть к тем, кто его зачал, родил, а потом не утопил в помойном ведре, он высекает свою ненависть из камня, превращая ее в фигуру, придавая ей форму, которая мила его сердцу, потому что он сам ее создал, и которая, умей она чувствовать, могла бы в свою очередь ненавидеть его, как он ненавидел своих родителей, которые тоже его любили, которым он тоже причинял огорчения; все это очень человечно, круговорот ненависти и любви между творцом и творением, но когда он представит себе такого, как я, который вместо ненависти к тем, из-за кого он существует и за то, что он существует, любит учреждение, произведшее и сформировавшее его, и который с самого начала был наделен склонностью не к человеческому, а к идеологии или всего лишь к какому-нибудь принципу — к справедливости, например, когда же он вдобавок пытается представить себе, как подобная личность будет впоследствии обходиться с людьми, не соответствующими его принципу, принципу справедливости, чтоб уж не приводить другого примера, — а кто, скажите на милость, ему соответствует? — у него от страха выступает холодный пот. Его, Мокка, ненависть созидательна, моя же разрушительна, это ненависть убийцы.Затем к Шпету заходит его бывший шеф и говорит: «Шпет, кому нужна твоя абстрактная справедливость, людям надо жить дальше, как было в моей родной деревне»:
Короче говоря, закончив университет, он вернулся адвокатом в родную деревню, в деревню Штюсси, ведь там не только Штюсси-Лойпины враждуют со Штюсси-Бирлинами, но и Штюсси-Моози со Штюсси-Зюттерлинами и вообще все Штюсси вдоль и поперек, но так обстояло дело только в самом начале, когда деревня была, так сказать, основана, если, конечно, допустить, что она вообще была когда-нибудь основана, сегодня же каждое семейство Штюсси просто-напросто враждует со всеми остальными. И в этом горном гнезде, слушайте, Шпет, в этом сплетении из семейных раздоров, убийств, кровосмешения, клятвопреступничества, воровства, утайки и клеветы он, Штюсси-Лойпин, провёл свои годы ученья как адвокат по крестьянским делам, как ходатай, по выражению деревенских, но не затем однако, чтобы ввести в этой долине правосудие, а затем, чтобы не подпускать его и на пушечный выстрел, ведь и крестьянин, который подстроил все так, чтобы его старуха погибла вроде бы от несчастного случая и который сразу же женился на своей батрачке, или крестьянка, которая вышла замуж за батрака после того, как с помощью мышьяка спровадила своего благоверного на кладбище, у себя в усадьбе принесут все-таки больше пользы, чем за решёткой. Пустые тюрьмы обходятся государству дешевле, чем полные, зато пустые дворы и поля зарастают сорняками и почва сползает в долину.Приходит даже полицейский и говорит: «Мне вас жалко, Шпет. Я вижу, что вас запутали в нелепую историю, и если вы сами при этом становитесь нелепым, помочь тут ничем нельзя. Думаю, именно поэтому вы уже не дорожите собой». Нелепым! Ровно таким же, как его сосед-сектант:
Вот почему мне следовало бы удивиться, когда я обнаружил этажом ниже, перед дверями молитвенного помещения, их проповедника. Он стоял неподвижно, прислонясь к дверям. Я хотел пройти мимо, но он рухнул на меня и упал бы, не подхвати я его. Отталкивая его, я увидел, что у него обожжено лицо и нет глаз. Я в ужасе хотел продолжать свой путь вверх по лестнице, к себе, но Бергер не отпускал, он вцепился в меня и кричал, что глядел на солнце, дабы увидеть там бога, а увидев бога, прозрел.Ведь Шпет тоже «глядел на солнце, чтобы увидеть бога» и … ослеп. Ослеп и стал нелепым, потому что весь его «миг правды», которого он так долго ждал, вылился в итоге в то, что Шпет, по выражению коменданта, перетрусил и упал головой в мусорный бак. Казалось бы, такое могло случиться с каждым. Поднимись и порази своих врагов! Однако что-то сломалось в Шпете. Не ясно даже что. Но что-то такое, что заставило его не просто расстаться со своими убеждениями, а упасть так низко, что поехать именно в ту деревню, о которой говорил его бывший шеф, и помогать обделывать местным колерам те самые грязные делишки. Может быть, Шпет был неправ изначально, и мир таким и должен быть. А может быть, дело в его религиозной горячности, которая сделала его «слепым», и будь Шпет немного уравновешенней – дело обернулось бы по-другому. В любом случае готового ответа нет, поэтому каждый волен размышлять сам.
5749 
natalyalysovolenko22 апреля 2024 г.Книга тяжела. Видимо, попытка автора осмыслить и по-своему интерпретировать религию. По восприятию первая половина книги напомнила "Улисс", когда все слова понятны, и даже предложения понятны, а сюжет не складывается. Во второй половине сюжет начал складываться, но радости это не принесло. Накануне прочтения, я задалась вопросом - что такое интеллектуальная проза. Ну это, видимо, она и есть. Кто любит книжные головоломки, аллегории и очень медленное вдумчивое прочтение, тому точно читать.
481
sokolenok_99915 октября 2017 г.Спустя год решила перечитать, поскольку сюжет напрочь выветрился из моей головы.
Невозможность достоверно восстановить события и детали с места преступления, при казалось бы очевидности и большом количестве свидетелей... Правда и ложь переплетаются, создавая причудливый узор, переворачивая все с ног на голову... Жуткий эксперимент, проведенный главным героем, неожиданно удался.41K