Розенкранц и Гильденстерн мертвы и другие пьесы

Господи, вот уж не ожидал, что в пухлом томике Стоппарда после нескольких ироничных, занятных, очаровательных пьес наткнусь на такой кивок в сторону страшного сегодня... честно говоря, вышло чуть ли как совершенно внезапная и незаслуженная пощёчина... как мордой об стол двинули...
Но пьеса очень современная и весьма актуальная в свете сегодняшнего положения дел в мире (и, что уж там, в куда более близком пространстве).
А рассуждения о журналистах и их действиях, свободе слова и её защите, свободе действия, профессионализме (по сути, это применимо не только к журналистским кругам), о поддержке и обеспечения прав и свобод на реализацию професс. и творческого потенциала как со стороны коллег и проф.объединений, так и работодателей — всё показалось достаточно разумным и свежим, несмотря на время, прошедшее со времени написания пьесы.

Весьма забавная пьеса - узнала, наконец-то, откуда это пресловутое "кровь, любовь и риторика") По ощущениям напомнило что-то среднее между кэролловской "Алисой", пьесами Шварца и, собственно, оригинальным "Гамлетом". Много интересных высказываний главных героев, некоторые даже не успевала отмечать, уж больно порой ими насыщен текст) Часто они абсурдные и алогичные, но в то же время действительно есть в них что-то интересное и цепляющее. Одним из них, собственно, вполне можно описать и их самих, и саму книгу:

А еще какая там была прекрасная в своей абсурдности игра в вопросы! Обязательно опробую ее как-нибудь с кем-нибудь в поездке или в любой другой ситуации, когда делать нечего и все слова вроде бы уже сказаны, а молчать все же не хочется!..

Одно из любимейших драматических произведений. Не менее прекрасно экранизированное (что неудивительно - режиссёр, автор сценария фильма так же Стоппард). Взгляд на Шекспировского Гамлета под иным углом - с точки зрения двух второстепенных персонажей - Розенкранца и Гильденстерна. Притчевое, в чём-то абсурдистское прочтение известного сюжета придает ему непривычный оттенок, открывает невидимые ранее грани, обогащет наше понимание классической пьесы, но в то же время, является абсолютно самостоятельным произведением, типичным явлением эпохи постмодернизма.

Любопытный взгляд на всем известное произведение, но со стороны второстепенных персонажей, причем весьма нетривиально преподнесенный. Все именно так, как и бывает обычно - второстепенные лица берутся не всегда понятно откуда, непонятно что делают в промежутках между сценами, в которых участвуют, и неясно, куда исчезают после их последнего упоминания. А теперь поставить на это место человека не картонного, а разумного, пытающегося понять, зачем и с какой целью он что-либо делает, приправьте это юмором - и получите основной букет этого произведения)

У меня достаточно сложные отношения с английской литературой, большую часть писателей, которых все так любят и ценят, я не могу читать. Мне кажется, что произведения многих признанных англичан механические, вымученные, везде там торчат схемы, расчерченные по канонам учебников по литмастерству, никакого настоящего волшебства нет. Называть имена не буду, все это – вкусовщина, спор будет бессмысленным. Книга Стоппарда «Розенкранц и Гильденстерн мертвы и другие пьесы» попала ко мне случайно, заглянув в содержание, я вдруг обнаружил, что заглавную пьесу перевел не кто-нибудь, а сам Бродский! Купил, считая, что прочтением первой пьесы дело и ограничится. Нет, не ограничилось. Прежде всего, подкупает, что Стоппард стоит на плечах создателей театра абсурда, предположить, что тебя ждет на следующей странице невозможно. Сюжет каждой – это свободный полет фантазии, не ограниченный никакими условностями: даже не второстепенные, а эпизодические персонажи «Гамлета» Розенкранц и Гильденстерн становятся главными героями; чуть ли не в последний раз видящая мир слепнувшая девушка влюбляется в одного из рыжих друзей (но в кого же!?); в 1918 г. в Цюрихе как-то встретились Ленин, Джойс и Тцара… Я такого изобретательного и дерзкого писателя не читал очень давно. Стоппард думает не шаблонно, видит все под таким углом, что мне казалось, так и вовсе смотреть на вещи невозможно. Но главное достоинство Стоппарда является не его безудержное воображение и оригинальность, а то, что он всегда находит в хаосе гармонию, совершенно неожиданную закономерность, пьесы не заканчиваются ничем, нет открытых финалов, которые я вообще не переношу. Самая показательная в этом смысле пьеса «Аркадия», которая, безусловно, лучшая в сборнике. Стоппарда, насколько я понял, многие критики считали, прежде всего, интеллектуалом, эрудитом, а ценность его пьес видели в интертекстуальных играх. И вот Стоппард вроде бы, действительно, загадывает загадку, создает пьесу на стыке двух пересекающихся времен, 1810-е и 1990-е и. Сцены из жизни людей начала эпохи романтизма и наших современников-исследователей, разгадывающих одну биографическую тайну гениального писателя (о ком идет речь, писать не буду, чтобы не портить впечатление). Итак, перебирают архивы, сопоставляют факты, вот-вот мы нечто узнаем, что потрясет нас! Вуаля – узнали! Но пьеса оказывается не об этом! Она даже не о секрете математического гения и формулах мироздания (вплетается и такая линия). Стоппард неожиданно рассказал под всей этой «интеллектуальной шелухой» до того пронзительную, почти сентиментальную историю жизни одного юного создания, о его простых радостях и горестях, и настолько неожиданно вывернул весь сюжет пьесы, что захватывает дух от подобного кульбита и моментально как будто пробуждаешься. Дочитав, потом еще долго думаешь, до чего же пустяками мы живем, не замечая вроде бы простые и важные вещи.

Том Стоппард. Розенкранц и Гильденстерн мертвы

Удивительно как долго в нашем клубе не появляется глубокомысленных строк Бродского с не менее глубокомысленными комментариями. Исправляю))
Сначала был фильм. Ну, это как водится. С прекрасным гунявым переводом (1990) и с такими актерами, что не прочесть книгу постфактум значило потерять многое.
Пьеса оказалась не менее хулиганской и безбашенной, чем фильм (автор-то один). Не пытаясь спойлерить, поскольку с текстом-оригиналом в исполнении Шекспира знакомы все, ну или почти, скажу, что сюжет остался тем же. Только смотрим мы на него не глазами венценосной семьи и их приближенных, а глазами двух нелепых и растерянных друзей Гамлета, которым известно только одно: "Нас призвали!" Кстати, фраза Розенкранца, произнесенная устами Гэри Олдмана "Хочу домой..." практически полностью раскрывает суть пьесы. Два совершенно нормальных, заурядных и местами занудных человека попали в какой-то бешеный мир кровосмесительства, мести, безумных выходок, убийств и надругательств. При этом, они знают, что "их призвали", что это их долг - находиться именно в этом месте. Только не могут понять зачем. Знакомое состояние? Мне - да!
Цитатами могу кидаться бесконечно! Но не стану злоупотреблять вашим вниманием. Всего пару-тройку))

Ах, да! Чуть не забыла! При чем здесь Бродский? Он перепер эту пьеску на родной язык. За что лично я ему благодарна уже почти тридцать лет)) Как вам, вот такая ремарка, например:

О, сила владения словом!

Возможно, спойлеры

Нам не дано заранее узнать
Как мысль, чувство обернутся дальше,
Когда рисуем графики в тетрадь,
Или отшельника в сад-эрмитаже.

100 с лишним лет. Не так короток срок,
Чтоб не успели факты исказиться,
И вот две сцены видим, как урок:
В одной - как есть, в другой - слух, небылица.

Учёный был по имени Бернард.
Себя считая байронистом ярым,
Он сплетню в мир пустить был очень рад,
Что погубил дуэлью Эзра Байрон.

Он личность не учёл в своей душе,
А только образ, что держал поныне,
Насмешкой было, вместо Солоуэй
Его сперва представили Павлини.

Но два секрета всё же здесь найти
Сумели Валентайн Каверли и Ханна,
Что не были скандально велики,
Зато и взор не скроет стыд туманно.

И пусть порой слог пьесы грубоват
И слишком взросл, но нет здесь негатива,
Поэтому читателя найдёт,
А может кто и просто пройти мимо.